Mighty.bee

Mighty.bee

пикабушница
поставилa 5405 плюсов и 4 минуса
отредактировалa 1 пост
проголосовалa за 1 редактирование
10К рейтинг 143 подписчика 790 комментариев 92 поста 40 в горячем
12

Курс начинающего литератора. Выпуск 1

Уважаемые пикабушники! Если вы давно хотели написать художественный текст, но не знаете, с чего начать, предлагаю ознакомиться с курсом для самых начинающих 😃


Позже будут выходить посты со следующими этапами написания и работы над текстом.


Источник.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Курс начинающего литератора. Выпуск 1 Литература, Писательство, Длиннопост, Текст, Начинающий автор, Теория, Интересное, Полезное

Сегодняшний выпуск озаглавит небольшой курс писательского мастерства для самых начинающих. Не сказать, конечно, что здесь какие-то особенные тайны профессии, но, как показали письма моих читателей, им нужны не тайны, а основы. Китайское проклятье про эпоху перемен страшное, я теперь это вижу. Никогда я не преподавал группе, всегда вёл занятия тет-а-тет потому, что люди разные и находятся на разной глубине. Легко увидеть, где у человека пробелы, и восполнить их, когда читаешь его работы и видишь работу мысли. Когда перед тобою группа – это сложнее. Единственный пришедший мне на ум способ заключается в том, чтобы опубликовать ряд статей, последовательно ведущих группу вглубь. Думаю, для базового курса этого достаточно. Конечно, тем, кто продвинулся немного дальше первые занятия будут казаться скучными и банальными, каковыми бывают уроки английского для самых маленьких человеку, уже уверенно заявляющему, что: «Лондон из зэ кэпитал от Грэйт Бритн». Но, если даже такие товарищи не заинтересуются моей работой, беды мало. Всё равно в литературе нечего делать без усидчивости и терпения.


Приступим.


Безисключительно любое литературное произведение создаётся и анализируется двумя главными вопросами. Это Альфа и Омега, Инь и Ян, нефть и воры.


Первый вопрос: Как?


Второй вопрос: Что?


Возьмите любой рассказ и спросите себя, о чём он и как он написан. Например, рассказ о дружбе – вот его обобщённая тема. Это очень поверхностно, ведь всегда можно копнуть глубже и узнать, что рассказ, например, о верности и предательстве, о силе дружбы, о взаимовыручке, и так далее. Для нас теперь достаточно однозначного определения, потому, не станем усложнять «барабан» – дружба, и всё. Теперь ко второму вопросу – как это написано. Вернее, будет написано, мы же ещё не начали. Здесь тоже есть много слоёв, от простого «весело» до многостраничного отчёта о применённых техниках и жанровых штрихах. Сегодня мы будем работать с самым простым и естественным «как» в литературе. Это, безусловно, речевой стиль. То, что у нас получится, должно исчерпывающе описываться формулировкой «Весёлый рассказ о дружбе, написанный в разговорной повествовательной манере».


Теперь о технике, которую вам предстоит изучить. Разговорный стиль – не есть разговор. В отличие от прямой речи персонажа, не допускаются, например, «сорные» слова. Всё-таки это художественный литературный стиль, «бекать» и «мекать» здесь не нужно. Схватывающим на лету рекомендую прерваться и прочесть маленький рассказ Михаила Зощенко «Лимонад», вы получите максимальное представление, о чём пойдёт речь далее.


У вас всё получится очень быстро, если вы представите себе, что через несколько дней вам нужно будет рассказать кому-то о событии, некогда вами пережитом. В первую очередь следует подумать о слушателе, о том, кто он такой. От этого зависит хотя бы выбор лексики. Мы будем руководствоваться действующими в стране цензурными ограничениями, то есть не употребляем мат, не применяем шок-контент, не затрагиваем социально-вонючие точки напряжения, не играем на животных инстинктах толпы, и так далее. Вот тот слушатель, о котором я только что сказал, познакомьтесь с ним. Это главный человек в вашей жизни – представитель вашей целевой аудитории (ЦА). Всё, что вы когда-нибудь напишете, должно (если вы не пишете в стол) ориентироваться на ту или иную целевую аудиторию, и важность этого принципа непереоценима. Но работа с ЦА относится к вещам сложным, и сегодня мы ограничимся одним её представителем. Пусть это будет уважаемый человек противоположного пола старше вас почти на поколение. Лично мне представляется одна из моих учителей. Я буду писать так, чтобы мне не было по-человечески стыдно, если бы она это прочла.


Работать я буду в режиме сочинительства, то есть выдумывать точки сюжета и соединять их между собой – сочинять. Создадим точку входа.


«Лет десять назад я был на охоте».


Отлично, начало положено. Уже нарисовался в голове антураж. Теперь спросим себя – что нужно знать слушателю для того, чтобы он понял всё, о чём мы расскажем? Самая живучая ошибка новичка – не учитывать знание ЦА. Наверняка вы бывали в ситуации, когда в компании кто-то произносит фразу, все смеются, а вы – нет. Потому, что не знаете того, что делает шутку смешной. Сегодня мы считаем, что ЦА ограничена тем, что принято называть «общеизвестным». То есть знает, что такое охота, гончая, ружьё, но не обязана знать давление в шинах джипа охотника, и что собой представляет рассказчик на момент начала рассказа. Потому, мы сразу расскажем, кто мы такие, пользуясь тем, что это самое начало, и слушателю ещё не надоело.


«Лет десять назад я жил в большом городе, и работал продавцом мобильных телефонов. И вот попал я на охоту».


Так намного понятнее. Вряд ли рассказчик огромный детина со свирепым лицом, навыками Беара Гриллса и сапёрной лопаткой в кармане. Дитя города, щуплый парень на охоте. Это настраивает. Пока оставим и продолжим. А как продолжать? Да вот же вопрос назрел: как же он на охоту попал, если он такой, каким мы его изобразили? Давайте придумаем.


«Лет десять назад я жил в большом городе и работал продавцом мобильных телефонов. Была у меня тогда любимая девушка, неземной красоты ангел. У нас к свадьбе всё шло, но её папаша на счёт меня сомневался. Они богатые были, я в их магазине и работал, и ещё двадцать таких у них в городе было, все у метро. Запрещать нашу любовь он, конечно, не стал. Не бандит всё-таки, хоть мне казалось, что “из бывших”. Но испытание мне он придумал. Утром однажды приехал к нам в магазин и говорит, что в субботу мы с ним на охоту едем. И вот, попал я на охоту».


Ну как? Нам удалось объяснить, как герой попал в среду, для которой он не создан. По-моему, получилось хорошо. Текст, конечно, уродливый, но я намеренно оставляю его таким, чтобы показать, как его отшлифовать. Сейчас нам это не нужно.


Продолжим. Что будет, если вы долбанёте незнакомого бультерьера ногой по морде? Совершенно верно, он отреагирует. Это один из законов литературы: всякое изменение требует реакции. Если реакции никакой нет, значит, изменение это вы совершили неосознанно, оно лишнее, отвлекает и мешает читателю. Герой жил себе спокойно, и вот в его жизнь внесли изменение. Значит, требуется реакция. Реагируем.


«В пятницу у меня был выходной, и я занялся приготовлениями. Купил ботинки, бензиновую зажигалку и большой нож; сложил в рюкзак бутылку воды, палку колбасы и рулон туалетной бумаги и лёг спать пораньше».


Но позвольте, мы нигде не говорили, что герой – человек глупый. Да, продавец телефонов, но подружку же выбрал правильно? Значит, не глуп. А что делает неглупый человек, столкнувшись с изменившимися обстоятельствами? Он думает. Давайте подумаем.


«На охоте я тогда не был ни разу. Как стрелять, догадывался, в кого стрелять тоже, вроде, было понятно, а всё остальное – нет. Как одеться? В городе я носил кроссовки, джинсы и ветровку, Не поеду же я в лес в белой куртке? А экипировка? Ружьё мне дадут, это понятно. А что ещё нужно?..»


Подумали. Дальше. Что делает неглупый человек, когда он сформулировал ряд вопросов? Пытается получить готовое решение.


«Подруга говорила, что в их доме есть специальная комната, в которой её отец хранит свой охотничий скарб. Я попросил рассказать, что он берёт с собой на охоту и стал записывать, но когда она дошла до прибора ночного видения, понял, что это мне не поможет. Денег на всё это у меня не было, и взять их было неоткуда. Интернет тоже не помог, все охотничьи истории там сводились к принципу “наливай да пей”».


Ну что? Готового ответа герой не нашёл, сам тоже подумал. Хорош мозгами скрипеть, закругляем.


«Тогда я решил успокоиться – слишком я себя накручиваю. Всё-таки, я студент-заочник, чего он может от меня ждать? Возьму с собой что есть, а там будь что будет...»


Теперь нам не хватает только одного. Между изменением обстоятельств и реакцией всегда, запомните, всегда есть эмоция. Это первейший ответ организма. И даже если он тщательно скрывается персонажем, он всё равно есть. Опишем его коротко в месте, когда герой узнал, что его пригласили на охоту.


«...я даже рот раскрыл, когда услышал…»


Этого хватит. Все компоненты на месте, об их качестве и полноте будем думать позже. Не пытайтесь сразу всё поправить. Заверяю вас, что это только усложнит работу, и существенно.


Сейчас у нас есть первый фрагмент рассказа. Конструктивно это завязка. О составе рассказа мы говорить не будем – это уже академические знания, а я хочу создать практический курс. Знайте только, что мы создали примерно 20% текста. Сперва мы его допишем сюжетно, то есть пропишем все события, потом станем править, что-то расписывая, а что-то укорачивая, потом… Но, не будем торопиться. Вам я предлагаю, используя наш материал как пример, написать собственный текст. Сейчас герой готов отправиться в приключение, то бишь на охоту. Вот и вы напишите до такого момента, постаравшись не пропустить ни одного обстоятельства из тех, что учёл здесь я. Не уходите в занудство, не расписывайте героя дотошно, избегайте или минимизируйте диалоги. Сейчас я соберу в кучу наш текст, но хочу напомнить, что он правильно кажется вам уродливым: он такой намеренно, шлифовать и полировать его мы будем позже.


«Лет десять назад я жил в большом городе и работал продавцом мобильных телефонов. Была у меня тогда любимая девушка, неземной красоты ангел. У нас к свадьбе всё шло, но её папаша на счёт меня сомневался. Они богатые были, я в их магазине и работал, и ещё двадцать таких у них в городе было, все у метро. Запрещать нашу любовь он, конечно, не стал. Не бандит всё-таки, хоть мне казалось, что “из бывших”. Но испытание мне он придумал. Утром однажды приехал к нам в магазин и говорит, что в субботу мы с ним на охоту едем. Я даже рот раскрыл, когда услышал. На охоте я тогда не был ни разу. Как стрелять догадывался, в кого стрелять тоже, вроде, было понятно, а всё остальное – нет. Как одеться? В городе я носил кроссовки, джинсы и ветровку, Не поеду же я в лес в белой куртке? А экипировка? Ружьё мне дадут, это понятно. А что ещё нужно? Подруга говорила, что в их доме есть специальная комната, в которой её отец хранит свой охотничий скарб. Я попросил рассказать, что он берёт с собой на охоту, и стал записывать, но когда она дошла до прибора ночного видения, понял, что это мне не поможет. Денег на всё это у меня не было, и взять их было неоткуда. Интернет тоже не помог, все охотничьи истории там сводились к принципу “наливай да пей”. Тогда я решил успокоиться – слишком я себя накручиваю. Всё-таки я студент-заочник, чего он может от меня ждать? Возьму с собой что есть, а там будь что будет. В пятницу у меня был выходной, и я занялся приготовлениями. Купил ботинки, бензиновую зажигалку и большой нож; сложил в рюкзак бутылку воды, палку колбасы и рулон туалетной бумаги и лёг спать пораньше. И вот попал я на охоту». («Альфа» не форматируется).


Источник.

Показать полностью
64

Редакторский разбор рассказа

Интересный редакторский разбор рассказа - будет полезно для начинающих авторов.


Источник


Далее представлен сам рассказ с разбором редактора.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


Перед вами редакторский разбор рукописи.


Разбирать этот текст, если откровенно, не следовало бы. Можно с уверенностью сказать, что ни один редактор в мире не стал бы даже читать этот текст дальше первого предложения, но я опрометчиво пообещал разобраться, что и сделал. Мои замечания набраны жирным шрифтом.



Рассказ пера Ильи Темерева "Автор".

Редакторский разбор рассказа Литература, Писатель, Текст, Длиннопост, Теория, Рассказ, Автор, Редактор, Интересное

Дитмар Эльяшевич Розенталь


— А что, если мы всего лишь персонажи в чьей-то книге? — Том сделал большой глоток пива и ждал реакции от собеседника на вопрос. О, как всё плохо. Во-первых, «персонажи чьей-то книги». Во-вторых, вы перепутали времена в первом же предложении. Если «сделал», то «стал ждать». И это не сырая альфа, которую читает заглянувший на пивко приятель – вы отправили это редактору. Из-за чего мне безотрадно. В-третьих, у вас канцелярит. «Ждал реакции от собеседника на вопрос» это чудовищно. Можно ведь «и стал ждать ответа», «и замолчал, ожидая ответа» но – нет, казённое «ждал реакции на вопрос», вооружённое совершенно лишним уточнением. В-четвёртых, у нас тут Чарльз Иванович. В каком месте и при каких обстоятельствах могут болтать за пивком Том, который Томас, и… Впрочем, я забегаю.


Собеседника звали Василич. Двойная ошибка уровня троечника седьмого класса провинциальной школы. Во-первых, «Василичем». Во-вторых, его так всё-таки не звали. В том смысле, что это не его настоящее имя или отчество. Если же все его так называли или он сам так себя называл, то с этого и нужно начать, указав прозвище или коверканье как обстоятельство: «Собеседника звали Владимиром Васильевичем, но сам он предпочитал…». Точнее Владимир Васильевич, но при первом знакомстве с Томом он представился именно Василич. Бывает второе знакомство? Бывает, да. Условно. Если после первого кто-то кого-то забыл, как Гиляровский Чехова. Но тот ли это случай? Матерый мужик, возрастом ближе к пятидесяти. Инженер чего-то там. Том иногда с ним пересекался на работе. Помогал настраивать оборудование. С некоторых пор они стали общаться несколько чаще. В основном за кружкой пива после работы, при том, что Василич годился ему в отцы. Откройте словарь и посмотрите значения слова «матёрый» применительно к человеку. Первое значение: «неисправимый, отъявленный», второе: «опытный, знающий». Что конкретно вы имели в виду? Что Василич был опытным мужчиной, мужчиной отъявленным или, прости меня Довлатов – неисправимым? Матёрым может быть, например, сварщик. Это сверхсварщик, обладатель личного клейма, повидавший всё на свете и умеющий варить металл пальцем. Потому что заматерел со временем. Но что такое матёрый мужик, если сцена не постельная, я не знаю. Есть устойчивое выражение «матёрый человечище», означающее «человек большого жизненного опыта». Если же вы, в чём я сомневаюсь, имели в виду именно это – я не советую вам посылать этот рассказ в женские журналы. Не опубликуют, будьте уверены.


Ещё у вас беда бедовая в логике. Как же Том помогал настраивать какие-то там системы, когда он о них ничего не знает?


А теперь положите точки на землю и медленно отойдите! Подряд пять коротких как выстрелы предложений и шестое – словно пороховой дым. Так мог бы рапортовать недалёкий сержант. Не был. Не замечен. Не привлекался. Не имеет. Давайте я вам покажу, что такое нарратив, а вы мне за это пообещаете, что больше не будете стрелять, хорошо? «Тому он в отцы годился и, может быть, потому он охотно помогал старому инженеру с его станками на заводе, а с недавних пор и после работы любил посидеть с ним за пивом в баре».


Они сидели в небольшом баре за маленьким столиком друг напротив друга. Столик – это уже маленький стол. Том предложил Василичу посидеть за барной стойкой, но тот наотрез отказался. Наотрез? То есть так резко и категорично, что у предлагавшего желание упрашивать как отрезало? Говорит, некомфортно сидеть на этих высоких табуретках. Я, конечно, допускаю, что матёрый инженерище очень даже может сказать «некомфортно», но почему-то мне кажется, что вы об этом не думали. Том пил голое пиво, Василич закусывал жареными гренками из черного хлеба, обильно посыпанных тертым сыром. И вновь вытекают глаза. Гренка – это поджаренный ломтик хлеба. Он уже жаренный! Русский язык – ваш родной? Если нет – вы скажите, я буду вынужден просить прощения. Но что, Розенталь меня дери, такое «гренками посыпанных»?


— Интересное предположение, но неправдоподобное. Инженер-философ. Мне нравится. Вы просили сказать, если что-то будет хорошо? Это хорошо.


— Почему? — Том не хотел отступать от своей, только что пришедшей в голову гипотезе о нереальности этого мира. А гипотеза что, ведёт наступление? Может быть, отказываться не хотел или отступаться? Это разные слова, дорогой друг. И снова дислексия: «от своей… гипотезе».


— Ну как почему? Ты что, книг никогда не читал? Там динамика, события, приключения. Любовь, мать её, морковь. А, нет, показалось. Теперь я понимаю, что инженер у вас получился забубённый, хоть и могущий зайти в бар, а не выкушать бутылку «Путинки» за углом проходной, а вы и представления не имеете о такой мелочи как работа над персонажем. А у нас что? — Василич отхлебнул пару глотков своего тёмного, со звонким хрустом зажевал жареным хлебом и продолжил, — Работа, дом, работа, дом. Простите, не подавился? Из кружки действительно можно отхлебнуть больше, чем удастся проглотить. В зависимости от хлебальника, это вполне могут быть и два глотка. Но проглотить это безболезненно? Ладно, допустим герой отчего-то так и поступил, набрал в рот много пива и, стараясь не выпустить его наружу, корчась и щурясь стал его глотать. Вы мне скажите, зачем он это делает? Он испугался? Стреляли, может быть? Или его поразила внезапная мысль, от которой он напрочь забыл про то, что он пьёт из кружки? Видите ли, когда у Стругацких Симоне «набил рот картошкой» то нам сообщили, что сделал он это «чтобы не загоготать». А здесь что? Зачем вообще заострять на этом внимание? Вы велели оператору в голове читателя навести камеру крупным планом на «хлебало» Василича. Читатель наблюдает, как тот хлебает пиво. Для чего? Так в детских фильмах времён Советской Империи показывали «буржуев» – лоснящуюся жиром морду, пухлые щёки. Сразу после этого в кадре оказывался какой-то порядочный бедняк, конечно, худой как копьё папуаса. Ладно, давайте подождём, может что-то подобное и здесь. Иногда мы с тобой в этом баре пьём пиво, иногда я в гараже с машиной ковыряюсь. Тещу на дачу отвези, привези. Разве в книгах пишут о таком? Даже если кто-то пишет, никто не читает. Скучно это. Действительно, скучно. Не нашли мы причины крупного плана. Наверное, вы просто хотели оживить сцену и воткнули в текст какое-то действие, не чувствуя и не понимая, как это отрисуется в голове читателя.


— Да не, Василич. Мы просто в стазисе сейчас. А я в шоке. В каждой книге есть предыстория, вот и у нас так же. А скоро появиться триггер и бац, начнут события развиваться. И приключения, и чего там хочешь будет. Ну, точнее, чего там автор напридумывает. Вон, слышал, сын гендира теперь в отделе поставок? Наверняка он и есть триггер для начала событий в нашем мире, если это книга! Я обещал вам разбор, и я доведу работу до конца. Но если после этого у меня над головой не вспыхнет нимб, я перестану верить в чудо. Вы убиваете во мне веру в прекрасное.


Я больше даже не хочу указывать на удивительный сплав плебейской речи персонажей и произносимых ими слов. Не закрою документ, найдя стопроцентное швах-слово «появиться», безошибочно указывающее на то, что автор не то, что рассказы – он просто писать не готов. Но я не могу пройти мимо того, что триггером реальностей, точкой отсчёта новой жизни является такой вопиющий факт, что сын генерального директора работает в компании отца! Это же уму непостижимо – папа сына устроил в свою компанию, да ещё и в отдел поставок! Что это, кстати, такое? Это сбыт или снабжение? Странно. Обычно они в HR сидят, кофе пьют.


Владимир Васильевич посмотрел на почти допитую кружку пива Тома. Вроде всего вторая, а вон, как парня понесло. «…допитую кружку пива Тома». Без комментариев.


— Стазисы, триггеры. Если с сына генерального директора что и начнётся, это кто-то подлизываться будет к шефу через него. Так это «подлизывание»! Когда есть «если» – всегда должна быть комплементарная пара: «если что – то это»! Притираться в доверие, так сказать. Втираться же! Или вы намеренно вложили в уста героя исковерканную фразу? Зачем? С сыном-то проще, чем напрямую с шефом, — они оба некоторое время сидели молча. Каждый размышлял о своем и переваривал сказанное, затем Василич продолжил, — Молодой ты еще, Томас Сергеевич. Сам придумал себе сказку, и сам же начинаешь в нее верить. Почитайте о пунктуационном выделении диалогов, я прошу вас. У меня к вам личный вопрос, можно? Вы специально назвали героя Томасом Сергеевичем? Вы прислали мне этот рассказ в тот же день, в который я опубликовал статью о нейминге в литературе, где сказал, что «Чарльз Иванович – это глупо»…


Коллега Томаса поднялся из-за столика, оставил возле кружки несколько купюр.


— Мне пора, Том. И тебе советую на сегодня заканчивать. Лучше дома выспись хорошенько, чтобы дурь в голову не лезла. Видимо, Василич и впрямь испугался, если так заботится о младшем товарище после всего двух кружек пива.


Василич ушел, оставив Тома самому размышлять о новом, придуманном им «боге». «Оставив Тома самому»! Фраза года! Когда триггер стал богом? Ничего не понимаю. То есть, конечно, понимаю… А ведь действительно, у Тома даже имя не совсем обычное для страны его рождения. Шукров Томас Сергеевич. Прямо как в книге одного известного писателя фантаста. Писателя-фантаста. Там главного героя тоже звали зарубежным именем. Да, да. Эрнесто Полушкин и Мартин Дугин. Все, мать их, дети прочли «Спектр» и понаписали с него фанфиков!  Впрочем, скорее всего, Василич прав, — не надо выдумывать того, чего нет на самом деле. Аминь.


Том расплатился по счету и направился к выходу. На улице уже стемнело, накрапывал мелкий дождик. На мокром асфальте от включенных фар проезжающих машин отражался свет, неприятно бьющий в глаза. От фар отражался свет или свет фар отражался от? Помилуйте, это ведь неуважение просто, присылать невычитанную рукопись. Или это уже вычитанная? Скажите, что нет, умоляю! Через дорогу к остановке подъезжал автобус, на котором можно добраться до дома. Ну, это или и впрямь дислексия, или младший школьный возраст. Ошибки даже не смешные, они вопиющие. Не через дорогу подъезжал автобус, он подъезжал к остановке, которая была через дорогу от героя… Чтобы успеть на него, Том выскочил на проезжую часть. «Выскочил», возможно, нужно заменить. Это не идеальное слово здесь. Хотя, это не спасёт.


То ли потому что прикрылся ладонью от неприятного света, то ли потому что выпил немного лишнего, Томас не заметил стремительно приближающийся автомобиль. «Стремительно приближавшегося автомобиля». Да и это канцелярит. В таких ситуациях время идет намного медленнее, но это не помогло ему вовремя остановиться или проскочить вперед. Косноязычие. «Не помогло избежать, он не успел остановиться». Через мгновение Том уже лежал на асфальте. Если автомобиль был так стремителен, то, я думаю, это было не мгновение. А ещё я думаю, что он некоторое время кубарем катился по дороге, что был удар и, возможно, визг тормозов, звук осыпавшегося стекла, но мы этого уже не узнаем.


Свет фар больше не слепил. Темнота наступившей ночи отступила. Наступившей отступила. Нет, вокруг по-прежнему была ночь, только вот стало заметно светлее. К Тому подошел человек, в ярком берете, темном шерстяном пальто и толстым цветным шарфом, бережно обмотанным вокруг шеи. Как понять, что шарф обмотан бережно? Это вопрос ко всем читающим это сейчас. Попробуйте на него ответить.


Где Том? Ладно, вы проворонили возможность описать аварию, хотя бы одним предложением. Но такое событие совершенно точно много значило для того, кого сбили. Почему мы не видим его? Там кровь, наверное? Голова, наверное, разбита? Как он себя чувствует? Никаких подробностей.Он ступал босиком по мелким лужам на асфальте. Лица его было не видно, как будто оно оставалось в тени, при том, что на него попадал свет от рядом стоящего дорожного фонаря.

— Чего же ты по сторонам не смотришь? — незнакомец протянул Тому руку и помог подняться, — У меня на тебя такие планы были, а ты почти всё испортил.


Том огляделся вокруг. Весь мир словно поставили на паузу. Автобус так и не подъехал к остановке. Идущие по тротуарам люди замерли на полушаге. В полушаге. Как в прыжке, только в полушаге. Мелкие капли дождя остались висеть в воздухе. Словно маленькие стеклянные шарики, они слегка светились, отражая и преломляя попадающий на них свет фонарей и остановившихся на дороге машин.

— Я что умер?

— Умер, умер. А мне теперь исправлять, правда пока не придумал как.

Томас старался рассмотреть лицо собеседника, но ничего не выходило. Как не щурься, или как не открывай глаза шире, лицо незнакомца все также оставалось без деталей. Так же. Словно мутную пленку набросили поверх головы стоящего рядом человека. Вспомнил совсем недавний разговор со своим коллегой. Кто? Так, все-таки, это не выдумки?

— А вы, случайно, не автор?

— Автор?

— Ну, — Том немного замялся, потому что вопрос, мягко сказать, бредовый.  Выбранный вами стиль рассказчика не предполагает оценочных суждений, вы не чувствуете этого? «Вопрос показался ему нелепым». Особенно, если об этом говорить незнакомому человеку, — Я имею в виду, может быть, вы автор этого мира? «Если задавать его». Вопрос задают.


— В какой-то мере автор, но так меня еще никто не называл.

Нет, так не бывает. Наверное, после того, как Тома сбила машина, его мозг, в бессознательном состоянии воображает ситуацию, придуманную им же. В бессознательном состоянии (снова канцелярит) бывает человек, а не мозг. Тем более, Том только что на эту тему разговаривал с Василием. В общем бред. Или нет?— То есть я персонаж вашей книги? — никак не унимался Том.

— Важно то, что ты живешь. Для тебя все это, — автор развел руками, указывая на остановившийся мир вокруг, — твоя жизнь. Так что рано тебе еще умирать. У меня ведь на тебя свои планы. Логика: ты живёшь в мире, потому умирать тебе рано. Ясно.


— Планы?

В глаза Тома снова ударил свет. Яркий, словно кто-то, только что зажег Солнце рядом с ним. Ночью. Мы помним. Весь мир залился светом, который как будто растворял в себе все вокруг: дома, людей, ставших блеклыми силуэтами, машины, и даже тротуары и проезжую часть. Том прикрыл глаза рукой, но свет все равно до боли резал закрытые глаза.

— О, очнулся! — Резь в глазах постепенно проходила. Том лежал на больничной кровати, а перед ним теперь стоял мужчина в белом халате, накинутым на повседневную одежду, — Говорю, рано тебе еще умирать, наверняка у тебя еще много планов! В халате, накинутым. Ясно. Сильно болела голова. Томас протянул к ней руку, нащупал плотную тугую повязку.

— Каких планов?

— Ну что ты, как ребенок? Прожить до старости, как минимум! — Мужчина в халате подошел к пищащим приборам рядом с головой Тома. Что-то подкрутил, что-то нажал. Проверил катетер на сгибе локтя Тома, — Ничего, не так уж и сильно тебе досталось. Скоро поправишься.

Мужчина взял со стула свой шерстяной цветной шарф и, перед тем, как уйти, улыбнулся Тому.


Да, мы поняли про шарф. Вы так его выпятили, что не понять было невозможно.


Есть уверенность в том, что вы не знаете, как фиксируются пациенты травматологических отделений под капельницей. Но, возможно, дело было в глухой провинции? Я придираюсь, да. Знаете, почему? Потому, что количество ошибок в этом тексте и глубина их превышают критическую массу. Можно простить несколько неочевидных ошибок, можно. Мы ведь простили господину Дюма даже то, что у него героиня в разных главах имеет разного цвета глаза. Но прощение надо заслужить. Стилем, манерой повествования, интересным сюжетом, лихой интригой, яркими персонажами, красочными описаниями, острой мыслью, глубоким знанием. Ровно ничего из перечисленного здесь нет.


Я понимаю, что такого характера разбор больно ранит вас. Поверьте, я не жестокий человек, я не издеваюсь над слабыми, и не люблю бить по лицу. Но, прислав эту рукопись на разбор именно мне, вы ведь понимали, на что шли? Я смотрю на это так: если моя пощёчина заставит вас загореться, исполниться энтузиазмом и становиться лучше и лучше, значит, я выполнил свою работу, которая состоит в том, чтобы всеми способами делать литературу лучше. А если озлобитесь, разобидитесь и уйдёте в себя, так туда вам и дорога. В этом случае литература тоже станет значительно лучше.


Разбор выполнил Сергей Шрамов.

Показать полностью
39

Коротко о нейминге в литературе

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Меня зовут Гедеван Александрович!


Как вас зовут? А почему вас так зовут? Потому, что когда-то кто-то озаботился вашим неймингом. Не кривитесь иностранному слову, это уместный англицизм.


Итак, вы, так или иначе, родились, и вам потребовалось имя. Начнём с имён собственных, используя вас как пример. Чем руководствовались ваши условные родители, выбирая вам имя? Вероятно, локальным пространством имён. Этот массив дышит, какие-то имена становятся допустимыми, какие-то – невозможными. Вряд ли в массив имён СССР 1945 года входило имя Адольф, верно? И как бы ни нравилось родителям имя Бенито, назвать так малыша было никак нельзя. Но можно сегодня. Прошло какое-то время, и эти имена вернулись в ряд допустимых. На это влияет очень многое, от социальных течений до произведений искусства. Совсем недавно прошла волна имени Дейнерис, чуть раньше паспортистки регистрировали Гермион, Северусов и Дамблдоров. Были и Фродо Дроговичи. Нет, у нас, не в Сербии…


Последние сто лет большое влияние приобретают медиа. В Скандинавии резко сократилась популярность женского имени Грета, в США упали рейтинги Дональда, и только-только восстановила позиции Моника, в России неоднозначно относятся к Владимиру. Разумность того или иного выбора для нас значения имеет мало, важно только понимать, что, если ваш герой туповат, то он больше склонен к глупостям, как бы «капитанисто» это ни звучало. В самом деле, называть ребёнка, который, может быть, сто лет проживёт, в честь героя второсортной саги это… Я вспоминаю, как когда-то один мужчина вшил себе в руку флешку. Из плоти торчал юсб-порт, всё это постоянно воспалялось и кровоточило, но он был очень горд и называл себя киборгом. Вы догадались, да? Флешка была на 256 мегабайт. Да, это как терабайтник сегодня, но смешно, правда? И очень многое говорит о герое. Как много говорит и о мамочках, которые лет под сто назад регистрировали Вилен (от В.И. Ленин) и Даздраперм (да здравствует первое мая).


Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Вавилен Татарский


Но, вернёмся к нашей теме.


Давайте рассмотрим несколько ситуаций, которые могут возникнуть у вас на деле. За подробностями или с вопросами добро пожаловать по ссылке под контентом.

Случай первый, обыденный. Предположим, ваше действие происходит в наши дни, в нашей локации и в нашей реальности. Здесь всё проще всего. Вас устроят имена из жизни. Вернее и правдивее всего будет, если имена героев будут соответствовать их сверстникам в реальности. Тридцатилетний Михаил, восьмилетний Святослав и семидесятипятилетний дедушка Василий - это наша реальность. Скользких мест здесь почти нет. Главное правдоподобность: если родители, у которых на двоих пять учёных степеней называют ребёнка Даздрапутом, к вам возникнут вопросы. В то же время, залётная гоп-ячейка общества, воспользовавшаяся пространством имён канала ТНТ – максимально реалистична.

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Георгий Иванович, он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора


Случай второй, исторический. Как вы считаете, бегали ли во Франции пятнадцатого века Бьорны? Вероятно, да. Но их дразнили Жаны, я гарантирую это. Работая над историческим текстом, вам придётся много работать над исторической достоверностью. Страх перед такой работой, по заверению автора, заставил Сергея Лукьяненко отказаться от средневекового антуража в серии «Ночных дозоров». Слишком много нужно копать: какими тогда были пуговицы, различались ли уже башмаки на правую и левую ногу, существовал ли батист, как у вас там «ходють» бабы, в панталонах али без? В результате недолгих размышлений родился Антон Городецкий, а не Антуан ле Вилль, шевалье де Коньяк. Так что готовьтесь полистать историю. Берите имена из книг того времени. И той культуры, обязательно. Старайтесь определить предпочтения сословий: к примеру, стремились ли простолюдины называть детей именами знатных властителей или это наоборот было не принято?


Вы должны знать правила наследования имён. Например, те же скандинавские Карлсоны и Гудрунсдоттир. Кто такой Карлсон вообще? Это сын Карла. Карлович он по-нашему. Что заставляет задуматься о личности и моральных ориентирах Папы Карло. Ещё вы должны озаботиться той точкой, когда в культуре вообще появились имена и фамилии, родившись из прозвищ, имён духов-хранителей и тотемных животных. Бьорн значит медведь, в переводе на любовь с итальянского. Также помните о традициях религиозных фанатиков. Там часто меняют имя после обряда инициации. Шаман «под грибами» поскакал у костра и рявкнул: «Будешь Турупуппи, так решили духи!». И всё, судьба твоя ясна.


Чтобы написать одну толковую книгу о достаточно давней поре, вам нужно прочесть десяток других книг. Один мой автор назвал последнего ребёнка в семье, мальчика, именем, означающим «духовный». Всё бы ничего, но автор использовал существовавшую некогда традицию, гласившую, что младший в роду мальчик должен стать воином. А ребёнок был точно последним в роду: его папаша был убит во время беременности супруги. То есть совершенно точно ребёнка назвали бы именем, означающим «быстрый», «стремительный» или, например, «разящий». Мы так корабли называем. Буксир «Провоцирующий».

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Квентин Дорвард


Случай третий, фантастический. Самый сложный. 3871 год, планета Чмыр, колония федерации, звёздный крейсер «Хагендорф» находится на высокой орбите. Капитан Фантина ожидает разрешения на посадку. В это время оператор третьего сегмента планетарного щита прапорщик Понза, находясь под действием запрещённого наркотического вещества «драйс» активирует орудие, и берёт крейсер на прицел.


Скажите, вам здесь всё нравится? Наверное, к «Понза», «Фантина», «Драйс» и «Хагендорф» вы отнесётесь спокойно. Вероятно, вас покоробит название планеты. Очень уж похоже на «чмырь». Плохо ли это? Зависит от всего на свете. Если это юмористический рассказ, и вы допускаете шутки такого уровня, то «Чмыр» ничем не хуже «Урюпинска» с поправкой на время. Если же это серьёзное драматическое произведение, то – да, читателя перекосит. Он почувствует отсутствие у вас стиля. Невозможно сегодня читать Гёте девушке по имени Параша, хоть убейте. Было возможно раньше, может статься, это будет нормально в будущем, но сегодня – никак. Сдохнет от смеха ваш Ромео. Лопнет, испачкав Парашу. Из этого соображения можно сделать один простой вывод: ориентируйтесь на фонетическую созвучность имён и названий с представлениями читателя. А что такое читатель? Это молекула вашей целевой аудитории.


Возвращаясь к приснославному каналу ТНТ: там уместен герой, которого все зовут Вован. Но можете ли вы представить, что так зовут профессора Преображенского? Создавая фантастику, вы должны создавать многие правила и закономерности. Понимать и чувствовать зависимости и пропорции логики, футурологии, социологии и прикладного идиотизма человечества. Предсказать, угадать, предположить. Непонимание этого рождает тонны макулатуры, которая заставляет плакать даже такого закалённого человека как литературный редактор. Кстати, больше всего дряни приходило ко мне на почту под грифом «фантастика». Это не фантастика. Недостаточно отправить героев кататься на космических коньках по кольцам Сатурна, держась за руки и попивая спайси-колу. Простите, накипело. Короче, фантастика – самый сложный жанр. И очень мне обидно за Шекли и Бредбери, чьи славные труды омрачают полчища бездарных графоманов, считающих, что фантастика – это легко. Чего там? Пиу-пиу!


Если вы чувствуете, что в голове не складывается фонетическая гармония создаваемого вами мира – заимствуйте. Читайте фантастику, только хорошую! Со временем, вы или разовьёте в себе чувство стиля, или перейдёте на должность политического спичрайтера.

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Деленн


Случай четвёртый, волшебный. Профессор Джон Рональд Руэл Толкин взорвал мир своими хоббитами, но для нас важны его эльфы. Пожалуй, первее всех на ум приходит Галадриэль, правда? А какие там ещё были эльфы, помните? ФинАрфин, Арвен, Эарвен, Алатариэль, Келебриан… Я взял имена из ортодоксального перевода, вы можете обратиться к оригиналу. В любом случае, человек даже минимальный может почувствовать общую фонетическую гармонику. Толкин вообще создал язык – Квенья, который, мало того, что полноценный, со всеми правилами и законами любого существующего языка, так ещё и входит в группу других эльфийских языков. Вот это, кстати, уровень. Вот за это профессора и превозносят. За то, что к каждому фрагменту своего произведения он подошёл с такой же точно серьёзностью и глубиной. Умножьте это на фантазию и вкус, получите секрет успеха. Джордж Мартин, автор «Песни льда и пламени», прославившийся на этой тёте, откровенно сетовал на то, что созданный им валирийский не популярен, хотя ничем не хуже клингонского и квенья. Оставим это заявление на его совести, время рассудит.


Зачем я вам это всё рассказываю, так это затем, чтобы вы убедились в существовании некоторых ожиданий целевой аудитории, которые слабо изменились с тех времён, как Горлум ушёл купаться. Вот скажите мне, как вам эльфийский лучник по имени Чарльз? Может быть, Иван? А если его западный брат Айвен? Или даже Айвенго? Никак, правда? Именно потому никак, что у читателя в голове есть стандартная библиотека шаблонов, написанная именно Толкином. Все будут рифмовать ваших эльфов с толкинскими. И нужно очень много усилий, чтобы заставить читателя принять ваш вариант. Но стоит ли это делать? Никто же не пытается переименовать французских королей, верно? Король шестнадцатый Луи, отрезал всем пажам…

Вот и эльфы имеют своё пространство имён, которое профессор Толкин ему присвоил по праву первородителя. Так все этому и следуют. А все до единой попытки переиначить эльфизмы по-своему приводят к двум типам читательского протеста, о котором уместно говорить отдельно. То же самое касается орков. Напоминаю, кстати, что ни эльфов, ни орков Толкин не придумывал, это было не нужно. Они существовали в культуре давным-давно. Эльфы из германо-скандинавского и кельтского фольклора, орки – западноевропейские беженцы. У этих слов есть значения. Орк означает «сеющий смерть чужой», а эльф – «сияющий». Так что Толкин изобрёл только хоббитов. Чего вполне, между прочим, достаточно.


Давайте убедимся, что заветы старика сильны. Лукьяненко, рассказ «Конец легенды». Эльфийские имена: Эрендур, Эол, Ирэс, Нюменесси, Лютиэн, Элеросси, Феанор! Есть сомнения в принадлежности этих имён к фонетике Квенья? Нет? Идём дальше. Орки, а вернее, подразумеваемые под ними урки в романе Пелевина «S.N.U.F.F.». Имена: Грым, Жлыг, Шпыр, Трыг, Рван! Есть сомнения в том, что это отличные орочьи имена? Вы можете покопаться в литературе самостоятельно и убедиться, что писатели либо следуют заветам, либо бесславно протестуют. Сами решите, как поступить. Не забудьте только соразмерить себя и задачу. Что до человеческих имён в фэнтези, то сказанное ранее об исторических произведениях справедливо. Эпоху и культуру только подберите правильно. О гоблинах, троллях и драконах говорить надо? Думаю, вы уже поняли принцип действия.

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Элронд


Случай пятый, смешной. У Антона Павловича Чехова в рассказе «Страшная ночь» рассказчик по фамилии Панихидин живёт в Москве, у Успения-на-Могильцах, в доме чиновника Трупова. Его друг Упокоев снимал комнату у купца Черепова в Мёртвом переулке. Другой его друг, Погостов, жил в доме статского советника Кладбищенского.


Если вы помните рассказ, вы понимаете, что антураж мистического ужаса прекрасно дополняется такими именами и названиями, которые не дают читателю выйти из нужного автору состояния предвкушения смешной развязки. Используй Чехов обыкновенные имена и названия, рассказ был бы слишком жуток, ведь развязывается он единственным юмористическим пуантом. Конечно, вы можете сказать мне, что если бы вы были способны разбирать Чехова, вы бы этим и занимались вместо того, чтобы слушать меня. Хорошо, возьмём пример полегче. Ильф и Петров, «Золотой телёнок». Шура Балаганов. Разве не говорящая фамилия? Много энергии, много движений и мало толку. Фамилия эта прекрасно раскрывается Шурой. Согласитесь, Александр Балаганов это что-то совершенно драматическое, и пахнет, как мне кажется, рогоносцем, над которым потешаются. Как вам нравится Скумбриевич? Это же безупречно: жирненькая золотистая тушка, символ мещанства и уюта. Разве не отражает это наилучшим образом сути героя как отражали даваемые остроумными соплеменниками меткие прозвища, из которых, впоследствии, и появились имена? А Паниковский? Он и правда разводит панику и кипиш! Всё остальное о нём сообщают его имя-отчество: ожидаемо Самуэлевич, и совершенно ожидаемо Михаил. Если вы знаете положение евреев в Российской Империи примерно тогда, когда родился Паниковский, вы всё понимаете.


Считаю, что этих примеров достаточно. Подытожим: в юмористическом произведении допустимо, а часто и желательно, ярче подсвечивать сущность героя данными ему именами и даваемыми прозвищами. Добавлю, пожалуй, высказывание персонажа Эдди Мёрфи из малоизвестного фильма: «Когда мне надо было куда-нибудь уйти, я просила посидеть с ребёнком соседского паренька Чарльза» – смешно. А «Билли» – не смешно. Подумайте, почему.


Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Человек без паспорта


На десерт несколько простых советов.


Думайте об удобочитаемости. Художественная литература не должна царапать горло как осколки гранита науки, грызомого тупозубым студентом. Поэтому книги часто не просто переводят, но и адаптируют. Если для финна имя Ниирикки Лапосоисуомилаинен относительно безвредно, то у русскоязычного читателя оно вызовет паралич речевого центра мозга на третьей странице.


Сопоставляйте реальности. Если ваш рассказ на русском языке о болтовне троих друзей в баре, вы должны весомо обосновать имена Майкл, Уоррен и Джейми. Потому что для русскоязычного читателя одни эти имена переносят действие в одну из высокоразвитых стран НАТО, и он будет думать о том, почему это именно там, если разговор идёт всего-то о девушках, работе и выпивке. Нужны большие основания: реалии другой страны, особенности мышления, культурный код и так далее. Короче, Чарльз Иванович – это глупо.


Учитывайте отпечатки. Вы совершенно точно не можете написать рассказ о жизни мальчика Уилфреда в городе Саратове, делая вид, что имя никакого отпечатка на его судьбу и характер не накладывает. Конечно, будут дразниться, это повлияет на поведение, характер и развитие. Конечно, будут попытки выяснить, почему я такой, какой я есть. Если этим пренебречь, получится очень плоско и глупо.


Используйте аллюзии искусно. Погибший во время взрыва на баркасе герой фильма «Белое солнце пустыни» Верещагин – это прямая отсылка ко всем известному Василию Васильевичу Верещагину, погибшему на подорвавшемся на мине броненосце. Культура формирует имена нарицательные из имён собственных. Иван Денисович сильно, но вовсе не обязательно, отсылает читателя к Солженицыну. Но только намекните, что персонажу с таким именем может угрожать неволя и всё, сразу станет понятно, что имя выбрано не случайно. А ведь это заявка на право корректировки созданного и очень сильного образа. Которую вы провалите.

Если вы даёте персонажу фамилию Фортунатов, вы ни в каком случае и никогда не сможете избежать отсылки к Чеховскому жандарму. Равно как и отсылки фразой «ни в каком случае и никогда» – к Булгаковскому Воланду. А различив отсылку, читатель станет её выявлять. И рассердится, не найдя. Если у вас начальник колонии Фортунатов, тогда всё понятно. Чеховский Фортунатов склонен к насилию, совершенный маньяк. Но если это фармацевт… Так что вариант «чукча не читатель» не прокатит. Чтобы создать произведение, претендующее на место в культуре, нужно в этой культуре плавать самому, и отнюдь не на поверхности.


Не применяйте чужие уникальные имена. Вы не можете дать своему герою имя Дилвиш. Его придумал Желязны и применил по полной. Это не Билли, которых пруд пруди. Также не стоить использовать уникальные имена из древности, включая мифологию. Иисус Макалистер вызовет уйму вопросов к самому выбору имени, не говоря уже о том, что на вас могут напасть агрессивные (других не бывает) религиозные фанатики. Сократа тоже очень трудно использовать в отрыве от великого философа. Если у вас есть сила и возможность создать произведение, в котором будет уместен Зевс, который не бог – мои советы вам не нужны. Во всех других случаях это дельный совет.

Коротко о нейминге в литературе Литература, Текст, Длиннопост, Нейминг, Теория, Начинающий автор

Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт.



Источник

Показать полностью 7
17

С международным днем писателя!

Дорогие подписчики Лиги Писателей!


Поздравляем с международным днем всех состоявшихся и будущих писателей!

Пусть вас не покидает вдохновение и каждое слово дается легко 😊

С международным днем писателя! Писательство, День писателя, Поздравление
7

Вопрос по новым мероприятиям в Лиге Писателей

Дорогие подписчики Лиги Писателей!


Вот и наступил новый год, несущий свежие впечатления и события.

Давайте вместе помечтаем, каким бы мы хотели его видеть? :)

В каких конкурсах вам было бы интересно принять участие, какие темы нужно осветить в ближайших постах для шлифовки писательского мастерства?


Пожалуйста, высказывайте своё мнение в комментариях к этому посту!

Вопрос по новым мероприятиям в Лиге Писателей Писательство, Интересное, Полезное, Вопрос
15

Новогодний сборник Лиги Писателей!

Уважаемые Пикабушники и подписчики Лиги Писателей!


Вот и наступил 2019 год! ))

А мы по-прежнему хотим порадовать вас подарками!


В прошлом году коллектив авторов Лиги Писателей ( @RedPigtails, @Pacifistwar, @LineaSomnia, @MightyBee) подготовил для вас небольшой сборник новогодних рассказов и сказок. Здесь вы можете скачать его. Мы очень старались, всё делалось первый раз, и мы с волнением ждем ваших откликов.


Еще раз поздравляем всех с праздниками и желаем всего самого наилучшего в наступившем году!

Новогодний сборник Лиги Писателей! Писательство, Интересное, Новогодний сборник, Автор, Литература, Начинающий автор
17

С Новым Годом, Лига писателей! )

Дорогие пикабушники и подписчики Лиги писателей!


Поздравляю вас с наступающим 2019 годом!


Пусть все ваши мечты сбываются, ваши книги пишутся и публикуются.

Желаю воплощения всех творческих замыслов, умных читателей и легкого пера! ^_^

С Новым Годом, Лига писателей! ) Писатель, Новый Год, Поздравление
Отличная работа, все прочитано!