Kakao87

Прелесть дворницкой работы, о которой мало кто догадывается, — можно убираться в любое время суток.

Государственным дворникам, которые метут парки и муниципальные территории, такая вольность вряд ли положена. А у меня три двора, и жителям с управляющей компанией в общем-то всё равно, во сколько дворник сделает своё грязное дело. Да и моё состояние, чего уж скрывать, тоже никто не проверяет. Можно явиться в каком угодно виде — в форме или без, трезвым или не очень.

Однажды приехал убирать снег в белых линзах после мрачной ночной дискотеки — боюсь представить лицо жителя, наткнувшегося ранним утром на дворника в чёрном с белыми глазами. Разок убирался под грибами, вышло очень эйфорично: уборка походила на эзотерическую практику перерождения. Звучит как эксцентричная выходка, но для меня это давно рутина: являться посреди ночи вместо утра, в кажуальной одежде, слегка не в себе. Обыденность, доведённая до автоматизма.

Вчера вечером презентовал в клубе документалку о тверском панк-роке — дворник-документалист, куда деваться. Показ закончился к полуночи, и передо мной встал привычный выбор: доспать до четырёх и потащиться на уборку невыспавшимся или отработать сразу и завалиться спать без будильника. Выбрал второе — банальщина, чего уж.

Приехал во двор в первом часу. Всё было по накатанной: урны просили опустошить их, свежая партия опавших листьев ждала метлы, ветер разбросал фантики и упаковки — рутинный набор, из года в год один и тот же. Разве что на лавочке сидела незнакомая женщина — минут через пятнадцать после моего появления она ушла, так и не превратившись ни во что, кроме короткой паузы в привычном ходе вещей.

В другом дворе на лавочке привычно сидел пьяный мужик в наушниках, мычал что-то про свет в оконце. У самых его ног развалился мусор: скомканные бумажки, мятая банка, бутылка финского льда. Ледышку ненавижу всей душой – мразь встречается тут не реже окурков. Убирал рядом с мужиком, но он даже не шелохнулся, был слишком пьян, а я слишком привык: пьяных встречаю что ночью, что утром, что в будни, что в выходной. Обыденность и тут не сбоит.

В большом дворе деревьев почти нет, поэтому и уборка там укладывается в час. В малых дворах деревья исправно спонсируют мой труд листвой — что взять с осени, она из года в год одна и та же. В урнах — привычный набор: банки, бутылки из-под лимонада, кое-где мешки, которые не донесли до площадки с контейнерами. На самой площадке — рассыпавшиеся помои: кто-то снова кинул мешок мимо бака, и тот послушно шлёпнулся и развалился, как всегда, мерзавец.

Единственное, что можно с натяжкой назвать конфликтом, — сломалась хваталка для мусора. Любимый инструмент сдался в самом начале смены: лопнула проволока, что тянется от рукоятки до наконечника. Такое не чинится на месте, поэтому орудие труда мгновенно превратилось в мусор, а бутылки с фантиками пришлось собирать руками. Тоже привычная неприятность — у смышлёного дворника всегда есть запасной инструмент, а у меня со смышлённостью разлад.

Начал в 00:15, закончил в полтретьего. Без приключений, без комментариев, без единого удивительного открытия. Такой вот день рождения — пасть рвётся от зевоты.

Год назад в этот день подметал улицу в Хошимине забавы ради. Во Вьетнаме тогда пробыл 11 дней, а потом полетел в Южную Корею ещё на столько же. С перелётами и переездами путешествие растянулось на три недели с хвостиком. Весь прошлый сентябрь не работал и ничего не делал — наслаждался беззаботностью.

В этом году отпуск не взял. Четыре месяца назад взялся убирать третий двор и решил, что рано просить месяц отгула. В большом дворе отпуска нет вообще — там я на договоре ГПХ. А когда в маленьком дворике спросили про отпуск — отказался. Пока не знаю, получу ли зарплату целиком или только отпускные.

Был вариант взять отпуск именно в этом дворике, а в остальных продолжать убираться, но он мне не понравился. Этот двор соседствует с первым и третьим, и убирать соседей, забыв про середину, выглядит нечестно.

Может, решение не отдыхать продиктовано моим состоянием или отношением к работе. Вот какое оно.

Отношение плоское — как год назад. Последний всплеск чувств случился зимой и ранней весной. Жалобы на плохую уборку сыпались градом. Не успевал из-за аномальных снегопадов и стоял в шаге от увольнения. Знакомым маркетологам с собственным агентством сказал: если найдётся работёнка тысяч за десять — брошу метлу и приду к вам. Разговор ничем не кончился, а вместе с ним стихли и терзания.

Сейчас работа дворника мало трогает. Решение про отпуск принял в апатии — если апатией называть равнодушие без единого переживания.

Хотя сам в себе сомневаюсь: созерцание красоты — разве не переживание?

Каждый раз захожу во двор и вижу, как вдоль бордюра шелушится неровный строй опавших листьев. Ветер не смолкает в молодой листве. Кошачья тень ныряет в окошко подвального тартара. Дорожку на выходе из дворика огибает облысевший грунт, ставший парковкой. Рядом с ним – неудачный противопарковочный столбик: покрышка, навек прикипевшая к земле и превратившаяся в мусорку. По утрам студёный воздух уже леденит руки. Недавно прошёл последний в сезоне покос — счищал с тусклой косы кровь убитых трав. У подъезда всё те же холодные стены с присохшей бумагой — бывшими объявлениями. После дождя вижу, как ползёт из треснувшей скорлупки плевок вдоль бордюра — непонятно, откуда и куда, ведь травы-то рядом нет. Пустуют утренние дворики за помойною речкой. Урны, как и год назад, всё так же источают смрад. К концу уборки твердь небес над дворами совсем седая, но в тени уже встаёт младая розоперстая Эос.