Kabaninja

Пикабушник
поставил 209 плюсов и 3 минуса
отредактировал 0 постов
проголосовал за 0 редактирований
5425 рейтинг 3 подписчика 24 комментария 9 постов 3 в горячем
5140

Вообще не жалко

Зашёл к другу, сидим болтаем за жизнь. Заходит его трёхлетняя дочурка с тарелкой яблок, подходит к нему, и изрекает фразу, которая теперь стала уже крылатой: "Вот, бери сколько хочешь! Но только одно!" 

20

Как я петь пошёл

Сегодня, на 33 году жизни, я приобщился к музыкальной культуре человечества. К вокальной её части. Вообще сейчас принято говорить «занимаюсь вокалом», это модное, пафосное и уважаемое занятие. Не то, что «хожу на пение». Однако я, не умея издавать ртом хоть сколько-нибудь приятные уху звуки, решил, что пойду именно «на пение» и до «занятий вокалом» я ещё не дорос.


Началось всё с того, что парой недель ранее мой боевой товарищ по коммерческой войне, Олег, с упоением, и, как принято было говорить среди HRов одной компании, с экспансией, рассказывал о том, как он пошёл заниматься вокалом, сколько педагогов перепробовал, и как нашёл того самого, и как это круто заниматься вокалом, и какой огромный прогресс настиг его уже после пары занятий. Я, как человек впечатлительный, тут же проникся идеей выплеснуть из себя всё то прекрасное, что накопилось за эти годы, посредством своего поистине уникального, поражающего своей глубиной и звучностью голоса.


Психологи и коучи говорят, что нужно визуализировать свою цель, и я визуализировал. Уютный ресторанчик, живая музыка, и вот он я, играючи беру первые ноты ужасно трогательной, душещипательной, и в то же время сильной песни. Женщины начинают плакать и уходить от своих мужей, мужчины закуривают и просят бармена повторить, бармен показывает мне жестом, что сегодня вся моя выпивка будет за его счёт.


Ну, считай дело в шляпе, осталось только записаться на первый бесплатный урок. Сказано-сделано, через пару дней я прибыл в творческую студию. Решив, что перед таким ответственным занятием мне просто необходимо облегчить груз тревоги, я направился на поиски места, где мог сделать это официально. Туалет представлял собой комнату с двумя кабинками и раковиной, возле которой на одной ноге прыгала стройная красивая девушка в джинсах и топике. Вторую ногу девушка засунула в раковину, и проводила там какие-то манипуляции. Увидев меня, девушка слегка напугалась, но ногу из раковины вынимать не стала.


«Ты Kabaninja, на два часа записан? Я Катя.» - девушка продолжила что-то делать в раковине.

Катя. Педагог по вокалу. Я мысленно поздравил себя с тем, что сегодня мне предстоит не просто нелепо выглядеть, а нелепо выглядеть перед красивой девушкой. Просто бинго. Катя указала на свою ногу в раковине:


«Подошва сейчас треснула, обидно, блин!» - Катя зачем-то мыла потрескавшуюся подошву.


Помимо грации девушка обладала пробивной харизмой амазонки, что и продемонстрировала секундой позже: поняв, для чего я, собственно, прибыл в сию обитель, она, нисколько не смущаясь, кивнула в сторону кабинки: «Их тут две.» Это, скорее всего, был намёк на то, чтобы я не ломился в закрытую кабинку, а воспользовался свободной. Что ж, чему тут удивляться - я никогда не производил впечатления умного человека.


Вообще меня мало прельщала возможность поддаться естественным нуждам, находясь рядом с такой эффектной девушкой, но вариант покинуть помещение, не добившись цели, я счёл унизительным и нелогичным. Поэтому твёрдым, насколько мог, шагом я таки проник в свободную кабинку. Эта маленькая победа придала мне сил, но не уверенности. Катя, проявив, помимо красоты, грации, амазонской харизмы, еще и чуткость, начала нарочито громко мурлыкать какую-то мелодию. Я отчётливо понял, что моё альпийское журчание никак не дополнит эту композицию, поэтому продолжал стоически терпеть. Екатерина, наконец смиловавшись надо мной, покинула помещение, громким хлопком двери показав мне, что я могу уже начать делать то, что задумал.


Закончив со своими делами в туалете, я подошёл на ресепшен, и понял, почему Катя намывала свои сандалии – на входе надо было разуваться, и переодеваться в тапочки, которые были сложены рядом в ящики. Выбрав единственные фиолетовые из кучи чёрных, я переобулся и пошлёпал дальше.


Зайдя в комнату, где должно было проходить занятие я понял, что не прогадал с тапочками - стены слегка фиолетового цвета, и тёмно-фиолетовое кресло-мешок отлично гармонировали с моими ногами. Хороший знак. Уютный ресторан всё ближе, женщин от мужей уходит всё больше, бармен уже открывает шампанское.


Катя расположилась за синтезатором, я же, выбирая между мешком и стулом, выбрал последнее. Борясь с волнением и стеснением, я постарался сесть как можно естественнее, но зеркало на противоположной стене показывало, что естественность моей позы была сравнима с естественностью позы человека, в первый раз пришедшего к проктологу. Катя это заметила, и приветливо предложила пересесть, и поудобнее устроиться в кресле-мешке. Со второго раза расслабленная поза получилась чуть лучше.


«Расскажи мне, есть ли у тебя какое-то музыкальное прошлое?» - с такого вопроса Катя начала пробное занятие.


«Я надеюсь, что моё музыкальное прошлое ещё в будущем» - дерзко ответил я. Ну как ответил…Этот ответ я придумал спустя 3 часа после занятия, а тогда промямлил что-то типа «я знаю названия нот, и еще слышал слово октава».


«Ок, вставай, мне надо тебя послушать» - Катя занесла руки над синтезатором, - «я буду играть простенькую мелодию, а ты её повторяй закрытым звуком, то есть делай мммм не открывая рта».


Идея петь с закрытым ртом мне очень понравилась, ведь так окружающие люди могли бы избежать психологических травм, а здоровая психика – это залог здорового общества. Катя начала играть простенькую мелодию из четырёх нот. Я сосредоточенно мычал про себя. Настолько сосредоточенно, что Катя попросила меня немного расслабить лицо, и только тогда я понял, что мои брови касаются друг друга. Я разлучил их усилием воли.


«Ок, у тебя есть некоторая склонность к завышению, давай теперь попробуем петь» - Катя поднимала ставки, - «Давай ноту до».


Она нажала клавишу на синтезаторе, и показала, как брать эту ноту: её чистый и сильный голос звенящим горным потоком заполнил комнату. Настала моя очередь:


«Доооооо». Старый больной муфлон пришёл умирать на вершину горы.


«Чуть ниже» - она снова нажала клавишу.


«Доооооо». Бармен убирает бутылку с шампанским, женщины массово возвращаются к мужьям.


«Еще чуть ниже» - мой педагог не сдавалась.


«Доооооо» - снова затянул я.


«Свидааааания» - должна была продолжить Катя, но, к моему удивлению, урок продолжался.


Огранку моего таланта Катя решила продолжить упражнениями по дыханию. От неё я узнал, что вдыхать нужно носом и как-бы «в живот». Мы встали перед зеркалом и начали тренироваться. Мой живот, наполнившись воздухом и чувствуя присутствие привлекательной девушки, начал приветственно выпячиваться под рубашкой. Катя сказала, что это нормально.


«Положи мне на рёбра руки, поймёшь, как должно быть при вдохе» - предложила она.


Я даже не успел спросить бесплатно ли это, когда мои руки сами оказались на её рёбрах. Тут я в полной мере осознал, как же круто быть вокалистом. Вообще это упражнение должно было научить меня дышать, но я, почему-то, наоборот забыл, как это делается.


«Ну как, понял?» - спросила она, отходя к синтезатору.


Я немного понял, но говорить всё ещё не мог, поэтому просто активно закивал.

Далее мы попробовали под аккомпанемент синтезатора распевать ноты, и я даже сам нажимал клавиши, но тут оказалось, что на руке слишком много лишних пальцев, и мне, привыкшему больше к боксёрской перчатке, стало непонятно зачем вообще человеку такое их количество. Вероятнее всего человеки с меньшим количеством пальцев вымерли, не пройдя естественный отбор.


На этом моменте закончились сорок пять минут пробного урока, которые прошли, примерно, как пять. Катя сказала, что мне надо приобрести синтезатор, чтобы привыкать к нотам, и, назначив дату следующего занятия, отпустила домой. Выйдя из здания, я полный адреналина и эмоций, задавался только одним вопросом: какой синтезатор брать?

Показать полностью
46

Таков путь

Кусок острой медицинской стали вонзился в мою плоть. Хм, интересное ощущение. Никакой накатывающей, словно горячая волна, боли. Холодно. Яркий свет ударил в глаза. Сквозь этот слепящий свет я с трудом разглядел фигуру. Она излучала уверенность, силу и сострадание. Это… ангел?

Парой часов ранее, с твёрдым желанием что-то изменить в своей жизни, я прибыл в местную юдоль слёз – городскую поликлинику. Пройдя обязательную процедуру обахиливания ботинок, я направился в локальный филиал Чистилища – Регистратуру.

- Добрый день! Подскажите, пожалуйста, у меня запись к хирургу, это мне куда? – я старался говорить точно в центр окошечка.
- Кабинеттридцатьдватретийэтажлестницаналево. – из окошечка последовал более чем исчерпывающий ответ.

Двигаясь в указанном направлении, я всё глубже проникался атмосферой внутреннего убранства этого потрясающего места. Использовать слово «интерьер» в данном случае не решился бы даже самый смелый дизайнер. Потрескавшаяся побелка, старый потёртый линолеум, крашеные стены. Возможно, это такая специальная задумка, чтобы люди выздоравливали быстрее, потому что приходить сюда снова явно никому не хотелось.
Люди, сидящие вдоль стен, делились на тех, кто просто спросить, и тех, кто своими трагичными позами, и полными страданий лицами, были бы отличными моделями для художников Ренессанса. Поплутав по лестницам и коридорам, я всё же нашёл нужный кабинет. Если бы это был форт Боярд, то Паспарту уже тащил бы мне ключ. К счастью, для приёма у хирурга сейчас не обязательно привлекать карликов, достаточно иметь снилс и полис. Очень удобно. Для карликов.

В кабинет тянулась длинная очередь. То самое чувство, когда понимаешь, что следующие два часа пройдут офигенно. В незнакомом коллективе надо сразу ставить себя так, чтобы уважали, поэтому я сразу выделил лидера, уверенно подошёл, и жёстко сказал: «Кто тут крайний в очереди?» Вообще-то я записывался на приём к определённому времени, но доброжелательные лица стоящих в очереди людей отчётливо говорили мне, что вероятность получить костылём по хребтине гораздо выше, чем вероятность попасть в кабинет без очереди. Я занял своё место за милой бабушкой в пушистом шерстяном платке, с пресловутым костылём в узловатых руках. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Знаем, плавали.

Два часа пролетели незаметно, словно пять лет. Вот она, заветная дверь. Я зашёл. В небольшой комнатке за столом сидели две женщины, одна, лет сорока, была одета в синие брюки, и синюю же тунику. Вторая, чуть полнее, такого же возраста, была одета в белый медицинский халат, она сидела рядом. Чуть поодаль сидела третья, пожилая женщина, так же одетая в белый халат. Они увлеченно разговаривали. До меня долетали лишь обрывки фраз: «Там столько заданий…Конференция будет шестого числа…». Я поздоровался. Не отвлекаясь от разговора, одна из женщин махнула рукой, указав на стул. Я послушно сел. Медработницы продолжали беседу. Как водится, было очень интересно, но ничего не понятно. И даже поп-корна не дали.

Наконец женщина в синем обратила на меня внимание, улыбнулась, и решила посвятить меня в тонкости разговора: «Да я на хирурга обучаюсь, вот билеты прощёлкиваю». Я не волшебник, я только учусь, ага. Я вежливо улыбнулся, и кивнул. В конце концов, что я мог ответить человеку, обучавшемуся на хирурга? Она продолжила:
- Ну, что у Вас?
- Вот, – я расстегнул рубашку.
- Угу, - она подошла ближе, - давно это у Вас?
- Несколько лет.
- Надо резать! – категорично постановила женщина в синем.
Она отошла к столу, взяла какой-то журнал, полистала.
- Пятнадцатого числа удобно?
- Да, вполне, сейчас я свободен? – с надеждой спросил я.
- Да, тогда пятнадцатого после тринадцати часов приходите, - она начала что-то писать в журнале, но остановилась, окинула взглядом коллег,- А чё сидеть то, проходите в соседнюю комнату, раздевайтесь по пояс.

Прямо сейчас?! Блин, я же без мамы пришёл. Ну и что, что тридцать лет. Ладно. Быстрее сядешь, быстрее выйдешь. Я снял рубашку, и зашёл в соседнюю комнату. Светло-зелёная плитка покрывала пол и стены, в середине, словно алтарь, стоял операционный стол. Над столом нависла огромная лампа, рядом со столом на подставках поблёскивали скальпели, зажимы, и ещё какие-то инструменты, названия которых обычно не произносят в фильмах и сериалах про врачей.

- На новокаин аллергия есть? - спросила вошедшая в операционную женщина в синем.
Блин, ну точно надо было с мамой приходить. Я буркнул что-то нечленораздельное.
- Зубы когда лечите, обезболивающее нормально переносите? – она спросила уже более понятным языком, видя моё замешательство.
Теперь моё бурчание звучало утвердительно.
- Ну, ложитесь.
На женщине откуда-то успел появиться фартук и шапочка. Отлично, меня будет резать хирург-ученик. Может пусть лучше та, в белом?

Словно прочитав мои мысли, полноватая женщина в белом халате вошла в операционную. Я спасён. В сторону, дилетанты, пропустите профи. "Синяя", натягивая резиновые перчатки, не глядя, обратилась к ней:
- Наташ, приготовь новокаин.
- Хорошо, Елена Владимировна.
Елена Владимировна. Кажется, именно так звали хирурга, к которому я записывался. Значит всё-таки она. Хирург, обучающийся на хирурга. Видимо речь тогда шла о повышении квалификации. По крайней мере – это самая утешительная мысль из всех, возникших в моей голове.
- Молодой человек, Вы так и будете стоять? – голос Елены Владимировны прервал ход моих мыслей.

Я, аки агнец на заклание, лёг на стол. Не зная, куда лучше деть руки в такой ситуации, я решил, что лучше всего будет сжать ремень. Уверенная мужская поза – ноги чуть расставлены, руки на ремне, суровое выражение лица, ни дать ни взять сошедший с плакатов герой боевиков из девяностых. Только лежу. Моя голова была несколько запрокинута, поэтому мне не было видно, что со мной происходит ниже шеи. Я смотрел в потолок, и чувствовал, как в меня вонзаются холодные иглы.

- Больно? – задала вопрос Елена Владимировна,
- Нет, – честно ответил я,
- Больно? – снова спросила Елена Владимировна,
- Нет, - снова честно ответил я,
- Больно? – Елена Владимировна не сдавалась,
- Нет, – не сдавался и я.
- Хорошо.
Меня так просто не расколоть. Я кремень. Но на всякий случай покрепче схватил ремень.
Кусок острой медицинской стали вонзился в мою плоть.

Хм, интересное ощущение. Никакой накатывающей, словно горячая волна, боли. Холодно. Яркий свет ударил в глаза. Сквозь этот слепящий свет я с трудом разглядел фигуру. Она излучала уверенность, силу и сострадание. Это… ангел?

Ангел твёрдо и уверенно что-то во мне кромсала. И так же твёрдо и уверенно она давала команды помощнице: «Промокни. Держи. Сожми. Отрежь». Я слышал металлический лязг сменяемых зажимов, скальпелей, и ещё каких-то инструментов, названия которых обычно не произносят в фильмах и сериалах про врачей.
Минут через пять после начала внешнего вмешательства в мой организм, Елена Владимировна произнесла: «Всё, шьём». И еще через минуту: «Натаааш, ну давай быстрее, мы его так до Нового года зашивать будем». Да, Наташ, давайте, пожалуйста, побыстрее, мне до Нового года никак нельзя, у меня день рождения скоро.

- Больно? – Елена Владимировна завела старую песню.
- Нет, - я был непреклонен.
- Ну тогда вставайте, всё готово.

Я сел, первым делом посмотрел на свою грудь. На ней красовались четыре стяжка толстой чёрной ниткой. Если бы в этот момент в операционную зашёл Джон Рэмбо, и увидел мой шов, то он бы точно пожал руки этим двум женщинам.

- Ну всё, можете идти, - медсестра Наташа готова была отпустить меня восвояси.
- Натаааш, ну мясо то ему заклей, - Елена Владимировна с её решением была явно не согласна.
Так на мне появился халявный пластырь. Я тепло попрощался с этими героическими женщинами, и двинулся в сторону дома. Мне предстояло еще два визита в это прекрасное место. Но это уже совсем другая история.

Таков путь Юмор, Медицина, Длиннопост
Показать полностью 1
8

А чем ты чувствуешь?

Чем я чувствую? Если бы я мог понять. Мне сказали, что жизнь дана в переживаниях. Человек, мол, может воспринимать эту жизнь только через чувства. Вижу я глазами, слышу ушами. А дальше чувствую. А где же тогда чувства, где они живут? Вот вижу любимую девушку - и в животе что-то тёплое порхает, растекается блаженно по телу. Получается, люблю животом что ли? Смотрю на него – вот он, с пупком, ничего такого. А страх? Тягучей ватой заливает ноги, они становятся каким-то чужими, отзываются как не свои. Выходит, боюсь ногами, ни дать ни взять. Взглянуть на них – ноги как ноги, ну волосатые немного. Тревогу взять – мерзкий, гадкий комок в груди, по всему телу пульсирует, аж трясти начинает. Значит, тревожусь грудью. Флюорографию сделал – всё нормально говорят, никакого комка. Опять непонятно. Недавно весть радостная – племяшка-красавица родилась, и как-то в руках такая сила появилась, хоть гвозди гни, хочется ими добро делать, дайте мне добра, всё переделаю! Руками радуюсь, как ни крути! А так посмотреть – руки как руки, как у всех. Так чем же я чувствую? Получается всем. Ну, разве что, кроме головы. Она смотрит и слушает.

9

Справедливый охотник

Это была его ночь. Это были его угодья. Никто не смел вторгаться сюда. Лунный свет серебряными нитями сшивал лоскутья ночного мрака. Тьма никогда не была помехой ночному охотнику. Тьма была его давней союзницей. Сливаясь с ней, он тихой поджарой тенью, абсолютно беззвучно, скользил к своей жертве. Он видел её. Он слышал её. Он чувствовал её. У неё не было ни единого шанса. Он замер. Вот она, не подозревающая о роке, нависшем над ней. Таков баланс, такова природа вещей, приготовившись к прыжку, он, высший хищник, не чувствовал жалости. Его мощные лапы напряглись, под шкурой взбугрились мускулы. Его зрачки замечали каждое движение, его нос ловил малейшие изменения в воздухе. Жертва замерла. Сейчас! Точным, грациозным прыжком он настиг цель, острые когти пронзили плоть, клыки завершили дело. Он был милосерден - он убивал быстро.

Сегодня, он помнил это, была не простая ночь. Полная луна служила знамением. Баланс должен быть соблюдён. Это значит, что сегодня добыча ему не принадлежит. Сегодня он отдаст добычу покровителю этих мест, и, возможно, боги охоты даруют ему пищу снова. Охотник сжал тело жертвы зубами, и потащил. Луна указала ему путь. Вот он, Покровитель. Исполинская сущность. Нет шерсти, нет когтей, его зубы не предназначены для охоты. Возможно, в этом и есть сакральный смысл – хищник отдаёт добычу тому, кто не может добыть её сам, взамен получая благословение. Хищник почтительно приблизился к безволосой морде покровителя. Разжав клыки, он выпустил тело жертвы. Дар преподнесён. Покровитель зашевелился, его глаза открылись, он смотрел на охотника. Охотник знал, сейчас нельзя отвести глаза. Покровитель схватил подношение, оно исчезло где-то в его недрах. Исполин издал звук, подобный летнему грому – благословление хищнику на новую охоту, и тут же снова погрузился в сон. С чувством выполненного долга, хищник поспешил покинуть это место. Теперь можно немного отдохнуть. Но только немного, ведь ночь, его ночь, еще не закончилась.

***

Макс спал. Закутавшись в одеяло, он видел прекрасный сон, было легко и тепло, он словно парил в невесомости, наслаждаясь сказочной нереальностью происходящего. Вдруг он почувствовал, как что-то мокрое, лохматое и липкое упало ему на лицо. С трудом продрав глаза, он увидел своего рыжего котёнка, стоящего у него на груди. Он с интересом наблюдал за происходящим. У себя на лице Макс обнаружил игрушечную мышку – любимую игрушку питомца. «Оскар, какой же ты болван, дай, блин, поспать» - сонным голосом пробормотал Макс. Забрав мышь под одело, чтобы кот её снова не достал, Макс снова погрузился в уютные чертоги сна.

Показать полностью
56

Внимание! Рептилоиды...

Он постепенно приходил в сознание. Медленно, как учили, глубоко набрал в лёгкие воздух, медленно выдохнул. Тело отзывалось странно – руки и ноги не слушались, он чувствовал себя правшой, который первый раз пытается писать левой рукой. Так, он выжил, это хорошо. Пора приступать к следующему этапу. Надо осмотреться. Он лежал в кровати с высокими, даже слишком, бортиками. Его окружала небольшая светлая комната, её тёплые тона создавали уютную спокойную атмосферу. Через окно, которое закрывали занавески с какими-то неправдоподобными зверями, едва пробивались солнечные лучи. Тишину комнаты нарушал лишь звук изредка перелистываемых страниц - в углу комнаты сидела молодая девушка, она увлечённо читала какую-то книгу.

"Какой сейчас год? – пробормотал он, обращаясь к читающей девушке, - Помогите встать… "

Он хотел сказать что-то ещё, но понял, что язык не слушается. Девушка встрепенулась, подбежала к нему. Она склонилась над ним, улыбнулась, и ласково коснулась щеки:

"Ктооо это у нас такой красивый проснулся?" – проворковала она.

"Что? - он, видимо, ещё бредит. - Девушка, какой сейчас год? У нас мало времен…"

"Да мой хороший, выспался?" - она перебила его, чмокнув в лоб. Она подошла к окну и распахнула шторы. Комнату залил яркий свет, заставляя зажмурить глаза.

«Просыпайся потихоньку, сейчас мама приготовит покушать» - продолжила девушка, и отошла в другой угол комнаты, где он не мог её видеть.

Какая ещё мама? Чья мама? Мысли путались.

«Где я? Как Вас зовут? У меня есть срочная информация, мне нужно связаться с Правительством Земли! – он вновь попробовал обратиться к девушке.

«Да-да, мой хороший, какой ты сегодня говорун! Приснилось что-то? Сейчас, сейчас…» - девушка продолжала говорить с ним, словно с душевнобольным.

У неё явно было хорошее настроение. Она подошла к его кровати, обхватила его руками, и к его великому удивлению, легко подняла его из кровати. Он взрослый мужчина, как она это сделала? Только сейчас он понял, что она намного больше его.

«Что за чертовщина, куда меня закинуло?» - едва успел подумать он, когда его взгляд упал на большое зеркало, из которого на него улыбалась поднявшая его девушка и годовалый испуганный карапуз в чепчике и подгузниках у неё на руках. Он машинально коснулся своей головы. Чепчик. Он перевёл взгляд вниз – подгузник.

«Ооооооо чёёёёрт! – воскликнул он, - о чёрт чёрт чёрт!». Малыш в зеркале издал нечленораздельное «уууыыууа». Девушка рассмеялась, и ещё раз чмокнула его в лоб.

«Девушка, это чудовищная ошибка, - в панике начал он, - я прибыл из будущего с важной миссией, всё человечество в опасности! Послушайте...» - он не успел договорить, как ему в рот вонзилась какая-то округлая жёсткая штуковина. Он инстинктивно сжал челюсти, с досадой отметив про себя, что зубов на них нет. Миссия с каждой секундой становилась всё тяжелее. Рот наполнился тёплой сладковатой жидкостью. Молоко. Он сжал волю в кулак, и смог таки разжать челюсти, перекрыв поток молока из штуковины. О боже, это, видимо, соска. Он попытался языком вытолкнуть соску изо рта, но девушка, очевидно, не оставила намерений накормить чадо. Он начал двигать ногами, одновременно отталкивая своими руками руки девушки. Без толку. «Вспомни уроки!» - он мысленно приказал себе расслабиться и сделать глубокий вздох. Он сконцентрировался и резко дёрнулся всем телом. Его рот наконец-то освободился.

«Да что с тобой сегодня! – с долей негодования воскликнула девушка, - сам на себя не похож».

Она убрала бутылочку, посадила его напротив зеркала, и быстро вышла из комнаты. Он оглядел себя в зеркале: пухлые щёки, слюнявый рот, пузико, маленькие пальчики. Он вздохнул.

«Дааа, солдат, вот это ты попал, - сказал он себе, - Не вздумай сдаваться!»

Малыш в зеркале сказал: «уаааууыааввыа». Он снова тяжко вздохнул. Это будет тяжелее, чем он думал.

Девушка вернулась с женщиной постарше. Наверно это её мама. Он услышал обрывки разговора: «…слишком разговорчивый…отказался есть…». Женщина, присев рядом, улыбнулась ему:

«Нуууу, кто это у нас тут такой капризный с утра?» - опять этот сюсюкающий тон.

«Женщина, послушайте, - он старался говорить максимально медленно и разборчиво, - я капитан Звёздного Флота Земли, прибыл из будущего, моё сознание ошибочно поместили в тело этого ребёнка, у меня есть важная информация текущему руководству Земли. Рептилойды уже рядом! Мы должны предотвратить вторжение, иначе человечеству конец!»

Он видел, как она пристально на него смотрит. Не может быть, неужели она начинает его понимать. Женщина вдруг ладонями резко сжала ему щёки, из-за чего из его рта вырвалось «пффввф». Они с девушкой весело рассмеялись.

«Он выглядит здоровым, просто уже хочет говорить, - женщина начала учить дочь, - они в этом возрасте такие, раз и заговорили!»

«Ж-Е-Н-Щ-И-Н-А! – он начал терять самообладание, - прекратите этот детский сад! Земля в опасности!»

Она, улыбаясь, начала его щекотать. Детский организм предательски отозвался смехом.

«Пожалуйста…ахахаха…прекратитеее…ахахаха, - он, не в силах сопротивляться, смеялся заливистым звонким смехом, пытаясь еще раз докричаться до женщины, - миллионы жертв…ахахах…Земля перестанет существовать…хахахахххаааа»

Наконец пытка закончилась. Он видел, как девушка направила на него какой-то плоский предмет.

«Телефон! – догадался он, - В этом времени люди еще ими пользовались! Это мой шанс!»

Если он сможет с помощью него передать сообщение…Он резко, как только смог этими ручками, выхватил телефон из рук девушки. Заветный гаджет оказался в его маленьких пальчиках. Как же он включается? Он никогда не имел дело с такими древними технологиями. В отражении на экране он увидел своё сосредоточенно-серьёзное детское лицо. Он поднял взгляд на женщин, и увидел, что обе они веселятся, глядя на его мучения. Он в ярости отбросил телефон. Это провал. Мы все обречены. Малыш, в теле которого он был, в ответ на эти мысли громко расплакался. Девушка тут же снова взяла его на руки, осыпая поцелуями и сюсюкая:

«Ну-ну, сейчас мы пойдём гулять, будем кататься» - успокаивающе ворковала она.

Через полчаса его уже везли по улице в детской коляске. Борясь с сонным укачиванием, он пытался обращаться к прохожим, но всё было тщетно – глупцы лишь улыбались милому карапузу. Наконец его неокрепший организм стал проигрывать битву со сном – думать становилось всё сложнее, веки смыкались, дыхание замедлялось.

«Отмена миссии» – успел подумать он, перед тем как уснуть.


* * *


Казалось, прошла секунда, когда он снова очнулся. Он резко открыл глаза, в них резко ударил свет транслокатора – устройства, с помощью которого учёные отправляли его сознание в прошлое. Он резко начал срывать с себя датчики и электроды, стремясь освободиться из машины. Выбравшись, он оказался окружённым группой учёных.

«Командир, - робко начал один из них, - вы быстро вернулись…»

«ИДИОТЫ! – он обрушил свой гнев на учёного, - Быстро?! Вы засунули меня в тело полугодовалого младенца! Знаете как на младенческом языке звучит «Внимание! Вам грозит опасность!»? Уууыыыууааа! Я несколько часов угукал! Я офицер Звёздного флота, меня кормили из бутылочки! Как давно вам меняли подгузник? А мне только что!»

Наконец ярость его оставила, и он оттолкнул учёного, и шатающейся походкой покинул помещение. Покрасневший молодой учёный трясущейся рукой поправил очки.

«П-п-похоже в расчётах снова была ошибка, - сумел вымолвить он, - в теле собаки он продержался дольше…»

Показать полностью
7

Ходячие СчастливцЫ

Их осталось трое. Они, словно добыча от хищника, убегали сквозь заброшенный город. Всюду их окружали оставленные автомобили, покинутые магазины, пустые дома. Всё выглядело так, словно люди оставили это за ненадобностью, вдруг отбросили лишнее. Они пробежали мимо пустого кафе, на пыльном полу остались валяться остатки от бургеров, стаканчики с недопитой колой. Дальше за углом им попалось разгромленное отделение банка: вывеска на входе погасла и покосилась, везде были разбросаны ставшие ненужными банкноты. Они бежали по дороге, к центру, к его высоким зданиям, постоянно оглядываясь. Мрачное суровое лицо первого мужчины выражало отчаянную решительность, он бежал впереди. Второй мужчина был значительно моложе, его взволнованное лицо покрывала испарина, выдавая испуг. Последней бежала девушка, её длинные светлые волосы развевались, по лицу текли слёзы. Обернувшись, вдалеке она увидела огромную, плотную толпу, похожую на надвигающуюся волну невероятного размера. Когда-то эти создания были такими же людьми, но сейчас они стали…другими. И сейчас Другие шли за ними. «Скорее, они рядом!» - срывающимся голосом крикнула девушка. Трое измождённых людей ускорились, продолжая бежать по заброшенной махине города. Мрачный мужчина махнул в сторону ближайшей высотки: «Туда, нас догоняют!». Они кинулись через перекрёсток к зданию. Осталось чуть-чуть. Повернув за угол, они резко остановились, налетев друг на друга. Другие. За поворотом оказалась ещё одна толпа. Толпа надвигалась на них. Девушка, попятившись, всхлипнула. Другие выглядели как обычные люди, но ими не были. Они шли, приветливо улыбаясь, кто-то задорно смеялся, кто-то пел, кто-то даже шёл в обнимку. Другие показывали на них руками, приглашающе махали. Как старые знакомые, с которыми давно не виделись, и которых рады видеть.

«Назад! – резко скомандовал мрачный мужчина. – Бежим!».

Тройка резко развернулась и побежала в другую сторону, Другие побежали за ними. Погоня продолжалась пару кварталов, когда бежавший последним молодой парень споткнулся и покатился кубарем. Его тут же нагнали Другие.

«Нет!» - крикнула девушка.

Она видела, как её товарища окружили. В толпе его подняли на ноги, начали отряхивать, кто-то крепко его обнял, кто-то потрепал по макушке. Парень пытался сопротивляться, но его обнимало уже несколько других. Кто-то начал его щекотать. Девушка видела, как ужас на его лице постепенно начал сменяться робкой улыбкой. Она не верила своим глазам. Теперь он уже смеялся, вдруг встретился с ней глазами, и протянул руку в приглашающем жесте.

«Неет…» - всхлипнула девушка.

Мрачный мужчина резко рванул её за руку:

«Его уже не спасти, теперь он один из них, не поддавайся!».

Другие снова двинулись к ним. Он потащил девушку в ближайший подъезд, захлопнул и упёрся в дверь, пытаясь не дать открыть её.

«Нееет, – он кричал, пытаясь удержать дверь, – я взрослый серьёзный человек! Надо быть жёстким, чтобы боялись! Никаких хиханьки, никаких хаханьки! Я не буду выглядеть дураком! Я…»

На этих словах дверь не выдержала, Другие ворвались внутрь. Девушка перестала слышать его крик. Она беспомощно наблюдала, как мужчину окружили, как Другие понимающе стали похлопывать его по спине, как он уткнулся в объятья женщины, и зарыдал. С ужасом она наблюдала, как его рыдания превращаются в счастливый смех. Теперь Другие повернулись к девушке. Она вжалась в стену – бежать некуда. Настал её черёд.

Показать полностью
13

Хомяк

Девочка держала в руках альбом для фотографий. Маленькие ручки перелистывали страничку за страничкой, пока не остановились на одном фото – она с пышными синими бантами задорно смеётся, а между бантами, прямо у неё на голове, сидит хомяк, которого папа подарил ей на день рождения. Долгое время хомяк был её верным другом, всегда поддерживал её в играх, он бывал в роли ребёнка Кена и Барби, и первым покупателем в её игрушечном магазине, а розовый игрушечный домик был будто создан специально для него. Пушистый друг мастерски играл в прятки, и мог часами бегать в своём колесе. Сегодня родители, как обычно, забрали её из садика вечером, и она скорее прибежала в свою комнату к другу. В садике весь день они играли в доктора, у Машки был белый халат, и у них даже был стетоскоп, прямо как настоящий, они слушали друг друга, и, конечно, выписывали рецепты и лекарства. Она хотела как можно быстрее показать, каким хорошим врачом она научилась быть! Хомяк спал в своей небольшой клетке. Она потянулась и взяла его в руку. Он не проснулся. И на ощупь он был какой-то холодный, не такой как всегда. Девочка позвала папу. Папа, вошедший в комнату, посмотрел на хомяка, потом на неё, протягивающую ему неподвижное маленькое тельце. «Что с ним, пап?» - не спуская глаз с папиного лица, взволнованно спросила девочка, - «Почему он не просыпается, он что, замёрз?». Папа тяжело вздохнул, его взгляд погрустнел, он обнял девочку – «Радость моя… он умер. Он был уже старенький. Он больше не сможет с тобой играть, его душа отправилась в мир иной». Папа забрал друга у неё из рук, и положил его в коробку из-под обуви. «Сейчас уже поздно, завтра мы его похороним» - сказал он, забрав коробку.


На улице было темно, и барабанил дождь. Луна большим светлым диском тускло освещала комнату. Сегодня она была необычной, свет, пробивающийся сквозь дождь, имел неуловимый красноватый оттенок. Родители спали, и девочка лежала в темноте, не в силах уснуть. Умер. А что это значит? Папа сказал, что он больше не сможет играть. Что душа отправилась в мир иной. Она отправилась туда, потому что он больше не может играть? Папа сказал, что он был старый. Из-за этого он больше не может играть? Как тот плюшевый медведь, у которого отвалилась лапа. Он тоже стал старый. Но что, если…Если бы можно было…Девочка вскочила с постели. Потихоньку, на цыпочках, чтобы никого не разбудить, по тёмному коридору она прокралась к коробке. Двумя пальцами она приоткрыла крышку. Её друг неподвижно лежал внутри, такой же холодный. Она закрыла крышку. Если поторопиться, то можно успеть. Она так же тихо вернулась в свою комнату, включила настольную лампу, и начала готовить всё необходимое. Кусок шерсти из маминых ниток, маленькие бусинки из бабушкиного браслета. Папин клей, спички, кусок шнурка. Обрезки клейкой бумаги из садика. Дождь на улице превратился в ливень, временами слышался гром. Свет лампы освещал маленькую фигурку девочки, согнувшуюся за столом, вокруг была лишь темнота ночной комнаты. Работа кипела – сшить, приклеить, отрезать. Глаза слипались, девочка то и дело зевала. Останавливаться нельзя. От усердия она высунула кончик языка. Остались последние штрихи. Она случайно проткнула иголкой палец, капелька крови упала на стол. За окном сверкнула молния, на миг осветив девочку и комнату. Девочка посмотрела на своё творение, вдруг её зрачки расширились, она почти закричала от восторга, но вовремя остановилась, ведь родители спят. Получилось, получилось, получилось!


Отец проснулся посреди ночи от странного ощущения. Что-то происходило в комнате дочери. Он сунул ноги в тапки, накинул халат, и, шатаясь спросонья, проследовал в детскую. Дочь спала прямо за столом под включённой лампой, возле неё на полу стоял её игрушечный домик, сидели Кен и Барби, словно игра только закончилась. Неподалёку лежала игрушечная касса. Клетка хомяка была открыта, колесо, по которому он любил бегать, тихо покачивалось из стороны в сторону. Как будто в нём только что бегал его бывший хозяин. Около колеса сидело нечто. Подойдя поближе, он пригляделся – это был комок торчащей во все стороны шерсти, с глазами из старого браслета, с непонятными ушами, с бусиной на месте носа. Он перевёл взгляд на спящую дочь. По столу были разбросаны куски ниток, шерсти, ножницы, она откуда-то достала его клей. «Глупышка» - подумал он, поднял дочь, и понёс её в кроватку. Дочь что-то бормотала сквозь сон – «получилось, получилось». Он укрыл её одеялом, и она тихонько засопела. Отец вышел из комнаты, направляясь в свою постель. Он услышал какой-то звук. Остановившись, он прислушался. Ему стало не по себе. Из комнаты дочери отчётливо раздавался звук крутящегося колеса.

Показать полностью

Гуляющая по ночам

Она вышла из дома глубокой ночью, когда было уже совсем темно, и пошла знакомым маршрутом. Ночь усыпила город, освободила его от суеты тех, кто спал сейчас в своих каменных гнёздах, готовясь вернуться к суете утром. Девушка шла мимо спящих домов, спящих машин во дворах. Если бы можно было найти гигантские одеяла, то она укрыла бы ими и машины, и дома, и спящие качели. Девушка продолжала идти дальше. Ей не нужен фонарик, она знала дорогу, каждый неровный бордюр, каждую ямку в асфальте.

- Доброй ночи! - услышала девушка грубоватый голос позади себя.

- Привет, Мяуриццио, прости, не заметила, - ответила девушка. Суровый потрёпанный кот, грязно-белый с чёрными пятнами, с грязной мордой и с откушенным краешком уха спешил её догнать.

- Ты сегодня поздно, - заметил он. - И ты знаешь, что я не Мяуриццио.

- Знаю, - она хихикнула, - и ты знаешь, что я знаю. Я знаю ваши настоящие имена.

- Ваши зовут меня Борисом. Другого им знать нельзя. Такие правила, - сказал он, догнав её, и шёл уже рядом.

- Знааааю.

Девушка закатила глаза.

- Ты сегодня зануда.

Они преодолели еще один дом. Ночное небо потихоньку очищалось от облаков, как будто кто-то сдувал пыль со старого зеркала. Свернув в соседний двор, они наткнулись на потрёпанную старую машину выцветшего красного цвета, пыльную и со спущенным колесом. На ней сидела чёрно-рыжая кошка, грациозно вылизывая переднюю лапку. При их приближении она подняла на них свои золотые глаза-фонари.

- Вы чего-то поздно сегодня. Я уже хотела идти за вами, - промурлыкала она.

- В этом деле нельзя торопиться. Всё должно быть вовремя,- ответила ей девушка.

Кошка ловко спрыгнула с машины, потёрлась о ногу девушки, выгнув спинку.

- Привет, Мань! - поздоровался кот.

- Манька у тебя в 3 доме! - шикнула на него кошка. Кот невозмутимо шёл дальше.

Они продолжали продвигаться сквозь молчаливый лабиринт дворов. Они были всё ближе к цели, и времени оставалось всё меньше. Пройдя небольшим уютным сквериком, они увидели кота и кошку, сидящих под окном дома. Девушка знала и их, это были брат с сестрой, и хоть их покрывала разная шёрстка, но полосатые пятна были одинаковы. Она приветливо им помахала. Она знала почему они сидят именно тут.

- Привет! - хором поздоровались полосатые. - Этот интеллигент никак не может справиться с форточкой!

И действительно, форточка окна первого этажа, под которым они сидели, дёргалась, и в небольшую щель то и дело проскальзывала серая мохнатая лапа. Повозившись еще немного, форточка, наконец, распахнулась шире, и в ней появился серый пушистый кот. Спрыгнув вниз к полосатым, он отряхнулся и поприветствовал окружающих неторопливым вдумчивым голосом:

- Доброй ночи, спасибо за Ваше ожидание, и прошу прощения, сегодня достаточно прохладно, форточка была закрыта плотнее, чем обычно, а я не хотел привлекать внимание.

- Дорогая, Вы сегодня замечательно выглядите! - промурчал он девушке.

- Благодарю Вас! - улыбнувшись, девушка исполнила реверанс. - Пойдёмте, мы почти пришли.

Выйдя из сквера, они пошли вдоль автомобильной дороги до ближайшего перехода туда, куда стремились попасть. Это был парк, ровное открытое место, как раскрытая ладонь, а место линий судьбы и здоровья на этой ладони занимали дорожки, вымощенные брусчаткой, и скамейки вдоль них. К одной из таких скамеек и направилась девушка со своей компанией четвероногих. Выбрав скамейку почище, они расположились на ней: девушка посередине, старый потрёпанный пират чуть поодаль, полосатые примостились с одной стороны, серый кот - с другой. Чёрная кошка облюбовала место на коленях девушки. Они пришли вовремя. Небо очистилось полностью. Они увидели то, зачем пришли сюда - тысячи звёзд отразились в голубых, золотых, зелёных человеческих и кошачьих глазах. Они сидели молча, даже моргать стараясь пореже. Казалось, что времени нет либо оно остановилось совсем. Девушка не могла знать, что происходило в кошачьих головах, но ей казалось, что их морды улыбаются. Впрочем, она знала, что людям такое кажется часто. Она улыбнулась своим мыслям. Пора

возвращаться домой.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!