![Довербальная травма](http://s13.pikabu.ru/images/series/2023/12/08/1702013198162012080.png)
Довербальная травма
3 поста
В предыдущих статьях я описал общие принципы экстренной помощи при остром кризисе и специфику работы с ним. Но что делать, если острый кризис прошел, жить дальше нужно, а время что-то не вылечило? Давайте разбираться.
Вообще, хронизированный кризис можно описать очень просто и двумя словами: человек держится. Выполняет социальную роль, справляется с рабочими и бытовыми обязанностями, да и в целом может никак внешне не отличаться от любого другого человека вокруг. Но «огня в глазах» нет. В литературе любят применять метафору, что внутренний мир человека в таких случаях – выжженная пустошь. Уже ничего не горит, все отгорело давным-давно, но нет растений, жизни, просто голая пустота и безысходность. Не растут новые желания, новые стремления, человек живет «по инерции». И продолжаться это может очень долго.
И здесь есть очень серьезные риски банально этот хронизированный кризис пропустить из виду. Если острое состояние на то и острое, что оно произошло совсем недавно, человек не стабилен, еще помнит себя до тяжелого события, еще готов предпринимать попытки справляться с этим, у него еще есть ресурс для каких-то изменений самого себя и ситуации вокруг, пусть и не всегда осознанные и в положительную сторону, но есть. То здесь мы будем видеть человека, который просто держится.
Часто, как механизм адаптации, мы можем наблюдать выраженную заботу о других от такого человека. Думаю, логика понятна, «у меня ничего не растет, но я хотя бы живу и помогаю расти у других». Это хорошая установка, на первое время, разрушать ее нельзя ни в коем случае. Потому что можно выбить таким образом последний клочок земли из-под ног человека.
Какие люди наиболее подвержены риску попасть в хронизированный кризис? Как правило, это люди, сами по себе, довольно сильные, стойкие и мало эмоциональные. И когда они оказываются в кризисной ситуации, они не позволяют себе «скатиться» в острое состояние. Если брать самый базовый пример – утрату близкого, то наиболее подверженным риску хронизации кризиса будет не тот, кто плачет громче всех, а тот, кто все организовывает, заботится об остальных, договаривается обо всех мероприятиях и тд. Потому что актуальная ситуация, когда общественно-приемлемо показать эмоции, проходит для него мимо. А по прошествии времени, когда этот сильный человек готов погоревать, все уже наплакались и настрадались. И найти поддержу становится очень тяжело. А порой, окружение может еще и реагировать с некоторой долей недовольства, ведь сколько можно горевать, хватит, все уже устали. И это не плохо, люди действительно устают, выпуская негативные эмоции, тут никто не виноват. Все это сильно утрированно, естественно, но смысл понятен.
Отсюда может наступить, своего рода, обесценивание своих же собственных эмоций. Ухудшение когнитивных функций (памяти, внимания), не так сильно, как при остром кризисе, но достаточно значимо. Выражаться астения. Привычные дела выполняются, но занимают больше времени и качественно хуже. Не остается сил на новые дела, хобби, саморазвитие и тд. И мы снова приходим к ловушке. Чтобы выйти из этого состояния, нужно приложить усилия, Сил хватает только на повседневные дела, не больше. Если перестать справляться с повседневными делами – сожрет чувство вины и еще не факт, что вообще такая возможность есть. Круг замыкается.
Интересная особенность. Если человек в остром кризисе сам про него расскажет, или хотя бы подведет, потому что все-таки есть потребность в отреагировании. То в хронизированном, если специально не расспрашивать в нужном направлении, то сам человек и не будет на него ссылаться. А когда мы будем подходить ближе, то услышим что нибудь из серии: «да что об этом говорить», «было и было», «это в прошлом», «я уже это прошел» и прочие вариации. Еще из особенностей, будут сложности с проявлением эмоций. Ведь возвращаться к ним не приятно, а потребность в их реализации никуда не делась. Той легкости отреагирования, как в остром кризисе быть не может, потому это тяжелый процесс, требующий внутренних сил. А мы помним, как обстоят дела с внутренними силами у такого человека. Поэтому будет достаточно высокий уровень подавления эмоций, вплоть до включения механизмов защиты, таких как изоляция и аффект. При этом рассказывать о событиях человек может совершенно спокойно. Что в остром состоянии без слез сделать почти невозможно. Человек может спокойно рассказать всю последовательность событий, которые привели к травмирующему опыту, но сам, при этом, эмоционально даже не включится.
Примерно так будет выглядеть картина хронизированного кризиса. Естественно, с учетом особенностей личности самого человека. В следующей статье расскажу особенности терапии хронизированного кризиса. Спасибо что прочитали.
Когда с нами происходит негативное событие, мы реагируем на него определённым образом. Психолог скажет вам, что ваша реакция – выученное поведение. Биолог – что это следствие физиологический процессов в вашем организме. А физик – что так сложился пазл из хаотичного движения молекул за миллиарды лет существования вселенной.
И всегда мы задаемся вопросом: а почему мне так плохо, какая причина послужила триггером? И обязательно придем к какому-то конкретному выводу. Ведь это логично. Есть причина и есть следствие. Это база. Но.
В попытках докопаться до сути причин кризисной ситуации, человек может попасть в ловушку бесконечного регресса. У каждой причины есть причина, а у этой причины есть своя причина, а уже у этой причины есть её причина и так до бесконечности. На превью к этой статье я размещу гравюру Маурица Корнелиса Эшера, его автопортрет. На котором автор держит зеркальную сферу, в которой отражен автор, который держит зеркальную сферу, в которой отражен автор, который держит…
Примерно похожее происходит со многими людьми, попавшими в кризисную ситуацию. В попытках докопаться до причин, считая, что именно там ответы на так волнующие их вопросы, они попадают в рекурсию самокопания. Как уроборос, поедающий сам себя, мозг попадает в петлю и самостоятельно выйти из нее уже не может. А ответ уже вот, совсем рядом, еще чуть-чуть. Еще одна причина, и Суть, ответ всех ответов о смысле жизни, вселенной и вообще (42, кстати, если интересно), точно будет найден. Но, вот незадача, он снова ускользает прямо из рук. Вселенский инсайт не прошел. Но ничего, вот сейчас я как пойму причину этого! И тогда сам Ницше будет плакать от моей сверхчеловечности!
В этой бесконечной погоне забывается самое важное. Что человеку плохо. Не почему-то, а просто плохо здесь и сейчас. И делать с этим нужно что-то здесь и сейчас, а не потом, когда я стану великим и победю саму идею существования.
Те усилия, тот моральный, да и физический, чего уж там, ресурс, которые тратятся на поддержание этой рекурсии, могли бы быть направлены на решение конкретной проблемы в конкретный период времени. Не высылаться в большой и холодный космос в попытках охватить сознанием причину причин, а сходить покушать, если хочется покушать.
Ну тебя, Лёш, ты приземленный дурачок и не понимаешь масштаба мысли. Да, не понимаю, но позвольте объяснить. Я всецело поддерживаю размышления о высоком и с удовольствием в них участвую, в масштабах своего скудоумия. Но всему свое время. Если сейчас вам морально плохо, если маятник вашего настроения пошел на 123456789-й оборот за час/день, то так ли важно прямо сейчас почему это происходит? Или все-таки приоритетнее этот маятник немного притормозить, выдохнуть, применить немного обсценной лексики для закрепления результата, по желанию, а уже потом взглянуть на ситуацию со стороны? Выбор за вами, конечно, я вообще не настаиваю, но мне кажется, что во втором варианте смысла и пользы совсем немного (на порядки) больше. Но решение, как и всегда в жизни человека, за самим человеком.
Не совсем статья, больше просто захотелось поделиться прикольной, по моему мнению, перспективой на ситуацию. Интересно будет почитать что вы думаете.
Здесь я постарался собрать и описать особенности КТ, по сравнению с классическими сессиями у психологов.
Не ограничено время приема.
Мы работаем столько, сколько необходимо. Надо 3 часа, будем работать 3 часа, надо до позднего вечера, значит по позднего вечера. И не важно, что пациент пришел в 10 утра. Естественно в пределах норм профессиональной этики и банального здравого смысла.
Высокая частота и продолжительность встреч.
Встречи должны проходить каждый день, на протяжении 3-5 дней. Лучше меньше, чем больше. Кризисная терапия короткая по дням, но длинная по времени сессии и крайне эффективна. Если на сессиях вы не ревете белугой (шутка), не проживаете те эмоции, которые вас разрывают и не чувствуете огромную усталость под конец, а просто сидите и мило болтаете ножкой – это не кризисная терапия. Бывает так, что достаточно и 1-2 встреч по 3 часа каждый день. Кризисы у всех разные. Люди разные. Если бы все были одинаковые, то самого института психологии не существовало.
Допустимы выходы за границы пространства, общих ритуалов, при сохранении границ этики, конфиденциальности и разумности.
Самый простой пример – нет никаких проблем, чтобы выйти покурить с вашим психологом, если это необходимо. Забиться в угол поплакать, лечь, встать, походить по кабинету во время рассказа. Надо поехать в поле или лес орать – едем и орем. Надо применить обсценную лексику в разговоре с психологом – материмся на чем свет стоит. До тех пор, пока не нарушены границы других людей и разумного можно делать все, что угодно. Но, отсюда следует еще одно правило.
Договоренность о безопасности – запрет на любого рода поступки, которые нельзя будет исправить или откатить.
Это не грань. Это стена. Не зависимо от кажущейся гениальности идеи взять и изменить свою жизнь сегодня/сейчас, ничего до конца терапии предприниматься к реализации не будет. КТ не длится годами, два-три дня ничего не изменят, особенно в кризисе. Нет ни одной истории из разряда: «я очень тяжело переживал смерть родного человека и мне пришла в голову гениальная идея и если бы я не продал квартиру в тот же день и не переехал, то я не достиг бы нынешних высот». Так не бывает. Сюда же идут все необратимые решения о финансах, отношениях, животных, татуировки, крупные покупки/продажи, абсолютно все, что нельзя быстро и без последствий вернуть как было. Часто даже для самого пациента такой внешний барьер воспринимается как благо, потому что он понимает, что может «начудить».
Оплата по возможности.
Кризисная терапия в психологии – единственная, не выполнение которой может повлечь прямую угрозу для жизни человека. Поэтому совершенно приемлемо оказывать ее дешевле, в рассрочку, принимать оплату от третьих лиц и так далее, вплоть до бесплатного оказания экстренной помощи. Это не закон и не железное правило. Но мы все всё понимаем. Не вижу смысла долго расписывать.
При отсутствии возможности оказать помощь немедленно – сделать то, что возможно, либо договориться на конкретный срок.
Тут тонкий момент и он больше для самого специалиста. Тоже не буду подробно расписывать. Но знайте: ни один психолог, который работает с кризисными состояниями, никогда не оставит вас в беде, если вы позволите себе помочь и будете помогать себе сами. Это очень важно. Без вашего желания, без стремления выйти из кризиса, никто и никогда вам не поможет. Так не бывает. Это все равно что быть в эндогенной депрессии, не пить антидепрессанты, лежать и удивляться почему вам не становиться лучше, просто потому что ну вы же живете жизнь. Чудес не бывает, как бы ни хотелось. Если ничего не делать, то ничего не изменится. Очень тяжелая для принятия мысль. Но без осознания базы под ногами ни встать, ни оттолкнуться вверх нельзя. Главное понимать - что никакой кризис не способен переломить человека, который хочет выздороветь и предпринимает любые действия в этом направлении.
Большое спасибо что дочитали, буду очень рад любой обратной связи.
Хотелось бы поговорить более подробно о самих подходах кризисной терапии (КТ) и отличии КТ от психологического консультирования и классической психотерапии.
Самое главное и первое отличие - само по себе кризисное состояние не очень долгое, на то оно и кризисное. Но, оно очень интенсивное, угрожает качеству жизни и ментальному здоровью пациента. Соответственно и терапия должна быть быстрой и эффективной. А это возможно только в том случае, если она будет не менее интенсивной. В идеальном варианте, КТ при серьезном кризисе производится непосредственно во время переживания этого самого кризиса, причем чем раньше-тем лучше. Сама сессия очень продолжительная, по 3-5 часов, иногда бывает, что и на весь день, с утра и до позднего вечера вы можете находиться с психологом. Естественно, с перерывами на поплакать, покричать, покурить, попить, покушать, при желании и тд. Не забываем что нужно еще и относительно комфортно себя чувствовать на сессии. Это и есть, в своей сути, сложный термин «отреагирование» - выпуск и проживание тех эмоций, которые надо выпустить и пережить. Понятно, что от таких сессий раз в месяц толку не будет. Поэтому КТ производится в очень плотном графике. В идеале - каждый день, на протяжении 3-5 дней. Иначе ни о какой интенсивности не может быть и речи. Исключением в этом случае будет явное психотическое состояние. Тут совсем другой разговор, об этом буду писать отдельно. Дольше 5 дней проводить их нет никакого смысла. Даже 5 дней – это очень долго. На сессии вы не будете играть в игрушки, все эти часы будут заняты сложными, не очень комфортными и довольно яркими эмоциями и переживаниями. Лучший показатель качественной кризисной терапии – это когда после сессии, единственное, что вы хотите, это лечь и уснуть. Никаких сил на самобичевание, «загоны» и прочие интересности быть не должно.
Зачем так жестко? Объясняю. При КТ у нас не стоит задача помочь вам разобраться с вашими глубокими психологическими травмами, внутренними блоками или сложными чувствами. У вас кризис. Из кризиса надо выйти. Чем раньше-тем лучше. Желательно выйти тем человеком, которым вы в этом кризисе оказались. Потому что если затянуть, то вариантов развития событий становится миллион. Можно уйти в "круг", выглядит примерно так: кризис > аффектация > спонтанное решение, которое резко меняет жизнь и его не получится отменить > кризис уже из-за этого решения > аффектация еще сильнее. А из-за эмоциональной вовлеченности человек может не видеть очевидного цикла годами.
Часто можно наблюдать уход в аддиции (зависимость), от чего угодно, секс, чужое одобрение, ПАВ, игры, все что угодно, лишь бы бежать от реальности и своих неудовлетворенных потребностей.
Неврозы и тем более психозы встречаются реже, хотя первые сильно чаще. Тут уже может произойти надлом на физиологическом уровне и начать формироваться клиническая депрессия, или химическая зависимость. Но как правило это развивается на уже заранее "благодатной почве".
Возможен и такой вариант, что человек крутится, варится во всем этом котле из тревог, страхов, неудовлетворенности годами. А потом берет и самостоятельно преодолевает это все, путем крайне значительных потерь в самом себе, но и такое случается. Нет никакого "стандартного" сценария, все мы живые люди и живем совершенно разные жизни. Этого всего надо не допустить. Когда кризис минует, тогда уже можно будет разбираться, рефлексировать о всем, о чем захочется и даже спокойно отложить терапию в долгий ящик, если так нужно. Но экстренные ситуации требуют экстренных решений.
Хотел написать немного о многом, а получилось, наоборот. Видимо это будет серия статей. Потому что писать в двух словах о таких вещах у меня не получается, а сокращать я не хочу, информация все-таки далеко не бесполезная.
Кризисная терапия в психологии – это не моно-метод как мы привыкли их понимать. Это скорее выверенный и подстроенный под конкретную личность подход из гуманистических и когнитивно-поведенческих инструментов и техник. Техники крайне простые в своей сути, но не обманывайтесь первым впечатлением. Использование этих инструментов требует серьезной внутренней стабильности специалиста. И я говорю не о классических переносах и контрпереносах. А именно о моральной стабильности специалиста. Работать с тяжелыми жизненными ситуациями, травмами и просто обессилившими от навалившихся проблем людьми крайне не просто. Ответственность перед психологом возрастает в разы. И тут самое важное, что должен сделать специалист – это руководствоваться главным принципом медицины: «не навреди».
Лучше перенаправить человека к более сильному психологу, взять паузу, не стесняться говорить пациенту о своей неуверенности помочь, чем взяться и навредить. Психолог и пациент в этом случае – команда. Доверие и банальное человеческое отношение имеют первостепенную важность. Помощь и улучшение качества жизни пациента – приоритетная задача. Ничего важнее этого в психотерапии быть просто не может.
Интернет полон историй трэш-приемов у эскулапов разума. Даже у меня они есть. И это очень большая проблема. Пациенту совсем не просто обратиться за помощью. А ваши «у тебя рпп? ну не ешь, чо ты», или самое базовое «не грусти», когда человек пятый год в клинической депрессии и год из нее собирался с силами сходить к вам на прием, очень помогают(нет!).
Надеюсь, с вами, «спецами», такого никогда не произойдет, хотя стоило бы.
Многие специалисты потому и отказываются работать с такими людьми, потому что понимают либо отсутствие у себя качеств, необходимых для подобного рода терапии, либо недостаток ресурса для этого. Низкий поклон таким психологам, они делают самое лучшее и важное в этой ситуации – не вредят человеку.
Когда показана кризисная терапия?
В ситуации острого и хронического кризиса.
При подозрении, что человек сам или не справится, или справится, но ценой значительных потерь.
Тут надо понять степень дезаптации человека к ситуации. Это хорошо видно по тому, как пациент выпадает из повседневной жизни, работы, общения, семейных отношений и тд. Достаточно собрать подробный анамнез и становится понятна степень глубины проблемы.
3. При наличии суицидального риска. Но только при готовности заключить и обеспечить выполнение антисуицидального контракта и при исключении эндогенных причин суицидального поведения (в широком смысле).
Вот тут надо подробно. Если мы говорим о клинической депрессии, шизофрении или любых других эндогенных процессах психики, то никакая психотерапия не поможет никогда. С тем же успехом вы можете поговорить с хирургом о развившемся у вас аппендиците. Он не рассосётся, как бы хорошо вы не поговорили и как глубоко и серьезно вы не проработаете свою реакцию на боль и воспаление. Давайте будем реалистами, есть вещи, о которых стоит говорить и думать, а есть вещи, которые надо брать и делать. Если нарушена химия мозга, если нарушены внутренние процессы, то вы можете делать все что угодно, лучше не станет, до тех пор, пока вы не пройдете комплексное лабораторное обследование и не подберете правильные дозировки подходящих препаратов. Любой, кто говорит обратное – лжец. И не важно, лжет он вам, или себе.
Само собой психотерапия станет очень хорошим помощником для преодоления этого этапа жизни, если мы говорим о депрессии, например. Но вылечить длительную клиническую депрессию психотерапией, все равно что вылечить открытый перелом поцелуйчиком. Может и получится, конечно, но нет.
Теперь, когда мы определились, где заканчивается психотерапия и начинается большая психиатрия, давайте разберемся что такое антисуицидальный контракт. По сути, это договоренность между психологом и пациентом, страдающим от подобных мыслей, что как минимум до следующей встречи пациент ничего с собой не совершит, насколько сильно ему не было бы плохо. Это очень важный момент и его надо проговаривать подробно. Насколько не было бы плохо, тяжело, страшно, пациент готов обещать, что ничего не будет с собой совершать.
Естественно, без желания самого пациента и его намерения получить и принять ту помощь, которая ему будет оказана, это невозможно.
Сама же тактика кризисной терапии, в основном, представляет собой техники аббреакции(отреагирования), когнитивно-поведенческой терапии и приемов позитивной терапии.
Много умных слов, за которыми простые и понятные действия. Давайте сразу на примерах. Например, у женщины только недавно произошел тяжелый разрыв с мужем. И у нее в квартире остались какие-то его вещи и их нужно отдать. Исходя из ее позиции ей крайне тяжело с ним встречаться и эти встречи поднимают большое количество эмоций, которые не нужны в этот период времени. И что делать она не знает, чувствует себя в ловушке. Однако психотерапевт, со своей позиции независимого и стороннего наблюдателя спокойно предлагает отправить вещи курьером. Это очень примитивный и утрированный вариант, но в стрессовой ситуации человек может не видеть самых простых и бальных решений только потому, что эмоционально вовлечен в происходящие. Такие уж мы.
В когнитивно-поведенческой терапии огромное количество техник для отсекания всего ненужного морального шума, работы с тревогой и мотивацией. Все это применяется постепенно и больше самим пациентом так, как ему комфортнее. За счёт этого, продвижение пациента идет в том темпе, в котором на него оказывается наименьшее давление. Потому что последнее что нужно в такой период человеку – это еще больше давления на него. Психолог в этом случае – точка опоры и тот, кто дает правильные инструменты для работы над собой.
Надеюсь, хоть кому-то эта статья поможет. Вас не сдадут в "дурдом", не "залечат" таблетками, как иногда боятся люди. Но и волшебного слова или таблетки вам никто не даст. Психологический кризис — это серьезно. И если у вас проблемы и вы понимаете, что самостоятельно вы не справляетесь, не ждите до последнего. Даже одна консультация в этом случае может оказать серьезное положительное влияние на ситуацию. Просто увидеть другую точку зрения не вовлеченного человека, получить простейшие техники и выполнять их самому. И вы уже сократите продолжительность негативного периода вашей жизни в разы.
Спасибо что дочитали.
Психологический кризис всегда вызван событием, нарушившим привычный уклад жизни. Не обязательно субъективно-негативное событие вызывает кризис. Например, рождение ребенка, как самое банальное. Жить как прежде становиться невозможно. Еще из самых простых примеров можно взять утрату близкого человека. Это две крайности, кризис может произойти по многим причинам. Переезд, развод, травма, смена работы, дтп, все что угодно, от чего жизнь человека резко меняется и вернуться к старому укладу становится невозможно.
Возникает ситуация «ловушки» - жить как прежде нельзя, а по-новому неясно как.
Потребности не реализуются, связанные с ними эмоции усиливаются.
Человек живет циклами, так устроена наша психология, у кого-то это рабочая неделя, у кого-то от смены до смены, кто-то работает вахтами. Но так или иначе, цикл выстроен так, чтобы удовлетворять все базовые психологические потребности личности. Если этот цикл нарушается, то потребности перестают удовлетворяться. Психика начинает страдать. В зависимости от продолжительности неудовлетворенности дискомфорт будет усиливаться. Обладая достаточными материальными и моральными ресурсами, на этом моменте есть возможность самостоятельно перестроить цикл чтобы вновь удовлетворять свои психологические потребности. Часто так и происходит. Но если нет, то начинаются серьезные проблемы. Поскольку психологические потребности личности ничуть не менее важны, чем физические потребности нашего организма, то на финальных этапах включаются крайне агрессивные механизмы регуляции. В следствии чего наступает следующий этап.
Мышление аффектируется, критика к мыслям и действиям либо снижена, либо отсутствует.
Есть в психиатрии такой термин – туннельное мышление. Психика человека сводится в одну точку, все мысли, действия, мотивация и желания личности сводятся к удовлетворению тех потребностей, которыми личность осталась обделена. Если вы водите автомобиль, то вспомните состояние, когда вы долго ехали до прямой и ровной трассе и вдруг резко въехали в город. Периферическое зрение не работает, вы привыкли смотреть далеко вперед, а тут перекрестки, светофоры, пешеходы и плотный трафик. Вот оно и происходит. Не в том виде, как в учебниках по серьезной психиатрии, но принцип тот же. Неудовлетворение психологических потребностей личности ведет к «состоянию аффекта», только не мгновенному, а продолжительному и крайне опасному для качества всей жизни пациента. Все умозаключения и решения личности исходят из неудовлетворенных психологических потребностей. Критическое восприятие к мыслям и действиям ослабевает, а на поздних этапах совершенно отсутствует. Личность в кризисном состоянии на поздних этапах вообще может рассматриваться как не дееспособная. Естественно, не буквально. Перед нами может быть совершенно нормальный человек, но отвечать за свои поступки и мышление он не может даже перед собой. Попробуйте не поесть 1 день, не очень приятно, но нормально и даже местами полезно. А теперь попробуйте не поесть 4 дня. Вы сможете эффективно, а главное осознанно и полноценно функционировать? Конечно нет. Вы приложите все усилия, адекватные и не адекватные ситуации чтобы удовлетворить базовую физическую потребность. Вот и с личностью происходит похожая, пусть и не настолько очевидная аффектация. С точки зрения психиатрии, человек перед нами будет совершенно вменяем и здоров, естественно. Это очень важный и тонкий момент.
И с ним связаны ряд ограничений в терапии. Самое главное ограничение в этом случае – ни в коем случае не предлагать резкие перемены в жизни пациента и не поощрять их (в разумных пределах, само собой и исходя из ситуации, кризиса в вакууме не существует по определению, мы говорим о живом человеке). Простыми словами: дури много, а головы нет. Наворотить можно все что угодно. Без критического восприятия личности самой себя и своих действий это буквально «обезьяна с гранатой», только граната — это жизнь человека и принимаемые им решения. Любая, хоть мало-мальски интересная идея мгновенно реализуется с упорством, которому только завидовать и восхищаться. Таким образом «продолбать все полимеры» можно крайне быстро, очень эффективно, но не понятно зачем. Когда человек наконец выдохнет и оглянется на пройдённый путь, его может ожидать крайне неприятная картина. И еще вопрос, как к этой новой реальности личность адаптируется. А мы помним с чего начинается кризис, жизнь изменилась и как раньше быть не может. Ловушка захлопывается.
Проявления этого самого аффективного поведения:
Невротические – страхи, фобии, ОКР в различных формах, тревога и прочие проявления классического невроза. Все это следствие кризисного состояния. Часто их путают местами и устраняют симптомы, а не причину.
Психопатические –действия и эмоции, которые по своей интенсивности и проявлениям выходят далеко за рамки общепризнанных общественных норм и социального поведения.
Гипоманийные реакции – тоже можно сюда отнести. Излишняя веселость, расторможенность действий тоже могут быть «маской» для кризиса.
Соматические – усиление соматических проявлений и жалоб.
Аддитивные – начало злоупотребления любыми аддитивными стимулами (алкогольные, пищевые, табачные, наркотические и любые другие)
Психотические – это уже крайняя точка, в которой начинаются проявления психоза. Галлюцинации, слуховые, визуальные, голоса, навязчивые мысли. При относительно здоровой и сохранной психике. Как пример можно привести потерю близкого человека. Может ощущаться его «присутствие» в помещении, «видеться» его лицо в прохожих, «слышаться» его голос и тд.
Финальным этапом становится либо преодоление, либо хронизация кризиса. В норме личность самостоятельно преодолевает кризис без «этого всего», что я перечислил выше. Это идеальный вариант и если вы такой человек, то, во-первых, поздравляю вас, вы большой молодец. И во-вторых, странно что вы дочитали до этого момента (спасибо). Но порой происходит так, что либо обстоятельства не дают этому произойти, либо момент был упущен, либо личность в принципе не обладает навыками или свойствами, которые должны помочь пройти через тяжелый период. В этом случае кризис переходит в хронический. И тут без качественной и долгой терапии обойтись будет крайне тяжело.
Спасибо большое что прочитали. Буду очень рад любой обратной связи.