Kambolka

Kambolka

пикабушник
поставил 937 плюсов и 4 минуса
отредактировал 243 поста
проголосовал за 384 редактирования
30К рейтинг 564 подписчика 504 комментария 77 постов 55 в горячем
2 награды
5 лет на Пикабу редактирование тегов в 100 и более постах
1155

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться

Автор: Алексей Ионов
Источник


Рассказываем об оригинальных книгах Фрэнка Герберта и о многочисленных продолжениях за авторством его сына.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Если жизнь не внесёт очередные коррективы, то в декабре 2020 года на экраны выйдет «Дюна» Дени Вильнёва — третья по счёту (не считая так и не снятой версии от создателя «Метабаронов» Алехандро Ходоровски) попытка экранизировать культовый одноимённый роман Фрэнка Герберта.


«Дюна» увидела свет в 1965 году и к сегодняшнему дню превратилась в целую вселенную, в которую входят под два десятка книг, несколько комиксов, пять видеоигр и одна настольная игра. А в октябре этого года выйдет и первый из трёх графических романов, предлагающих новое прочтение знаменитой саги.


Сам Герберт успел написать шесть книг, составивших цикл «Хроники Дюны», а спустя пятнадцать лет после смерти автора его старший сын Брайн в соавторстве с известным фантастом Кевином Андерсоном приступил к работе над расширением отцовской вселенной.


Они не только превратили оставшиеся после Фрэнка Герберта наброски заключительной части цикла в две толстенные книжки, подводящие итог под всей сагой, но и рассказали предысторию цикла, заполнили пробелы между книгами «Хроник» и заглянули в далёкое прошлое вселенной. В общем счёте, события книг Брайана Герберта и Андерсона охватывают пятнадцать тысяч лет.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Среди поклонников цикла творчество соавторов вызывает противоречивые эмоции. Одни благодарны им за возможность снова вернуться в любимую вселенную, другие наотрез отрицают каноничность их произведений и обвиняют в святотатстве и попытке нажиться на наследии Фрэнка Герберта, а кто-то и вовсе познакомился с миром Дюны только благодаря новым книгам.


Справедливости ради, аналогичную реакцию в фанатах вызывает и оригинальное шестикнижие — некоторые считают, что поздние произведения писателя сильно уступают по качеству оригинальному роману, чересчур сложны для понимания, а философские идеи в них затмили всё остальное.


В этом материале мы поможем разобраться в книгах о «Дюне», а также расскажем о рекомендуемом порядке чтения всего этого великолепия.



В начале были дюны



История «Дюны» началась в 1957 году, когда неудачливый автор-фрилансер Фрэнк Герберт решил написать журнальную статью о попытках Министерства сельского хозяйства США остановить распространение песчаных дюн возле городка Флоренс, штат Орегон, засадив барханы европейской песчаной песколюбкой.

«Песчаные волны столь же опасны, как и приливные, — писал он в письме своему агенту, — они могут даже привести к смерти». Герберта настолько увлекла идея превратить пустыню в цветущую зелёную экосистему, что вскоре он уже позабыл про задуманную статью, а его изучение песчаных дюн превратилось в исследование пустынь и культур народов пустыни.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Те самые орегонские дюны


Результатом исследований Герберта стали два небольших романа, «Мир Дюны» и «Пророк Дюны», опубликованные по частям на страницах восьми выпусков журнала Analog Science Fact & Fiction в 1963-1965 годах. Однако автор остался недоволен получившимся результатом и переписал обе части, объединив их в один масштабный роман.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

И вот здесь начались проблемы. В середине шестидесятых годов в американских издательствах бытовало мнение, что поклонники фантастики не читают толстых книг, поэтому семисотстраничная рукопись «Дюны» не вызывала у них ничего кроме скепсиса. Герберт получил более двадцати отказов, прежде чем романом заинтересовалось филадельфийское издательство Chilton.


До «Дюны» Chilton не выпускало не то что фантастику, а художественную прозу в принципе — издательство специализировалось на автомобильных журналах и пособиях по ремонту двигателей.

Роман завоевал «Хьюго» и «Небьюлу» — две самые престижные жанровые награды — но коммерческий успех настиг «Дюну» только после того, как издательство Ace Books выпустило более дешевое и доступное переиздание в мягкой обложке.


Популярность романа начала расти, и через пару лет издатели завалили Герберта просьбами написать продолжение, и тот был вынужден согласиться. Всего Герберт написал шесть книг о «Дюне». В его планах была и седьмая, заключительная часть цикла, но смерть настигла писателя прежде, чем он успел завершить работу.



Добро пожаловать на Арракис

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Арракис. Дюна. Суровый край, от которого зависит выживание всей Империи



Действие «Дюны» разворачивается в отдалённом будущем нашей вселенной в феодальной империи, где главы аристократических семей бьются за влияние под пристальным взором жестокого Падишаха-Императора.


В галактике множество обитаемых планет, но наибольшую ценность представляет Арракис — пустынный мир на задворках Империи, где добывают Пряность (специю, приправу, меланж или спайс, в зависимости от перевода) — величайшую ценность во вселенной, без которой нет торговли, нет медицины, ни самой цивилизации.


Пряность позволяет продлевать жизнь, дарит возможность предвидеть будущее, а ещё она жизненно необходима для межзвёздных перелётов — в мире «Дюны» под запретом компьютеры и искусственный интеллект, все сложные математические вычисления проводятся в умах генетически развитых людей — ментатов, и пряность позволяет навигаторам космических кораблей прокладывать сложные курсы через межзвёздное пространство.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

По сути, Пряность — это смесь бензина с кокаином, продлевающая жизнь и позволяющая видеть будущее



Говорят, тот, кто контролирует Пряность, контролирует саму вселенную. Последние восемьдесят лет правом на разработку владел дом Харконненов — жестоких и бессердечных тиранов, презирающих и терроризирующих местное население и ненавидящих всех вокруг. Злейшими врагами дома Харконненов был и оставался дом Атрейдесов, и в начале «Дюны» герцог Лето Атрейдес по воле Императора Шаддама IV заменил Харконненов в качестве правителей Арракиса, и все права на добычу меланжа также перешли к его дому.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Постоянное пристрастие к Пряности немного сказывается на внешности — начиная от синих глаз у фрименов и заканчивая необычной внешностью навигаторов из Космической гильдии



Лето был вынужден переехать на Арракис вместе со всем своим двором, включая любимую наложницу, леди Джессику, и пятнадцатилетнего сына Пола. Герцог подозревал, что его перевод на Арракис — это лишь часть задуманного при полном попустительстве Падишаха-Императора плана Харконненов по уничтожению своих злейших врагов, но возразить не мог. Кроме того, он верил, что «знание того, где находится ловушка, — это первый шаг, чтобы её избежать».

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Пол и Джессика на Арракисе. Кадр из грядущей экранизации «Дюны» от Дени Вильнёва

Однако ни знание о неминуемой ловушке, ни готовность её отразить не спасли герцога от предательства одного из своих приближённых. Войска Харконненов при поддержке отборных солдат Императора уничтожили людей Атрейдеса, и лишь его наложнице, беременной леди Джессике вместе с сыном Полом удалось скрыться в пустыне и найти приют у местных жителей — вольных кочевников фрименов.

Среди фрименов раскрылись истинные силы и возможности Пола, а также его предназначение — вольные кочевники видели в нём Махди, обещанного пророчеством вождя, которому суждено сделать фрименов главной силой в галактике. При помощи вольного народа Пол разбил силы Харконненов, сбросил власть Шаддама и сам занял императорский трон.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Ради своего нового народа Пол был вынужден жениться на дочери свергнутого императора Шаддама, а свою единственную настоящую любовь — фрименку Чани — был вынужден оставить при себе в качестве наложницы. Впрочем, именно она стала матерью двух его детей

И в шестидесятые, и в наши дни в «Дюне» читателей привлекали не только закрученный сюжет, продуманный мир и интересные персонажи, но и встречающиеся в тексте философские идеи и поднимаемые темы взаимоотношений Востока и Запада, охраны окружающей среды, краха цивилизаций, грядущих энергетических кризисов и возвышения роли транснациональных корпораций.


Герберт откровенно симпатизировал фрименам и считал, что нужды общества должны возвышаться над личными целями — под воздействием ожиданий Пол превращается из аристократа в мессию, его собственные мысли и устремления перестают иметь значение, сама его личность растворяется в окутывавшем его фигуру мифе.


Какие уроки я вынес из трудов своего отца?
1. Не доверяйте политическим лидерам.
2. Заботьтесь об окружающей среде
3. Остерегайтесь мыслящих машин.
Это крайне серьёзные темы. Разумеется, из них вытекают и следствия, в частности, особенно остерегайтесь харизматичных лидеров (следствие из пункта №1), потому что они могут привести своих последователей к пропасти. Что касается второго пункта, то отец говорил о конечных ресурсах, таких как вода и нефть, и о том, как ему не хочется, чтобы все ресурсы нашей планеты были потрачены.
Брайан Герберт
писатель, сын Фрэнка Герберта

В промежутке между «Дюной» и последовавшей за ней «Мессией Дюны» раздутый Муад’дибом религиозный джихад охватил всю Империю, и всюду победу праздновали поклонники Пола. Однако возвышение Муад’диба пришлось по душе далеко не всем, а ведь врагов у него всегда хватало. Взять хотя бы Бене Гессерит — древнюю женскую школу тренировки тела и разума, члены которой долгие годы занимались сохранением и выведением генетических линий всех крупных династий.


Конечным плодом экспериментов Бене Гессерит должен был стать Квизац Хадерач, живой суперкомпьютер, способный заглядывать в генетическую память предков как по женской, так и по мужской линии, обладающий даром предвидения и другими экстрасенсорными способностями. Для появления Квизац Хадерача леди Джессика должна была родить герцогу Лето дочку, которую затем планировалось выдать замуж за Фейда-Рауту, наследника дома Харконненов. Однако герцог Лето хотел сына, и леди Джессика ослушалась воли матерей-настоятельниц Бене Гессерит.


В результате, для Бене Гессерит Пол был воплощением Мерзости, воплощением генов, предназначенных для следующего поколения. Поэтому Бене Гессерит, представители других школ Империи, и даже законная жена Пола, дочь бывшего Императора Шаддама IV Ирулан, вступили в заговор с целью свергнуть Атрейдеса и восстановить на престоле прежнего правителя. И вроде бы Муад’Диб был способен увидеть будущее и предугадать их план, но похоже, что он сам был не прочь подорвать собственную власть.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Принцесса Ирулан Коррино, дочь прошлого императора и жена нынешнего



Да здравствует Бог-император



В финале «Мессии Дюны» ослепший Пол Атрейдес, Муад’Диб и Император, уходит умирать в пустыню. Власть переходит его сестре Алии, которая выполняет роль регента при девятилетних детях Пола, близнецах Лето II и Ганиме.


Однако генетическая память предков оказывается сильнее личности их потомка, и над разумом Алии захватывает власть её дед — жестокий барон Владимир Харконнен, отец леди Джессики. Тем временем орден Бене Гессерит и представители свергнутой Полом династии Коррино независимо друг от друга плетут новые заговоры и готовятся убить детей Муад'Диба, а в столице появляется обличающий правящий режим проповедник.


Вот только никто не берёт в расчет планы и мысли детей, в генетической памяти которых тоже живы их предки. Правда, в отличие от тёти, близнецы могут контролировать голоса предков, не давая им завладеть своим сознанием.


Изначально Герберт планировал, что «Дети Дюны» поставят в саге точку, но под влиянием издателей и фанатов трилогия превратилась в гексалогию, сюжет которой охватил пять тысяч лет галактической истории. При этом три с половиной тысячи лет Империей правил ставший Богом-императором Лето II, сын Пола. Он пытался провести человечество по «золотому пути» — единственной стратегии развития, позволяющей избежать полного уничтожения цивилизации.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Лето II в исполнении Джеймса Макэвоя Сериал «Дети Дюны»



За время его правления Арракис из планеты-пустыни превратился в зелёный рай, в котором не нашлось места для песчаных червей — единственных источников Пряности в галактике.


Все оставшиеся запасы ресурса хранятся в секретных хранилищах Императора, и именно на жестоком контроле над распространением меланжа и строится его власть. После его смерти Арракис снова превращается в пустыню, а песчаные черви возрождаются, причём каждый из них обладает спящей памятью умершего правителя.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Выглядит это достаточно странно



После смерти Лето II человечество ещё долго придерживается «золотого пути» и расселяется по всей галактике, однако спустя полторы тысячи лет сёстры ордена Бене Гессерит решают, что людям пора развиваться по своей воле. Они уничтожают Арракис и всех червей и освобождают цивилизацию от влияния Бога-императора. Но после этого Старой Империи начинает угрожать новая, куда более серьёзная напасть. Но рассказать об этом самому Фрэнку Герберту уже было не суждено.



Прелюдия к «Дюне»



Старший сын писателя Брайан говорит, что всегда знал, что рано или поздно ему придётся приняться за развитие наследия своего отца. Однако с момента смерти старшего Герберта прошло больше десяти лет, прежде чем он решился взяться за дело.


Тут помог случай: во время работы над сборником написанных другими авторами рассказов о мире «Дюны» Брайан Герберт познакомился с популярным в середине девяностых фантастом Кевином Андерсоном, известном в России по работе над межавторскими вселенными «Звёздных войн» и «Секретных материалов».


Андерсон с порога заявил, что Брайан должен доверить написание новых романов по миру Дюны именно ему. Того слегка смутила подобная наглость, но очень скоро оба писателя сдружились и решили работать над новыми книгами по «Дюне» сообща. Соавторы мигом согласились, что конечной целью их сотрудничества должно стать написание «Дюны-7», романа, который разрешит оставленный в финале «Капитула Дюны» клиффхэнгер и поставит в истории точку. Однако Брайан чувствовал, что время для финала саги ещё не пришло.


Мне кажется, это было неизбежно, что рано или поздно я начну писать книге о «Дюне». Пока отец был жив, мы с ним пару раз говорили о том, чтобы вместе написать книгу о «Дюне» в будущем, а после его смерти я несколько раз подумывал об этом, но всякий раз что-то меня останавливало.
Затем в 1991 году я начал писать биографию моего отца, «Мечтатель с Дюны», и в процессе я основательно перечитал всё, что он написал, включая неизданное, и собрал довольно большой объём канонических материалов, содержащихся в «Дюне». Так что, можно сказать, что я всё это время неосознанно шёл по пути к написанию книг по миру «Дюны», но шёл очень медленно, и мне потребовалось встретить Кевина, чтобы начать писать.
Брайан Герберт
писатель, сын Фрэнка Герберта

Младший Герберт прекрасно понимал, что к шестой книге цикл растерял порядочное количество поклонников, а за пятнадцать лет, прошедших с момента выхода «Капитула», интерес к вселенной «Дюны» и вовсе существенно снизился.


Поэтому, прежде чем браться за амбициозное начинание и заканчивать сагу, соавторы решили сперва написать что-то, понятное максимально большому количеству читателей. Например, предысторию событий оригинального романа. Расчёт оказался верен. Все части цикла попали в списки бестселлеров, а продажи «Хроник» выросли в три с половиной раза.


Когда мы обсуждали планы на книги по «Дюне», мы выяснили, что хотя каждый фанат читал оригинальный роман, и большинство прочло первые три, много людей начало отваливаться после «Детей Дюны», многие не осилили «Бога-императора Дюны», и очень немногие осилили все шесть.
Хотя три последние книги были бестселлерами, многие фанаты их уже не читали. Так что, прежде чем приступать к грандиозному финалу, мы подумали, что сначала имеет смысл пробудить интерес к этой восхитительной вселенной в целом. А может даже познакомить с ней совершенно новое поколение фанатов.
Кевин Дж. Андерсон
писатель

В «Прелюдии к Дюне» Герберт и Андерсон рассказывают о событиях, произошедших за несколько десятилетий до начала оригинального романа. Из книг трилогии читатели могли узнать о первых сражениях молодого герцога Лето Атрейдеса с Харконненами, о истории его любви к леди Джессике, о детстве будущего Оружейного мастера Дункана Айдахо, о приходе к власти императора Шаддама IV и о многочисленных интригах ордена Бене Гессерит.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Издательство Bantam Spectra заплатило соавторам за трилогию «Прелюдия к Дюне» три миллиона долларов на двоих



Легенды Дюны



После трилогии, рассказывающих о событиях, предшествовавших оригинальной «Дюне», Герберт и Андерсон перенеслись в далёкое прошлое вселенной.


Трилогия «Легенды Дюны» повествует о начале великой вражды домов Атрейдес и Харконнен, зарождении всех Великих Школ, возвышении дома Коррино, появлении фрименов, а также о событии, сформировавшем вселенную «Дюны» именно такой, какой мы её знаем — о легендарном Баттлерианском джихаде, многолетней войне с «мыслящими машинами», в результате которой во времена Пола Атрейдеса в Империи всё ещё были запрещены искусственный интеллект и любые компьютеры сложнее калькулятора.


Во времена Батлерианского Джихада повстанцами командовали Ксавьер Харконнен, Серена Батлер и Вориан Атрейдес. Между Харконненами и Атрейдесами ещё не пробежала чёрная кошка, а Ксавьер Харконнен и вовсе считался образцом доблести и благородства.


В самих «Хрониках Дюны» Батлерианский Джихад, также именуемый Джихадом слуг, несмотря на всю свою значимость для вселенной, упоминался лишь вскользь. Суть его сводилась к тому, что человечество слишком долго полагалось на «мыслящие машины». Затем определённая группа людей воспользовалась «машинами», чтобы захватить власть над человечеством, а «машины» восстали и сами превратились в господ.


Люди не захотели оставаться рабами и спустя тысячу лет восстали против своих угнетателей. Война длилась более столетия и унесла жизни миллионов людей, а человеческая раса не раз оказывалась на грани истребления. Но в конечном итоге люди одержали верх в решающем сражении, битве за Коррин, а предводитель «машин», бездушный искусственный интеллект Омниус, на долгие тысячи лет исчез с галактической сцены, успев отослать последний пакет данных перед своим уничтожением. А цивилизация людей накрепко усвоила одно важное правило: «Да не построишь машины, наделённой подобием разума людского».



Дюна-7



Сам Брайан Герберт признаётся, что долгое время он понятия не имел, как его отец хотел завершить «Хроники». Но стоило ему взяться за работу над «Прелюдией к Дюне», как он почти сразу же обнаружил существование тридцатистраничного подробного синопсиса «Дюны-7» и двух ящиков с тысячами страниц заметок, посвящённых именно этой книге.


Очертания будущего романа начали обретать контур, но прежде чем приступить к финалу саги, соавторы решили написать её раннюю предысторию — и выпустили «Легенды».


Я знал, что отец помечает жёлтым текстовыделителем отдельные места в «Еретиках» и «Капитуле». Это всё, что я знал. А потом мне позвонил адвокат по недвижимости и спросил, что я собираюсь делать с содержимым двух банковских ячеек, принадлежавших отцу. А я даже не знал об их существовании.
Мы отправились туда, и внутри оказался тридцатистраничный синопсис «Дюны-7». А затем я прибирался на чердаке и обнаружил там ещё тысячу страниц рабочих заметок. Не только наработки к последней части, но и какие-то пометки, заполняющие пробелы между другими книгами, например записи такого рода: «Между событиями «Дюны» и «Мессии Дюны» прошло одиннадцать лет, во время джихада погибли миллиарды людей». Это всё было очень заманчиво.
Так что мы придерживаемся сюжетных линий, заданных моим отцом. Поверьте мне, я хорошо знал своего отца, и всё, что мы с Кевином написали по «Дюне», всё это основано на книгах моего отца, на его записях и на его вдохновении, которое он передал нам.
Брайан Герберт
писатель, сын Фрэнка Герберта
Перед тем, как мы написали первое слово, я провёл целый год, собирая алфавитный указатель всего, что было во всех шести «Хрониках» моего отца. Я знал, на каких страницах описаны Бене Гессерит, и если мне нужно было проверить, какого цвета глаза персонажей — я мог сразу перейти на нужные мне страницы.
Брайан Герберт

Из тридцатистраничного наброска выросла объёмная рукопись, которую даже не удалось вместить в один том — издатели поделили «Дюну-7» на две части, «Охотники Дюны» и «Песчаные черви Дюны». Каждая была объёмом в 500 страниц, а публиковались они с интервалом в год.


После выхода «Охотников» стало понятно, что Герберт и Андерсон не просто так выпустили сначала «Легенды». Оказалось, что главными противниками человечества в финале саги окажутся давным-давно забытые враги из её начала — искусственные интеллекты Омниус и Эразм. Они сумели пережить битву за Коррин благодаря вовремя отправленному пакету данных, и затаились на пятнадцать тысяч лет.


Таким образом, в Крализеке, великой битве «конца времён», предсказанной ещё Богом-императором Лето II Атрейдесом, сошлись легионы роботов и возглавляемые Бене Гессерит силы человечества.



Герои Дюны

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Ещё только приступив к работе над «Прелюдией», Андерсон и Герберт говорили, что седьмой «Дюной» они поставят точку в своей работе над вселенной, поскольку «нет никакого смысла выпускать новые книжки после того, как ты завершил историю».


Однако к моменту выхода «Песчаных червей» соавторы, что называется, вошли во вкус и не могли остановиться. В 2006 году они анонсировали тетралогию «Герои Дюны», действие которой разворачивалось между событиями первых трёх романов саги. Каждая из книг должна была быть посвящена одному из основных героев — Полу Атрейдесу, леди Джессике, принцессе Ирулан и Лето II.


Действие первой книги тетралогии, «Пола с Дюны», разворачивается в двух временных линиях. Первая рассказывает о событиях, произошедших между «Прелюдией к Дюне» и самой «Дюной» — о детстве Пола и его приключениях до отлёта с Каладана на Арракис. Вторая — о двенадцатилетнем религиозном джихаде, охватившем всю галактику между «Дюной» и «Мессией Дюны», о попытках Шаддама вернуть свой трон и том, как принцесса Ирулан стала летописцем своего мужа и начала создавать легенду о Муад’Дибе.

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

Вторая книга изначально должна была называться «Джессика с Дюны», но в итоге увидела свет под названием «Ветры Дюны». Роман является прямым продолжением «Мессии Дюны» и рассказывает о том, как Джессика и Алия пытаются удержать Империю после того, как ослепший Пол ушёл в пустыню. В это время его ближайшие советники стараются определить, в каком направлении должна развиваться Империя, а в народе крепнет недовольство жестоким периодом правления нового императора.


Третья книга должна была рассказать историю принцессы Ирулан, ставшей после ухода Пола воспитательницей его детей, а четвёртую планировали посвятить жизни Лето II после событий «Детей Дюны».


Однако вскоре после выхода «Ветров» Кевин Андерсон объявил, что работа над «Героями Дюны» временно замораживается, потому что соавторы переключаются на написание новой серии, получившей название «Великие школы Дюны».



Великие школы Дюны

Добро пожаловать на Арракис: как сориентироваться в мире «Дюны» и не запутаться Книги, Экранизация, Дюна, Дени Вильнев, Научная фантастика, Длиннопост

По словам Кевина Андерсона, все планы на написание «Трона Дюны» и «Лето с Дюны» были отложены ради создания цикла об «образовании Бене Гессерит, ментатов, докторов Сукк, Космической гильдии и Навигаторов и укреплении империи Коррино».


И хотя всего великих школ в оригинальной серии было пять, Герберт и Андерсон решили уложиться в три книги. Действие трилогии начиналось спустя восемьдесят лет после событий «Легенд Дюны». Новообразованным ордену сестёр, школе докторов Сукк и людям-суперкомпьютерам ментатам угрожают независимые группы фанатиков, выступающие против применения любых технологий.


Кевин Андерсон охарактеризовал трилогию как самую амбициозную часть из всех, что написали соавторы, потому что в «Великих школах Дюны» «поднимаются по-настоящему фундаментальные темы, с которыми миру приходится иметь дело и сегодня — в частности, речь о жестокой войне между разумом и фанатизмом».


Трилогия подошла к концу в 2016 году, и пока что это последние книги о вселенной «Дюны», написанные Гербертом и Андерсоном. Оба говорят, что не собираются развивать «Дюну» вечно, но идей на пару-тройку книг у них наберётся.


Мы ещё можем вернуться к «Трону» и «Лето» в будущем. Мы пока что их не написали, потому что идея Великих школ увлекла нас гораздо сильнее. Возможно, будут и другие книги по «Дюне». Мы с Кевином недавно устроили отличный мозговой штурм на эту тему, но пока что никаких конкретных договоренностей с издателями у нас нет.
Брайан Герберт
писатель, сын Фрэнка Герберта

Хронологический порядок серии



Легенды Дюны («Батлерианский джихад», «Крестовый поход машин», «Битва за Коррин»). Время действия — за десять тысяч лет до событий основного цикла.


Великие Школы Дюны («Орден сестёр», «Ментаты Дюны», «Навигаторы Дюны»). Время действия — через 83 года после событий «Легенд».


Прелюдия к Дюне («Дом Атрейдесов», «Дом Харконненов», «Дом Коррино»). Время действия — 35-17 лет до событий «Дюны».


Хроники Дюны («Дюна», «Мессия Дюны», «Дети Дюны», «Бог-император Дюны», «Еретики Дюны», «Капитул Дюны») — основной цикл.


Герои Дюны («Пол с Дюны», «Ветры Дюны»). Время действия — до «Дюны», между «Дюной» и «Мессией Дюны», после «Мессии Дюны».


Дюна-7 («Охотники Дюны», «Песчаные черви Дюны»). Время действия — после «Капитула Дюны».



В каком порядке читать



Не существует единого мнения о том, в каком порядке стоит читать книги по вселенной «Дюны», но все фанаты цикла сходятся в двух вещах. Во-первых, «Дюну» ни в коем случае нельзя читать во внутримировом хронологическом порядке, потому что в таком случае «Батлерианский джихад» станет первой и последней книгой серии, которую вы прочтёте. А во-вторых, сначала обязательно следует читать ту «Дюну», с которой всё и началось.


А вот затем среди фанатов начинаются расхождения. Одни советуют прочитать «Дюну» и успокоиться, другие рекомендуют следом за «Дюной» прочесть «Мессию» и «Детей» и на этом остановиться. Третьи же настаивают, что читать надо все шесть написанных Фрэнком Гербертом книг, а вот творчество Брайана Герберта и Андерсона читать не стоит ни за что. Благо, сама философия фрименов учит отсекать ненужные части и признавать оставшееся целым.


Арракис учит ножом — отрезает все незрелое и приговаривает при этом: «Теперь все великолепно, потому что закончено».

Но если же вы твёрдо решились читать все книги цикла, то в таком случае рекомендуемый порядок выглядит так:

> «Дюна»

> «Мессия Дюны»

> «Пол с Дюны»

> «Ветры Дюны»

> «Дети Дюны»

> «Прелюдия к Дюне»

> «Бог-император Дюны»

> «Еретики Дюны»

> «Капитул Дюны»

> «Легенды Дюны»

> «Великие школы Дюны»

> «Дюна-7»


***


Как бы кто ни относился к многочисленным продолжениям «Дюны», оригинальный роман Фрэнка Герберта был и остаётся одним из самых значимых произведений из когда-либо созданных в жанре научной фантастики. Поэтому самый важный совет для знакомства со вселенной Арракиса звучит так: начните читать «Дюну», и если вам понравится, следуйте рекомендациям выше, пока не надоест, затем отсекайте всё ненужное — и тогда ваше знакомство со вселенной будет законченным и великолепным.

Показать полностью 15
579

Электрические антиутопии Филипа К. Дика

Немного о творчестве одного из самых удивительных и самобытных фантастов XX века.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Среди всех писателей, которых вспоминают как важных авторов антиутопий, преступно редко можно встретить имя Филипа К. Дика. Да, создатель «Мечтают ли андроиды об электроовцах» и «Убика» не писал антиутопии в привычном понимании — его творчество тяготеет скорее к философской, психоделической научной фантастике, а антиутопическая часть находится на заднем плане. Но созданный им пессимистичный образ будущего оказал огромное влияние на то, как выглядит научная фантастика сегодня.


Настолько огромное, что когда на британском канале Channel 4 вышел сериал-антология «Электрические сны Филипа К. Дика», основанный на ранних рассказах писателя, большинство обвинили его во вторичности. Проблема, конечно, не в самих рассказах — просто сейчас идеи Дика кажутся совершенно естественными, привычными, когда пятьдесят лет назад их считали безумными.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

То же «Чёрное зеркало», в похожести с которым «Электрические сны Филипа К. Дика» упрекали, очевидно черпает вдохновение из творчества писателя



Подробно рассказываем о творчестве Филипа Киндреда Дика — незаурядного человека, о котором большинство слышали, но немногие читали.


Творческий путь


В 1951 году Филип Киндред Дик опубликовал первый рассказ и, кажется, с тех пор не прекращал писать ни на день. За тридцать лет он создал 121 рассказ и 44 романов — даже сверхпродуктивный Стивен Кинг за всю свою многолетнюю карьеру написал немногим больше.


Дик не сразу начал работать в жанре научной фантастики. В 50-е годы он мечтал о славе реалистического писателя, а sci-fi рассказы делал исключительно ради денег. Лишь после десяти написанных романов (издали из которых всего один, «Исповедь недоумка») он разочаровался в способностях к реалистической прозе и полностью посвятил себя жанру, который позже подарил ему известность.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Обложка книги «Исповедь недоумка»


И «позже» здесь — далеко не год и не два. Как и многие выдающиеся писатели, Дик не пользовался популярностью при жизни. Лишь один его роман — написанный в жанре альтернативной истории «Человек в высоком замке», — получил широкое признание публики. Он даже выиграл Дику премию «Хьюго», самую важную награду для научно-фантастической литературы.


Но «Человек в высоком замке», написанный в 1962 году, не принёс писателю заметного финансового успеха. Он продолжал печататься в дешёвых бульварных журналах и получать за работу весьма скромные гонорары. Чтобы содержать семью, Дику приходилось работать в безумных темпах — именно поэтому в шестидесятых он начал активно употреблять амфетамин. Наркотик, вместе с тяжёлым психологическим давлением и склонностью писателя к тревожным расстройствам, привёл к усиливающейся паранойе, отголоски которой легко найти в работах писателя.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

В 2015-м Amazon экранизировал «Человека в высоком замке» в формате сериала. Правда, сюжет шоу ушёл гораздо дальше, и его второй сезон уже никакого отношения к произведению Дика не имеет


Зато коллеги по цеху быстро заметили молодого амбициозного автора. Легенда американской фантастики Роберт Хайнлайн даже помогал Дику финансово, когда тот тяжело заболел и долгое время не мог писать. Причём два писателя никогда не виделись лично и совсем не были близки — Хайнлайн сделал это только из уважения к работам Дика.

Когда я заболел, Хайнлайн предложил помощь, любую, какую сможет, а мы ведь даже никогда не виделись; он постоянно звонил мне и спрашивал, как у меня дела. Даже хотел купить мне электрическую пишущую машинку, храни его Бог — один из немногих настоящих джентельменов в этом мире.
Я не согласен с вещами, которые он пишет в книгах, но это, в конце концов, и не важно. Он знал, что я поехавший псих, и всё равно помог мне и моей жене, когда у нас были проблемы. За таких людей я люблю человечество.

Филип К. Дик
Писатель-фантаст

Для большинства читателей имя Филипа Дика начало что-то значить только после выхода «Бегущего по лезвию» — экранизации его романа «Мечтают ли андроиды об электроовцах?». Но до мировой известности писателю дожить было не суждено. Фильм вышел в 1982 году, и в том же году Дик умер от инсульта, буквально за несколько недель до выхода ленты.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Такую непопулярность легко объяснить. Книги Дика во многом опередили время: в них автор создал глубоко антиутопический портрет будущего, гораздо более актуальный для нас сегодня, чем для людей его эпохи.


Темы вроде этических проблем искусственного разума или размытия границ между реальным и виртуальным не были близки и понятны читателям в шестидесятые-семидесятые годы. Зато сейчас, в новую информационную эпоху, творчество Филипа К. Дика обретает второе дыхание — а его мрачный взгляд на будущее оказывается если не пророческим, то как минимум очень прозорливым.


Диковская антиутопия


Филиппа Дика нередко в шутку называют «дедушкой киберпанка», в противопоставление «отцу киберпанка» Уильяму Гибсону. Дело в том, что отличительные признаки жанра вроде деспотичных корпораций, проблем всеобщей слежки и формулы high tech low life в творчестве Дика можно встретить за десятилетия до выхода «Нейроманта» — книги, которая заложила основы киберпанка.


Самый яркий пример — знаменитый роман «Мечтают ли андроиды об электроовцах?». В мире Рика Декарта общество строго поделено на бедных и богатых, на фоне всегда маячат огромные башни могучих корпораций, а центральной проблемой становится сосуществование человеческих и искусственных разумных форм. Тут даже есть тема искажённых временем религиозных культов — позже у Гибсона появится абсолютно то же самое.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Внешний облик киберпанка также косвенно сформирован творчеством Дика, а именно всё тем же «Бегущим по лезвию». Уильям Гибсон даже хотел отложить написание «Нейроманта» после того, как впервые увидел фильм.


Я понял, что моему «Нейроманту» конец. Ведь все будут думать, что я украл визуальную часть из этого удивительно прекрасного фильма.

Уильям Гибсон
Писатель, «отец киберпанка»

Критика корпораций


В отличие от ранних антиутопий, где ведущей силой всегда было государство, у Дика куда большую опасность представляют мегакорпорации. Своими действиями они влияют на социальное сознание и заставляют общество потакать их немеренной жадности.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Именно корпорации производят наркотики, вызывающие мгновенную зависимость, как в «Помутнении» и «Трёх стигматах Палмера Элдрича». Так они контролируют население, вгоняют его в рабство не только по отношению к веществу, но и к самой корпорации.


В «Помутнении» Дик двигает проблему ещё дальше — здесь организация «Новый путь» не просто производит наркотик, но и владеет реабилитационным центром по лечению зависимости от него. Получается крайне депрессивный цикл: как только человек раз туда попадает, ему уже никогда не выбраться из финансового и физического рабства.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Режиссёр Ричард Линклейтер в 2006 году снял экранизацию «Помутнения» с Киану Ривзом, Робертом Дауни-младшим и Вуди Харрельсоном. Этот фильм — чуть ли не единственное дотошное перенесение текста Филипа Дика в формат кино


Страх перед возможностями корпораций заметен уже в ранних работах Дика. В рассказе «Спешите приобрести!» он показывает мир, где реклама не просто назойлива и вездесуща — она открыто агрессивна.


К главному герою Эду заявляется рекламный робот и пытается продать сам себя. Он крушит фурнитуру, ломает мебель и угрожает, что если Эд его не купит, то скоро вся квартира превратится в труху. Зато если купит, то робот вмиг всё починит — ведь он ПАСРАБ, совершенная модель робота-помощника, незаменимая для любого дома.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Обложка журнала, в котором впервые появился рассказ


Очень любопытный подход к проблеме можно увидеть в другом раннем рассказе, «Фостер, ты мёртв!». В нём Дик описывает общество времён Холодной войны, но с одним маленьким нюансом. В мире «Фостер, ты мёртв!» самый ходовой товар — не телевизоры или предметы одежды, а бомбоубежища.


Новые модели бомбоубежищ тут выпускаются каждый год, и всякий раз их рекламируют как идеальные, непробиваемые, абсолютно безопасные. Всё, чтобы на следующий год найти уязвимость и запустить в производство новую модель — ещё более идеальную, непробиваемую и безопасную.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

«Фостер, ты мёртв!» экранизировали в одной из серий «Электрических снов Филипа К. Дика» — правда, от оригинального рассказа там осталось очень мало


Дик показывает беспринципность корпораций в вопросе обогащения. Они готовы даже использовать страх людей перед смертью, лишь бы получать больше дохода. Судя по тому, что в рассказе и бомбы очень удобно эволюционируют каждый год, у сторон давно есть некие договорённости, и настоящие снаряды тут никогда не упадут. Бомбоубежища — как и животные в «Мечтают ли андроиды об электроовцах», — давно стали показателем статуса.


В школе над главным героем издеваются и подшучивают, потому что у него нет бомбоубежища. А его отца, который хорошо понимает, как эта система работает, объявляют чуть ли не изгоем за его отказ подчиняться общественным настроениям.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Конечно, сейчас критикой капитализма и больших корпораций занимаются все, кому не лень, в каком-то смысле она даже стала клише. Но в пятидесятые-шестидесятые годы, когда работал Дик, проблема не была настолько распространена и не так часто освещалась — особенно в фантастической литературе.


Филип Дик отлично показал, что для создания антиутопического общества будущего необязательно грозное тоталитарное государство. Люди и сами могут всё испортить, добровольно вогнать себя в тиски больших корпораций или любых других власть имеющих. Общественное сознание — штука очень хаотичная, и им, к сожалению, не так уж тяжело управлять.


Уход из реальности


В произведениях Филипа Дика герои находятся в постоянном сомнении, насколько реален их мир и они сами. Писатель очень любил внедрять в свои книги тему двойственной реальности, различного рода виртуального, нефизического пространства — будь то сны, мир галлюцинаций или компьютерная симуляция.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

В романе «Глаз в небе» герои оказываются в череде миров, созданных их же подсознанием — «логика сна» во всей её красе


Ещё во времена изучения философии в колледже Дика заинтересовал вопрос о субъективности мира. Большое влияние на него оказали работы Платона — в частности, «Миф о пещере». В этой развернутой аллегории древнегреческий философ описывает гипотетическую ситуацию: допустим, есть группа людей, которые всю жизнь сидят прикованными в пещере. Всё, что они видят — тени на стенах её свода.


Люди снаружи каждый день носят мимо пещеры различную утварь, в том числе статуи животных и других существ. Пещерные жители видят лишь тени этих статуй и слышат разговоры проходящих людей — и, конечно же, связывают голоса с теми образами, которые они могут наблюдать.


Если бы в их темнице отдавалось эхом всё, что бы ни произнес любой из проходящих мимо, думаешь ты, они приписали бы эти звуки чему-нибудь иному, а не проходящей тени?.. Такие узники целиком и полностью принимали бы за истину тени проносимых мимо предметов.

Платон
древнегреческий философ, мыслитель

Постепенно интерес перерос в паранойю. Дик, переживший в семидесятые годы ряд галлюцинаций, которые он сам считал чем-то вроде «божественных озарений», начал всерьёз сомневаться, что мир вокруг него реален, а не является плодом его — или чьего-нибудь ещё — воображения. Этот страх отразился во многих ключевых работах писателя.


Хрупкая реальность мира вообще стала главной темой в библиографии Дика. Многие его известные произведения вроде «Убика», «Трёх стигматах Палмера Элдрича», «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» или «Помутнения» ставят в центр героев, находящихся в постоянной борьбе с собственным разумом, не уверенных в том, что их восприятие мира хоть сколько-нибудь соответствует действительности.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Долго время Голливуд пытается запустить в производство экранизацию «Убика». Последний раз в начале века это пытался сделать Мишель Гондри, режиссёр «Вечного сияния чистого разума»


Причины для сомнений могут быть разные. В «Убике» группа героев обнаруживает, что мир вокруг начал вести себя странно: вещи стареют быстрее, чем должны, а время идёт в обратную сторону. Образ их коллеги, которого они считали мёртвым, заявляет: «Это вы все умерли, а я жив».


Оказывается, они находятся в состоянии «полужизни», живут в чьём-то чужом сознании, постепенно поглощающем их с помощью Убика — полумифического устройства, чьё назначение до конца романа не очевидно. Им надо во что бы то ни стало найти выход в реальный мир: правда, никто не гарантирует, что он тоже не окажется порождением вездесущего Убика.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

В 1998 году на ПК и первом PlayStation вышла экшн-стратегия по мотивам романа


В «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» и рассказе «Электрический муравей» герои предают сомнению свою человеческую природу. Заодно они пытаются понять, как им жить дальше, если всё, что они о себе знали, вдруг окажется ложью.


В «Порвалась времён связующая нить» Дик описывает искусственный мир, специально созданный для одного человека — позже похожий концепт используют в «Шоу Трумана». Главный герой, как и персонаж Джима Керри в фильме, однажды видит неувязку в своей карманной вселенной и начинает медленно распутывать клубок этой идеальной лжи, открывая правду о самом себе и мире вокруг.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

И, конечно, вариант Милоша Формана с ТВ-шоу для Дика был бы слишком банален — в «Порвалась времён связущая нить» истина связана с межгалактической войной и ядерными бомбардировками


Тема эскапизма и проблема размытия границы между явью и галлюцинацией продолжаются в «Помутнении». Это один из поздних романов Дика, в котором он осмысляет собственное прошлое — время, когда писатель постоянно находился под действием наркотических веществ и жил вместе с другими наркоманами.


Его главный герой ведёт двойную жизнь: Боба Арктора, зависимого от «Субстанции D» наркомана, и Агента Фреда, офицера полиции под прикрытием, который должен выяснить, откуда идут поставки таинственной «Субстанции». Вот только из-за постоянного употребления психоактивного вещества Боб/Фред перестаёт видеть себя как единого человека, начинает сомневаться в своей истинной личности.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Филип Дик разными способами заставляет персонажей уйти от действительности, расслаивает реальность до тех пор, пока понять что-то становится совершенно невозможно. Их эскапизм может быть сознательным или принудительным, но одно остаётся общим: реальность героев формируется не ими самими, а некими высшими силами, будь то человеческое или сверхъестественное.


В этих произведениях Дик отражает один свой давний страх. Писатель боялся, что в новую техногенную эпоху люди «сверху» могут сами строить реальность для тех, кто находится в их подчинении.


Мы живём в обществе, где ложные реальности создаются с помощью медиа, правительства, большими корпорациями, религиозными группами, политическими партиями...
[...] Так что я спрашиваю в своих работах, а что такое реальность? Потому что нас непрестанно бомбардируют псевдо-реальностями, созданными очень сложными людьми и сложными механизмами. Их мотивы не вызывают у меня недоверия. Недоверие вызывает сила. У них её много. И это удивительная сила: сила создания целых вселенных, вселенных разума.

Филип К. Дик
Писатель-фантаст

Сейчас темы «фальшивой» реальности и эскапизма в научной фантастике используются повсеместно — во многом, именно благодаря огромному вкладу Дика в изучение проблемы. Влияние его книг можно увидеть везде: начиная с работ того же Гибсона и заканчивая «Матрицей», «Экзистенцией» Кроненберга или даже каким-нибудь «Апгрейдом».


Свобода воли


Филипа К. Дика как человека, со школьных лет увлекающегося теологией, очень занимал вопрос о том, насколько свободна воля человека — и что делать, если свободы воли у нас нет совсем. Он одним из первых ввёл в свои дистопические миры концепт предсказания преступлений. Когда определенная группа людей (обычно, правительственная) имеет доступ не только к жизни каждого гражданина сейчас, но и к тем действиям, которые он ещё не успел совершить.


Что-то подобное было у Оруэлла с его «мыслепреступлениями», но Дик доводит эту идею до абсолюта. Ему не нужны карательные органы, следящие за каждым взмахом ресниц людей, которые могут хранить нежелательные мысли. Во вселенной Дика люди даже не пытаются что-то скрывать — в этом нет никакого смысла.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Ещё в своём раннем рассказе «Капюшонщик» он описывает мир, где к разуму каждого жителя имеет доступ группа мутантов-телепатов. Они могут читать мысли людей, предугадывать их поведение и даже управлять ими, вторгаясь в сознание. Тех же, кто пытается скрыться от наблюдения под специальными капюшонами, активно преследуют.


Здесь, на заре карьеры Дика, можно увидеть его «жанровую» сторону, не обременённую сложными размышлениями о природе человека и реальности. Антиутопия «Капюшончика» весьма прямолинейна, а морали очевидны: контроль за разумом — плохо, свобода воли — хорошо.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

«Капюшончик» также стал частью «Электрических снов» — и серия вновь не имеет почти ничего общего с оригиналом


Позже Дик вернётся к концепту, но с гораздо более вдумчивым подходом. В мире рассказа «Особое мнение» уже тридцать лет существует полицейское подразделение Precrime, которое отвечает за предотвращение потенциальных преступлений. Их прогнозы основаны на показаниях трёх мутантов-телепатов, «провов», способных видеть будущее.


Работает система прекрасно — количество убийств сходит на нет, а ошибок «провы» не совершают. Вот только в один день главу отряда Precrime, Джона Андертона, обвиняют в намерении убить человека, которого он даже не знает. Герой видит в этом заговор с целью сместить его с поста и решает сопротивляться. Джон отправляется на поиски третьего «прова» — единственного, который не предсказал его преступление.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Даже хорошие фильмы по мотивам книг Дика редко следуют оригиналу — уж очень сложно поддаётся его стиль переносу на экран


В отличие от экранизации Стивена Спилберга, рассказ «Особое мнение» не даёт читателю какой-то однозначной морали в вопросе свободы воли. Антиутопия здесь размывается: с одной стороны, постоянный контроль за мыслями и поступками людей — яркая черта антиутопического строя. С другой, мир «Особого мнения» функционирует исправно, да и сам Джон Андертон к финалу уже не так уверен, ошиблись ли «провы» на его счёт.


Дик даёт читателю самому решить, как он относится к подобной концепции. Весьма иронично — писатель, отнимая свободу воли у своих героев, как бы отдаёт её аудитории. Что, надо сказать, в жанре антиутопии встретишь не часто: обычно авторская позиция в таких произведениях обозначена очень ярко.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Продолжает тему свободы воли другой рассказ, «Команда корректировки». Он весьма прозрачно намекает на то, что Дик не считает предопределение судьбы однозначным злом. Здесь тоже есть организация, которая следит за будущими поступками людей, но, в отличие от «Особого мнения», она работает не на правительство, а на самого Создателя. И её действия в контексте рассказа не осуждаются, а выглядят однозначно положительными.


Главный герой, простой банкир Эд Флэтчер, из-за ошибки члена «Команды корректировки» случайно видит мир как бы «изнутри», ненадолго попадает в серое пространство незаконченной реальности. Конечно же, он решает, что сошёл с ума, рассказывает жене об увиденном, чем ставит под угрозу работу организации. Но героя слабо беспокоит проблематика воли и божественного присутствия, он и сам рад бы забыть, что видел. Так что когда «Команда корректировки» всё ему объясняет и просит никогда никому не рассказывать о них, Эд с радостью соглашается.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Кадр из фильма «Меняющие реальность», снятого по мотивам «Команды корректировки»


Идея о свободе воли хорошо укладывается в один из главных вопросов всего творчества Дика: «Что делает человека человеком?». И, как и на большинство подобных вопросов, писатель не даёт точного ответа. С одной стороны, он провозглашает свободу мысли, а с другой — идея о предопределении судьбы не кажется ему однозначно негативной, особенно в контексте общей картины мира.


Филип Дик как бы расписывается в неспособности людей самостоятельно контролировать свою жизнь. По его мнению, человечеству необходима некая высшая сила, которая направит цивилизацию в правильную сторону. Главное, чтобы у этой силы не было своих корыстных мотивов — иначе на выходе получится антиутопия.


Философия и религия


Увлечение Дика философскими работами всегда находило отражение в его книгах. А начиная с «Трёх стигмат Палмера Элдрича», к философским мотивам добавились религиозные — в частности, идея человека как Творца собственной вселенной и отношения этих субъективных микровселенных между собой.


В центре книг Дика никогда не стоит само действие: герои большую часть времени проводят в собственном сознании, в тщетных попытках дать объяснение происходящему вокруг. Не зря роман «Мечтают ли андроиды об электроовцах» называется именно так — фантастический сюжет об охоте на репликантов в нём лишь фон, пространство для изучения куда более глобальных проблем. В первую очередь, всё того же вопроса «Что делает человека человеком?». Может, абстрактная «душа»? Или мелочное желание иметь электроовцу — бессмысленный показатель статуса, типичный для общества потребления?

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Поэтому, кстати, романы Филипа Дика сложно однозначно назвать антиутопическими. Его не очень интересует устройство мира и описания деспотичного государства. Даже в двух его романах жанра альтернативной истории — «Человеке в высоком замке» и «”Лейтесь, слёзы” — сказал полицейский», — тоталитарный строй выступает лишь платформой для изучения вопросов хрупкости нашей реальности.


Конечно, многие мысли Дика не новы, они сильно опираются на философские работы платонистов, экзистенциалистов и постмодернистов. Во многих произведениях писателя можно увидеть параллели с теорией «симулякров» Жана Бодрийяра — идеей о «копиях без оригинала». Симуляциях реальности, не имеющих прямого отношения к реальности как таковой.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Впрочем, Дик никогда особо и не скрывал влияния Бодрийяра на свои работы


В творчестве Филипа Дика интересны не только сами идеи, но и то, как он к ним приходит — этот странный полёт мысли писателя, уложенный в изобретательные фантастические сеттинги. И чем дальше шла карьера Дика, тем больше философских размышлений и концепций появлялось в его книгах.


Ближе к концу жизни он почти перестал прятать рассуждения за фантастическими сюжетами и пустился в полный пост-модерн. В его последних работах — «Свободном радио Альбемута» и незаконченной трилогии «ВАЛИС», Дик сам предстаёт одним из героев, автобиографические сцены смешиваются с его специфическими представлениями о мире, рождая уникальную реальность, едва поддающуюся анализу в привычных категориях.

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Творчество Филипа Дика легло в основу многих научных и популистических работ. Авторы изучают его сложную философию (Philip K. Dick and Philosophy - Do Androids Have Kindred Spirits), отношение к современной реальности (Philip K. Dick, Canonical Writer of the Digital Age) и, конечно, специфику диковской антиутопии (Philip K. Dick’s Unconventional Dystopias).


Сам Дик тоже занимался публицистикой. Его перу принадлежит исследование с громким названием «Как построить вселенную, которая не развалится через пару дней», своеобразное методическое пособие для начинающих авторов. А уже после смерти писателя многочисленные дневники Дика с размышлениями на темы религии, галлюцинаций, жизни, Вселенной и всего остального собрали в одну колоссальную работу The Exegesis, с латинского — «толкование».

Электрические антиутопии Филипа К. Дика Книги, Фильмы, Фантастика, Научная фантастика, Киберпанк, Филип Дик, Длиннопост

Среди создателей The Exegesis — писатель Джонатан Летем, автор отличного романа «Пистолет с музыкой» и один из известнейших исследователей творчества Дика в мире


Это, пожалуй, самый полный и доскональный внутренний портрет автора, прочитать который стоит всем фанатам Дика, но только на свой страх и риск. Без хорошего изучения его творчества и биографии The Exegesis может сломать мозг любому, кто рискнёт его открыть.



Творчество Филипа Киндреда Дика оказало огромное влияние на всю современную научную фантастику, а его антиутопический взгляд на будущее стал привычным для нынешних представителей жанра. Наверняка писатель бы ужаснулся от того, насколько многие его предсказания сбылись — буквально или метафорически.


Всю свою жизнь он гнался за осмыслением того невероятного физического и психологического пространства, что мы называем реальностью. Какого-то конечного результата из этих исследований Дик, конечно же, получить не смог. Но он предоставил нам огромное количество интересных размышлений на тему — ознакомиться с ними стоит каждому, кто хоть раз спрашивал себя «А что делает меня мной?».


Я всегда надеялся, когда писал романы и рассказы с вопросом «Что есть реальность?», что в один день получу ответ. Большинство моих читателей тоже на это надеялось. Годы шли. Я написал больше тридцати романов и ста рассказов, но всё ещё не мог понять, что реально.
Однажды девочка-студентка из Канады попросила меня определить реальность, ей это нужно было для доклада по философии. Она хотела ответ в одно предложение. Я подумал и сказал «Реальность — это, что не исчезает, когда вы перестаёте в неё верить». Это всё, что я смог придумать. На дворе был 1972 год. С тех пор я так и не нашёл более точного ответа на этот вопрос.

Филип К. Дик
  Писатель-фантаст

Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 24
1088

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги

Их дебютные романы стали хитами.


Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Далеко не всегда писатели обретают популярность с выходом первой книги. В большинстве случаев их путь к славе занимает годы и требует выхода как минимум пары-тройки романов. К тому же, к дебютному произведению подчас относится предвзято — ведь оно написано новичком в мире литературы. Но бывают и ровно обратные случаи, когда авторы становятся звездами с первой же книги — о таких мы сегодня и поговорим.


Патрик Ротфусс


Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Имя ветра»


Сегодня Патрик Ротфусс — один из самых известных писателей в жанре фэнтези. Выхода его романа «Двери из камня», третьей части «Хроники убийцы короля», ждут не меньше, чем «Ветров зимы» Джорджа Мартина. Причем оба автора уже много лет не торопятся завершать обещанные книги.


Ротфусс начал писать первую книгу, «Имя ветра», еще в конце прошлого века. Попробовать себя в жанре фэнтези его, в частности, вдохновил цикл Тэда Уильямса «Орден манускрипта». После девяти лет работы роман был завершен, однако его долго отказывались принимать издатели. И только в 2007 году «Имя ветра» поступило на прилавки книжных магазинов, после чего быстро завоевало признание читателей по всему миру.


«Хроника убийцы короля» — история барда по имени Квоут. В детстве он потерял родителей из-за нападения таинственных чандриан и поклялся любой ценой отомстить виновным. Для этого он отправляется в магический Университет, где его ждут непростые испытания.


Сразу после релиза «Имя ветра» удостоилось похвалы от критиков и читателей, его сравнивали с «Властелином колец», с «Игрой престолов», и с «Гарри Поттером». Однако при всем при этом роман получился самобытным и оригинальным. Сейчас по мотивам цикла Ротфусса готовятся съемки, как фильма, так и сериала.


Джо Аберкромби

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Кровь и железо»


Джо Аберкромби по праву считается одним из лидеров темного фэнтези. Его цикл «Земной круг» близок по духу к «Игре престолов» — он мрачный и жестокий, здесь героев ждет много интриг и войн, а вот магии относительно немного.


Первые попытки написать фэнтези о злоключениях варвара по имени Логен Девятипалый Аберкромби предпринял еще в конце 90-ых , однако, как признается автор, ничего путного тогда вышло. Позже, перечитав множество исторических книг, он начал писать «Кровь и железо». Работа над книгой шла с 2001 по 2004 годы, а потом около года автор безуспешно стучался в литературные агентства. Но в итоге упорство оправдало себя, и Аберкромби заключил с издательством Gollancz контракт, в котором фигурировала пятизначная сумма — очень солидная для новичка. Джо оправдал веру издательства и стал одним из самых известных авторов фэнтези своего поколения.


Ребекка Куанг

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Опиумная война»


Роман Ребекки Куанг вышел в 2018 году, и вошел в почти во все англоязычные списки лучших книг года, принес писательнице несколько престижных премий и номинации на «Локус» и «Небьюлу». До выхода «Опиумной войны» сразу несколько издателей боролись на жарком аукционе за право издать эту книгу.


Куанг родилась в Китае. В четыре года она вместе с семьей эмигрировала в США, однако девушка хорошо знает историю своей страны и семьи, которая тяжело пережила XX век и, в частности, Вторую Японо-китайскую войну. Именно эти события легли в основу ее фэнтезийного романа «Опиумная война».


Писательница рассказала историю, полную крови и войны, с неоднозначными персонажами и оригинальной мифологией. В центре сюжета — девушка Рин, которая поступает в военную академию, где готовят будущих полководцев. В это время на ее родину вновь обрушивается давний враг, и Рин приходится принять участие в начавшемся жестоком конфликте.


Николас Имс

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Короли Жути»


Свою первую книгу Николас Имс писал с начала двухтысячных, неоднократно переписывал ее, но так и не решился выпустить в свет. Возможно, на неизданной книге о Римской империи и Карфагене автор «набил шишки», и потому первый вышедший в свет роман стал сильным и незаурядным.


За «Королей Жути» Имя получил премию Дэвида Геммела за лучший дебют и премию Fantasy Stabby в номинации «Лучший дебютный роман 2017 года». По стилю книга напоминает одновременно романы Джо Аберкромби и Терри Пратчетта. В центре сюжета — отряд бывалых наемников, которые воссоединяются друг с другом спустя много лет, чтобы спасти дочь своего лидера. Они отправляются в последний поход через Дичь. Искатели приключений у Имса напоминают звезд рок-музыки — внимательные читатели найдут даже прямые аналогии с известными музыкантами.


Брайан Стейвли

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Клинки императора»


До того, как посвятить себя литературе, Брайан Стейвли работал преподавателем истории, литературы и философии. Он начал трудиться над «Клинками императора», когда проживал в Азии, где обучал местных жителей английскому языку. За это время Стейвли проникся особым интересом к истории династии Тан, которая и послужила одним из главных источников вдохновения для сюжета его дебютной трилогии.


В 2014 году Брайан Стейвли был награжден премией Дэвида Геммела за лучший дебют, а также номинировался на премию «Локус». «Клинки императора попали в список «Выбор сайта Goodreads». Книги Стейвли переводилась на русский, немецкий, итальянский, венгерский и голландский языки и продолжает завоевывать признание читателей по всему миру.


Трилогия начинается со смерти императора, в которой предстоит разобраться трем его детям. Они выросли порознь и не знают, могут ли доверять друг другу. Каждому из них грозит смерть, так что каждому из них предстоит отчаянная борьба за выживание и власть.


Шеннон Чакраборти

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Латунный город»


Шеннон Чакраборти долгое время изучала арабскую мифологию и историю. Это привело к тому, что она решила написать «Латунный город» — приключенческое фэнтези, вдохновленное легендами Ближнего востока.


Роман ожидал нешуточный успех — «Латунный город» был номинирован на «Локус» в категории дебют, вошел в шорт-листы «Британской премии фэнтези» и «Всемирной премии фэнтези». Англоязычные ресурсы вроде Amazon, Barnes & Noble и SyFy Wire внесли книгу в списки лучших релизов 2017 года. «Латунный город» похвалили Робин Хобб, Саба Тахир, Кевин Хирн, Фонда Ли и другие именитые писатели.


Действие романа начинается в Каире 18-го века, где девушка Нари, которая не верит в магию, случайно открывает для себя мир джиннов, ифритов и других волшебных существ. Другая сюжетная линия посвящена Али, молодому принцу тайного города джиннов — тот оказывается в самом эпицентре интриг, которые грозят разрушить хрупкий порядок в государстве.


Сюзанна Кларк

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»


Большую часть жизни Сюзанна Кларк проработала редактором. Ее литературная карьера началась с рассказов, которые она писала в 90-ых, а дебютный роман «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» вышел в 2004 году. Кларк писала его под впечатлением от творчества Нила Геймана. А тот, в свою очередь, прочитав книгу, назвал ее «лучшим английским фантастическим романом, написанным за последние семьдесят лет».


«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» принесли писательнице целый ворох престижных премий, включая «Хьюго», «Локус», «Всемирную премию фэнтези» и множество других наград. Роман по духу очень похож на классическую английскую прозу XIX века, что и выделяет «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» на фоне других фэнтезийных произведений. Успех книги привел к тому, что канал BBC выпустил по ее мотивам очень атмосферный мини-сериал.


Скотт Линч

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Хитрости Локка Ламоры»


Прежде чем первый роман Скотта Линча был опубликован, автор успел поработать пожарным, помощником официанта, веб-дизайнером и поваром. Слава пришла к Линчу 2006 году, когда первый роман цикла «Благородные Канальи» увидел свет.


Роман «Хитрости Локка Ламоры» заслужил сравнения со «Стальной крысой», «Одиннадцатью друзьями Оушена» и многими другими авантюрными историями о приключениях харизматичных мошенников. Студия Warner Brothers приобрела права на экранизацию, но до съемок дело так и не дошло. Второй роман не заставил себя долго ждать и укрепил репутацию Скотта Линча, как восходящей звезды фэнтези. К сожалению, затем ряд личных проблем автора привел к тому, что он стал куда реже радовать своих поклонников новыми книгами. Третьего романа читатели ждали шесть лет, над четвертым автор работает уже более пяти.


Наоми Новик

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Дракон Его Величества»


Наоми Новик родилась в США, но имеет польские корни. Она выросла на творчестве Толкиена и польских сказках о Бабе-Яге, изучала литературу и системное программирование, участвовала в работе над игрой Neverwinter Nights.


Первый же ее роман, «Дракон Его Величества», был переведен на десятки языков, выиграл мемориальную премию Комптона Крука, номинировался на «Хьюго» и ряд других наград. Книгой восторгался даже Питер Джексон, который хотел ее экранизировать, но пока так и не взялся за проект. «Дракон Его Величества» написан на стыке фэнтези и альтернативной истории. События разворачиваются во время наполеоновских войн, но наряду с людьми мир Новик населяют и разумные драконы, которые активно участвуют в конфликте.


Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!
Показать полностью 9
95

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

В невероятно далекие времена, когда еще не существовало телевидения и умами людей безраздельно владело радио, в дневных эфирах крутили романтические сериалы для домохозяек. И, чтобы клише полностью сложилось, спонсировали это производители мыла и стирального порошка. Очень скоро любую непритязательную семейную драму начали называть «мыльной оперой». А в 1941 году один из первых фантастоведов Уилсон Такер довольно язвительно заметил: «Если слезливое чтиво для домохозяек называют „мыльной оперой”, то халтурную жвачку про космолеты и спасателей миров можно смело называть „космической оперой”».


Можно только гадать, какие именно произведения каких авторов вызвали такую едкую реакцию, но термин довольно быстро вошел в обиход.

Разумеется, первые романы, посвященные космическим полетам, битвам и приключениям, появились гораздо раньше. Достаточно вспомнить Гарретта Сервисса и его «Эдисоновское завоевание Марса», написанное еще в 1898 году как продолжение «Войны миров» Герберта Уэллса.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Роман задумывался строго научным, но вот сюжет… После неудачной попытки вторжения марсиан человечество решается на ответный ход. На основе антигравитационных двигателей неприятеля создаются собственные космические корабли и мощное оружие. Земная эскадра летит к Марсу, растапливает его ледяные шапки, принимает капитуляцию немногих выживших после чудовищного наводнения и превращает Красную Планету в колонию Земли. По всем формальным признакам – события происходят в космосе; антураж экзотичен; конфликт присутствует; технологии вымышлены – это как раз космическая опера.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Гарретт Сервисс был астрономом-популяризатором, и назвать его человеком несведущим или несерьезно относящимся к науке нельзя

В 20-30-е годы двадцатого века стараниями пяти авторов на древе НФ появился побег фантастики приключений и битв (назовем это так, поскольку имени у нее еще не было). В 1922 году Рэй Каммингс напечатал своих «Людей огня». В 1928 году выходит «Космический жаворонок» Эдварда «Дока» Смита. В том же году Эдвард Гамильтон издает первый роман цикла о звездном патруле «Гаснущие звезды». В 1931 году молодой Джон Кэмпбелл ворвался в литературу с «Островами Вселенной». А в 1934 году Джек Уильямсон представил свой знаменитый «Космический легион».

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Благодаря этим пяти авторам – как бы ни огорчали УилсонаТакера они сами или их последователи, – космоопера приобрела тот облик, который полюбился читателям. Да, здесь порой жертвовали научностью ради зрелищности. Но большинство читателей куда сильнее увлекали герои и события, чем технические достижения отдаленного и весьма неясного будущего.


К тому же мир стремительно менялся – от сравнительно неспешного начала века к войне, от облегчения и радости окончания войны к мировому экономическому кризису. Литература существует не в вакууме. А фантастика ярче всего расцветает тогда, когда реальность вызывает у людей беспокойство и тревогу.


Если хочется убежать от неуверенности в сегодняшнем дне, то куда, как не в фантазии о ярких приключениях и головокружительных победах?

Да и сами авторы становились такими же беглецами. Они стремились вырваться из жестких рамок «строгой» фантастики, словно подростки, которым надоели нравоучения родителей. Эдмонд Гамильтон честно признавался о своем романе «Звездные короли», который во многом стал определяющим для всего жанра:


«В нем отразились старые юношеские грезы наяву, мечтания на тему о „днях славы“. Кому бы не хотелось в мгновение ока из заурядного банковского клерка превратиться в повелителя звездной империи? Кажется, это универсальное желание, и именно о нем мой роман».
От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Первое издание «Звездных королей» Эдмонда Гамильтона

Творчество Эдмонда Гамильтона, пожалуй, наиболее показательно среди остальных авторов «пятерки пионеров». Его ранние рассказы поражают не столько литературным мастерством, сколько дерзостью идей. В рассказе 1926 года «Металлические гиганты» электронный мозг создавал для себя роботов. В романе 1927 года «Захватчик из бездны времени» герой катался в прошлое для найма воинов разных эпох. В 1929 году в «Похитителях звезд» писатель придумал Союз Солнц, фактически Галактическую Федерацию. В «Запретном мире» того же года – параллельную вселенную, где электроны двигались в обратном направлении.


Перечень произведений далеко не полный, но и по этой малой толике можно ощутить размах автора, его стремление объять необъятное.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Эдмонд Гамильтон вместе с супругой, писательницей Ли Дуглас Брэкетт


Во многом именно этому автору мы обязаны и канонами, и штампами космической оперы. Ни к чему об этом умалчивать: штампы – те же каноны, но возведенные в абсолют. И сам писатель, бывало, над ними потешался. В 1942 году он написал юмористический рассказ «Невероятный мир», где американские астронавты обнаружили, что Марс заселен жукоглазыми монстрами, которые свободно говорят на английском и носят непроизносимые имена. Марсианами оказались герои бульварной фантастики, порожденные в том числе стараниями самого писателя.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

И были они жукоглазые и англоговорящие


Эдмонд Гамильтон обыгрывал и обкатывал те приемы, замыслы и ходы, которые на много лет вперед определили направление фантастики. Он объединял прошлое с будущим, классические мотивы со смелыми предположениями. Ему хватило творческой наглости взять летающий остров из третьей части «Путешествий Гулливера» Джонатана Свифта и дать ему новую и совсем иную жизнь в рассказе «Летающие города». Ему хватило смелости перенести в космос придворные интриги. Ему хватило фантазии создать вселенную, в которую хотелось убежать.


«Звездные короли» стали, пожалуй, мерилом всей космической оперы в момент ее становления. Герой романа неведомым образом сбегает из мира, где не может повлиять ни на что, в мир, где от него зависит абсолютно все. И вслед за ним сбегали читатели, которым тогда именно это и было нужно – ощутить собственную значимость.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

«Звездные короли». Чужая планета, помолвка со звездной принцессой, инриги, приключения, бои на мечах – чем не мечта для уставшего от рутины клерка?


Космическая опера появилась тогда, когда и читатели, и писатели были накрепко привязаны к земле со всеми ее бедами и невзгодами. Она стала неким «волшебным зеркалом», сквозь которое можно было заглянуть в будущее настолько далекое, что оно казалось почти сказочным. Поэтому так гармонично выглядели в нем «Звездные короли».


После жанр пережил и падение, и взлеты. В 40-х на первый план вышли такие мастодонты фантастики, как Айзек Азимов, Роберт Хайнлайн, Фрэнк Герберт. В космоопере стало меньше оперы и больше науки. Только и мир не стоял на месте.

В 1957 году люди заворожено следили за первым искусственным спутником Земли. «Волшебное зеркало» фантастики вдруг сделалось похожим на окно. Запуск первого человека стал уже вопросом престижа – кто успеет раньше…


Первые люди высадились на Луну. В 2015 году первая итальянская женщина-астронавт прилетела на Международную космическую станцию с кофемашиной, сконструированной для работы в условиях пониженной гравитации. Кажется, мелочь, но представьте себе этот путь – от невероятной мечты до утренней чашки кофе! Космос превратился в обычное дело. Далекое будущее наступило, мы зовем его настоящим.


И что же? Получается, удел космической оперы – превратиться в производственный роман?

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

В конце 70-х, почти перед самой смертью, Эдмонд Гамильтон писал:


«Меня больше всего тревожит, сколь малое число современных писателей-фантастов проявляет интерес к перспективе космической экспансии. После десятилетий научной фантастики на эту тему освоение космоса стало повседневной реальностью – и это произошло на наших глазах. Однако сегодня, кажется, это мало кого волнует».

Да, в восьмидесятых была «третья волна», которую отличал охвативший многие жанры искусства постмодернизм. Эдакая грусть по «золотому веку», в том числе и космической оперы. Это ни в коем случае не умаляет вклад, который сделали Дэн Симмонс или Лоис Буджолд, но мы – живущие в двадцать первом веке – ждем и жаждем своих авторов, голосов нашего времени.


Так что же победит, рутина или мечта?


Начало 21 века заставило многих любителей космической оперы почувствовать то, о чем говорил Эдмонд Гамильтон: космос близко, но до него, похоже, никому больше нет дела. Прежде людьми двигало восхищение перед всесилием науки, потом романтика дальних странствий, а нам, словно героям фильма «Шоу Трумена», показывают карту, где не осталось ни одного белого пятна. Все сюжеты уже были, все идеи затерты до дыр.


Даже если обратиться к кино, то фильмы о космосе или повторяют старые находки и – что уж таить – играют на наших ностальгических чувствах или вовсе не имеют отношения к фантастике. Мы «доросли» до космического реализма. Или до того, что станет реальностью в очень скором времени.


Осталось только вернуть себе космическую фантастику.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Космос как производственный роман?


По счастью, космическая опера – иная и обновленная – постепенно возвращается на литературный небосклон. Увы, не все с ней проходит так гладко, как хотелось бы, и этому много причин. Самим авторам далеко не всегда удается нащупать верный стиль или тему. Иногда они впадают в чрезмерный эпатаж или довольно грубо переносят сегодняшние проблемы в грядущее. А иногда так стараются сделать «как взаправду», что вместо жизни персонажей мы наблюдаем монтаж и демонтаж механизмов.


Да и читатели – тоже иные и обновленные – успели несколько отвыкнуть от жанра. Одни пристрастились к разным вариациям «странной фантастики», которая сейчас проделывает то же, что и космоопера 20-30-х, – выходит за рамки правил и канонов. Другие предпочитают книги, где «коротко и ясно» и «в целом все понятно». Веяние времени: мир опять ускорился, и далеко не каждый может себе позволить долгими часами разбираться в хитросплетениях сюжета.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Но ведь мы фактически заново открываем жанр. И нужно понять, чем же следует наполнить космооперу? Сколько места должны занимать приключения, сколько – технологи, и сколько – люди? Сейчас читателям мало видеть схематичных «бойцов с бластером» и гипертрофированных «черных властелинов». Разумеется, подобные персонажи устарели.


Еще один значимый показатель – лимит времени. У авторов больше нет права отвлекать читателя пространными рассуждениями, необязательными «красивостями» и поворотами, ведущими в никуда. Такое можно позволить только на собственный страх и риск.

Но оправдается ли подобный риск в мире, где художественную литературу способна потеснить научно-популярная?

Да, дела у современных писателей обстоят непросто, и далеко не все авторы готовы стать «молодой шпаной» со своими дерзкими начинаниями и отрицанием авторитетов. Многие предпочитают остаться в учениках, раз за разом повторяя «лучшее из старого». Тем приятнее находить авторов, которые словно живут впервые. Увы, пока их не так много, но именно они способны задать определенный уровень и создать новые правила игры.


Безусловно, одним из таких авторов является Питер Гамильтон. Его цикл «Содружество» еще не успел стать каноническим, но уже отмел набившую оскомину тему «мрачных перспектив человечества».

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Поклонники фантастики могут даже увидеть в этом знак: в начале 20 века толчок развитию жанра дал Эдмонд Гамильтон, в начале 21 века Питер Гамильтон выводит жанр на орбиту



Хотя первая же книга цикла – «Звезда Пандоры» – способна напугать одним своим объемом. Чтобы отважится на путешествие в семьсот пятьдесят страниц, придется выдать автору неограниченный лимит доверия. И что радует, Питер Гамильтон не подводит – он так аккуратно затягивает в свои сети, что попадаться в них весьма интересно.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Множество миров, множество персонажей, но каждый на своем месте и в нужное время сыграет свою роль. Никаких случайных героев или событий, никакого «мыла». Писатель доказывает, что космическая опера способна стать настоящей оперой.


А самое главное – книги, при всем объеме и плотности текста, увлекают. Нужно только оставить спешку и с головой погрузиться в безумный мир, полный политических интриг и «самых житейских» подвигов, отчаянного гедонизма и подпольной борьбы, свободы и права жить там и так, как ты хочешь, и личного выбора – жить или умирать.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Еще один штрих – самого автора в его текстах не найти. И это в наше-то время, когда высказать личную точку зрения – чуть ли не обязанность! Но Питер Гамильтон просто расстилает перед читателями полотно, словно говоря: «Вот так все сложится, я думаю. Сами решайте, нравится вам этот мир или нет». Сами решайте, хорошо или плохо тратить деньги на полеты ради научного интереса. Сами решайте, хороши или плохи те, кто считает, что судьбу можно запрограммировать генетически, или те, кто притворяется, что прогресса не существует, или те, кто пытается спасти человечество, когда их совсем не просят. Сами решайте, оправдывает ли цель средства. Заново решайте».


Лениво скользить глазами по страницам не получится, и если книжка нужна, чтобы скоротать скучный вечер, то, пожалуй, современная космоопера уже не подойдет.


Питер Гамильтон взял два извечных двигателя человечества – стремление к неизведанному и жажду бессмертия, – объединил их и создал реальность, которая удивляет, кажется и невообразимо далекой, и поразительно знакомой.

Возможно, он снова подарил нам звезды, осталось только их разглядеть.

В двадцатых годах двадцатого века космическая опера зародилась как отдушина, как мечта о побеге, как сказка о звездных королях. Чуть меньше чем через сто лет, когда человечество стало старше (это уже не подросток, сбегающий с уроков ради вестерна в ближайшем кинотеатре, а скорее юноша, сбегающий с лекции ради собственного проекта), у космооперы есть шанс стать мечтой о полете. Звездолетом, который унесет нас в новую реальность – такую, какой мы пока не можем даже вообразить.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 14
62

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2.

Часть 1

«Скотный двор»

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

В жизни у Оруэлла было два главных интереса — литература и политика. И вот, после ухода из Би-би-си, он загорелся идеей написать художественное произведение на политическую тему. Тему вполне конкретную — перерождение революции и установление тоталитаризма под внешним социалистическим фасадом.


Это должно было стать его манифестом. Однако для того, чтобы любой манифест подействовал, его должно услышать достаточно много людей. А история с «Памятью Каталонии» показала, что с этим могут быть проблемы. И тогда Оруэлл решил облечь свою идею в традицию сказочной сатиры, которая со времён Свифта была в Англии в большом почёте.


По легенде, которую писатель изложил в предисловии к изданию, сказка родилась, когда однажды за городом он увидел, как мальчик лет десяти гонит по узкой тропинке громадную упряжную лошадь и хлещет её всякий раз, когда она хотела свернуть. «Мне пришло в голову, — пишет он, — что если бы такие животные осознали свою силу, мы потеряли бы над ними власть, и что люди эксплуатируют животных примерно так же, как богатые эксплуатируют пролетариат».

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Так родилась притча о судьбе русской революции. Только вместо реальных исторических персонажей революцию против жестокого фермера-эксплуататора подняли животные, провозгласившие свою собственную звериную республику, где все животные свободны и равны.


На освобождённой от людей ферме они организовали свои порядки. Однако, как оказалось, жажда власти оказалась свойственна не только людям, но и свиньям, которые постепенно захватили власть на ферме.


Это сравнение сталинского окружения со свиньями особенно не нравилось издателям, к которым Оруэлл принёс свою сказку. Ведь в мире всё ещё шла война, и сталинский СССР на восточном фронте теснил огромные силы вермахта, приближая общую победу союзников.


Голланц и другие рекомендовали внести правки и заменить свиней на каких-нибудь других животных. Однако Оруэлл, который раньше послушно уступал издателям, в этот раз упёрся и заявил, что «Скотный двор» должен выйти именно в том виде, в котором он его задумал.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Не желая сидеть без дела, Оруэлл принял приглашение журнала Observer отправиться в освобождённую Европу военным корреспондентом. Следуя за войсками союзников, он прибыл в Париж, где не бывал со времён своей молодости, а затем поехал уже в саму Германию — в Кёльн, где надеялся дождаться выхода своей новой книги.


Однако даже Уорбург, который раньше помог ему напечатать «Памяти Каталонии», по всяческим причинам оттягивал выпуск «Скотного двора» до осени 1945-го. Оруэлл боялся, что издание снова провалится и окажется никому не нужным, но на волне победы над фашизмом оно получило просто фантастический успех.


Первое английское издание насчитывало четыре с половиной тысячи экземпляров и разлетелось буквально за неделю. Тогда Secker & Warburg напечатали второй тираж — вдвое больше. И он тоже распродался моментально. В Америке влиятельный литературный клуб назвал «Скотный двор» книгой месяца и за 1946 год произведение опубликовали суммарным тиражом в шестьсот тысяч экземпляров — большим, чем все предыдущие книги Оруэлла вместе взятые.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Чистый гонорар от продаж составил несколько десятков тысяч долларов. Такая бурная реакция, сравнимая с прорвавшейся плотиной, кажется, превзошла его самые смелые ожидания и, пожалуй, даже немного напугала. Можно было ожидать, что пришедшая, наконец, слава станет причиной звёздной болезни. Однако у Оруэлла была уже вполне земная болезнь.


Полученный ранее туберкулёз так и не отпустил его окончательно, медленно подтачивая силы и здоровье. Сохранилась его большая переписка с друзьями, где он не раз говорит о том, что по всем прогнозам ему осталось жить максимум несколько лет.


Поэтому на вырученные деньги он лишь снял дом на небольшом острове Джура у берегов Шотландии, где намеревался прожить эти несколько лет отшельником. Однако от чего он не собирался отказываться — это от публицистики и литературы.


Я никогда не был в России, и все мои знания о ней ограничиваются тем, что я прочел в книгах и газетах. И будь у меня такая возможность, я всё равно не захотел бы вмешиваться во внутренние советские дела: я не стал бы осуждать Сталина и его соратников только за их недемократические и варварские методы. Вполне возможно, что при том положении, в каком находится страна, они не могли вести себя иначе, даже имея самые лучшие намерения. Но с другой стороны, для меня было крайне важно, чтобы люди в Западной Европе увидели советский режим таким, каков он есть.
С 1930 года я не видел почти никаких признаков того, что СССР движется к социализму в истинном смысле этого слова. Напротив, по всем приметам он превращался в иерархическое общество, где у правителей так же мало оснований отказаться от власти, как у любого другого правящего класса.

Кроме того, рабочие и интеллигенция в такой стране, как Англия, не могут понять, что сегодняшний СССР сильно отличается от того, чем он был в 1917 году. Отчасти они и не хотят этого понимать (то есть хотят верить, что где-то действительно существует социалистическая страна), а отчасти, привыкнув к сравнительной свободе и умеренности в общественной жизни, просто не могут себе представить, что такое тоталитаризм.

Джордж Оруэлл, предисловие к украинскому изданию «Скотного двора», 1947 год.

Последние годы и «1984»

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

В 1947 году Оруэлл перебрался на остров, где после трёхмесячного перерыва, вызванного новым приступом болезни, продолжил журналистскую работу. Прошедший после выхода «Скотного двора» год оказался самым плодотворным в его жизни. Оруэлл написал сто тридцать статей и рецензий, то есть по две-три статьи в неделю. Помимо журналов Polemic, Horizon и Partisan Review он регулярно писал в четыре газеты: Tribune, Evening Standard, Observer и Manchester Evening News.


Из статей и эссе этого периода особо стоит отметить «Писатели и Левиафан» — о том, как опасно для творческих людей подстраивать свои произведения под какие-то идеологические рамки. А также «Заметки о национализме», в которых он описывал, как идеологические догмы изменяют восприятие и сознание людей.


Однако, несмотря на всю занятость, главной его работой в эти годы стало написание нового последнего романа.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Глядя на детали биографии Оруэлла невольно в голову приходит мысль, что вся его жизнь была подготовкой к написанию этой книги. Все события, переживания, размышления за все предыдущие годы нашли своё отражение в «1984» даже в мелочах: детство, служба в Бирме, бродяжничество, война в Испании, работа на Би-би-си, литературные и интеллектуальные интересы, круг знакомств.


Ошибаются те, кто подобно певице Loun’е говорят, что главную свою книгу писатель «увидел во сне» или создал посредством одного лишь воображения. Сырьё для такого творчества в первой половине ХХ века было разбросано повсюду. Нужно было лишь суметь его разглядеть и собрать вместе.


На мой взгляд, тоталитарные идеи засели в головах интеллигенции повсюду, и я просто пытался довести их до логического завершения. Действие книги происходит в Великобритании, чтобы подчеркнуть, что англоговорящие народы ничуть не лучше прочих и что тоталитаризм, если с ним не бороться, может восторжествовать где угодно.
Джордж Оруэлл, о романе «1984», 1948 год

Пересказывать сюжет романа не имеет смысла. Во-первых, потому что любое произведение в пересказе звучит нелепо, будь то хоть Шекспир, хоть Оруэлл, хоть Толстой. А во-вторых, потому что о произведении тиражом в миллионы экземпляров на десятках языков каждый хоть что-нибудь да слышал.


Достаточно сказать, что такие термины и понятия как «двоемыслие», «новояз», «большой брат» и многие другие стали нарицательными. В черновом рабочем варианте она называлась «Последний человек в Европе». И это название лучше всего передавало безысходность мира, объединившем в себе худшие проявления тоталитаризма, которые Оруэллу довелось увидеть в своей жизни, и возведшем их в энную степень.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

К концу 1947-го черновик был готов. И, как будто дожидаясь этого часа, организм Оруэлла сдался под напором болезни. Несколько месяцев с декабря 1947-го по август 1948-го он безвылазно провёл в больницах и санаториях, сражаясь с туберкулёзом. К осени ему как будто стало лучше, и он вернулся на остров, чтобы переписать роман набело. Но и тогда ему приходилось работать в постели. Это последнее усилие окончательно надломило его.


И после того, как в декабре Оруэлл отослал распечатанный на машинке экземпляр издателю, он слёг уже окончательно. Оставшиеся два года жизни он провёл в больничных палатах. Однако финал жизненного пути Оруэлла оказался скорее светлым, чем печальным.


«1984» вышла в свет 8 июня 1949 года. 26 тысяч экземпляров в Англии и 460 тысяч в США только за первый год. Это был полный успех. И главным для писателя здесь были даже не деньги, к которым за короткий срок своей славы он так и не успел привыкнуть, а то, что его предостережение увидит как можно больше людей.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Прямо в больницу ему приходило множество писем — как от простых читателей, так и от коллег-интеллектуалов. Сам Олдос Хаксли, который когда-то преподавал юному Эрику Блэру курсы английской литературы в Итоне, писал, что хотя он и считает свой вариант будущего, представленный в «Дивном новом мире» более вероятным, это не отменяет того, что «1984» — замечательная и важная книга.


В последних своих эссе Оруэлл вывел и опубликовал два условия, которые должны соблюдаться, чтобы воспрепятствовать торжеству тоталитаризма во всём мире. Во-первых, это технический прогресс, без которого не может обходиться уже ни одно государство, и для поддержания которого нужны люди с хорошим образованием.


Во-вторых, это существование на планете сильных государств с либеральной политической традицией, которые одним фактом своего существования будут вынуждать тоталитарные и авторитарные страны оглядываться на эту традицию.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Малоизвестная экранизация 1956 года


Если бы правители всех стран мира, по сговору или из-за какой-нибудь крайней необходимости, согласились раз и навсегда установить тиранию и погрузиться в варварство, только тогда по Оруэллу на планете мог бы восторжествовать тоталитаризм — такой, каким он описан в «1984».


К концу 1949 года Оруэлл страшно ослабел, и уже не мог работать. Последним из опубликованных им текстов стала рецензия на биографию британского премьер-министра Уинстона Черчилля. В ночь на 21 января 1950 года у писателя снова начался сильный приступ болезни, пошла горлом кровь. Врачи ничего не смогли сделать. И той же ночью Эрика Артура Блэра не стало.


Штрихи к портрету и оруэлловское наследие

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Официальные биографы на Западе и в России часто представляют Оруэлла рыцарем, который практически в одиночку отражал атаки полчищ советских агентов и шпионов, желавших погубить западную цивилизацию. Это, разумеется, не совсем так. О чём говорит хотя бы невероятный успех «Скотного двора» и «1984», показавший, что спрос на антитоталитарную и антисоветскую литературу в западном обществе всё-таки был, и был немаленьким.


Неправильно было бы также считать Оруэлла святым подвижником, положившим жизнь на алтарь литературы. Были у него вполне человеческие радости, и даже грешки. В 1936 году перед самым отбытием на фронт в Испании он женился на филологе Эйлин О'Шонесси, и на протяжении всех последующих десяти лет брака регулярно изменял жене, о чём сохранилось немало свидетельств.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Оруэлл с приемным сыном Ричардом и его жена, Эйлин О'Шонесси



Также можно припомнить печально знаменитый «Список Оруэлла», с фамилиями симпатизирующих коммунизму людей, который уже находившийся при смерти Оруэлл передал через свою подругу британской правительственной структуре.


Однако в последнем случае те, кто пытаются вменить ему этот список в вину, осознанно или неосознанно воспроизводят логическую ловушку: «Любая левая идеология может быть только коммунистической». Это очень удобно советским коммунистам, но фактически в корне неверно.


Почти вся жизнь Оруэлла после Испании была посвящена поиску варианта общественного устройства, который совмещал бы преимущества социализма и демократических свобод. Об этом буквально кричит почти каждая его статья о политике, написанная после 1938 года. И всерьёз думать о том, что Оруэлл предал сочувствующих советскому коммунизму, могут лишь те, кто плохо знаком с его взглядами и текстами.


К тому же, все указанные в списке люди были довольно известными. Это писатели, журналисты, актёры и другие деятели культуры, которые декларировали свою позицию совершенно открыто. Так что даже простого раскрытия личной тайны тут нет.


Ничего сенсационного в этом списке нет. И вряд ли он скажет твоим друзьям что-то такое, чего бы они сами не знали.
Джордж Оруэлл о «списке Оруэлла», 1949 год
Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

В Советском Союзе его активно не любили ещё со времён участия в гражданской войне в Испании. К концу сороковых к этой антипатии прибавилось также то, что экземпляры своих книг он активно пытался переправить в СССР. Неслучайно, например, одним из первых иностранных переводов «Скотного двора» стал украинский.


Полицейский в Бомбее, судебный пристав, сотрудник прооумовской полиции в Барселоне, потом корреспондент жёлтых газет. Вернее всего назвать такого человека тёмной личностью, проходимцем. А вот английская литература опускается до того, что Оруэлл ходит в писателях. На отбросы здесь сейчас большой спрос.
Иван Анисимов, директор Института мировой литературы СССР, 1947 год

В современной России к Оруэллу относятся двояко. Люди, не знакомые ни с чем, кроме «1984», как правило, превозносят его чуть ли не как пророка и кричат: «Всё так и есть!». Те, кто знаком с антиутопией как с жанром, наоборот, критикуют его за то, что предложенная им модель не такая реалистичная, как, например, у Хаксли или Воннегута.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Чтобы лучше отражать вклад Оруэлла литературу и в культуру в принципе, следует ознакомиться с другими его произведениями и эссе, которые сплошь построены на его личном опыте.


Отказавшись от достатка и статуса, которые давала британская имперская машина, он неизбежно был обречён на бедность. Бедствуя и бродяжничая, он неизбежно пришел к левым социалистическим убеждениям, которые выстрадал буквально на собственной шкуре. Однако как мыслящий человек он не мог не видеть, что советский вариант коммунизма странно мутировал, и уже мало был похож на ту всеобщую утопию, которую обещали, и о которой мечтали левые.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

В Британии в 2003 году к столетию со дня рождения писателя переиздали серию его эссе и очерков


Фактически Оруэлл и те, кто в 30-40-е годы, как и он, думали о том, как же построить социализм «с человеческим лицом», по сути, заложили базу для умеренной левой идеологии, которая на рубеже ХХ и ХХI веков возобладала во многих странах Европы. Рыночная экономика, но без дикого капитализма. Социальные обязательства, но без тоталитарного контроля.


О достоинствах и недостатках современной европейской цивилизации можно спорить. Однако нельзя спорить с тем, что какой бы она ни была, это в любом случае лучший вариант, чем гротескный тоталитаризм из середины ХХ века, понимание и описание которого стало делом всей жизни Оруэлла и его наследием для всего будущего человечества.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 2. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, Скотный двор, DTF, Длиннопост

Источник

Конец второй части.

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 14
71

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1.

Что предшествовало роману «1984», сделавшему жанр популярным.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

История жизни Эрика Артура Блэра (настоящее имя Оруэлла) и его творческий путь — это само по себе антиутопия. Автор девяти полноценных книг и бесчисленного множества эссе, очерков и рассказов, он получил признание и широкую известность уже в последние годы своей жизни, да и то лишь за два произведения. Большую же часть своих 46 лет он прожил в бедности, несчастье и необходимости постоянно соотносить собственные взгляды и убеждения с требованиями общества.


Рассказываем, как бывший полицейский чиновник — выпускник элитной английской школы, — стал самым известным автором жанра, и о том, какое литературное и интеллектуальное наследие он оставил миру.


Ранние годы и первые рассказы

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Конец 1910-х. Эрик, мать Ида, младшая сестра Аврил и отец Ричард


Будущий писатель родился в 1903 году, в Индии, в семье британского колониального чиновника. А значит, жизненный путь его был заранее предопределён. Он был белым, он принадлежал к правящему классу по праву рождения. В колониальной стране это автоматически означало, что ему просто таки предначертано стать чиновником самому. Большую часть детства и юности он провёл в Англии, где получил очень приличное образование в престижном Итонском колледже. А в 1922 году — вернулся в британскую колонию Бирму и стал сотрудником колониальной полиции.


Вполне обычный путь для добропорядочного английского буржуа. Однако Оруэлл уже тогда чувствовал в этой предопределённости что-то неправильное. Это чувство подкреплялось ненавистью, которую местное население испытывало по отношению к европейским захватчикам (Бирма была насильно присоединена Британской Империей в 1885 году).

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

1923 год. Британские полицейские в Бирме. Эрик Блэр — во втором ряду, третий слева


Воспоминания об этом периоде жизни лягут в основу его первых рассказов: «Казнь через повешение» и «Как я стрелял в слона». Это совсем короткие истории, однако уже они наполнены размышлениями о природе власти, насилия и смерти.


Когда я увидел, как осуждённый делает шаг в сторону, чтобы обойти лужу, я словно прозрел, осознав, что человек не имеет никакого права оборвать бьющую ключом жизнь другого человека. Осуждённый не находился на смертном одре, жизнь его продолжалась, так же как наши. Работали все органы: в желудке переваривалась пища, обновлялся кожный покров, росли ногти, формировались ткани — исправное функционирование организма теперь уже заведомо бессмысленное. Ногти будут расти и тогда, когда он поднимется на виселицу и когда полетит вниз, отделяемый от смерти лишь десятой долей секунды. Глаза всё ещё видели и желтоватый гравий, и серые стены, мозг всё ещё понимал, предвидел, размышлял — даже о лужах.

Он и мы вместе составляли единую группу движущихся людей, видящих, слышащих, чувствующих, понимающих один и тот же мир; но через две минуты резкий хруст возвестит, что одного из нас больше нет — станет одним сознанием меньше, одной вселенной меньше.

Джордж Оруэлл, «Казнь через повешение» — 1931 год.

Фунты лиха в Париже

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Бедняцкий квартал в Париже. Середина 30-х


Несколько лет Оруэлл проработал на службе, которую искренне ненавидел, о чём позднее писал в нескольких автобиографических очерках. Так что в 1928 году, накопив некий первоначальный капитал, он вернулся в Лондон, шокировав этим поступком всех родных.


На службе он получал 33 фунта в месяц (около 150 тысяч современных рублей). Отказ от такого «хорошего места» очень плохо повлиял на его отношения с семьёй и, особенно — с отцом. Желание сына зарабатывать деньги интеллектуальным трудом казалось им чудачеством и блажью.


Оруэлл недолго задержался дома. Какое-то время он пытался снимать отдельное жильё в Лондоне, знакомясь со здешней окололитературной богемой. Но вскоре переехал в Париж, где гораздо дешевле жить — там его статьи и заметки действительно начали печатать в различных журналах и газетах.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Однако этого оказывается мало. Довольно скоро его сбережения подошли к концу, и он был вынужден работать посудомойкой (plongeur) за 500 франков в месяц (около 35 тысяч современных рублей) плюс кормёжку. Почти половину из этой суммы он отдавал за съёмную комнату.


Примерно в это же время у него случился «литературный выкидыш». В течение нескольких лет он писал роман, основанный на его собственном опыте жизни в Бирме. Книга должна была показать всю социальную несправедливость и порочность имперской системы господства европейцев в колониях. Однако ни одно из издательств, куда Оруэлл обратился, не захотело печатать такую книгу.


Работая по 12-14 часов в сутки, живя на грани бедности и пребывая в постоянном стрессе, автор не нашел ничего лучше, кроме как сжечь своё нерождённое творение.


Фунты лиха в Лондоне

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

По-видимому, на какое-то время Оруэлл оставил свои мечты стать писателем. Он вернулся в Англию, помирился с родителями и несколько лет жил вместе с ними, переезжая из одного провинциального городка в другой — по мере того, как скудели скромные финансы семьи.


Семья и знакомые помогали ему устроиться: то школьным учителем, то продавцом в книжном магазине. Так постепенно он восстановил расшатанные нервы, чтобы вновь начать писать. Парижский опыт его жизни вскоре превратился в «Дневник мойщика посуды» — полухудожественное автобиографическое описание его жизни в Париже, где он в компании русского эмигранта сначала соглашается писать статьи для большевиков, а потом устраивается работать в ресторан. Сегодня это назвали бы гонзо-журналистикой.


Оруэлл всё-таки не зря вращался в кругах творческой молодежи Лондона. Одна из его знакомых — Мейбл Фирц, — вышла на лондонского издателя Виктора Голланца, который был известен своей симпатией к социализму. Описания парижского дна и жизни бедноты ему понравились. Однако повесть получалась слишком короткой, и тогда Оруэлл решился на отчаянный шаг.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

В течение многих недель он одевался в обноски и вливался в жизнь лондонских бедняков — спал в ночлежках или прямо на улице, ел один хлеб, курил найденные в урнах бычки, специально нанимался на самую низкооплачиваемую работу. Получившийся рассказ с первоначальным названием «Ночлежка» стал второй частью его будущей книги. Добавив в текст больше подробностей, он отослал текст издателю, не забыв добавить в него свои соображения о судьбе низших классов двух европейских столиц.


Голланц дал добро, и в 1933 году книга вышла под названием «Фунты лиха в Париже и Лондоне». Не желая стеснять своих родителей, для которых подобные увлечения сына были шоком, Эрик Блэр выбрал для издания псевдоним, с этого дня и навсегда войдя в литературу под именем Джордж Оруэлл.


Новый писатель

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Итак, мечта сбылась. Оруэлл стал настоящим писателем. Однако за первый год продаж разошлось всего четыре тысячи экземпляров книги. Это означало, что зарабатывать одной только литературой, как мечталось, Оруэлл всё-таки не сможет.


Так что писателю пришлось вернуться к своей обычной работе. Но почти всё свободное время он писал новый роман. Эта вторая его книга — «Дни в Бирме», описывает опыт колониального чиновника. В ней есть и снобизм англичан, и ненависть местного населения к белым, и взаимная агрессия, и много другой социальной сатиры. А кроме того там есть безмерное одиночество главного героя Флори, в которого Оруэлл вложил свои собственные страхи и непонимание, для чего цивилизованным культурным европейцам необходимо железом и кровью удерживать контроль над чужой страной, где их все ненавидят.


Ни один английский издатель печатать антиколониальный роман не захотел. Большинство — по причине его «непатриотичности». А кто-то, как Голланц, опасался, что Оруэлл описывал собственный опыт, а значит, прототипы героев книги могли быть конкретными людьми, которые подали бы потом в суд.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Тогда через своего литературного агента писатель договорился о печати «Дней в Бирме» в США, где они вышли в октябре 1934 года в издательстве Harper and Brothers тиражом всего в три тысячи экземпляров. Это знакомство с цензурой со стороны вполне культурных и интеллектуальных людей, которые отказали ему по идеологическим соображениям или из страха, он позднее опишет и разовьет во многих своих эссе.


Разумеется, нежелательно, чтобы какое-нибудь правительственное учреждение имело власть подвергать цензуре официально не финансируемые книги — за исключением, естественно, цензуры в целях безопасности, против которой в военное время никто не возражает. Но сегодня главную опасность для свободы мысли и слова представляет вовсе не прямое вмешательство Министерства информации или какого-нибудь другого официального органа.

Если издатели и редакторы так стараются не допустить в печать некоторые темы, то не потому, что опасаются преследования, а потому, что боятся общественного мнения. Самый худший враг, с которым у нас в стране сталкивается писатель или журналист, — это интеллектуальная трусость, и об этом, на мой взгляд, у нас говорят недостаточно.

Джордж Оруэлл, «Свобода печати» — 1945 год.

В конце 1934 года Оруэлл вновь переехал из провинции в Лондон. Теперь у него есть связи, и найти какую-то работу и жилье не представляется проблемой. 11 марта 1935-го вышла третья его книга — «Дочь священника» — единственная, где главной героиней является женщина.


Дороти Хэар — дочка деревенского пастора, — милая, добродушная и очень набожная девушка. Однако, пережив приступ амнезии, она вынуждена скитаться по стране с группой бродяг и нищих, отчего её внутренний мир полностью меняется. По счастливой случайности она возвращается в отчий дом. Однако ни веры в Бога, ни человеколюбия в её сердце почти не осталось.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

В этом романе Оруэлл провёл мысленный эксперимент: насколько наше мышление зависит от обстоятельств, в которых мы живём. И выводы он делает самые пессимистичные.


«Да здравствует Фикус», последнее его крупное художественное произведение довоенного периода, вышло в апреле 1936 года. И опять книга получилась автобиографичной. Герой, Гордон Комсток, отпрыск обедневшей аристократической семьи, получил хорошее образование и хочет быть поэтом. Однако жизнь бедняка не очень-то располагает к такой мечте.


Роман получился этаким ответом Оруэлла на вопрос о том, что было, если бы ему так и не удалось издать свою первую книгу три года назад, и какую жизнь ему пришлось бы в таком случае вести. Но этот период для него теперь навсегда останется в прошлом. Имея за плечами четыре книги, наработанные связи и несколько лет непрерывной тяжёлой работы, он вплотную приблизился к тому, чтобы стать профессиональным интеллектуалом.


Оруэлл-публицист

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

С середины тридцатых Оруэлл активно публиковался в газетах и журналах — The Adelphi, The New English Weekly и других. Окончив Итон и будучи прирожденным букинистом, он отлично разбирался в литературе и скоро стал влиятельным критиком. Однако также его интересовала и политика.


В 1936 году, по заданию Голланца, он отправился в промышленный центр северной Англии, Манчестер, где написал большой документальный очерк о жизни рабочих — «Дорога к Уиганскому пирсу». Эта книга до 2018 года в России не издавалась. А, между тем, там красочно описана жизнь людей, которые позже станут прообразом пролов в «1984» — скотские условия жизни, скотские условия работы, мизерная плата за труд. В то время, как правящие классы получают за счёт этого труда огромные барыши.


Оруэлл, который имел и собственный опыт бедности, всё больше политизировался и сближался с социалистами. Однако ему не нравился социализм, который предлагали в Советском Союзе.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

2+2=5


В 30-х годах в среде западных интеллектуалов было модно любить СССР. Режим, который провозглашал своей целью осуществление марксистской утопии, у многих вызывал самые восторженные чувства. Особенно на фоне Великой депрессии и кризиса западной политики и экономики. Немногие ещё знали про чистки, лагеря, а также способы, которыми осуществлялась коллективизация и индустриализация. Немногие понимали, что диктатура пролетариата постепенно превращается в диктатуру одного человека.


Оруэлл, однако, был знаком с несколькими людьми, которые лично бывали в СССР и отнюдь не разделяли общей эйфории. Больше советского коммунизма их пугал, пожалуй, только немецкий нацизм.

Предположим, что программа Гитлера будет реализована. Он предполагает, что через сто лет будет существовать территориально непрерывное государство из 250 миллионов немцев, в котором будет вдоволь «жизненного пространства» (т.е. оно будет простираться где-то до Афганистана), жуткая безмозглая империя, в которой не происходит ничего кроме военной муштры и разведения всё нового пушечного мяса.

Джордж Оруэлл, рецензия на английское издание «Майн кампф» — 1940 год.
Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

1936 год. Отряды милиции, Сарагосса


В 1936 году вспыхнула гражданская война в Испании. Гитлер и Муссолини, не стесняясь в методах, поддерживали генерала Франко, чья идеология очень близка к их собственной. На стороне республики же неожиданно оказался только Советский Союз.


Сталин предоставил левому социалистическому правительству финансовую помощь, оружие и военных советников с тем условием, что республиканская Испания будет вести просоветскую политику и установит у себя советский режим — такой, каким его понимали в Москве, то есть однопартийную диктатуру.


Сложность здесь заключалась в том, что изначально фашистам противостояла широкая коалиция Народного фронта, в которой кроме коммунистов были социал-демократы, левые либералы, анархисты и прочие левые партии и организации всех форм и расцветок. В качестве добровольца одной из таких организаций — Рабочей партии марсксистского единства (исп. Partido Obrero de Unificación Marxista (POUM), в декабре 1936 года Оруэлл прибыл в Испанию.


«Памяти Каталонии»

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

За последние три года, будучи журналистом, он вёл активную политическую полемику и нажил себе немало врагов. Консерваторов он не любил, потому что они оправдывали империализм и фашизм. А большинство левых превозносили сталинский СССР. И те, и другие отвечали ему взаимной неприязнью. Однако мало кто и из них отправился защищать свои взгляды на войну. А Оруэлл отправился.


Поначалу он был в восторге от того, что увидел в стане республиканцев. В письме своему школьному другу Сириллу Конноли он пишет: «впервые по-настоящему поверил в социализм». В добровольческих отрядах собрались сотни волонтёров из десятков стран. Она наравне делили тяготы армейской службы, вели общий скромный быт и одинаково верили, что общество не должно угнетать отдельного человека. Ради этой веры они и сражались.


Однако POUM были анархистами. И официальное республиканское правительство видело в нём угрозу. Руководителей партии начали постепенно отжимать от руководящих постов, а военные отряды тем или иным способом старались ослабить. Одновременно закрутилось и колесо пропаганды, которая стала обвинять анархистов во всяческих грехах, и в первую очередь — в тайной работе на Франко.


Наши главные враги — фашисты. Однако в их число входят не только сами фашисты, но и работающие на них агенты […] Некоторые из них называют себя троцкистами — это имя замаскировавшихся фашистов, которые пользуются языком революции для того, чтобы породить путаницу. Я спрашиваю, если все это знают, если правительство это знает, почему же с ними не обращаются как с фашистами и не уничтожают их беспощадно?

Хосе Диас, Генеральный секретарь коммунистической партии Испании, 9 мая 1937 года

В мае 1937 года в Барселоне произошли настоящие стычки между правительственными войсками и отрядами POUM. Оруэлл в этот момент находился в увольнении и потому участия в столкновениях не принимал. Во второй половине месяца он вернулся на арагонский фронт и там во время боёв получил тяжёлое ранение в горло.


Несколько недель он провёл в госпиталях. Помимо прочего, от жизни в окопах обострились его хронические болячки в лёгких. Очевидно, что дальше в войне принимать участия он не мог, однако даже уехать из страны для него стало проблемой.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Антипоумовский плакат, 1937 год


Нескольких друзей Оруэлла арестовали по подозрению в шпионаже. В его отсутствие в гостиничном номере провели обыск — изъяли все документы, рукописи и письма читателей. Несколько дней он скрывался от полиции в трущобах Барселоны, пока британское консульство срочно готовило новый паспорт, по которому он мог бы покинуть страну — вот где пригождается прежний опыт бродяжничества.


Наконец, он и ещё четверо англичан покинули Испанию. И вовремя! 13 июля в Барселоне коммунисты провели трибунал, на котором среди десятков прочих добровольцев POUM Эрик Блэр заочно обвинялся в шпионаже и измене родине.


Увиденное и пережитое повергло его в шок. Оруэлл был готов сражаться и убивать фашистов на фронте, но не был готов к тому, что убийства, аресты, пытки и заговоры совершаются в это же время в тылу, и что делают это люди, которые объявляют себя антифашистами. «В чём же тогда разница между Гитлером и Сталиным, — спрашивает он. — Если при всех идеологических различиях, они используют одинаковые методы?». Эта мысль останется с ним до конца жизни и станет определяющей для всего последующего творчества.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Сразу по возвращении из Испании он сел писать книгу воспоминаний «Памяти Каталонии», в которой изложил собственное видение испанской гражданской войны. Однако его постоянный издатель Виктор Голланц отказался печатать книгу с критикой коммунистов, так как это плохо бы отразилось на репутации всего антифашистского движения и могло повлиять на ход войны в Испании.


По той же причине многие из журналов и газет, с которыми обычно сотрудничал писатель, отказывались публиковать также его статьи и колонки. Он мог уйти к правым. Многие из профашистских издателей с удовольствием напечатали бы критику Сталина и коммунистов. Но к ним Оруэлл не желал идти из принципа.


Тем не менее, были у него и единомышленники. Издательство Time and Tide выпустило его рецензию на работу Франца Боркенау «Испанская арена», в которой автор популяризирует придуманный в фашистской Италии термин «тоталитаризм» и проводит параллели между тоталитарными режимами различных стран.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

К весне 1938 года для «Памяти Каталонии» наконец-то нашёлся издатель. Им стал Фредерик Уорбург — один из основателей молодого просоциалистического издательства Secker & Warburg. Однако здесь судьба сыграла с Оруэллом злую шутку. Поскольку Уорбург только начинал своё дело, у него почти не было средств на рекламу и продвижение, из-за чего книга провалилась на рынке. В 1938 году из напечатанного полуторатысячного тиража удалось продать меньше половины.


Этот провал вместе с непрекращающимися нападками в левой прессе и серьёзными проблемами со здоровьем, привели к резкому ухудшению состояния Оруэлла. У него идёт горлом кровь. И летом 1938 года он попадает в больницу с подозрением на туберкулёз в обоих легких. В борьбе с болезнью он и проводит почти всё время до начала большой войны.


Вторая мировая война и работа на Би-би-си

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

В августе 1939-го Германия и СССР заключили пакт о ненападении. У Гитлера были развязаны руки для вторжения в Польшу. Англия и Франция слишком поздно поняли, к чему привела политика умиротворения агрессора.


Тем не менее, подобно многим англичанам, Оруэлл испытывал небывалый патриотический подъём. Его страна наконец-то будет сражаться с фашизмом не на словах, а на деле. Он планировал записаться в действующую армию, но последствия болезни всё ещё сказывались, так что медицинская комиссия признала его негодным к службе. Тогда он с удвоенной силой вернулся к публицистике.


После пакта Молотова-Риббентропа многие английские интеллектуалы пересмотрели свои симпатии к Советскому Союзу. Так что теперь у Оруэлла было больше единомышленников, чем противников, и он мог нормально работать.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

С начала войны вышли самые известные его эссе: «Моя страна, правая она или левая», «Литература и тоталитаризм», «Мысли в пути» и так далее. Также Оруэлл записался в лондонское ополчение, где в свободное время передавал наспех набранным гражданским добровольцам свой опыт, полученный в Испании.


До 1941 года в Англии всерьёз опасались морского десанта Германии, а воздушные налёты и бомбёжки продолжались практически до самого конца войны. Этот эпизод Оруэлл впоследствии использует для описания быта Военно-воздушной зоны №1 в «1984».


В 1941 году он написал большое эссе «Лев и единорог: социализм и английский гений», в котором размышлял о том, что, несмотря на сложности всех предыдущих попыток построить социализм, у Англии, в которой сильны старые демократические традиции, возможно получилось бы примирить централизованную экономику, справедливое распределение благ и индивидуальную свободу. В этой брошюре впервые мелькает термин «английский социализм» — тогда ещё он не был окрашен тем зловещим циничным оттенком, каким предстал в «1984».

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Кестлер и Оруэлл, коллаж


Тогда же Оруэлл познакомился с Артуром Кестлером. У этого немецкоязычного писателя еврейского происхождения была крайне насыщенная биография. В студенчестве он был ярым леваком, членом коммунистической партии Германии.


После прихода Гитлера к власти он эмигрировал в Париж, потом предпринял большое путешествие по СССР. После начала гражданской войны в Испании приехал туда военным журналистом, был схвачен франкистами и приговорён к смертной казни, однако после его обменяли на жену франкистского офицера. Тогда Кестлер вернулся во Францию и в последний момент перед самым немецким вторжением успел бежать в Англию.


Под влиянием всех этих событий Кестлер написал книгу «Слепящая тьма» (Darkness at Noon), которая произвела на Оруэлла самое глубокое впечатление. История повествует о вымышленном политическом деятеле некой неназванной коммунистической страны — Николае Рубашове, который во имя партийной идеологии вынужден жертвовать товарищами, соратниками, любимой женщиной, а под конец всё равно попадает за решетку по обвинению в госизмене и перед расстрелом добровольно даёт на самого себя показания.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Тюремная часть «1984» во многом копирует «Слепящую тьму», из чего можно вывести, что роман Кестлера оказал на Оруэлла гораздо более сильное впечатление, чем прочие книги подобного жанра. С замятинским «Мы» он познакомился уже после того, как начал работу над романом. А «Дивный новый мир» Хаксли хоть и читал ещё в молодости, но не воспринимал всерьёз.


Ещё одним кирпичиком будущего главного романа в жизни Оруэлла становится работа на Би-би-си. Зная антиколониальную и антиимпералистическую позицию писателя, его приглашают готовить эфир передач, вещающих на индийские колонии.


Черчилль обещал после конца войны предоставить Индии независимость. Однако местные националисты требовали права на самоопределение уже здесь и сейчас, что вынудило Великобританию проводить репрессии против индийской оппозиции. Ситуация в колонии была очень напряжённой. И боссы Би-би-си надеялись, что репутация Оруэлла окажет влияние на местную интеллигенцию и позволит поддержать статус-кво ещё хотя бы несколько лет.

Жизнь как антиутопия: история и творчество Джорджа Оруэлла.Часть 1. Книги, Джордж Оруэлл, Антиутопия, 1984, DTF, Длиннопост

Получив возможность сделать что-то для победы в войне, Оруэлл согласился на предложение. Он старался разнообразить эфиры, приглашать на передачи людей с разными взглядами. Иногда это ссорило его как с начальством, для которого подобные «выходки» были слишком радикальными, так и с той частью левой интеллигенции, которая считала работу на правительственной радиостанции предательством. И хотя последних было совсем немного, сам Оруэлл относился к своей службе довольно скептически.

Не знаю, как долго я ещё пробуду на этой работе, но пока я здесь, мне кажется, наша пропаганда выглядит несколько менее отвратительно, чем могла быть в противном случае.

Джордж Оруэлл о работе в Би-би-си, 1942 год

В ноябре 1943 года, когда в войне наметился очевидный перелом в пользу союзников, Оруэлл оставил радио и решил сосредоточиться на публицистике и новой книге, которую он теперь видел в форме сказки.

Источник

Конец первой части.

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 21
134

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2.

Часть 1


Вторая часть путеводителя по миру Диска от туристическог обюро «Мира фантастики».

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Чудеса на карнизе: Ланкр

Но и в малых странах Диска встречаются чрезвычайно интересные места. Таков, например, Ланкр — королевство с населением всего в шестьсот жителей (включая гномов и троллей, которые не признают Ланкрскую Корону). Самая населённая его часть располагается на узком карнизе над равнинами Сто, а всё остальное — это небольшой кусочек огромного массива Овцепикских гор.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Всей площади у Ланкра примерно 400 квадратных миль. Впрочем, число это достаточно приблизительное, и не только из-за трудностей измерения в негостеприимных скалистых местностях. Дело ещё и в том, что Овцепикские горы — особенно та часть, где находится Ланкр, — располагаются в русле мощного течения магических потоков. И сказывается это буквально на всём — включая расстояния и размеры помещений.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Благодаря этому же Ланкр славится на Диске как место происхождения большинства волшебников и ведьм. Самые знаменитые ведьмы нынешнего времени — Эсмеральда Ветровоск (уважительно именуемая Матушкой Ветровоск) и Гита Ягг (к которой принято обращаться Нянюшка Ягг) — тоже ланкрийки.


Гита Ягг известна не только магическими достижениями, но и литературными. Её перу принадлежат «Сказки Мамаши Ягг Для Маленьких (с картинками)», «Поваренная книга Нянюшки Ягг» и «Лакомая Отрада» (последняя была запрещена к изданию по соображениям цензуры). Самое же известное её поэтическое произведение — «Песня про ёжика». (Текст не приводится из цензурных соображений — но вы сможете её услышать в любой таверне на Диске). Впрочем, есть мнение, что песня исходно народная, а Нянюшка Ягг просто дополнила текст.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Вещие сестрички, аэрофотосъёмка Пола Кидби


Ланкр славится мастерами кузнечного дела. Развитию этого ремесла способствовали как залежи железной руды, так и угроза со стороны эльфов из параллельного мира — из-за парадоксов магического поля тут существовало минимум два прохода в другое измерение. Сейчас оба запечатаны пломбами из метеоритного железа и местность считается безопасной. Изделия же местных искусных ковщиков, без сомнения, украсят ваш дом.


Любителям спелеотуризма можем порекомендовать обширные и живописные Ланкрские пещеры, простирающиеся под всем королевством. Правда, перемещение в них требует осмотрительности из-за хронопарадоксов: не удивляйтесь, если увидите самого себя (и уж тем паче не причиняйте себе вред!). А ценителям пейзажей наверняка придутся по душе прозрачные ледниковые озёра и изумрудные горные луга, на которых пасутся стада овец, — это тоже заслуженная гордость Ланкра. Трогательное сходство Ланкра со своей родиной обнаружат англичане, проживающие в сельских местностях вроде Ланкашира, и швейцарцы.


Обитель богов: Пуп

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Боги Плоского мира в представлении Пола Кидби


В Пупземелье, между горой Улсканраход (чьё название означает «Кто этот идиот, который не знает, что такое гора?») и Водоворотными равнинами, находится самая высокая часть Диска, Пуп. Её вершина — гора Кори Челести. Высота её составляет 10 миль, а на самом её верху находится дворец Данманифестин — что в переводе с божественного языка значит «Достало уже проявляться». Именно там и живут могущественнейшие боги Диска. Как несложно догадаться, к своим почитателям они спускаются с большой неохотой и крайне редко.


Это и неудивительно. На Диске бог остаётся богом, лишь пока в него верит достаточное количество народа. Как только вера слабеет, неудачник переходит в разряд малых богов, вынужденных жить там, где ещё можно собрать крохи почитания, то есть внизу. В особо же запущенных случаях бог попросту исчезает. Впрочем, нередко появляются и новые боги — в мире, насыщенном магией, вера творит чудеса.


Из-за такой неустойчивости нельзя сказать, что на Диске боги находятся в самом привилегированном положении. Ибо подлинным бессмертием — независимо от того, верят в них или нет, — обладают не они, а Сверхъестественные создания вроде Смерти или Времени.


Анк-Морпорк

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Анк-Морпорк, вид сверху. Особенно художнику удалась неповторимая фактура реки Анк


В мире есть более крупные города. В мире есть более богатые города. В мире наверняка есть более красивые города. Но ни один город во множественной вселенной не может соперничать с Анк-Морпорком по части запаха.

Великие и Древнейшие, которые знали о вселенных всё и вдыхали запахи Калькутты, !Ксрк-!а и центрального Марспорта, единодушно согласились, что даже эти великолепные образчики назальной поэзии — не более чем частушки в сопоставлении с одами пахнущего Анк-Морпорка.

Можно говорить о козлах. Можно говорить о чесноке. Можно говорить о Франции. Валяйте. Но если вы не нюхали Анк-Морпорк в жаркую погоду, вы не нюхали ничего.
Терри Пратчетт «Безумная звезда»
Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Истинная жемчужина Диска — Анк-Морпорк, крупнейший порт, торговая и научно-магическая столица всего этого в высшей степени неплоского мира. Многие жители Земли — таллиннцы и нью-йоркцы, пражане и лондонцы — могут увидеть в нём сходство с родными городами, но на самом деле Анк-Морпорк чрезвычайно самобытен. Порой даже чересчур. Хотя что может быть чересчур для истинного любителя экзотики?


Анк-морпоркцы ласково называют свою родину «Большим Койхреном» — в честь известного очудноземельского овоща (который достигает двадцати футов в высоту, покрыт здоровенными колючками цвета ушной серы и пахнет муравьедом, пообедавшим в особо ароматном муравейнике).


Анк-Морпорк вольготно расположился в устье реки Анк — которая до того протекла через все равнины Сто и собрала оттуда изрядную часть глинистой взвеси. Впрочем, в месте её впадения в город — у Водных ворот — по ней ходить пешком ещё нельзя, а там, где она вытекает из города, у Речных ворот, уже вполне можно.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Подробная карта Анк-Морпорка


Кстати, один из девизов Анк-Морпорка гласит: «Merus in pectum et in aquam», что на старом лататинском наречии означает «Чист душой и водой». Два гиппопотама на гербе — дань истории города и той героической бегемотихе, что выкормила двух братьев-близнецов. По преданиям, впоследствии они и стали основателями Анк-Морпорка. Ныне же Медный мост украшают восемь статуй гиппопотамов, глядящих на море. Если городу будет угрожать опасность, они поведут себя как истинные патриоты Анк-Морпорка. То есть удерут со всех ног.


Река делит город на две примерно равные части: более богатый Анк и менее состоятельный Морпорк (включающий трущобный район под названием Тени). Следить за своим кошельком стоит везде, но в Морпорке рекомендуем как минимум удвоить бдительность. К чести Анк-Морпорка скажем: когда городскую стражу возглавил командор Сэмюэль Ваймс, преступлений в городе стало совершаться намного меньше.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Ночная стража Анк-Морпорка, запечатлённая Полом Кидби


Анк-Морпорку свойственны многие черты мегаполиса. Он многонационален — тут проживает наибольшая гномская диаспора на Диске, немало троллей, несколько меньше вервольфов и вампиров… Перечислять всех разумных жителей Анк-Морпорка будет чересчур долго — так мы дойдём и до говорящей дворняги по кличке Гаспод.


Это крупный промышленный центр, а благодаря близости к Круглому морю и наличию весьма востребованного порта — ещё и судостроительный. В городе множество лавок, рынков (особенно стоит отметить знаменитый Скотный рынок) и прочих заведений, где можно купить, продать и пообедать. Нельзя не попробовать знаменитые булочки с сосисками у Себя-Режу-Без-Ножа Достабля. Но запаситесь активированным углём или другими таблетками для желудка. И не надо пищать, гавкать или мяукать у его прилавка — столь прозрачные намёки считаются моветоном.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Клик-башни в окрестностях Анк-Морпорка. Но лучше воспользуйтесь почтой, её недавно возродили (как показано в телефильме «Опочтарение»)


О новостях как в Анк-Морпорке, так и в изрядной части Диска вы можете узнать из многочисленных газет. Благодаря тому, что сеть клик-башен — местного аналога телеграфа — ныне протянулась по всей равнине Сто, изрядной части Овцепикского региона и Убервальда и дотянулась до самой Орлеи, информационная изоляция вам не грозит. Правда, без вай-фая пока придётся обойтись.


Административная структура города сложна: все сферы жизни находятся в руках представителей более чем трёхсот Гильдий. Сколько их точно — пожалуй, знает только патриций Хэвлок Ветинари, лучший правитель Диска (а может, и не только Диска). Складывается впечатление, что Ветинари знает о городе вообще всё — по крайней мере, всё, что ему требуется. Сам он закончил с отличием школу наёмных убийц в одноимённой гильдии и сейчас занимает в этой школе должность проректора. Кстати, это самое престижное учебное заведение в АнкМорпорке, дающее прекрасное образование — особенно в области гуманитарных наук.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Патриций Витинари: коварный и абсолютно незаменимый. Он ещё и в «Игре престолов» неплохую должность занимал!


Крупнейший центр научно-магической жизни на Диске — Незримый университет Анк-Морпорка. К сожалению, гарантировать, что вы сможете осмотреть этот выдающийся памятник архитектуры, мы не можем: своё имя он носит не зря. Вернее было бы назвать его «Университет, который виден только тогда, когда ему самому этого захочется или когда уже не отвертеться».


Впрочем, если вам повезёт, вы сможете им полюбоваться — но только снаружи. Башенки, высокие стрельчатые окна, живописные арки, цветники и клумбы, изящные переходы между зданиями (всего их насчитывается одиннадцать) — это стоит того, чтобы потратить некоторое время и подкараулить удачный момент.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

прочем, главную башню Университета трудно не увидеть


В городе бытуют две поговорки: «Все дороги ведут в Анк-Морпорк» и «Все дороги ведут из Анк-Морпорка». Спорить, какая из них правдивее, бессмысленно — лучше просто там побывать. Пожалуй, если где-то и можно узнать саму душу этого прекрасного мира, то именно в Анк-Морпорке. А к запаху придётся просто привыкнуть.


Просто сказка: Орлея


Тем, кто в путешествиях отдаёт должное кулинарии, стоит посетить Орлею — город поваров и карнавалов. Как известно, изысканная кулинария процветает там, где не хватает обычных, простых продуктов, — а в Орлее, находящейся на побережье Болотного Моря в дельте реки Вьё, где большая часть земли занята тропическими болотами, не так-то много картошки или пшеницы. Поэтому орлейский повар, как говорят, способен приготовить незабываемый гастрономический шедевр даже из грязи, сухих листьев и приправ.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

На самом деле про грязь — это, конечно, неправда. Чтобы создать воистину запоминающееся блюдо, за которым будут приезжать снова и снова, нужно огромное количество ползaющих, плaвaющих и летающих ингредиентов…


Карнавалы, лучше которых на Диске просто не найти, проводятся в Орлее

дважды в году — это Жирный Вторник и Субботняя Ночь Мёртвых. Но если

вы прибыли в Орлею в другое время — не беда. Насладитесь её сказочной —

в буквальном смысле слова — архитектурой: аккуратными маленькими домика-

ми, белоснежными особняками, великолепным изящным дворцом. Пройдитесь

по безупречно чистым булыжным улицам, зайдите в таверну, где можно про-

пустить стаканчик изумительного бананового дайкири…

Вещие сестрички неплохо провели время в Орлее в романе «Ведьмы за границей» (рисунок Сэнди Найтингейл)


Нет, вы не попали в сказку. К счастью. Сказка некоторое время назад закончилась, так что Орлея стала практически безопасным местом. Да, в болотах живут крокодилы, — но это, согласитесь, такие пустяки по сравнению с Доброй Феей! Сказочная правительница — это чудовищно… К счастью, теперь у власти дочь Барона Субботы, что гораздо лучше, поверьте!


Вам туда не надо!

Искренне надеемся, что вы никаким образом не попадёте из мира Диска в другие измерения (и не столкнётесь с теми, кто в них обитает). Почему? Ну, например, потому, что вернуться оттуда живым и не изменившим своей сущности не удавалось, кажется, никому из простых смертных. Даже тем, кто одарён способностью к магии, сгинуть там куда легче, чем выжить… Так что расскажем о мерах предосторожности в мире Диска.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Дамы и господа глазами Джоша Кирби


Во-первых, не думайте и уж тем более не говорите об эльфах, тем паче о королеве эльфов. Если в этом есть какая-то необходимость — употребляйте эвфемизмы вроде «дивный народ» или «дамы и господа»; не беспокойтесь, кому надо, вас поймут. Даже мысли о них помогают созданиям из Страны Фей — паразитного измерения, что прикрепляется к той или иной вселенной и питается ею, — проникнуть в мир Диска и там поразвлечься. А развлечения у тамошних эльфов достаточно незатейливы: разбои, грабежи и пытки.


К сожалению, из-за того, что эльфы умеют очаровывать и гипнотизировать людей, противостоять им сложно — а неподготовленному человеку невозможно. Так что лучше с ними просто не встречаться. И носите с собой что-нибудь железное, да покрупнее — это хоть как-то собьёт с толку врага.


Во-вторых, старайтесь избежать внимания Аудиторов — жителей ещё одного измерения, соприкасающегося с Диском. Это чрезвычайно неприятные сущности (впрочем, они о нас думают не лучше). Опасность Аудиторов даже не столько в том, что они любят во всём разбираться (точнее, разбирать на составляющие, до атомов включительно), а в том, что саму жизнь они полагают грязным пятном на простыне Вселенной. Ну и по мере возможностей — а кое-какие у них есть — стараются эту простыню почистить.


А в-третьих, берегите себя. Смерть, конечно, вдумчивый и вежливый собеседник (хотя он говорит ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО КАПИТЕЛЬЮ), и побывать в его доме, тоже находящемся в отделённом от Диска пространстве, может быть небезынтересно (вы когда-нибудь видели ванную с трубами без отверстий и полотенца из камня? а светящуюся лошадь? а песочные часы-жизнеизмерители? да и вообще место, где время не течёт и где невозможно постареть?) Но всё-таки на встречу с ним лучше не торопиться.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Смерть в отпуске, запечатлённый Полом Кидби

* * *

Мы, конечно, описали (и то весьма кратко) лишь несколько интересных мест в мире, что несёт на своей спине Великий А’Туин. К сожалению, объёмы буклета не позволяют рассказать обо всех достопримечательностях Диска. Нам пришлось обойти своим вниманием и Щеботан, родину величайшего изобретателя Леонарда Щеботанского, и тропики Говандоленда, где находится потерянный храм Оффлера, бога крокодилов, и воображаемых драконов из Червберга, и города равнины Сто…

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 2. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Кстати, эти карточки — с сайта discworldemporium.com

Но, как известно, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Наше туристическое бюро гарантирует: после первой же поездки на Диск вам захочется возвращаться туда снова и снова. Откройте для себя мир Диска! Приятных путешествий!

Конец второй части.

Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 15
187

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Туристическое бюро «Мира фантастики» предлагает вам путеводитель по миру Диска! Это, быть может, самый весёлый из фантастических миров — и один из самых парадоксальных. Неудивительно, если учесть, что некоторые его части вообще не были досозданы местными богами. Кстати, боги на Диске абсолютно реальны и имеют привычку бить стёкла в домах атеистов.

Мы не можем гарантировать, что путешествия по Диску будут абсолютно безопасны, зато они точно не дадут заскучать — потому что произойти может вообще что угодно. Аномалии времени, пространства, магии, других миров — к вашим услугам!

На великом А’Туине

…Звёздная черепаха Великий А’Туин, чей панцирь покрыт коркой замёрзшего метана, изрыт метеоритными кратерами и отшлифован астероидной пылью. Великий А’Туин, чьи глаза похожи на древние моря, а мозг размером с континент, по которому скользят маленькие сверкающие ледники-мысли. Великий А’Туин, обладатель огромных, медлительных ласт и отполированного звёздами щитка, медленно, с трудом плывущий сквозь галактическую ночь и несущий на себе всю тяжесть Диска. Огромный, как миры. Древний, как Время. Безропотный, как кирпич…

Ну, вообще-то, тут философы заблуждаются. На самом деле Великий А’Туин оттягивается на полную катушку.
Терри Пратчетт «Безумная звезда»

Главная достопримечательность мира Диска — сам мир Диска.

Есть много миров, которые одиноко вращаются в космическом вакууме вокруг своих солнц, или не менее одиноко летят куда-то через Вселенную, или представляют собой скопления обитаемых планет… Но, как правило, все они по устройству похожи — шарики разных цветов, населённые разумными, не особо разумными и совершенно неразумными расами. Иногда для разнообразия к шарикам прилагаются луны или звёзды смерти — но это не слишком меняет общую картину.

Совершенно иное дело с Диском.

Звёздная черепаха Великий А’Туин медленно, взбивая гигантскими ластами пространство, плывёт по межзвёздному проливу вдоль берегов Бесконечности, порой поворачивая огромную голову, чтобы щёлкнуть клювом в сторону пролетающей кометы. Зачем — сложно сказать: комета вряд ли испугается, да и пищевой ценности она не представляет… Возможно, носителю мира просто хочется поразвлечься. Не так уж часто это происходит, если большая часть твоих мыслей — о Бремени.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Выглядит это примерно так (художник Джино д’Ачилле)


Лишь изредка — и по весьма уважительной причине — Великий А’Туин покидает приятные космические глубины и направляется на солнечное мелководье. Причина эта понятна каждой уважающей себя черепахе, независимо от размеров. Именно там, на побережье света, где магия опасно слабеет и прогибается под реальностью (что становится нешуточной угрозой для Диска), из каменных сфер, долгое время круживших вокруг звезды, вылупляются маленькие черепашата — чуть крупнее астероида, ещё блестящие от желтка, но уже со своим вполне комплектным Бременем. Потомство надо сопроводить во взрослое плавание — так что пассажирам приходится потерпеть. В конце концов, должны же как-то создаваться новые миры.

Большую часть Бремени — действительно тяжёлого, даже для космической черепахи, — составляют четыре огромных, изрядно загорелых под звёздным светом слона: Берилия, Тубул, Великий Т’Фон и Джеракин. Которые, в свою очередь, работают подставкой для собственно Диска, имеющего диаметр десять тысяч миль и накрытого небесным куполом.

С Диска стекает бесконечный Краепад — это моря Диска переливаются через Край в космическое пространство. А в туманном воздухе над Краепадом висит Краедуга — восьмицветная радуга. Но мы, уроженцы немагического мира, увидим её как семицветную. Восьмой цвет — это октарин, и его способны видеть только волшебники, у которых в глазах, помимо привычных нам палочек и колбочек, есть ещё и восьмиугольники. Октарин образуется благодаря эффекту рассеивания солнечного света в интенсивном магическом поле и, по словам волшебников, напоминает светящийся зеленовато-жёлтый пурпур.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

На диске именно октарин — а отнюдь не чёрный — противоположен белому

Впрочем, не факт, что увидеть Краедугу — к добру. У Края морские течения усиливаются и с какого-то момента повернуть корабль обратно уже не удастся. Будьте осторожны!

Если посмотреть в небо диска

…там мы тоже увидим кое-что интересное.

У диска есть своя луна — она находится ближе, чем солнце, и светит не отражённым, а своим собственным светом. Относительно солнца она неподвижна, так что её половина выжжена намертво и дочерна, — на другой же живут лунные драконы, питающиеся серебристой травой. Когда луна повёрнута серебристой стороной, на Диске наступает полнолуние, новолуние же означает, что на Диск смотрит выжженная сторона.

Зодиак Диска составляют шестьдесят четыре созвездия: Небесный Пастернак, Корова Небес, Летучий Лось, Переплетённая Верёвка, Две Толстые Кузины, Маленькая Скучная Группа Блёклых Звёзд и другие.
Благодаря тому, что местное крошечное солнце движется вокруг Диска, а сам Диск вращается со скоростью один оборот в восемьсот дней, времён года там не четыре, а восемь. Солнце всходит и заходит не на фиксированном «востоке» и «западе», а постоянно смещаясь и за год описывая полный круг. Средняя температура же зависит от того, насколько близко к Краю находится местность. Холода ожидают тех, кто живёт возле Пупа, то есть центра Диска; чем дальше от Пупземелья, тем теплее.
Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Этим аномалии не исчерпываются. Свет движется с дозвуковой скоростью — из-за того, что распространяется в сильном магическом поле. Вода — благодаря тому же магическому полю — бывает сухой: это можно наблюдать в Обезвоженном океане. В этом агрегатном состоянии она похожа на серебристый песок, но по ней могут ходить корабли. В Обезвоженном океане обитают даже рыбы — естественно, уникальных пород, не похожие на тех, что известны нам по содержимому океанариумов и тарелок.

Свет можно улавливать в резервуары из отполированного кварца и хранить, пока он не понадобится, — чем с успехом пользуются волхвы, обитающие у Великой пустыни Неф, что на материке Клатч. Говорят, такие резервуары после нескольких недель хорошей погоды представляют собой поистине потрясающее зрелище, особенно если наблюдать с высоты.

Куда направиться?

Рассказывать о мире Диска можно вечно, но отпуск не бесконечен. Так что, прежде чем покупать билет, стоит выбрать, куда именно хочется отправиться. Четыре континента (с точки зрения географии вообще-то два, но Безымянный, Клатч и Противовесный принято считать по отдельности — как у нас Европу и Азию), множество островов и стран, самые разнообразные народы, населяющие их, — в общем, есть над чем призадуматься.

Мы опишем наиболее интересные места, ни в коей мере, конечно же, не претендуя на всеохватность огромного и интереснейшего мира Диска. А чтобы помочь определиться с выбором, предлагаем тест — в лучших традициях нашего мира, где все любят выяснять, какой вы йогурт в Средиземье.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Куда направиться в Плоском мире?
1. Законопослушность — главное достоинство сознательного гражданина?

- Да, разумеется. Как только все начинают соблюдать общепринятые правила — жизнь сразу налаживается.
- Не знаю, не знаю… Стоит как минимум сначала глянуть на эти законы…

Если вы утвердительно ответили на первый вопрос — вам стоит присмотреться к Агатовой империи.

2. Государство философов — это так классно, что можно потерпеть и рабство?

Ага, вот бы хоть глазком на такое глянуть…
Ой, да ну нафиг эту Платоновскую утопию. К тому же совершенно не факт, что попадёшь в философы, а не в рабы…
Если на второй — вам дорога на Крулл (осторожно! Рекомендуется лишь для любителей экстрима!).

3. Вам так надоели окружающие, что вы готовы сбежать от них на край света и убеждены, что обществу коллег и родственников предпочтёте общество самых ядовитых пауков?

Ну конечно! Вы буквально в душу ко мне заглянули!
Эээээ… ядовитые пауки, говорите? Вот прямо-таки самые ядовитые пауки? Знаете, у меня, в общем-то, не настолько всё плохо… Давайте попробуем другие варианты!
Если на третий — добро пожаловать на континент ХХХХ.

4. Вы любите мрачную готику, тёмные девственные леса и, конечно же, вампиров?

А что, и такое есть? Просто обожаю!
Предпочитаю постмодерн, суши-бары и хипстеров. В крайнем случае соглашусь на картошку из «Макдоналдса» и пенсионеров-шахматистов на лавочке. На хорошо освещённой лавочке, слышите?
Если на четвёртый — вас не разочарует Убервальд.

5. Вы тоскуете по старым добрым пасторальным картинкам — овечки, пастушки, улыбчивые седые бабушки, вяжущие тёплые носки у очага?

Как здорово, прямо теплом повеяло! Да, однозначно!
Знаю я таких милых бабушек — ведьма из них каждая вторая. А уж как благоухает навоз этих овечек… Нет-нет, благодарю покорно.
Если на пятый — вас порадует Ланкр.

6. Вы горожанин до мозга костей, слово «природа» вызывает у вас аллергию и из всех джунглей вы предпочитаете каменные?

Точно. И вообще местности без нормально оборудованного санузла непригодны для жизни.
У меня вызывают аллергию те, у кого аллергия на слово «природа»!
А если на шестой — удачи в Анк-Морпорке!

Земля разумных груш и покорных людей: Агатовая империя

Агатовая империя (называемая в Анк-Морпорке и странах Безымянного континента также Ариенталией) — одна из самых могучих и богатых стран в мире Диска. Если судить по части изобретательства, она весьма прогрессивна: иконограф, очки, бумажные деньги и страхование были созданы именно здесь.

Исторически сложилось так, что Агатовая империя ещё и весьма закрытая страна. Но причиной тому служат не течения (как, допустим, в случае с Круллом и континентом ХХХХ), а политика властей — поддерживаемая, впрочем, большинством населения. Там, где правитель — в данном случае Император — приравнивается к богу, вечно происходит что-то подобное…

Члены Красной Армии собрались на сходку. Собрание открыли пением революционных песен. Поскольку неповиновение властям нелегко даётся гражданам Агатовой империи, песни носили названия типа «Мы Планомерно Движемся Вперёд, При Этом Лишь Слегка Не Повинуясь И Следуя Правилам Хорошего Тона».
Терри Пратчетт «Интересные времена»
Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Великая Стена в представлении Джоша Кирби

Агатовая империя занимает весь Противовесный континент. Это самая крупная страна в мире Диска. При этом на всё огромное по протяжённости побережье насчитывается ровно один порт — Бес Пеларгик. Во всех остальных местах Агатовая империя ограждена от прочего мира Великой стеной — абсолютно отвесной, в двадцать футов высотой. Что характерно, Великая Стена была построена даже на обрывах и по периметру входящих в состав империи островов.

Контакты иностранцев и подданных империи долгое время были максимально ограничены — а чтобы уменьшить сладость запретного плода, распускались слухи о том, что за Стеной вообще ничего нет. А моря, острова, континенты, люди, которые видны за стеной, — всего лишь иллюзии. И неважно, что из моря можно выловить рыбу, а с человеком поздороваться или подраться, — мало ли что случается в призрачном мире.

В агатском языке самоназвание страны — омоним слова «вселенная». Аналогично совпадают слова «иностранец» и «привидение», и они лишь чуть-чуть — на мазок кисти — отличаются от слова «жертва». Так что невинные записки путешественника Двацветка, озаглавленные «Как я провёл отпуск», стали величайшей диссидентской литературой Агатовой империи, самиздатом, который копировали от руки и распространяли внутри революционного подполья. Двацветку, который ранее был скромным страховым агентом, пришлось часть своей биографии посвятить тюрьме. Но с тех пор, как власть захватил Коэн-варвар, карьера его стремительно пошла вверх, до великого визирства включительно.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Двацветок, первый турист Плоского мира

Порядки в Агатовой империи стали полиберальнее — что чрезвычайно кстати, учитывая, насколько страна интересна в туристическом плане. Так, большое количество октарина на Противовесном континенте породило весьма своеобразную флору. Знамениты ореховые лозы вул с западных плантаций провинции Реигрид — обратнолетние растения, которые, если их посадить в этом году, плодоносят в восьми предыдущих. Вино из орехов вул позволяет заглянуть в будущее — ведь с точки зрения ореха оно представляет собой прошлое.

Не менее известны и рощи из груши разумной, которая понимает человеческую речь, даже будучи срезанной и обработанной. Изделия из этой древесины будут следовать за своим хозяином сквозь пространство и время. Именно из груши разумной — чья древесина ещё и не восприимчива к магии — получаются наилучшие посохи для волшебников. Чаще всего они делаются с внушительным набалдашником, чьё применение весьма разнообразно, как гласит фольклор. (Текст песни «На волшебном посохе нехилый набалдашник» мы не приводим из цензурных соображений — однако вы сможете услышать её в любой таверне на Диске).

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Сундук из груши разумной — куда больше чем просто багаж! Прачечная, телохранитель, плавсредство, питомец — применений не счесть!

Ещё одна особенность Агатовой империи связана с геологией Противовесного континента: изрядную часть его составляют золотоносные породы. Так что ценится золото там весьма дёшево, из него делают дождевые трубы и черепицу. Это способствует украшению городов, в том числе столицы Агатовой империи — Гункунга, одного из двух крупнейших городов Диска (второй — Анк-Морпорк).

Во всяком случае, он красив при взгляде сверху. Потому что с высоты человеческого роста Гункунг более всего напоминает огромный базар, где лавки сливаются с домами, а нечто, болтающееся на верёвках, может быть и товаром, и сушащимся бельём, и обедом. Впрочем, это лишь добавляет колорита.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Библиотекарь незримого университета — орангутан, однако родом он не с Бангбангдука. Он вообще исходно человек — просто с магами ещё и не такое случается

Интерес представляет и остров Бангбангдук, родина орангутанов (библиотекарь Незримого университета Анк-Морпорка, думаем, с нами согласится). Только берегитесь молотобоя — это хищное растение может напасть даже на человека, хотя обычно предпочитает мелких животных. Его особая примета — кувалда посреди листвы. Если увидите подобное, просто обойдите стороной эту недружелюбную флору.

Комфортнее всего в Ариенталии будут чувствовать себя жители Китая или Японии. Китайцам она напомнит о Нефритовой империи, особенно если посетить Закрытый город в столице или погулять вдоль Великой стены. Японцам — о времени «политического чуда» (надеемся, Агатовая империя пойдёт и в сторону «экономического чуда» — предпосылки к этому есть). Да и сама концепция туризма японцам очень близка, а нынешний великий визирь (второй человек государства) — первый в мире Диска турист.

Волна над краем: Крулл

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

О существовании Крулла не всем известно даже на Диске. Это древнее королевство располагается на одноимённом острове, что по форме напоминает волну, и находится буквально на самом Краю — настолько, что самая высокая его часть, «гребень волны», немного выступает за Диск. Упускать такое зрелище было бы со стороны крулльцев невероятной глупостью — а это качество им не свойственно. Поэтому там, где остров свешивается за Край, построен огромный амфитеатр на несколько десятков тысяч человек.

Зрители могут любоваться не только космическими пейзажами. На арене амфитеатра находится чудо инженерной мысли — подъёмное устройство, позволяющее отправлять научно-исследовательские экспедиции за Край (и порой даже возвращать их обратно). Таким образом астрозоологи изучают особенности жизнедеятельности Великого А’Туина и стоящих на нём слонов.

Это не единственный масштабный проект крулльцев. Ещё больше впечатляет Окружносеть, опоясывающая весь Диск по периметру, — длина её составляет тридцать тысяч миль. Она улавливает все крупные объекты, что несут за Край воды Окружного океана. А далее моряки семи флотов, патрулирующих Окружносеть, сортируют добычу… и вот тут нельзя не сказать о, как бы повежливее, этической двусмысленности. В сеть попадают не только бочки с вином или тюки с материей, но и унесённые течениями корабли с людьми (а также гномами, троллями и другими жителями Диска). И основу процветания Крулла — страны сытости и праздности, управляемой мудрецами-философами, что стремятся постичь тайны мироздания, — составляет в том числе и рабство.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Никто не знает, куда вы попадёте, сорвавшись с диска. Это-то и пугает больше всего

У попавших в беду моряков (которых без Окружносети ждал бы исключительно полёт за Край) вариантов мало: либо покориться и дать вырвать себе язык, либо почти наверняка покончить с собой, перебравшись через Окружносеть и спрыгнув с Края (а это действительно очень страшно), либо попытаться сбежать на один из трёхсот восьмидесяти островов вокруг Крулла — что, на самом деле, лишь отсрочит выбор между первым и вторым вариантами.

— Я не стану рабом! — крикнул Ринсвинд. — Да я скорее за Край прыгну!
Волшебник сам изумился тому, как решительно прозвучал его голос.
Терри Пратчетт «Цвет волшебства»
Так что рекомендуем хорошо всё просчитать, прежде чем отправляться в Крулл. Впрочем, сторонникам экстремального туризма — если всё вдруг пройдёт хорошо — будет о чём рассказать. Остров Крулл красив и сам по себе (горы, по большей части укрытые зелёными лесами, живописные белокаменные или созданные на базе кораблей дома, что поднимаются вверх, уступ за уступом) — а уж какие уникальные виды открываются с Края! Рубиновые глаза гигантских слонов напоминают алые звёзды, их бивни подобны исполинским скалам — и всё это великолепие меркнет перед мощью одного лишь плавника Великого А’Туина…

Чтобы комфортно себя чувствовать на Крулле, надо либо там родиться (причём в свободной семье) и принять такой уклад жизни как должное, либо каким-то образом сохранить или воспитать в себе древнегреческое мышление, а по прибытии на остров ухитриться не попасть в рабство. Нам кажется, что для туриста с нынешней Земли это фантастика.

Дуракам полработы не показывают: континент ХХХХ

Континент ХХХХ (он же Четыре Икса, Форэкс, Террор Инкогнита или Ужастралия) — одно из самых загадочных мест на Диске. Причина этого в том, что он создан намного позже, чем остальной мир, другим богом (виден другой «авторский почерк»), а главное — не доделан. В буквальном смысле.

Миллионы лет назад его создали тридцатитысячелетним. Только, поскольку время там течёт как ему вздумается, он на самом деле всё ещё новенький. Его не подогнали под остальной Диск, не обстругали и тем более не ошкурили, и в ткани мироздания континент ХХХХ более всего напоминает кусочек паззла, положенный в общую картину не той стороной. А вертеть здоровенный континент (да ещё в девяти измерениях сразу) довольно трудно.

На происходящем в Ужастралии это отражается напрямую и весьма разнообразно. Прошлое, настоящее и будущее там причудливо перетекают друг в друга, порождая причудливые завихрения, парадоксы и прочее макраме. Для находящегося на Форэксе в порядке вещей увидеть среди древних наскальных рисунков свой портрет. И даже автопортрет.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Ринсвинд в XXXX в представлении Джоша Кирби

Такие аномалии не могли не сказаться на климате. Большую часть времени на континенте ХХХХ абсолютно сухо: там крутится гигантская облачная спираль антициклона, не дающая воде пролиться на сушу. И хотя в Форэксе много рек, воды там чаще всего нет. Внезапно пошедший дождь для ужастралийцев становится не только благом, но и источником проблем. Приходится отменять регату — если в Занудь-реке полно воды, как верблюды смогут тянуть яхты?

С водой у жителей ХХХХ отношения непростые. Отправиться оттуда в дальнее плавание затруднительно: опасные течения так и норовят отнести зазевавшееся судно к Краепаду. Но можно посмотреть на это иначе: ужастралийцы убеждены, что Террор Инкогнита — лучшее место в мире, и уплывать оттуда попросту незачем. Этот оптимизм достоин отдельного упоминания — ведь речь идёт о континенте, где почти всех ядовитых змей съели ядовитые пауки…

Взяв наугад одну книгу, Смерть прочёл текст на обложке:
— «АПАСНЫЕ МЛЕКАПИТАЮЩИЕ, РЕПТИЛЬИ, АМФИБЬИ, ПТИЦЫ, РЫБЫ, МЕДУЗЫ, НАСЕКОМЫЕ, ПАУКИ, РАКОБРАЗНЫЕ, ТРАВЫ, ДЕРЕВЬЯ, МХИ И ЛИШАЙНИКИ ТЕРРОР ИНКОГНИТА». — Его взгляд пробежался по корешку. — ТОМ 29, — добавил он. — ПОДТОМ В. ОТЛИЧНО.
Он окинул взглядом притихшие полки.
— ВОЗМОЖНО, БУДЕТ ПРОЩЕ, ЕСЛИ Я ЗАПРОШУ ИНФОРМАЦИЮ О БЕЗВРЕДНЫХ СУЩЕСТВАХ ВЫШЕНАЗВАННОГО КОНТИНЕНТА?
…Смерть подхватил одинокий листок. Внимательно ознакомившись с его содержанием, он на секунду перевернул бумажку — на тот случай, если что-то написано на обороте.
— Можно взглянуть? — спросил Альберт. Смерть передал ему листок.
— «Отдельные овцы», — прочёл Альберт вслух.
Терри Пратчетт «Последний континент»
Надеемся, это не отбило у вас охоту посетить Ужастралию. Ведь эта местность весьма интересна для любознательного туриста. Экстремалы вдоволь налюбуются красотами пустыни — там можно добраться до огромной Красной Скалы, где расположен источник времени, встретить говорящего кенгуру и найти под камнями сыр и пудинги.

А жаждущим культурного досуга можно смело рекомендовать столицу Форэкса — Пугалоу. Там есть Оперный театр, похожий одновременно на открытую коробку тканей и корабль, готовый к отплытию, есть свой собственный магический Незримый университет (чья башня снаружи не превышает по высоте двадцати футов, а изнутри возвышается над городом на полмили) и многочисленные сочинители баллад, всегда готовые воспеть подвиги очередного вора, приговорённого к смертной казни.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Ни в коем случае не пытайтесь украсть овцу! Более того, не дайте ни малейшего повода себя в этом заподозрить. Не удивляйтесь необычному виду ужастралийцев: помимо представителей обычных на Диске рас вроде людей, гномов или троллей, вы можете встретить крокодила-трактирщика или овцу в рабочем комбинезоне, рассказывающую о шардоне из Ржавой долины. Примите как факт: вы в порядке, помощь психиатра не требуется. И на всякий случай не говорите с аборигенами о погоде.

И ещё. В Ужастралии на удивление неплохое пиво! Думаем, жители Австралии и Новой Зеландии будут чувствовать себя на континенте ХХХХ почти как дома. Кстати, многие места Форэкса чрезвычайно киногеничны…

Время в пирамидах: Джейлибейби

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Джейлибейби глазами Джоша Кирби

Если вы устали от постоянно меняющегося мира, если у вас стресс от необходимости постоянно реагировать на что-то новое, истинно целебное воздействие на вас окажет Джейлибейби. Эта маленькая страна — всего лишь две мили в ширину и сто пятьдесят миль в длину — весьма своеобразно обходится со временем: фактически здесь оно течёт по кругу. И хотя люди в Джейлибейби, как и везде, рождаются и умирают, вокруг них, по большому счёту, ничего не меняется. Всё так же живительной илистой водой разливается река Джель, давшая название государству, всё так же крестьяне выращивают дыни и чеснок, всё так же фараоны, в которых джейлибейбцы верят, как и в своих (не известных более нигде на Диске) богов, обретают сверхспособности…

Правда, с экономикой тут неважно. Постройка многочисленных пирамид, благодаря которым и можно проделывать такие штуки со временем, дело чрезвычайно разорительное. А если не двигаться по пути прогресса, в конце концов окажешься банкротом. То, что ещё как-то мог позволить себе в древние времена наш земной Египет, в конце концов привело Джейлибейби к логичному итогу: а как иначе, если у соседей по миру уже вовсю новое и новейшее время, а тут оно всё дряхлеет и дряхлеет?..

Рай рабов и философов: Эфеб

Крулл не единственная страна на Диске, где разрешено рабство. Правда, в городе-государстве Эфебе ситуация совсем другая. Как ни странно, Эфеб называют «колыбелью демократии», и это во многом правда: уже несколько тысячелетий в стране держится выборная власть. Раз в пять лет там избирают тирана, который обязан обладать безупречной репутацией и предоставить доказательства чистоты помыслов и деяний (а после избрания он, как правило, оказывается маньяком и преступником).

У тирана в течение этих пяти лет практически неограниченная власть… но кое-чего сделать он всё же не может. Например, отменить рабство — против этого слишком много протестов. Со стороны рабов.

Дело в том, что, согласно эфебским законам, хозяин должен кормить своих рабов три раза в день (причём один раз — качественным мясом), заботиться об их жилье, предоставлять им раз в неделю выходной, а раз в год — оплачиваемый двухнедельный побег… О том, чтобы бить раба или плохо с ним обращаться, и речи нет — это серьёзное преступление. Раб — это, знаете ли, собственность, а уважение к собственности — одна из основ государства. И хотя рабы имеют право освободиться после двадцати лет рабства, желающих воспользоваться этим не наблюдается.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Когда-то в Эфебе была великая Библиотека, но потом её сожгли, чтобы не досталась завоевателям

Поездку в Эфеб, в отличие от Крулла, наше турбюро рекомендует. Вы сможете полюбоваться на чудесные пейзажи Клатчианского побережья Круглого моря, живописные развалины и беломраморные дворцы, познакомиться с философами, живущими в бочках с саунами (не пугайтесь мокрых голых стариков, бегущих по улице с криком «Эврика!», — они обычно безобидны)…

Желающие могут пощекотать себе нервы, попытавшись пройти по Лабиринту (не советуем делать это без проводников! И помните: каждый проводник знает лишь свою часть Лабиринта). А для любителей литературы напоминаем: именно в Эфебе находится самая большая немагическая библиотека на Диске!

Жирная земля: Убервальд

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Это, судя по всему, самая крупная страна Безымянного континента: она простирается до самого Пупового пика горы Кори Челести. Но утверждать что-либо насчёт географии Убервальда можно лишь с оговорками. И вот почему.

Для начала, хотя Убервальд — вполне освоенная разумными жителями местность, точных карт её не существует. Поросший густыми вековыми лесами, иссечённый горными хребтами и быстрыми реками, что изобилуют водопадами, а также имеющий, по сути, две погодные опции — «жуткий холод» и «палящий зной», он не жалует заезжих картографов. Тот, кто не знает этой местности, уходит с известных троп на свой страх и риск — даже если им никто не заинтересуется с гастрономической точки зрения, блуждать в здешних чащобах можно долго. А местным жителям карты как-то без надобности.

К тому же Убервальд, строго говоря, не совсем страна — это множество отдельно стоящих городов и замков, между которыми нет границ. Кроме того, в Овцепикских горах живут кланы троллей, а под землёй, в своём королевстве, обитает множество гномов — но это всё равно не добавляет Убервальду внутреннего единства. А жаль, иногда это бы не помешало. Потому что в Убервальде могут возникнуть некоторые проблемы…

Проблема номер один — вервольфы. Хотя многие их семейства богаты и ведут свою родословную уже многие столетия, жить с такой особенностью, как оборотничество, нелегко — социальная адаптация вервольфов оставляет желать лучшего. Что может приобретать разные формы — от охоты на людей до убийства своих родственников, если они не соответствуют представлениям о правильных оборотнях.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Дельфина Ангва фон Убервальд — стражница из анк-морпоркской полиции. Эх, если бы все оборотни были настолько цивилизованными…

Проблема номер два — вампиры. К чести убервальдских упырей, многие из них «завязали» и перешли на кровь животных — хоть эта замена и похожа на замену виски лимонадом. Они торжественно носят чёрную ленту с надписью «Ни капли!» и входят в Лигу Воздержания. Но «многие» не значит «все». Кроме того, даже самый волевой и законопослушный вампир иногда может сорваться — хотя потом ему будет очень стыдно. Возможно.

Проблемой номер три могут стать гномы — но это вряд ли коснётся туристов. Вы же не собираетесь заниматься крупными торговыми сделками и заключать договоры о поставке полезных ископаемых? Хотя по их части Убервальд уникален. Железная руда, уголь, золото, серебро — это, конечно, важные составляющие благосостояния убервальдцев, но одно ископаемое не имеет аналогов не только в нашем мире, но и на Диске. Это жир земли.

Разумеется, Ваймс знал эту легенду. Когда-то на панцире Великого А’Туина стояли пятеро, а не четверо слонов, но один то ли оступился, то ли был стряхнут в результате некоего катаклизма. Ссыпавшиеся в глубокую дыру валуны похоронили слоновью тушу глубоко под землёй. Дальше потянулись тысячелетия, а там, в глубине, что-то варилось и растапливалось. Такова история происхождения жира земли.
Терри Пратчетт «Пятый элефант»
Мощнейшие месторождения топлёного жира, белого твёрдого жира, светлого нутряного жира… Освещение, моющие средства и даже еда! Даже если вы заблудитесь в бескрайних убервальдских лесах, голодная смерть вам почти наверняка не грозит. Жировые источники и жировые гейзеры к вашим услугам. Правда, иногда попадаются ГХТ (горелые хрусткие твари) — обычно это гигантские доисторические животные… но, во всяком случае, они хорошо прожарены! Да и дрова, если их сначала обмакнуть в масляный фонтанчик, будут гореть куда лучше.

Плоский мир Пратчетта: путеводитель для туриста. Часть 1. Книги, Терри Пратчетт, Интересное, Плоский мир, Фантастика, Длиннопост

Пятый элефант, запечатлённый Джошем Кирби за миг до столкновения

Так что — рекомендуем. Изумительной красоты пейзажи, туристические маршруты разной сложности, вкуснейший горный воздух и много мрачноватой романтики. Незабываемый отпуск гарантирован! Определённое сходство со своей родиной (хотя и не всегда с современной) в Убервальде найдут румыны, венгры, австрийцы и, конечно же, русские. Только присмотритесь к двуглавой летучей мыши — гербу Убервальда, к его знаменитым деревянным куклам, что вкладываются друг в друга, к его экономике…

Конец первой части.

Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 17
1356

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан

Каждой твари — по одиночной камере.

Люди в чёрном, инициатива XCOM, да хоть Ночной дозор — в современной фантастике полным-полно организаций, тайно противостоящих угрозам, о которых широкой публике знать нельзя.


Но их всех легко затыкает за пояс одна-единственная организация, придуманная не командой авторов или сценаристов, а толпой анонимов из интернета — SCP. Этот вымышленный фонд превосходит любой другой и по масштабам работы, и по жестокости, и уж тем более — по чудовищности тех явлений, с которыми приходится работать. Рассказываем его историю.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-610, Ненавидящая плоть. Художник — Алексей Андреев; иллюстрация создана в рамках арт-проекта ARTSCP

Коллективное сознательное


В нашем мире Фонд SCP — это огромная wiki-база, которую постепенно заполняют люди со всего мира. И не одна база, ведь во многих странах есть свои версии, в которых записаны данные как оригинальной wiki, так и собственного сочинения.


Статьи в SCP описывают тысячи объектов, собранных вымышленным Фондом в своих стенах. Всё началось с SCP-173, бетонной уродливой фигуры, движущейся лишь тогда, когда её не видят. В будущем «Скульптура» стала маскотом Фонда и неким эталоном хорошей крипипасты. Её придумали ещё в 2007 году где-то в недрах 4chan, но идея быстро вышла за рамки одной имиджборды.


Суть SCP — сухое документирование «крипипасты», городской легенды или любой другой выдумки, превращение традиционно расплывчатого хоррор-фольклора в наукообразные wiki-статьи.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Доктор, курировавший проект, так отвечал на предложения моргать по очереди: «Много таких было, до сих пор перед глазами как живые»

Уже в 2008 году SCP оформилась в виде полноценной базы, её объемы росли с пугающей скоростью. Туда тащили всё: изощрённые концепции из фантастики, известные сказки и страшилки, всяких созданий из массовой культуры. Наконец, туда несли самое ценное — собственные идеи, которые, как правило, оказывались самыми тревожными и нетривиальными приобретениями Фонда.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-087, тёмная лестница неизвестной глубины, один из самых известных объектов, по которому даже сделали игру

Свыше четырёх тысяч объектов сейчас находится в особых условиях содержания, а значит — и в статьях. В этот момент путём конкурса решается, что же за тварь (или предмет?) получит юбилейный код SCP-4000. Впрочем, четыре тысячи — лишь верхушка айсберга. Во-первых, номера после этого уже заполняются, во-вторых — в черновиках «погибло» ещё больше объектов, а каждый региональный филиал считает своим долгом содержать свою собственную базу.


В среде SCP-фанатов принято разделять эпохи, точнее — тысячи объектов, и это вполне рациональная классификация. Для первой тысячи характерна некая традиционность. Например, самый страшный «Кетер» (класс объектов, проявляющих явную враждебность к людям) в первой тысяче — это SCP-682, «Неуязвимая рептилия», злобная тварь с невероятной регенерацией.


Среди других примеров — разумный вирус, биологическая материнская плата, агрессивная биомасса, библейский персонаж, убивающий всё на своём пути. Все они хорошо прописаны с помощью отчётов об экспериментах: именно такие документы лучше всего проявляют аномальные свойства, их пределы и границы, в том числе те, которые нарушать нельзя.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Неуязвимую рептилию держат в резервуаре с соляной кислотой — чтобы постоянный урон обгонял регенерацию.

Ко второй тысяче самые доступные «залежи» идей оказались выработаны, и пытливые умы стали усложнять свои творения. Зачастую объекты второй тысячи избегают банального членовредительства и применяют небанальное (либо вообще никакое). Катапульта, бросающая случайных жертв в стены, скелет-конструктор, летающая хищная кожа — кажется, тогда все поняли, что объект SCP должен пугать не эффективностью убийства, а его хитроумностью.


Третья тысяча объектов отличается тем, что их почти невозможно описать двумя словами, настолько мудрёные особенности их поведения. Например, там есть сущность, способная принимать любую форму, чтобы напугать как можно больше людей. Однако её познания об ужасах остановились на дешёвых хоррорах середины прошлого века и только поэтому она пока что безвредна. Ещё есть вход в параллельное измерение, где все организмы, в том числе неорганические, погибли в 3 часа ночи 20 апреля 2016 года. Сигнал неизвестного происхождения, транслирующий вроде бы пытку вроде бы гуманоидного существа.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-2000, Deus Ex Machina — «бэкап» цивилизации, созданный Фондом на случай гибели человечества.

Четвёртая тысяча — эра постмодернизма и нелепых аномалий, не несущих вреда, не имеющих смысла и, к несчастью, плохо продуманных. Лучший пример — одеяло, которое призывает к спящему под ним ребёнку пылающего скелета в косухе и цепях. Скелет желает ребёнку спокойной ночи и исчезает. Может, в SCP теперь записывать и резиновых уточек? Хотя, стойте, они там уже есть.


Такова обратная сторона популярности — огромный процент «брака», то есть статей, автор которых не удосужился проявить фантазию и пошёл по одной из проторенных троп. Список клише висит на сайте SCP: порталы в иные измерения, сводящие с ума предметы обихода, бесформенные массы плоти, смертоносные болезни и ещё ряд штампов, которые удивят разве что совсем далёкого от фантастики человека, а модераторов и завсегдатаев фэндома уже давно утомили.


Благодаря растущей популярности фэндом SCP начал страдать и другими болячками, которые свойственны фанатским сообществам. Так, статьи «ветеранов» фэндома нередко избегают объективной критики, и на сайт попадает то высоколобая чушь, написанная научным языком, то банальщина.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Вирусы разного рода (на фото SCP-742) были допустимы в первой тысяче, но теперь это моветон

Из-за придирчивости и занудства других участников сообщества в SCP постоянно меняются критерии классов: «Евклид» (объекты, свойства которых не до конца понятны) приписывался даже тем объектам, которые спокойно лежат на хранении, а «Кетер» — явлениям, чья угроза слишком потенциальна и недостаточно реальна.


Библиотеку SCP можно считать уникальной формой фольклора, благодаря общедоступности интернета получившей шанс на появление и развитие. А документальный стиль лишь усиливает эффект от чтения: многие подробности в тексте замазаны цензурой и пугают неизвестностью, сухая констатация аномалий и трагедий щекочет нервы не хуже, чем ставшие стандартом в жанре ужасов отрывочные описания.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-016, «Разумный вирус», интересен в первую очередь теми опытами, которые над ним ставили.

Как любое народное творчество, статьи SCP служат источником вдохновения для отдельных творческих личностей. Правда, сейчас к базе обращаются редко, а большой кинематограф и игровая индустрия вообще не видят богатства, лежащего перед ними.

Что же они упускают?


«Сверхъестественное» здорового человека


Во вселенной, о которой мы говорим, Фонд SCP ищет и обезвреживает существ, явления или предметы, чьи свойства необъяснимы с точки зрения официальной науки. Однако такие объекты не уничтожают: Фонд любыми средствами захватывает их и запирает в одном из бесчисленных бункеров, а если такое невозможно — огораживает саму зону обнаружения, пусть даже там окажется целый город.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Бункеры Фонда работают под прикрытием. Художник MrKlay не считает наличие огромного логотипа Фонда прямо на крыше нарушением скрытности

Отсюда и название SCP, которое можно расшифровать и как Secure, Contain, Protect (Обезопасить, Удержать, Сохранить), и как Special Containment Procedures (Особые Условия Содержания). В большинстве случаев создание и сохранение этих «особых условий» обходится тяжелее и дороже, чем поимка объекта.


Структуру Фонда трудно с чем-то сравнить. У него есть полномочия на любые действия, выданные всеми государствами мира, огромные бюджеты, позволяющие организовать предприятие любой дороговизны, и сотни тысяч, если не миллионы человек персонала. Фонду удаётся сохранять анонимность несмотря на исполинскую величину — соблюдение абсолютной тайны остаётся одним из главных приоритетов.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Учёные Фонда сами пытаются разрабатывать аномальные технологии, зачастую прибегая к тауматургии.

Фонд содержит несколько отделов самой разной направленности, а потому избегает пользоваться услугами людей за пределами организации. Мобильные оперативные группы — отряды исключительных по своим способностям солдат, готовых обезвредить любую хоть немного уязвимую угрозу. Понятно, что против неуязвимой сущности нет смысла выставлять хоть целую дивизию бойцов.


Научный отдел изучает все доступные аномалии, чтобы разработать методы их удержания в четырёх стенах. Зачастую наука не может объяснить, с чем именно столкнулась, но путём экспериментов всё равно выясняет, где лежат границы опасности объекта.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Камера водных испытаний. Жертвуя сотнями, Фонд спасает миллионы.

Отдел внешних связей создаёт прикрытие для всех ветвей Фонда, нанимает персонал, стирает упоминания и воспоминания о Фонде, а если нужно — то и самих свидетелей. В стенах организации этим занимается Отдел внутренней безопасности: он вычисляет как предателей, работающих на кого-то за пределами Фонда, так и просто бестолковых людей, чья беспечность может погубить всех.


Есть ряд других отделов, но самый важный из них — это Инженерно-техническая служба. Именно её сотрудники проектируют, строят, улучшают и чинят все камеры содержания. Ловля и доставка объекта, стирание памяти и заметание следов — всё это не менее важные задачи, только по времени они занимают считанные месяцы, если не меньше. Совсем другое — держать очередную аномалию в заточении десятки лет, а потенциально — целую вечность.


Уровни допуска


Фонд SCP — очень хрупкая организация. Во-первых — некоторые объекты содержания без проблем могут её похоронить, а заодно разрушить несколько вселенных разом. Во-вторых — сама информация о подобных явлениях опасна. Поэтому Фонд строжайше соблюдает уровни доступа по принципу минимально необходимой информации.


Уровень 0, для общего пользования. Его получают сотрудники, далёкие от объектов как физически, так и в плане работы. Канцелярия, бухгалтерия, логистика, сисадмины, уборщики — эти работники Фонда вообще ничего не знают об аномалиях и не имеют понятия, с чем работают на самом деле.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Останки объектов, подопытных и других жертв кремируются. Работники мусоросжигателя могут и не знать, что они утилизируют.

Уровень 1, для служебного пользования. Если сотрудник предыдущей категории работает достаточно близко к одному из объектов, хотя и никак с ним не взаимодействует, он получает такой уровень доступа.


Уровень 2, для ограниченного пользования. Сотрудник обладает базовой информацией об объекте, с которым работает. В эту категорию попадают научные сотрудники, полевые исследователи, охранники, инженеры, поддерживающие камеры содержания в порядке.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Камеры содержания строятся под каждый новый объект, и потому уникальны. Хотя есть и универсальный жилой блок для объектов-гуманоидов.

Уровень 3, секретный. Подробности обнаружения и поимки объекта, а также дальнейшие планы — всё, что нужно для координации работы целых отделов. Таким уровнем доступа наделены начальники охраны и кураторы научных исследований, а ещё — оперативники мобильных групп.


Уровень 4, совершенно секретно. Он подразумевает данные по целым филиалам и группам объектов. Соответственно, такого доверия заслуживают лишь высшие руководители Фонда — директор по безопасности, командиры мобильных групп и начальники отделов.


Уровень 5, Таумиэль. Доступна любая информация, какая только есть у Фонда. Столь высокий уровень доступа назначен только членам совета О5, который управляет всем Фондом. Сам факт существования О5 оспаривается, благо сотрудникам с низким уровнем доступа о совете даже не говорят.


Незаменимых нет


Уровень доступа — важный показатель для понимания работы Фонда, но не самый увлекательный. В отличие от кадровой структуры SCP, где сотрудники ранжируются по степени контакта с объектами.


Класс А — настолько ценный персонал, что ему нельзя приближаться к аномалиям. Им запрещено находиться в тех комплексах, где содержатся объекты SCP. Высший совет О5 как раз и принадлежит к этой группе.


Класс B — допускается только к тем объектам, которые прошли карантин и не оказывают никакого воздействия на разум.


Класс C — допускается к любым объектам, если те не проявляют враждебности и не угрожают ничьей безопасности (по крайней мере — здесь и сейчас).


Наконец, класс D — расходный материал. Именно благодаря персоналу класса D Фонд SCP остаётся самой жестокой тайной организацией. Работников класса D набирают из числа преступников, отдавая приоритет приговорённым к смертной казни.


Если бы они могли выбирать сами — выбрали бы электрический стул, ведь именно их будут отправлять в камеры содержания к враждебным и опасным объектам. Не из кровожадности: многие объекты — живые существа, которым нужна еда и за которыми нужно убирать отходы. Есть и такие, которым требуется регулярно кого-то убивать, истязать или творить совсем безобразные вещи. Персонал класса D для того и нужен.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Работник D-класса гибнет от действия SCP-409 («Инфекционный кристалл»). Наука требует жертв.

Впрочем, Фонд на самом деле кровожаден. Каждый месяц сотрудников класса D либо обрабатывают амнезиаками (средствами для стирания памяти), либо убивают. Если нарушится герметичность одной из камер содержания — их тоже убьют. Случится авария — убьют.


Сколько сотрудников класса D ежедневно «тратится» на содержание объектов — одному совету известно. Бывает, что привычные источники смертников не справляются, и таковых набирают из обычных граждан. А то и сотрудника рангом повыше за провинность разжалуют в D.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
При первой попытке проникнуть внутрь SCP-004 погибли 10 из 12 сотрудников класса D.

Вообще-то есть ещё и класс E, но это временное обозначение для персонала, который ещё не определили в одну из других категорий.


Сорта катастрофы

Наконец, классификации подверглись и сами аномалии. Так велика оказалась тяга интернет-сообщества к ранжированию по категориям. Впрочем, в случае с объектами названия классов кратко и ёмко описывают степень угрозы, что достаточно важно для понимания.


Для простоты участники фэндома придумали «правило коробки». Оно не отражает потенциальный вред от объекта, зато идеально описывает его склонность к нанесению этого вреда.


Безопасные объекты не могут навредить окружающим самостоятельно. Их аномальные свойства сами по себе безопасны, но могут повредить при злонамеренном их использовании.


Если положить объект в коробку, убрать подальше, и ничего не случится, то перед вами «Безопасный» объект.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-272, «Старый железный гвоздь» . Прибивает тень человека к одному месту, в результате и сам человек не способен уйти, пока кто-нибудь не вытащит гвоздь из земли.

Объекты класса «Евклид» не отличаются той же пассивностью, что и «Безопасные» объекты. Им свойственна нестабильность, резкая смена состояний, каждое из которых нужно контролировать особо, а некоторые ещё и самостоятельны.


Если положить объект в коробку, убрать подальше, и вы не знаете, что случится, то перед вами «Евклид».

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-312, «Атмосферные медузы» , газовые организмы, питающиеся любыми крупными млекопитающими, в том числе людьми.

Наконец, класс «Кетер». В отличие от первых двух групп, объекты класса «Кетер» целенаправленно применяют свои свойства для нанесения вреда, либо способны нанести ущерб всемирного масштаба. Целью могут быть как отдельные люди, так и само мироздание. Ещё их отличает наивысшая сложность содержания: даже самые многоуровневые и защищённые системы лишь откладывают неизбежный выход объекта класса «Кетер» из-под контроля. Поэтому такие аномалии стараются уничтожить, а не содержать — и сохраняют в случае невозможности уничтожения.


Если положить объект в коробку, убрать подальше, и в результате случится катастрофа с немыслимыми жертвами, то это «Кетер».

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-1861, «Команда подлодки «Винтерсхаймер». Аномальная субмарина, вызывающая вокруг себя дождь из крови и спинномозговой жидкости, а её «экипаж» вербует случайных людей.

Природа объектов класса «Таумиэль» строго противоположна. Невероятно мощные и редкие аномалии, способные поглотить эффекты «Кетера», обратить их вспять или восстановить всё заново.


Если объект и есть коробка, то это «Таумиэль».

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
SCP-1968, «Тор глобальной ретропричинности». Изменяет всю окружающую вселенную, превращая её в другую.

Кроме основных классов, есть и парочка служебных. Нейтрализованные объекты — с ними всё ясно, их свойства исчезли, либо сам объект был физически уничтожен. Обоснованные объекты — это те аномалии, которые получили объяснение, либо распространились настолько широко, что стали нормой. Одна из них — Его Величество SCP-MDLXI, корона из чистого золота самой искусной работы. Всякий смертный, кто узнает об Его Величестве и осмелится молвить вслух речь об её ослепительном сиянии или письмом вознесёт хвалу величайшей из корон, сможет живописать Его Величество лишь высоким слогом и ни слова дурного не сумеет против Его Величества произнести. Поздравляем, теперь вы один из нас.


Окно в кунсткамеру


Итак, теперь вы немного представляете себе, как работает Фонд. Разведка изучает слухи, находит след и узнаёт точное местонахождение нового объекта. Научный отдел изучает известные свойства аномалии и составляет список мер, необходимых для нейтрализации объекта. Инженеры проектируют камеру, способную удержать нового гостя, а также подключают систему ликвидации на случай бегства.


На место вылетает мобильная оперативная группа и ценой многих жертв обезвреживает существо (или забирает его без сопротивления — бывает и такое). Агенты Фонда устраняют все последствия операции, стирают память случайным свидетелям и пускают в СМИ легенду, объясняющую любые подозрительные изменения. Объект запирают в камере на долгие годы, а учёные готовятся к бесконечным циклам экспериментов и наблюдений.


Им всем нужно быть готовыми к любому, самому неожиданному «гостю». В том числе такому, которого невозможно запереть в камере. Описать их целиком, даже вкратце — труд бесполезный. Поэтому из огромной базы объектов SCP я отобрал такие, которые сам считаю наиболее оригинальными, пугающими не банальной жестокостью или жаждой убийства, а самой своей сутью.


SCP-1986, «Вымышленная библиотека»


Тип: безопасный

Представляет собой туннель двухметровой ширины и неизвестной глубины. Достоверно известно лишь, что туннель длиннее 274 тысяч километров — таким образом, он далеко выходит за пределы Земли. Вдоль стен располагаются полки, уставленные книгами самого разного происхождения: на живых, мёртвых и несуществующих языках, известные произведения, написанные чуть иначе, труды никогда не живших авторов и аналитика явлений, неизвестных нашей науке.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
В туннель постепенно уходит воздух, и это пугает, ведь в нём запросто поместится вся атмосфера Земли

Судя по найденным в библиотеке изданиям, она представляет собой мысленный эксперимент Хорхе Борхеса, гипотетическую библиотеку, где каждая книга — перебор всех типографских знаков (букв, пробелов и так далее). В таком хранилище должны находиться абсолютно все возможные и невозможные письменные труды. Разница в том, что SCP-1986 хранит только те варианты перебора знаков, из которых складывается хоть немного осмысленный текст.


Поэтому в SCP-1986 можно найти сочинения президента Вудро Вильсона о судьбе Имперских Штатов Америки, советы для юных леди об уместном применении своего хвоста в высшем обществе, историю отношений Марса и Земли, англо-дельфиний словарь и учебник неизвестной нам математики.


Обнаружена в подвале библиотеки, которая ныне действует как прикрытие для работы Фонда.


SCP-1078, «Глаз — похититель зрения»


Тип: Евклид

Примитивный стеклянный протез человеческого глаза. Проявляет аномальные свойства после установки в пустую глазницу, причём неважно — удалено ли яблоко давно или же изъято совсем недавно для эксперимента. Всего за пару часов протез выпускает медные «волоски», которые присоединяются к мозгу. К испытуемому постепенно возвращается зрение (точнее, к протезу, в роли которого выступает SCP-1078) и достигает предельной чёткости, возможной для человеческого глаза.


Через несколько месяцев SCP-1078 медленно ухудшает восприятие отдельных людей, выбранных случайно. Поначалу испытуемый видит их размытыми, а голоса слышит будто из плохо настроенного приёмника. Со временем эти люди пропадают полностью, даже с фотографий и видео, испытуемый способен ощущать их лишь тактильно.


В течение двух лет испытуемый перестаёт видеть вообще всех людей, кроме себя. Позднее носитель SCP-1078 страдает от галлюцинаций и других расстройств психики. Как правило, испытуемый убивает себя либо вырывает протез из глазницы, что приводит к смертельному кровоизлиянию в мозг.


SCP-116, «Хрупкий мальчик»


Тип: Евклид

Выглядит как ребёнок девяти лет, почти весь покрытый шрамами. В его скелете нет ни одного сустава, в сущности — это одна-единственная кость. Ткани костей аномально хрупкие, но любые переломы срастаются за считанные секунды. При любом мышечном усилии кости ломаются, позволяя SCP-116 совершить движение, а потом соединяются вновь до следующей попытки пошевелиться.


Однако класс «Евклид» был назначен не поэтому. Речь SCP-116 звучит как ломаный английский, в котором одни слова заменены случайным образом на другие. Исследователи, говорившие с SCP-116, стремительно теряли когнитивные способности вплоть до слабоумия. После множества неудачных попыток расшифровать бессмыслицу, произносимую объектом, всерьёз рассматривается идея устранить его.


SCP-1812, «Экстралунарный мем»


Тип: Кетер

Астероид диаметром восемь километров, вращающийся по орбите высотой 180 километров вокруг Земли. SCP-1812 невозможно обнаружить до тех пор, пока другой человек, которому известно об астероиде, не расскажет о нём.


Все, кто узнал о существовании SCP-1812, воспринимают мир иначе. Они лучше видят ночью из-за отражённого света астроида. Но важнее другое: приливные циклы для жертв меметического воздействия объекта проходят с учётом влияния SCP-1812, то есть — отливы гораздо ниже, а приливы — выше. А значит, большинство мегаполисов планеты для таких людей — затопленные руины.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Видимый размер SCP-1812 больше, чем у Луны, из-за очень близкой орбиты

Жертва SCP-1812 погибает от удушения, если не может покинуть «подводное» место. Так умер первооткрыватель объекта: он попытался уплыть из окна своей комнаты на самодельной лодке. Несмотря на падение с огромной высоты, причиной смерти стала гипоксия, как от утопления. Поэтому Фонд предпринимает огромные усилия, чтобы информация о SCP-1812 не покидала узкий круг лиц.


SCP-3326, 3 мая 2005 года доктор Тобиас Скрэнтон погиб в автомобильной аварии в 1964 году


Тип: Таумиэль

Фонд долгие годы искал способы обезопасить мир от влияния аномалий, и эти исследования увенчались успехом. В 1993 году доктор Тобиас Скрэнтон разработал так называемый якорь реальности — устройство, блокирующее любые аномальные изменения континуума. Правда, в небольшом радиусе, но и это было триумфом. Фонд построил свыше полутора тысяч якорей реальности Скрэнтона и успешно применял их как в поимке, так и в содержании объектов.


Однако в 2005 году кто-то вмешался в саму историю вселенной. Из-за этого Тобиас Скрэнтон погиб в аварии в 1964 году, а его технология так и не появилась. Поменялись фундаментальные законы физики, потому что пропали экзотические частицы, необходимые для постройки модулей. Все документы, архивы и воспоминания стёрлись, исчезли неактивные якоря реальности. Но те из них, что работали на момент редактуры реальности, продолжили работать и после, блокируя даже такое крупное вмешательство.

Каталог Пандоры: что такое Фонд SCP и зачем он создан Книги, SCP, Объекты SCP, Интересное, Длиннопост, Фонд SCP, DTF
Попытки сделать якорь реальности мобильным провалились, а что ещё хуже — привели к поломке нескольких модулей Скрэнтона

Уцелевшие якоря реальности Скрэнтона теперь берегут как зеницу ока, и лишь их собственные поля защищают этот осколок мёртвой вселенной от исчезновения.


***


К нашему 2018 году многие объекты SCP, придуманные в нулевых, кажутся предсказуемыми и слишком обычными. Подумаешь, тварь шириной в две тысячи километров (это не опечатка), чья спина торчит в Тихом океане! Да и сейчас фантазия порой подводит авторов. Но этот изъян с лихвой компенсируется пользой.


Век культовых писателей-фантастов прошёл, на их поприще едва сводят концы с концами редкие энтузиасты, а в хоррорах настолько боятся новых идей, что даже проверенные интернетом крипипасты (Слендермен) умудряются втоптать в грязь. Так кому теперь создавать новые концепции, как не легиону анонимов?

Источник


А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 20
177

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2.

Часть 1.

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост

Сто цветов на нашем пепле


После смерти Мао Цзэдуна и осуждения Банды четырёх — так называли четырёх ближайших соратников Мао, включая его супругу, актрису Цзян Цин, — Чжэн вновь стал сочинять фантастику. Уже в 1979 году он выпустил книгу «Вперёд к Стрельцу», которая считается первым НФ-романом современного Китая. По сюжету это космические приключения с элементами шпионского триллера: первый китайский звездолёт «Восток» из-за вредительства со стороны Запада вынужден отклониться от курса, однако экипаж спасается, используя в качестве источника энергии чёрную дыру, и благополучно возвращается на Землю.


Повесть Чжэна «Земля в отражении» (1980) менее безобидна. Тайконавты прибывают на чужую планету — и обнаруживают, что её обитатели сбежали, потому что земляне им отвратительны. Почему — понять нетрудно. Герои благополучно пережили Культурную революцию, даже их корабль называется «Сто цветов» — очевидная отсылка к цитате из Мао: «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». (Чуть по-другому смотрел на вещи фантаст Цзинь Тао, в романе которого «Остров лунного света» (1980) инопланетяне помогают китайцам, пережившим Культурную революцию, оправиться от моральной травмы.)

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
«Отца китайской фантастики» Чжэн Вэньгуана не сломили даже издевательства, которые он претерпел во время Культурной революции

В следующем романе Чжэна «Дельфиний бог» (1982) учёный расшифровывает язык дельфинов — и обнаруживает, что у них есть своя религия. Для КПК с её атеистическими воззрениями это было уже слишком. В 1983 году Чжэн Вэньгуан, не успев оправиться от инсульта, стал объектом жёсткой критики за рассказ «Люди Тихого океана» (с той же гипотезой, что и рассказ Стругацких «Человек из Пасифиды», — в Тихом океане некогда имелся свой континент) и окончательно выбыл из литературы. Чжэн дожил и до следующего разрешения фантастики, но не написал больше ни строчки. Кто-то сказал, что в России писатель должен жить долго. В Китае, по этой логике, фантаст должен быть бессмертным.


Увы, Второй Фантастический Бум длился даже меньше первого — всего пять лет, с 1978-го по 1982-й. В 1983 году власти решительно выступили против духовного загрязнения беллетристики, и «ядовитая» НФ опять оказалась в опале. Правда, та пятилетка выдалась более чем урожайной: в год выходило по две сотни повестей и романов. Многие из них переиздаются до сих пор.


Археолог и антрополог Тун Эньчжэн (1935–1997) успел дебютировать ещё в 1959 году повестью «Густой туман над древним ущельем» (1960), описывавшей историческую битву между войсками династии Цинь и армией сычуаньского царства Ба в фэнтезийных декорациях. Когда через несколько лет учёный стал критиковать вмешательство КПК в археологическую науку, эту повесть объявили сатирой на Гражданскую войну, а самого автора назвали врагом народа. Тун много лет работал в коровнике и вернулся в фантастику с «Лучом смерти на коралловом острове» (1978), первой фантастической повестью, удостоенной мейнстримовской литературной награды — приза читательских симпатий Китая.


В этом тексте имелась привлекательная для партии коллизия: безумного учёного останавливал зарубежный китаец, решивший вернуться на родину, поскольку жизнь при капитализме ему обрыдла. По иронии судьбы сам Тун Эньчжэн после бойни на площади Тяньаньмэнь (1989), когда армия кроваво разогнала студентов-демонстрантов, уехал в Америку, где и оставался до конца жизни. Другая его популярная повесть, «Смерть первого робота в мире» (1982), дополняет три закона роботехники Айзека Азимова четвёртым: «Робот не может влюбиться».

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Археолог Тун Эньчжэн написал книгу «Луч смерти на коралловом острове», лёгшую в основу первого китайского НФ-фильма

Журналист Вэй Яхуа (род. 1949) принадлежал к следующему поколению фантастов: дебютировав в 1980 году, он прославился остроумными сатирическими повестями «Я решаю развестись с женой-роботом» (1981) и «Сон о мягкой стране» (1982). В первой герой, неназванный учёный, следует примеру множества мужчин, которые вследствие перенаселения женятся на роботах, и выбирает «традиционную китайскую модель» Лили; та выполняет его просьбы дословно и в конце концов уничтожает бесценные записи учёного. Во второй повести герой велит Лили заняться самообразованием, она узнаёт о феминизме, объявляет мужа шовинистической свиньёй и подаёт на развод. Вэй Яхуа пытался представить эти сюжеты как критикующие три закона роботехники – плоть от плоти прогнившего Запада, но фига в кармане родной КНР и её закону «О браке» была столь заметна, что напечататься снова фантаст смог только пятнадцать лет спустя.


Совсем иную карьеру сделал писатель и режиссёр Е Юнле (род. 1940), автор более полусотни книг, из них половина — научная фантастика. Е начинал как один из авторов научно-популярного журнала «Сто тысяч почему», плавно перешёл к биографиям деятелей КПК, а позднее и к книгам о путешествиях, пользующимся в Китае бешеным спросом.

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Чрезвычайно плодовитый Е Юнле, тиражам которого (8 000 000 экземпляров!) позавидует любой российский фантаст

Впоследствии «китайский Азимов» (так Е прозвали за то, что он способен писать о чём угодно) уловил, куда дует партийный ветер, и сделался полуофициальным «ведущим популяризатором науки». Поставив сочинительский талант на службу КПК, Е был вознаграждён тиражами: его сочинённые по заказу Министерства общественной безопасности фантастические детективы о Цзинь Мине, «научном Шерлоке Холмсе из прибрежного города» (Шанхая) будущего, так часто публиковались в провинциальной прессе, что 12 повестей вышли суммарным тиражом 8 миллионов экземпляров. Между прочим, единственный НФ-рассказ, вышедший во время Культурной революции, тоже принадлежит перу Е.


Может быть, на выбор Е Юнле повлияла история, случившаяся в 1978 году, когда партия раскритиковала детскую книжку с картинками «Странное окаменелое яйцо», в основе которой лежал его рассказ «Чудо на вершине самой высокой горы в мире». Речь шла о возвращении динозавров; палеонтологи строго указали Е на то, что возрождение звероящеров невозможно с научной точки зрения, а значит, речь идёт о псевдонауке. В Китае это слово имело и имеет особые коннотации: марксизм абсолютно научен, а значит, псевдонаука — это что-то абсолютно антимарксистское и антикоммунистическое.


Да и позже при всей благонадёжности Е власти умудрялись находить в его книгах крамолу, причём как во взрослых, так и в детских. Взять хотя бы повесть из цикла о Цзинь Мине «Чёрная тень» (1981), из которой следовало, что КПК превращает некоторых хороших людей в «призраков». Рассказ «Что посеял, то и пожнёшь» навлёк на автора критику ввиду странного фантдопущения: эгоизм передаётся по наследству (что прямо противоречит марксистской философии). Известно, что Е написал повесть о борьбе со СПИДом в Синьцзяне, но её цензоры зарубили на стадии редактуры — СПИДа в Китае быть не может.


В 1994 году Е одним из первых китайских беллетристов перешёл на компьютер. Обвинения в популяризации псевдонауки звучали всё громче, и писатель ушёл сначала из фантастики, а потом и из литературы.



Красная звезда над виртуальной Америкой


После 1983 года фантастика в КНР публиковалась робко и редко, но метко. Одной из наиболее заметных была повесть «Безграничная ностальгия» (1987) Цзян Юньшэна (род. 1944) — писателя, переводчика, поэта и профессора китайской литературы Шанхайского университета телевидения. Автор описывает чувства вдовца, который женился на клоне умершей жены, а также самого клона. Цзян сочинял ещё и НФ-поэзию — отменную, если судить по опубликованному на английском стихотворному триптиху о Будде, который превращается в суперкомпьютер, в Альберта Эйнштейна и, наконец, в пустоту: «Помести сердце Будды в своё сознание, / И каждый станет Буддой».


Жао Чжунхуа (1933–2010), редактор прикрытого в 1980-х НФ-журнала «Кэхуань хайян» («Океан НФ»), выпустил в 1982 году трёхтомный труд об истории китайской фантастики. В 1980-е он сочинил немало детских фантастических книжек вроде «Банка времени» и «Космического яда», в которых поднимал «взрослые» вопросы об ответственности учёных. Так, в его «Заколдованных орхидеях» генетически модифицированные цветы сбегают из лаборатории и на манер триффидов Джона Уиндема начинают угрожать человечеству.


Но эти явления погоды, конечно, не делали. Фантасты вновь подняли голову только в середине 1990-х, когда страна благодаря Дэн Сяопину встала на путь глобальных экономических реформ. В Китай проникали новые технологии, что не могло не подстегнуть литературу; в 1996 году появился первый китайский киберпанк — рассказ Син Хэ (род. 1967) «Дуэль в Сети». В последние годы ХХ века начался Третий Фантастический Бум, продолжающийся по сей день. Возник он, разумеется, в интернете — все современные фантасты КНР начинали с сетевых публикаций.


Над нынешним фантастическим ландшафтом высятся «три генерала» — Ван Цзинькан, Хань Сун и Лю Цысинь.


Ван Цзинькан (род. 1948) закончил школу в год начала Культурной революции и в итоге пошёл не учиться, а работать в колхоз. Затем были чугунолитейное производство и завод по производству дизельных двигателей. Когда маоизм приказал долго жить, 30-летний Ван поступил, наконец, в университет и к моменту литературного дебюта, состоявшегося в 1992 году (автору было 44 года), стал ведущим инженером Наньянского нефтяного месторождения. Первый же рассказ Вана, «Регрессия Адама», получил в 1993 году премию «Иньхэ» («Млечный Путь»).


Следующие пять лет фантаст получал по премии в год, затем регулярность премирования Ван Цзинькана снизилась, но всё равно «Млечных Путей» у него больше, чем у кого бы то ни было. В настоящее время Ван — автор дюжины романов и нескольких десятков рассказов. Кроме прочего, он подался в политику и стал вице-­председателем отделения Демократической лиги Китая в родном городе Наньян провинции Хэнань.

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Ван Цзинькану интересна биологическая фантастика. Что будет, если внедрить в тело человека гены леопарда?

Несколько романов Ван Цзинькан посвятил Америке. В «Семи уровнях» (1997) китайский турист проходит все уровни виртуальной реальности США, чтобы по возвращении на родину осознать, что и в КНР не всё столь реально, каким кажется. В романе «Крест» фанатики уничтожают население США биологическим оружием под названием «12 сентября» с отсылкой понятно к какому теракту. В 2011 году Ван неожиданно обратился к религиозной фантастике и написал книгу «Мы, вместе» о Боге, который на самом деле является инопланетянином, укрывшимся на Земле миллиарды лет назад.


Второй «генерал», Хань Сун, принадлежит к другому поколению — он родился в 1965 году, окончил университет во второй половине 1980-х, стал журналистом и дослужился до редактора правительственного журнала в структуре новостного агентства «Синьхуа». Хань — живое воплощение двусмысленности, которую являет собой современный, словно заблудившийся между социализмом и капитализмом Китай. Писатель живёт двойной жизнью: занимая не последнее место в тесно связанной с партийным истеблишментом журналистской иерархии, он периодически выдаёт фантастику, которую запрещают цензоры, так что прочесть её можно либо в самиздате, либо в переводе на японский.


Первый удачный рассказ, «Надгробие Вселенной» (1991), Хань издал на Тайване, и материковые китайцы смогли прочесть его лишь через десять лет. До сих пор запрещён в КНР рассказ Хань Суна «Моё отечество не видит снов» (2007) о том, как власти страны посредством наркотиков поддерживают работоспособность подданных и редактируют их воспоминания о жестоком подавлении инакомыслящих.

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Автор апокалиптических книг о пекинском метро Хань Сун

Впрочем, в мрачных тонах Хань Сун видит не только оте­чество, но и весь мир, как следует из книги «Красный океан» (2004) о генетически модифицированных людях, которые ушли жить под воду, чтобы укрыться от экологической катастрофы, или из повести «Красная звезда над Америкой: путешествие на Запад в 2066 году» (2000), которая рисует раздробленные и загнивающие США в мире, где победил Китай (в этом тексте Хань Сун предсказал террористическую атаку на башни-близнецы). Особняком стоит своеобразная дилогия «Подземка» (2010) и «Надземка» (2012).


Действие первого романа происходит в апокалиптических руинах пекинского метрополитена (параллели с сагой Дмитрия Глуховского напрашиваются), второго — в системе эстакадного транспорта. Для Хань Суна поезда — это метафора стремительного движения КНР к обществу бессмысленного потребления: китайцы, запертые в несущемся к концу света поезде, тщетно пытаются жить по правилам капиталистического Запада, но ускоренная эволюция, инцест и каннибализм не оставляют им надежды остаться людьми.


Читатель неизбежно увидит в герое олицетворение Китая, но обвинить автора в поклёпе на свой народ нельзя: миллионер — японец, его зовут Имагаи Насихико. Дополнительный смысловой уровень скрыт в иероглифах, которыми пишется это имя: если прочесть их на китайский манер, получится фраза «бессовестный человек».


Долой земную тиранию! Даёшь трисоляриев!


Наконец, последний и главный из тройки литературных «генералов» — Лю Цысинь (род. 1963), совмещающий сочинительство с постом главного инженера Китайской энергетической инвестиционной корпорации при Нянцзыгуаньской электростанции. Известно, что в 26 лет Лю сочинил роман «Китай в 2185 году», но эта вещь так и осталась неопубликованной. Фэндом заметил Лю Цысиня после дебютного рассказа «Песня китов» (1999).


В том же году писатель выпустил роман «Эпоха Сверхновой», в котором излучение звезды ставит человечество перед ужасным фактом: через год все люди старше тридцати лет умрут. В итоге старшее поколение совершает самопожертвенный Большой скачок (вспомним Большой скачок КНР при Мао), чтобы оставить детям и молодёжи лучшее будущее. Осиротев, юноши и девушки пытаются создать новое общество по образцу старого. Часть из них, слишком много времени отдавшая компьютерным играм, организует банды и предаётся разнузданному насилию…

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Первый и главный «генерал» от китайской фантастики Лю Цысинь и его самый известный роман, изданный на английском и русском

Следующие книги закрепили за Лю репутацию профессионала в области «твёрдой» НФ, но «лучшим фантастом Китая» его стали называть только после публикации трилогии «Задача трёх тел» . Её первый роман (2006), давший название всему циклу, начинается с Культурной революции: в 1967 году на глазах у девушки-физика Е Вэньцзе хунвэйбины забивают до смерти её отца, вся «вина» которого заключается в защите физики от маоистской идеологии. Десять лет спустя героиню, сосланную на лесоповал, привлекают к секретному проекту: оказывается, ещё при Мао китайцы пытались установить контакт с другими цивилизациями, посылая в космос радиосигналы. Эксперименты заставляют Е Вэньцзе думать, что физический мир словно бы сходит с ума.


Как выясняется ближе к финалу, проект в каком-то смысле принёс свои плоды: сигналы получили жители планеты, вращающейся вокруг альфы Центавра. Поскольку их планета может в любой момент погибнуть в гравитационном коллапсе, тамошнее тоталитарное правительство весточке с благополучной Земли очень обрадовалось — и тут же снарядило к ней межзвёздный военный флот, который достигнет нас через 450 лет. Однако первыми на Землю прибыли роботы-шпионы, которые теперь тормозят земной прогресс совместно с земной «пятой колонной»…


Продолжение, «Тёмный лес» (2007), напоминает интеллектуальный шпионский триллер: борьба с космическими засланцами и попытки оценить размер флота инопланетян и их стратегию совмещены с марксистско-ленинским историческим материализмом, приложенным к дарвиновской теории эволюции и математической теории игр. Благодаря анабиозу Е Вэньцзе доживает до вторжения, описанного в романе «Конец смерти» (2010), и участвует в битве, переворачивающей с ног на голову чуть не весь пространственно-временной континуум.


Как ни забавно, именно третий том продавался лучше всех. Апокалиптическая космоопера впервые пробила дорогу к массовому китайскому читателю. Успех был огромен: в интернете спорили о том, не зашифровано ли в трилогии описание конкуренции между интернет-провайдерами КНР; космолог Ли Мяо написал книгу «Физика трёх тел» с объяснением событий трилогии; фанаты стали выкладывать в Сети песни, посвящённые героям Лю, брать их имена в качестве ников на сайте «Вэйбо» (китайский аналог твиттера) и даже снимать фейковые трейлеры. Когда на крупнейшем государственном телеканале CCTV шло ток-шоу, посвящённое научной фантастике, аудитория в студии кричала, цитируя лозунг из трилогии: «Долой земную тиранию! Мир принадлежит трисоляриям!..»

В конце 2014 года роман «Задача трёх тел» был издан на английском и снискал благожелательные отзывы критиков, которым особенно близка оказалась проблема супер-, транс- и постгуманизма: во что превратится человечество в будущем? Лю Цысиню, кстати говоря, повезло с переводчиком. «Задачу трёх тел» переложил на английский Кен Лю (китайское имя Лю Юйкунь, род. 1976) — американский китаец из Бостона, юрист, программист и фантаст, активно продвигающий соот­чественников на англоязычном рынке НФ.


Сам Кен Лю пишет по-английски и уже успел получить за рассказы «Хьюго», «Небьюлу» и Всемирную премию фэнтези. Его первый роман, «Королевские милости», начало фэнтезийного цикла «Династия Одуванчика», удостоился «Локуса» как лучший дебют; вышел он и в России.


Кен Лю — представитель «хуацяо», зарубежных китайцев, которые не только не рвут связи с родиной, но и помогают материковым китайцам выйти на мировые просторы.


Молодой фантаст Фэй Дао сравнивает трёх генералов следующим образом:


Лю Цысинь, взглянув на небо, воскликнул: «О, бесконечная вселенная!» Ван Цзинькан нахмурился: «Вселенная может взорваться!», а Хань Сун заметил: «Как вселенная вообще может существовать!»

Коммунисты во времени не путешествуют


Вплоть до публикации трилогии Лю Цысиня фантастика, несмотря на возрождение, пользовалась уважением очень немногих китайцев. Власти продолжали числить её по ведомству детской литературы, серьёзные критики обходили НФ стороной, гонорары оставались мизерными. То ли дело фэнтези: в 2000 году перевод книг Джоан Роулинг о Гарри Поттере вызвал ажиотаж по всей Поднебесной, после чего местные сказочные истории стали продаваться на ура. Но к фэнтези китайцы привычны уже пару тысяч лет.


В традиционной культуре НФ пробиваться куда труднее. Даже эффект масштаба не работает: в фантастические онлайн-игры в Китае играют миллионы, но мало кто из этих игроков читает НФ. Оттого фантасты КНР живут бедно и вынуждены сочинять в свободное от работы время. Другая проблема — вмешательство властей. Как писал Хань Сун в 1999 году, миссия китайской фантастики — обучать учёных будущего — почти провалена из-за страха перед цензурой.


Но в целом в китайской НФ всё как у людей. Здесь есть свои награды, самая престижная из них — «Иньхэ», «Млечный Путь» . Эта премия вручается с 1986 года лучшим авторам КНР, а с 2004-го — ещё и лучшему переводному фантасту. «Иньхэ» учредили редакции двух журналов; у фантастов Китая, в отличие от реалистов, своей, особой госпремии нет — они проходят по разряду «детские писатели».

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Обсуждение проблем фантастики на вручении премии «Синъюнь» в ноябре 2014 года. Среди выступающих — фантасты Чэнь Цюйфан (первый слева), Ван Цзинькан и Лю Цысинь (второй и первый справа)

С другой стороны, во всех крупнейших университетах страны есть клубы любителей фантастики, организующие небольшие конвенты; студенты вместе читают НФ, обсуждают книги, пробуют писать сами. В Пекинском педагогическом университете с 1991 года читается курс «Научная фантастика», с 2003-го вуз предлагает магистратуру с этой специализацией.


Есть китайские писатели, которые не относят себя к фантастам, но включают в свои книги фантастические элементы. Скажем, живущая в Лондоне китаянка Гуо Сяолу, в романе которой «НЛО в её глазах» китайскую деревню предположительно посещают инопланетяне, или политический активист Ван Лисюн, издавший в 1991 году под псевдонимом «Бао Ми» (кит. «храни секрет») роман «Жёлтая угроза» о гражданской войне между китайскими Севером и Югом, которая заканчивается ядерной войной.


Есть магические реалисты — таков А Лай, писатель тибетского происхождения, сочинивший трилогию «Пустая гора» о «крыше мира». Есть и свои Дэны Брауны, самый известный из которых — пишущий под псевдонимом Хэ Ма бизнесмен, один из богатейших писателей Китая, выдавший в 2008–2011 годах цикл «Тибетский код» из десяти романов. В отличие от А Лая, Хэ Ма — китаец, но он вырос среди тибетцев, много лет жил в Тибете и прочёл, как сам утверждает, 600 книг о тибетской истории. Результат — сага о специалисте по тибетским мастифам, который ищет буддийские сокровища монастыря Пагбала, уничтоженного в IX веке тибетским царём Ландармой.


Романы Хэ Ма насыщены приключениями в духе Индианы Джонса, в них есть альтернативная история (тибетские храмы в Южной Америке), криптозоология (пчёлы-убийцы, пурпурные единороги), древние тайны и заговоры. Права на экранизацию «Тибетского кода» купила студия DreamWorks, уже анонсированный фильм должен стать первым творением её шанхайского филиала.


Воспряли и фантасты старшего поколения — упоминавшийся У Янь, автор романа «Жизнь и смерть на шестом небе» (1996) о киберпреступлении на китайском пилотируемом космическом корабле, и Ма Боюн, сочиняющий в основном псевдоисторическое фэнтези вроде «Истории завоевания индейцев майя флотом династии Шан» (2007). Временами Ма выдаёт шедевры а-ля «Город молчания» (2005) — якобы о Нью-Йорке, в котором власти жёстко контролируют все передвижения по интернету, а юзеры шифруются, создавая новый сетевой язык; заменить Нью-Йорк Пекином читатель может и сам.


Другой «проснувшийся» автор — Хуан И, в романе которого «В поисках Циня» (1997) спецагента из будущего посылают в III век до н. э. для участия в церемонии восшествия на престол первого китайского императора Цинь Шихуанди. Увы, машина времени промахивается, и агент, прибывший не туда, а главное, не тогда, вынужден пару лет добираться до места назначения своим ходом…


Любопытно, что экранизация этого романа в 2001 году вызвала бурю негодования со стороны цензоров. Они сочли, что, во-первых, с точки зрения марксизма изменить прошлое невозможно, и хотя в фильме оно не меняется, перемещения во времени так или иначе подозрительны. Во-вторых, Хуан И намекал на то, что ряд персонажей из III века до н. э. перевоплотились в коллег и близких героя, а пропаганды буддизма чиновники снести не могли.


Препирательства между руководством Кантонского ТВ и цензурным ведомством длились много лет. В марте 2011 года цензоры официально осудили путешествия во времени: в таких историях «нет положительных мыслей и смыслов», и вообще «мифы, чудовищные и странные сюжеты, абсурдные стратегии, а также пропаганда феодализма, суеверий, фатализма и веры в реинкарнации» на ТВ отныне запрещены.

Бессмертный поэт на облаке стихов


Новое поколение китайских фантастов, не пуганное Культурной революцией, действует куда смелее старших коллег. Гуандунский фантаст Чэнь Цюфань (род. 1981), работающий менеджером среднего звена в одной из крупнейших китайских веб-компаний, говорит в интервью, что ему повезло: «маленький город» с миллионным населением, в котором он родился, был объявлен при Дэн Сяопине особой экономической зоной, так что Чэнь «рос в сравнительном достатке, получил хорошее образование, имел доступ к информации, видел „Звёздные войны“ и „Звёздный путь“, стал поклонником Артура Кларка, Герберта Уэллса, Жюля Верна и, вдохновлённый ими, опубликовал первый рассказ в 16 лет».


Чэнь известен романами «Видение бездны» (2006) о киберпанковских фильтрах восприятия реальности, распространение которых приводит к апокалиптическим последствиям, и «Мусорный прилив» (2013). Действие последнего происходит в 2020-х; угнетённые рабочие, перерабатывающие электронные отходы на Силиконовом острове в Южном Китае, поднимают восстание под предводительством Мими, «мусорной девочки», которая ввиду ужасной экологии острова досрочно переходит на следующую эволюционную ступень и становится постчеловеком. Оба романа можно расценивать как метафоры современного Китая. В тот же ряд встаёт рассказ «Год крысы» (2009), в котором китайские студенты будущего годны лишь на то, чтобы с копьями охотиться на гигантских крыс, выращенных на экспорт и сбежавших из лаборатории.


Среди других молодых фантастов выделяются Фэй Дао, автор рассказа «Голова демона» (2007), в котором спасённый мозг воинственного диктатора благодаря разрыву с телом освобождается от страсти к кровопролитию, предпочитая ему философские беседы, и даже рекомендует предать себя казни за совершённые преступления; Ся Цзя (род. 1984), известная изящным рассказом «Фляга с демоном» (2004) о том, как демон предлагает физику Джеймсу Максвеллу — тому самому, кто придумал «демонов Максвелла», — фаустову сделку; преподающая английскую литературу в университете Чжао Хайхун (рож. 1977), автор сверхпопулярной повести «Иокаста» (1999) и рассказов вроде «Линьки» (2000) об инопланетном оборотне, который стал на Земле кинозвездой; Ла Ла (род. 1977), написавший рассказ «Вечные радиоволны» (2007) о человеке, а точнее, постчеловеке, который в далёком будущем поймал посланные сотни тысяч лет назад сигналы с последних космических кораблей, покинувших умирающую Землю.

Какую фантастику пишут в Китае. Часть 2. Книги, Китай, Фантастика, Лю Цысинь, Интересное, Длиннопост
Чжао Хайхун, восходящая звезда китайской НФ

Этот рассказ Ла Ла — прекрасный пример того, насколько контекстуальна китайская фантастика. История кажется чисто фантастической, если не знать, что её название отсылает к китайскому фильму 1958 года о радисте-коммунисте из шанхайского подполья, который погибает накануне освобождения города, так и не узнав о своём вкладе в будущее Китая. Связь с прошлым и разрыв с ним — тема, волнующая всех без исключения. По мнению историка фантастики У Яня, у китайской НФ есть три уникальные черты: 1) тема освобождения от оков прошлого, будь то устаревшая культура или негодная политика; 2) интерес к науке и проблемы её (не)зависимости от культуры; 3) попытка предсказать будущее китайской цивилизации — старейшей из выживших.


В одной своей статье У Янь предлагает взглянуть на историю НФ Поднебесной через призму лозунгов. Лян Цычао сказал: «Спасём страну посредством литературы!» Лу Синь сказал: «Популяризуем науку!» Чжэн Вэньгуан сказал: «Пойдём впереди науки!» Е Юнле сказал: «Ограничим три элемента!» (странный лозунг; жаль, У Янь не уточняет, что имеется в виду). Тун Эньчжэн сказал: «Воплотим научное отношение к жизни!» Вэй Яхуа сказал: «Функция фантастики — критика общества!» Фантасты нового века сказали: «Развлекать и самовыражаться!» Наконец, сам профессор У считает, что задача фантастики — «кричать на краю».


Мы — люди, как ни крутите, западной цивилизации — к такому концентрированному мышлению лозунгами не привыкли. Восприятие эпохи через девиз правления императора — чисто китайская черта, которой две, если не три тысячи лет. В Китае любое явление уходит корнями в прошлое. Так, современный разговорный язык изобилует «вэньянизмами», цитатами из Конфуция, древнекитайских философских трактатов, из сонма китайских поэтов, которых перевести на другие языки просто невозможно, потому что они, в свой черёд, тоже постоянно цитировали древних. И не надо думать, что вэньянь забыт: тот же Чэнь Цюфань в 2004 году получил на Тайване премию за фантастический рассказ «Записки из пещеры в Нинчуане», написанный с первого до последнего иероглифа на классическом китайском языке.


Может, оттого и редки переводы китайской НФ, что она впаяна в историю и культуру, которые во всей их полноте не переведёшь?


У Кена Лю есть англоязычное эссе о трудностях перевода китайской фантастики на английский, где он пишет: «Политический разрыв между Китаем и Западом, обострённый Сциллой китайской цензуры и Харибдой западного взгляда на Китай как на чуждую страну, превращает всякую попытку одолеть пространство между двумя языками в опасное путешествие».


Лю приводит интереснейший пример того, как его рассказ «Бумажный зверинец», написанный на английском, переводили на китайский. Героиня этой истории — женщина, которая родилась в Китае незадолго до голода 1958–1961 годов и потеряла семью во время Культурной революции. Китайский переводчик эти подробности убрал; Кен Лю сначала разозлился, а потом осознал, что дело тут не только в боязни цензуры. И на голод, и на Культурную революцию в Китае смотрят не так, как на Западе, и не потому, что мозги китайцев промыты пропагандой, а потому, что западные толкования этих событий достаточно односторонни. Любая культура знает о себе больше, чем о других, и это неравенство всегда сказывается на интерпретации текстов.


Не спасает и то, что китайцы заимствуют западные идеи — те так или иначе преломляются через конфуцианскую этику, через даосизм и буддизм, социализм и государственный капитализм, через историю, в которой метания от цинских императоров к Председателю Мао и от Культурной революции к потребительству — лишь краткий эпизод в многовековой череде событий. Фантасты Китая кажутся зависимыми от своей истории и культуры — но только кажутся. На самом деле разнообразная история Китая даёт им огромное количество степеней свободы.


Это видно, например, по рассказу Лю Цысиня «Облако стихов» (1997), который начинается удивительной сценой: трое существ спускаются под поверхность нашей планеты, чтобы попасть на полую Землю. Один из них — человек по имени И-и, один из последних людей во вселенной; второй — разумный ящер Большой Зуб; третий — бог в теле великого китайского поэта Ли Бо.


Предыстория такова: космические ящеры разграбили Солнечную систему и поработили человечество, а И-и должен был стать жертвой, которую они принесли богам (бесконечно развитой цивилизации, представители которой существуют в виде чистой энергии). И-и удаётся убедить бога, что уничтожать человечество не следует: оно обладает тем, чего нет у богов, — поэзией. Бог, заядлый коллекционер галактического искусства, принимает обличье Ли Бо, чтобы понять, что такое китайские стихи, — и написанная на вэньяне поэзия ставит его в тупик.


В итоге бог милует людей, воссоздаёт уничтоженную ящерами Землю и творит «облако стихов» — всевозможные сочетания иероглифов. Увы, и это не решает проблемы, ведь отличить хорошие стихи от плохих бог не может. На это способны только китайцы.


Вот почему Китай вечен, велик и непобедим.

Источник


А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 8
Отличная работа, все прочитано!