Наблюдения
5 постов
5 постов
15 постов
Утро встретило меня пронзающей болью в области желудка. Я до сих пор не могу есть, от всего становится плохо, а на весах тем временем минус 5 кг.
Общение с людьми, которым я пыталась заглушить боль, больше не помогает. Все, с кем общалась, прикладывали много усилий, чтобы мне помочь, каждый по-своему, но все равно это был не он.
Его яркая мимика, теплые объятия, приятные слова, просто молчание — все это то, что я когда-то искала и думала, что нашла на всю жизнь.
В нашей паре он был теплым безмятежным островом, а я — бушующими волнами, вносящими сумбур. Я дурачилась, играла, задавала дурацкие вопросы. А он подпитывал мой огонек, давая ощущение полной безопасности.
Кто-то написал: «Ну и жалей себя дальше», а я жалею не себя, мне больно от того, что он больше не любит, ведь иначе мы могли бы все изменить.
Как говорят, ничего не кончено, пока люди готовы прикладывать усилия.
Остаток дня я провела в глобальной тишине, делала попытки поесть, выйти из дома, поспать, но все это было тщетно. Желание было только одно: чтобы мне вырвали сердце и отдали на корм собакам. И оно больше никогда ничего не чувствовало.
Уснув в два ночи, я тешила себя надеждой поспать хоть чуть-чуть больше, чем 4 часа. Но мои планы нарушала соседка по комнате, пожилая женщина с обостренным чувством тревожности, которая всю ночь меряла давление. Это меня не отвлекало от встречи с Морфеем, а вот ее пробуждение в 5 утра и диалоги с самой собой напугали до чёртиков.
После моего недовольного бурчания она перестала разговаривать, но сон уже как рукой сняло.
Следующие 3 часа я то и дело ворочалась, прокручивая в голове, как может пройти день.
С наступлением 8 утра я собрала вещи и выселилась из хостела.
Дом встретил меня звенящей пустотой. Всё осталось так, как и было, мнимый порядок, в котором ощущалась необитаемость. Казалось, что тут давно никто не жил.
Соседи, абсолютно милейшие люди, заметили отсутствие обуви мужа у двери и задали вопрос, куда она делась. Мой ответ оставил их в ступоре. Говоря о событиях воскресного дня, к горлу подступил ком, а слезы предательски пытались выдать мою боль. Я сдерживала себя, чтобы они не старались меня жалеть.
Их очень расстроила вся эта ситуация, они любили моего мужа и считали, что всё это досадное недоразумение.
Рабочий день прошел в ряде созвонов. Но с его окончанием я опять стала ждать, в надежде, что пробьет 7 и он, как и раньше, придет домой, я выскочу из-за двери (некий ритуал, который я иногда проводила, а он смеялся, ожидая этого). Мы пойдем на кухню и будем обсуждать, что приготовить.
Но вместо него приехала подруга. Она стала моим спасением на этот вечер.
Мы болтали обо всем и ни о чем. Затем собрали все фотографии, чтобы отправить их на мусорку.
После 4 чашек чая и рассуждений о том, как жить дальше, она села в такси и уехала домой.
Сон не шел, просидев до 4 утра, я все-таки смогла уснуть.
(Имена заменены, истории реальные)
Зачастую мы запоминаем ситуации, связанные с непорядочными людьми. Начальник-козел уволил, соседка поцарапала машину, пока парковалась, и вместо извинений обматерила, сестра увела мужа, в магазине хамка в пылу гнева порвала вам куртку, друг подставил на деньги.
Но ведь в мире столько теплых и добрых людей. Поделюсь парой историй о таких человеках.
Василиса Андреевна (учитель)
Учитель математики, с которой я познакомилась, когда ей было за 50. Матерая, невероятно умная и справедливая. Ее уважали все, и сначала она казалась самым неприятным педагогом, но шли годы, мы, сопливые подростки, росли и учились отличать обложку от содержания. Чем больше мы проводили с ней время, тем больше росло уважение к этой потрясающей женщине.
На уроках она всегда была требовательной, но не упускала возможности отпустить шуточку или поделиться жизненной историей.
А при совместных поездках делилась своим музыкальным вкусом и взглядами на жизнь.
Но самое потрясающее было то, что, пока в нашем неокрепшем разуме росла установка, что взрослые всегда правы, она показывала своим примером, что это не так. Если ошибалась или ненароком кого-то обижала, то всегда извинялась.
К ней всегда можно было прийти за поддержкой и быть уверенным, что дальше кабинета это никуда не уйдет.
На ее похороны пришло по меньшей мере 1000 человек. Те, кого она учила 20 лет назад, и те, кому она была наставником сейчас.
Петр Геннадьевич (учитель)
Высокий, худощавый, выбритый мужчина лет за 50, всегда в идеально выглаженном темно-зеленоватом костюме, в котором штаны, казалось, были ему коротковаты. Учитель по фано.
При его росте и невысоких дверных проемах он всегда умудрялся заходить в помещение элегантно.
В глазах было невероятное добродушие с толикой грусти. На занятиях он был мягок, и даже когда я делала ошибки и сама себя за это ругала, он подмечал момент, в котором я сыграла идеально, и хвалил, чтобы я не опускала руки. Его подход к обучению давал мотивацию стараться. При всех трудностях это был предмет, которому я была готова отдавать все свободное время, чтобы не подвести его на очередном экзамене.
Тетя Вика
Знаете, в каждой семье есть такая женщина, чаще всего мамина подруга. Жизнь обычно у таких людей трудная, но яркая. Видишь ты их хорошо, если раз в год, но ее приход всегда ознаменует праздник и кучу интересных историй.
Ее смех раздавался звоном во всем помещении, а улыбка согревала душу, хотя по взгляду было видно, что она где-то далеко.
Она высокая, статная женщина с пышной прической и грацией львицы. В кармане всегда лежит монетка для тебя, даже если тебе уже 20. А если не дай бог тебя ругают в ее присутствии, то она первая бросается на амбразуру, всячески отбивая тебя от нападок злых родителей.
Затем она снова исчезает на год, а тут уже ждешь новой встречи.
Кассир Алла
Классическая женщина, чья молодость проходила в 90-е, если бы олимпийки продавали до сих пор, она бы была в ней. Шевелюра льва, узкие джинсы, высокие каблуки, яркий макияж, блинные ногти, сигарета в зубах и легкая хрипотца в голосе.
У нее багаж историй на любой случай жизни, а в молодости она гнала самогон и барыжила им из-под полы.
В ее речи всегда есть маты, но это настолько органично, что не режет слух. А советы, которые она дает, ты начинаешь понимать только спустя время, осознавая, насколько она мудрая женщина.
Бывший дальнобойщик Петр (но все его звали Петька)
Коренастый невысокий мужичек с залысиной на голове, в клетчатой рубашке, легким пузиком, потёртых джинсах, которые, кажется, могут свалиться, и обязательно в рабочих ботинках. Он всегда хохмит, женщин из бухгалтерии называет девочками, кажется необразованным, но этого не замечаешь за его добродушностью.
С утра на проходной он аккуратно положит девочке-вахтеру конфетку или мандаринку, а заметив твое плохое настроение, не выясняя ничего, улыбнется и скажет пару приятных слов.
К нему чаще всего приходят за советом, а молодые ребята так по-родственному будут звать его Дядь Петь.
И что-то в этом будет такое согревающее.
Проснулась я в 4 утра с ощущением жжения где-то в желудке. Выпила воды и таблеток, но уснуть больше не смогла.
Оно и не удивительно, как оказалось, за 3 дня я съела 1 яблоко. Но, к сожалению, есть не хочется и не можется. В горле стоит ком.
День продолжал меня «радовать». В хостеле плохо ловил интернет, что сильно усложнило мне и без того нелёгкий рабочий день.
Самой неприятной частью дня стало то, что мой пока ещё муж в очередной раз решил мне соврать, чтобы сделать ещё больнее.
До этого момента мне казалось, что хуже быть не может. Оказалось, может, и ещё как.
Вечер закончился дикой агонией.
P.S. Начало в серии "Развод"
Развод. ДЕНЬ 2
Утро понедельника встретило меня большим объемом работы. Я смогла спрятаться за повседневной рутиной. Но мысли в голове то и дело возвращали меня к событиям вчерашнего дня. А срочные дедлайны возвращали обратно в реальность.
Так наступило 3 часа дня, когда все задачи были сделаны и боль снова накрыла с головой.
Вчера я забронировала себе хостел, чтобы не оставаться одной. И сегодня собирала вещи на 2 дня в ожидании окончания рабочего дня, чтобы уехать отсюда. Из места, где все пропитано им, где каждый уголок — частичка памяти.
После 3 часов день опять начал длиться вечность, я то и дело поглядывала на часы в ожидании, когда они пробьют 6.
До собрала то, что вспомнила, села в такси и умчалась подальше от удушающей тоски по самому родному человеку в этом мире.
В хостеле при наличии большого количества людей плакать не хотелось, ведь мало ли кто-то увидит.
После заселения я набрала подругу и отправилась на набережную. К моему удивлению, когда рассказываешь кому-то одно и тоже в 5 раз, слезы перестают подкатывать, появляется маленькая надежда, что скоро может стать легче.
Стоило мне вернуться с прогулки, как 2 постояльца хостела заметили мое подавленное настроение и направились в мою сторону, чтобы узнать, что случилось.
Два мужчины за 40, со своими проблемами и болями. Я поделилась с ними своей историей и, на удивление, они не стали меня жалеть, наоборот, стали восхвалять, читать стихи и петь песни. А затем и вовсе пытались накормить шашлыком и борщом.
Мы просидели на лавочке часа 3, обсуждая всё и ничего. Казалось, они точно знали лучше меня, что я чувствую. И точно знали, какие слова нужно услышать в такой момент.
Их жизнь была не легче моей, но они нашли в себе силы и желание поддержать постороннего человека.
Ночь я всё так же мучилась от бессонницы, кажется, пора покупать снотворное.
День, который можно описать одной фразой: «Я всё давно решил, но забыл тебе сказать».
Момент, когда прозвучала фраза: «С этим ничего не поделаешь», был как удар битой по голове.
В ту секунду весь мир замер.
Он пошел собирать вещи, не церемонясь. Взял коробки, пакеты, сумки и без разбора всё складывал туда.
Начал с комнаты, пока я сидела на кухне и прогоняла в своей голове его последнюю фразу.
Он и на секунду не задумался, вообще, он всё решил уже давно, но решил привыкнуть к этой мысли и только потом рассказать мне. Он и не думал искать решение. Он привык не говорить, а ждать и делать.
А я столько лет делала попытки научить его разговаривать, но всё было тщетно.
Вещи он собрал за час, а потом поцеловал меня в макушку и сказал: «Ты была лучшее, что было в моей жизни». Затем развернулся и ушел, оставив за собой ключи на столе и оглушающую пустоту внутри и вокруг.
Следующие 6 часов длились как вечность.
Я рыдала и билась в истерике, писала и звонила всем друзьям, чтобы даже на секунду не оставаться одной.
Каждая минута длилась как десятки часов. От бесконечных слез болели глаза, голова и челюсть. Попытки заснуть приводили к кошмарам.
Затем приехала подруга. Она обняла меня и дала просто высказать всё, а затем, как и положено, обматерила его.
Следующие 4 часа я провела с ней. Она то и дело искала темы для разговора, чтобы отвлечь меня. К полуночи я уснула под ее рассказы.
После ее отъезда я поспала еще часа 4, затем проснулась и снова рыдала.
