LIKANSTORY

-Давайте привал!- предложил Максим.

Все были только "за". Они непрерывно плыли уже три часа, и это была напряжённая борьба за ровный ход надувного судна. К тому же, берега на том участке реки выглядели очень привлекательно.

Причалив, ребята затащили лодку на сушу, и достали сумку с провиантом. На отдых у них было мало времени, поэтому все, без промедления, принялись за дело: разведение костра и приготовление обеда. Далее планировали ещё часа три сплава, и остановку на ночь.

Берег был полностью пустынным, хотя следы стоянок, видимо ещё с прошлого года, остались. И не мудрено- коммерческие сплавы в это время по той реке ещё не проводились, а отчаянных и самостоятельных были единицы.

В поисках дров для костра, друзья зашли за утёс, и увидели интересную картину.

На небольшом холме стояло дерево.

Оно всё было украшено чем-то разноцветным, и сразу не было понятно, что именно на нём, и с какой целью. Лишь подойдя ближе, можно было рассмотреть ленты, колокольчики, какие-то небольшие мешочки с непонятным содержимым, монетки. Дерево было живым, судя по распускающимся почкам, однако, в радиусе тридцати метров от него не было никакой растительности.

Ни куста. Ни травинки. Голая потрескавшаяся почва.

-Кто-то праздновал здесь Новый Год?- попытался сострить Паша.

Алексей молча вытащил из кармана несколько монет, и, что-то прошептав, положил их на землю возле корней.

-Зачем это?- спросил Максим.

-Судя по всему- это, так называемое, "дерево духов".- ответил Алексей.- А то, что на него повязывают, и кладут возле корней- подношение.

-Ну-ну, бабушка Лёша.- хихикнул Игорь.- Может ещё молитвы здесь прочитаешь.

На самом деле, он знал, как и все остальные, что Алексей в роду имеет шаманов, и сам интересуется всем, что связано с миром духов. Друзья пошутили, и ушли, не мешая ему. Парень постоял, задумавшись, положив руку на ствол дерева. Он чувствовал. Словно порывы ветра, лёгкие прикосновения, будто крылья бабочек, едва задевали его волосы- сущности местности.

Приняли его дар, услышали слова.

А далее разведение костра, приготовление обеда, захватило ребят. Пробыв на берегу не двух часов, они снова отправились в путь.

Маршрут, по которому они перемещались, был тщательно спланирован по карте, но местность абсолютно незнакомая, а значит полная неожиданностей. Приветливые берега сменились каменными утёсами, течение усилилось, мало того, тяжёлые тучи затянули небо, стал накрапывать дождь.

Пора уже было делать привал, а берег подходящий для стоянки не попадался.

-Пещера!- воскликнул Максим.

Времени что- либо рассматривать не было. Течение несло стремительно, поэтому, как только прозвучало слово "пещера", все стали рулить к берегу.

И лишь оказавшись на суше, можно было осмотреться.

Пещера действительно была, но...

Как только ребята вышли на берег, их встретила надпись, аккуратно выведенная на камне: "Территория духов- уходите!"

-Это ещё что?- протянул Игорь.- Нам тут не рады?

-А пещера где?- спросил Алексей, едва прочитав надпись.

Вход в пещеру располагался в метрах двух над землёй. До него нужно было добираться по шатким камням, и он был достаточно узким, что делало невозможным поднять туда лодку и рюкзаки.

-Лодку привяжем, рюкзаки разберём.- предложил Максим.

-Нужно глянуть, пещера ли это, может просто разлом.

Алексей и Игорь взбежали по камням. Хватаясь за кусты, они быстро поднялись наверх.

-А это что?!- спросил Игорь, раздражённо, и, без колебаний протиснулся в проход.

Алексей же замер на месте, не в силах оторвать взгляд от увиденного. По обе стороны входа, белой краской были начертаны оккультные символы. Парень напряг память, силясь вспомнить хоть что-то подобное среди известных ему рун, были похожие формы, но прочесть их точно он не мог. Ясно было одно- символы предупреждали и останавливали. Мало того, все чувства его кричали об опасности, интуиция давала однозначные сигналы: нужно уходить!

Достав телефон, Алексей сделал несколько снимков, в этот момент, Игорь вылез из расщелины. Лицо его было довольным.

-Отличное место!- крикнул он, спрыгивая на землю.- Пещера, большая, сухая, не вонючая. Переночуем.

Спрыгнув следом, Алексей перебил друга:

-Нужно уходить!

Все затихли.

-Нужно убираться!- продолжил он торопливо.-Предупреждающие символы пишут не просто так!

Повисла тяжёлая тишина.

-Предупреждающие о чём?-спросил Игорь.

-Об опасности! Вы же сами их видите. Я не могу прочесть точно, но...

-Оу, а это крутой ход!- начал смеяться Паша.- Найти классную пещеру, и расписать её всякими оккультными угрозами, чтобы отваживать от неё всяких проходимцев!

-И точно.- подхватил Максим.- Кто писал? Не сущи же. Возможно здесь проводят обряды шаманы, поэтому отпугивают таких, как мы. Понимаю. Но мы же вредить не будем.

-Темнеет, ребята! Плыть уже нельзя- перевернёмся.

Действительно, сумерки сгущались стремительно, а дождь всё усиливался.

Вариант поиска нужной стоянки больше не обсуждался. Ребята стали разбирать вещи. Алексей же прошёлся дальше по берегу, где были ещё надписи. Одна из них гласила: " Не кричи, не шуми, не тревожь Живущего в горе. Беги!"

С тяжёлым сердцем Алексей вытащил амулет, подаренный дедом, поцеловал его, и отправился к друзьям. Бросить их он не мог.

Дождь ранней весны. Поначалу тёплый, но далее всё более холодный. Тёмные тучи стали почти чёрными, берег реки погрузился во мрак.

Не прошло и часу, как одежда парней полностью намокла. Значительное время заняла заготовка дров. Несмотря на слаженную работу, последние вещи в пещеру они заносили в почти полной темноте.

Однако! Внутри было очень интересно, и даже уютно. Прохлада освежала. Не было сырости и грязи. Пещера небольшая, но потолок её уходил так далеко, что фонари высвечивали лишь темноту. Было похоже, что вся скала в высоту, треснула в этом месте.

Каждый из парней попытался рассмотреть тьму над головами. И да, каждому стало жутко. Даже не из-за навязанных клише популярных фильмов, страх этот исходил из глубины подсознания, как основной и первозданный инстинкт- ощущение мистики, присутствия того, кто чужд человеческой природе...холода, но не физического. Испытывая дискомфорт, они не признавались в этом друг другу, боясь показаться слабыми. И каждому, почему-то хотелось говорить и двигаться как можно тише.

Решили развести костёр. И это было необходимо, так как одежда вымокла, да и аккумуляторы фонарей нужно было экономить.

Сырые дрова быстро разгорелись от горючей смеси. С живым огнём стало даже уютно. Согреваясь, друзья всё больше расслаблялись. У входа в пещеру барабанил дождь, весело потрескивал огонь.

-Как же интересно ходить по незнакомому маршруту!- сказал мечтательно Паша.

-Интересно, но опасно.- возразил Максим.- Если бы нам не попалась эта пещера, пришлось бы возиться с палатками. Вы же видели, что последние километры стоянок не было совсем. А если дальше дела будут хуже?

-Если дела будут хуже, сойдём с маршрута и выйдем на трассу.- оборвал тему Игорь.- Согрелись, давайте уже ужинать.

За разговорами друзья не замечали Алексея, который отошёл во мрак пещеры, за камни, тихо-тихо, едва слышно шепча благодарности местным духам и просьбы позволить им заночевать в этом укрытии.

На самом деле, между ребятами была тайна: они пошли не тем маршрутом, который озвучили родителям. Их отпускали на известную и безопасную реку, по берегам которой организованы стоянки на каждом повороте. Но им не было интересно сплавляться там, где они проходили с самого детства. Им хотелось настоящего приключения! Поэтому выбрали они неизвестную реку, непопулярную среди туристов. Внимательно рассмотрев её изгибы на карте, друзья поняли, что она проходит в живописных местах. Тогда они стали искать описания сплавов по ней в Сети. Нашли лишь одно, и то, сплав был осенью. Рядом с рекой действительно в одном месте проходила трасса, в другом железная дорога. В теории всегда можно было найти путь в цивилизацию. Но...молодые годы, желание покорять вершины, испытывать себя, и узнавать новое, приглушали любое чувство опасности.

Сообщив родителям один маршрут, сами пошли по другому.

Алексей вернулся к костру, когда еда, выделенная к ужину, была разложена.

Ребята начали есть, а Паша, с заговорческим видом подтянул рюкзак, и достал из него бутылку горячительного. Игорь и Максим одобрительно охнули, однако Алексей запротестовал:

-Давайте без этого!

Однако, мнение его никто не поддержал. Мысли о том, что сущности диких мест ненавидят алкоголь, их только рассмешили. Алексей понимал, что может отвечать лишь за себя, поэтому пить отказался напрочь.

Распитая бутылка водки расслабила парней, страхи отступили, разговаривали они всё громче, смеялись всё задорней. Кто-то начал петь… Звук гулко разлетался по пещере, отражаясь эхом где-то под потолком.

Замолчали все одновременно.

- Вы слышали?- спросил Паша шёпотом.

-Это со стороны улицы было, наверно…- ответил Игорь, и, непонятно зачем, поджал ноги.

- А мне показалось, будто вздох…

Парни затихли и стали прислушиваться. Алкоголь мешал концентрации, но сознание ещё работало.

И вдруг, снова… Будто вздохнул кто-то, глубоко и протяжно… Звук был настолько объёмен, казалось, что задышала сама пещера! Каменные своды вздрогнули и затряслись. Пара мелких камней упала откуда-то сверху.

Животный ужас пробрал друзей.

-Уходим, быстро!- выкрикнул Алексей, озвучивая желание всех.

Хватая, на ходу вещи, парни бросились к выходу. И… уткнулись в стену!

Расщелина, являющаяся единственным выходом, плотно сомкнулась, закрывая парней в каменной ловушке.

Тщетно они искали выход, тщетно расцарапывали в кровь руки, силясь раздвинуть камни... От отчаяния и ужаса они начали терять связь с реальностью.

Вдруг, послышался новый звук, странный гул. Он усиливался и, будто шёл сверху. Друзья сбились в кучку, похватали ножи, алкоголь, окончательно, испарился. Гул всё нарастал! Было такое чувство, будто сейчас вся эта скала обрушится им на голову.

В отблесках угасающего костра, плясали страшные тени. Мозг каждого из них додумывал свои ужасы, сводя с ума.

А потом началось невероятное давление на голову! Так, словно она вот-вот лопнет, как переполненный водой шар.

Максим потерял сознание. Остальные, корчились на каменном полу, в пыли. Гул усилился настолько, что, казалось, в такт ему начала пульсировать и содрогаться вся скала…

Алексей забился в угол, зажимая уши, как и все. Но он единственный отдавал себе отчёт в том, что происходит. В его голове уже проносились картинки жизни- мозг отчаянно пытался найти выход… И он вспомнил, как дед, старый шаман учил его: «Сущей можно разозлить, но можно и задобрить… Но, что бы тебя услышали- нужна жертва!»

Собрав последние силы, среди грохота, Алексей прошептал: "Живущий в горе! Прости, что потревожили твой покой! Возьми у меня что хочешь, но дай нам уйти!» И, словно, шелест ветра и вой зверя, в его голове пронеслось: «Наследник ведающих, ты можешь уйти!"

"Я не уйду без друзей! Что ты хочешь за их жизни?"

"Тридцать лет твоей жизни. По десять за каждого."

Алексей не понял пожелание сущности. Он вообще плохо понимал происходящее, так как давление на сознание всё усиливалось.

"Если я соглашусь, что это значит для меня?"- спросил он.

"Это значит, что тридцать лет я буду жить в твоём теле. Дышать, чувствовать, делать то, что мне нужно. Пройдёт назначенное время, и я уйду сам."

Бросив взгляд на друзей, парень увидел, что дела их совсем плохи. У Игоря носом пошла кровь, Максим, как и Паша потерял сознание.

-Я согласен!- сказал он громко и твёрдо.

Всё стихло в один миг. Как и не было. Лишь треск догорающих брёвен нарушал наступившую оглушительную тишину. Серым пятном зиял выход, всё как обычно.

Парни стали приходить в себя. Перепуганные и шокированные, они осматривались, не смея даже переговариваться. Однако, несмотря на шоковое состояние, Алексей приковал их внимание.

Он сидел на камне и вёл себя необычно: рассматривал руки, потом начал щупать лицо, волосы... Он совершенно не обращал внимание на друзей, которые тихо его окликали. Словно их и не было. Потом он встал, сделал несколько шагов, как бы пробуя почву на прочность, а потом... просто пошёл к выходу.

-Обиделся Лёха, что мы не слушали его.- буркнул Игорь.

-Он был прав, и нам нужно убираться!- ответил Максим.

Парни собрали вещи так быстро, как могли. Вскоре они покинули пещеру, и только под открытым небом выдохнули свободно.

Друзья думали, что Алексей ждёт их снаружи, однако они ошибались, его нигде не было. Тщетно они звали его, отходя всё дальше от лагеря, тщетно ждали ещё сутки, надеясь, что он вернётся. Он словно сквозь землю провалился.

***

Осталось лишь сказать, что из той местности ребята выбрались лишь потому, что наткнулись на охотников, которые подбросили их до ближайшей железно-дорожной станции на своей "буханке". А потом закрутилось-завертелось... Признались во всём родителям, которые организовали поиск Алексея. Долгие дни, недели... Когда официальные поиски завершились, отец его с группой охотников сам прочёсывал местность, снова и снова, всё не теряя надежду.

А потом вдруг резко перестал искать. И охотиться перестал, закрылся в себе и запил.

Кто-то из его близких друзей признался, что отец нашёл таки сына, но то, что сын сказал, лишило его рассудка.

С тех пор прошли годы. В тех местах родилась новая байка. О колдуне, который живёт отшельником в горах. С ним боялись столкнуться как простые туристы, так и охотники, так как силой большой обладал он, в том числе и волей над разумом любого человека или зверя.

Чем закончится эта история? Время покажет. Но вряд ли душа, у которой забрали тело на такой срок, сможет продолжать жить в нём после ухода такого гостя.

Больше историй вы можете посмотреть на канале ЛИКАН

- Конечно, отец, держи.

Я протянул пачку деду. Дед аккуратно открыл, понюхал, достал сигарету.

- А табачок- то у тебя знатный! Заморский! Огниво то дашь?

Я протянул старику зажигалку.

- Ой, сынок, я древний, таким огнивом в жизь не пользовал. Ты, это, подкури.

Я чиркнул, дед подкурил. Затянулся и аж глаза закатил от удовольствия.

- А ты, отец, как тут оказался да так поздно? Может подвести? Прохладно как то стало, прям по-осеннему... - Сказал я и поежился ведь действительно зябко, хотя середина июля.

- Да не, не нужно, хотя и спасибо! Я ж тут работаю! И кивнул в сторону кладбища.

- На кладбище что ли? Сторожем? Так что, сторожку поставили?

- Ага, на кладбище сторожем, но сторожки нет там никакой. Я этих гоняю, которые проснуться , и по лесу бродят, чай еще к людям выйдут - вот скандал будет!

- Кто по лесу бродит? - не понял я.

Дед улыбнулся с прищуром:

- Души беспокойные, кто ж еще? Кому в здравом уме ночами по лесу да у кладбища ходить приспичит?

- Дед, какие души? Или ты совсем того?

- Сам ты того! Вон глядь! Один побрел! У, окаянный! Лады я пошел! За табачок спасибо!

И дед пошел прям в лес, но на полпути остановился, обернулся:

- Ты, эт, служивый, завтра со своим другом, ну тем, белобрысым и длинным, не езжай то никуды, пропадешь, а он красавицу свою побьёт!

Сказал и скрылся во мраке леса! Я же думал о словах старика: Друг белобрысый и длинный?

Ванька Кузьмин. Красавицу побьет свою? Да он не женат и не в отношениях. Странно. Я сел в машину и поехал дальше, всю дорогу думая о странном деде, который мёртвых в лесу гоняет.

Добрался до дома, умылся, лег спать. Утром жена и дочь собрались в город к родителям, а я сказал, что попозже поеду, отоспаться хочу.

Проснулся после обеда, на машине ехать не хочу ибо с батей точно поддадим его самогончика, поеду на автобусе. И тут телефон звонит, смотрю Иван названивает:

- Алло! Здоров!

- Здоров! Тебе, часом, в город не нужно? Я вот поеду, а одному скучно.

И тут я вспомнил слова ночного старика у кладбища.

- Не, Ванек, я сам.

- Ну как хочешь, бывай.

Приехал я к родителям, сидим за столом, а тут опять звонок от Ваньки:

- Ты чё провидец какой - то? - без приветствия начал друг.

- А чё такое?

- Прикинь, еду по трассе, уже к городу подъезжаю, а впереди меня грузовик и арматуры полный кузов! Так вот в горочку прем, а тут арматурина из кузова вылетает и прям мне в машину да через лобовуху и втыкается прям в спинку пассажирского сидения!!! Ехал бы ты со мной, то наглухо, без вариантов.... А я то с перепугу по тормозам, меня занесло и я в отбойник залетел..... И вот еще....ты денюжек до ЗП не одолжишь? Я ж побил свою красавицу, ремонт нужен.... "

Больше историй вы можете послушать на канале "Необузданная жизнь"

Тоня была одной из многих молодых вдов. Замуж она вышла в девятнадцать, а пожить с милым совсем не успела- забрали на войну его, да так и пропал без вести. Ни весточки, ни слухов. И ребёнка не успели родить. Бои не зашли в деревню Тони, но последствия никого не миновали. Жила она всю войну, в отчем доме, заботясь о пожилой матушке, но, сразу после победы, заболела старушка и не дожила до осени. Схоронив её, Тоня вовсе одна осталась.

Была же Тоня, как говорят, в «самом соку», лицом и фигурой хороша. Очень она хотела замуж, но только не было никого, кто мог бы стать хозяином в её доме.

В ту зиму Тоне пришлось непросто. Труба забилась, печь разгоралась плохо, дрова каждый день рубить нужно, снегом забор повалило. По мелочи, накопилось в доме дел, и рук мужских ой как не хватало.

Как-то закружила вьюга, да так сильно, что не видно ничего за пять метров. Смеркаться начало уже, и Тоня решила, пока видно, пойти дров наколоть. Вышла на улицу, а ветер так и задувает за ворот, пальцы замёрзли, колун не держат. Ударила она пару раз, выронила топор, и села на пенёк, совсем без сил. Руки уже не поднимаются, как печь топить, как воды из колодца принести...аж всплакнула, бедняга, от бессилия. На помощь бы кого позвать, так не кого. Все соседи- старики и бабы, как она одинокие.

Бросила Тоня взгляд на дорогу, глаза опустила, и снова подняла, начала присматриваться. Показалось ей, что кто-то по дороге идёт. Вот только, метель всё застилает, не видно ничего. И не ясно, то просто тени от окон так играют, или действительно путник.

Нет, точно! Кто-то идёт!

В сгущающихся сумерках начала вырисовываться фигура. Чуть ближе...и стало видно, что это кто-то высокий, и точно не из местных.

Незнакомец поравнялся с калиткой и, повернув голову, заметил Тоню. Притормозил...Сердце женщины забилось быстрее. Боязно ей стало, но и любопытно. Кто он такой и что тут забыл?

-Вижу, помощь нужна, хозяюшка!- вдруг сказал он весёлым молодым голосом.- Позволь согреться у тебя. А я за это дров наколю, и печь затоплю.

И до того приятным показался Тоне этот голос, до того доверие вызвал, словно и на голос мужа пропавшего похож...Что, будто под мороком, не стала даже отпираться. Хотя никогда не была легковерной, никогда не пустила бы на порог дома кого попало...

-Заходи!- выпалила она, неожиданно для самой себя.-Если печь разожжёшь, то ужин тебе сготовлю. А если баню затопишь, то и напарю тебя.

Зашёл во двор гость, снял капюшон, посмотрела на него Тоня, а он молодой, лицо приятное, фигура ладная, улыбается приятно, и говорит, словно стелет. Тоня аж себе не поверила...

В тот вечер наколол гость дров, да так, что с лихвой хватило печь натопить, и баню, и осталось ещё.

Назвался он Андреем, и рассказал, что как война закончилась, он всё не может себе пристанище найти. Добрался до своего села- там одно пепелище, и никого из родных- знакомых в живых не осталось. Он после этого попытался тёткину деревню отыскать, но и там никого не нашёл из родных. Тогда решил поискать счастья в чужих местах, где никто его не знает. Так и дошёл до этой деревни. Хотел до города добраться засветло, но не рассчитал время, попал в метель, и сбился с пути.

Долго сидели они тем вечером, за длинным разговором. И было у вдовы такое чувство, что всю жизнь знает она этого служивого! Было хорошо ей с ним, и не ощущала она ни опасности, ни подвоха. И скромным он оказался, не приставал. Куда сказала лечь хозяйка, туда и лёг. Всю ночь Тоня промаялась, думая о госте, которого так неожиданно занесла в её дом метель. И лишь одно волновало её- как бы его уговорить остаться...

Лишь под утро она уснула, когда же проснулась, то увидела, что Андрей сам дела домашние делать вызвался- покосившуюся дверь починил, дымоход прочистил... Мело на улице в тот день, не то что солнца, где небо, где земля видно не было, а он снова дрова колоть пошёл.

Остался гость у Тони на второй день, и на третий, и вовсе остался.

Повеселела Тоня, расцвела! Красивые платья из сундуков достала, причёски начала делать. Все уши соседкам- подружкам прожужжала о своём Андрюше. А те завидовали, кто белой завистью, кто и чёрной. И было чему завидовать. Дома он всё переделал, всё починил, за скотиной ухаживал, Тоню страстными ночами баловал. Не пил, и даже не курил, но одна была у него странность. Хозяйством он занимался либо в метель, либо только после захода солнца! Всю ночь мог работать, а потом весь день спать! Объяснял это он тем, что на фронте ночь с днём попутал, и свет солнца боли в глазах у него вызывает.

Тоня этому совсем значения не придавала. Мужик ведь- мечта просто. Да и с соседями он любезным был. Ведь, как солнце заходило, он на улицу выходил, с людьми знакомился.

Хорошо они ладили, без ссор жили, настал час, когда Андрей стал просить ребёнка. Нет-нет, да и заговорит о том, как детей любит, и как хочет, чтобы по дому как минимум двое ребятишек бегали. Тоня и сама этого хотела, и всё дождаться не могла, когда же понесёт.

Время шло, вот уже и первые весенние оттепели, а Тоня всё не могла дождаться беременности. Сильно она печалилась по этому поводу, и бояться начала, что отчается Андрей, и уйдёт восвояси, другие места для жизни искать.

И решилась, тогда, Тоня пойти к местной знахарке, бабке Акулине. Хоть тогда и не в почёте знахарки были, ущемляла советская власть таких сильно, но в деревнях, всё равно, были те, кто хранил силу и тайные знания. И люди ценили их, так как никто от болезней и бед не убережётся. Баба Акулина силой обладала, да такой, что к ней со всех деревень и даже из городов, люди съезжались помощи просить.

Выбрала Тоня день, пришла к бабе Акулине, и говорит, так и так, мол, живём с Андрюшей душа в душу, а ребёночка всё нет!

Долго знахарка искала причину: воском выливала, свечой водила, предков вопрошала. Сидела Тоня, как мышка, наблюдая за всем этим, а знахарка всё мрачней становилась. Наконец, она говорит: «Ох и странное же дело у тебя, молодуха! Беременности родичи твои покойные препятствуют, от беды огородить тебя хотят! Расскажи-ка мне больше о суженом своём, есть в нём что-то необычное?»

Аж похолодело всё внутри у Тони. Словно морок с сознания её сняли, вспомнила она, как без колебаний пустила под свою крышу незнакомца... но, всё равно, женское нутро её противиться стало- не обижает ведь, по дому всё делает...

Акулина увидела, что разрывается сердце женщины между тревогами и желаниями, и снова, настойчивей вопрос свой повторила. И Тоня, не в силах сдерживать переживания, выложила ей всё, как на духу, упомянула и то, что не выходит на дневной свет её Андрей.

Стала знахарка ещё мрачней! И говорит:

-Значит так! Нужно тебе испытать Андрюшу твоего, человек он, или кто другой…

От этих слов, Тоня чуть чувств не лишилась!

-А если не человек, то кто?- прошептала она, белея, как стена.

-Ты не бойся!- продолжила Акулина.- То, о чём я подозреваю, бывает. Особенно после войн, когда много горя, и много одиноких женщин. Тогда нечистая сила своего искать может. И сейчас тебе распознать нужно, кого ты пустила под крышу свою.

-Что же мне делать?!

-Приди домой, как ни в чём не бывало! Скажи, что зелье тебе знахарка дала, для скорой беременности! А сама возьми то, что я дам тебе, и, когда баню натопишь, вылей это в кадки с водой, которой Андрей мыться должен. Сама в баню с ним не иди, скажи, что захворала. Если человек он, то придёт из бани румяным и весёлым, и ты зачнёшь в ту ночь. А если он нелюдь, то вода обожжёт его и откроет его личину. И придёт он к тебе в своём истинном образе. И будет ясно, что это нечистый, который потомства от тебя хочет, чтобы силу свою умножить!

С этими словами, бабка протянула перепуганной Тоне пузырёк с тёмной жидкостью, и, приблизившись вплотную, проговорила тихим голосом:

- Но самое главное! Пока он в бане будет, ты сделай посреди комнаты семь соляных кругов, встань в середину и жди. Если человеком зайдет, и спросит, что ты делаешь, скажи, что заговор делаешь на ребёночка. А если в другом обличье будет, то соль тебе жизнь спасёт! Что бы ни было, чтобы ни услышала, и чтобы ни увидела, ни в коем случае за круги не выходи!

И снова снегопад. Тепло, безветренно, лишь хлопья снега медленно падают, в плавном танце. Ещё час- начнёт смеркаться.

Тоня спешила по заснеженной дороге, желая попасть домой засветло. Она прижимала к груди зелье, что дала ей знахарка. И боялась.

Страх предательски сжимал грудь, руки подрагивали, по спине пробегал холодок. А мысли снова и снова атаковали её сознание, всё возвращая её в тот вечер, когда они с Андреем встретились впервые. Всё не могла она понять, как так вышло, что она пустила его в свой дом. Без страха и колебаний.

А если он действительно не человек?!

Ведь баню только завтра топить собрался. Как делить с ним крышу целую ночь? А если прознает что? Поймёт... Что он сделает тогда?

Сердце женщины металось, как же не хотелось ей в худшее верить. Но если он человек, почему же тогда предки препятствуют зачатию?

Шла Тоня домой, и ноги всё более "ватными" становились, а шаг всё медленней.

Когда же она до дома добралась, совсем уже стемнело. Зашла она, белая как стена. Андрей, как обычно- подошёл, обнял. В это время, как раз просыпался он, и начинал домашними делами заниматься.

-Ты почему бледная такая? - спросил он, прижимая Тоню.

-Так, ходила к лекарю, в деревню соседнюю. Лекарство мне выписали, чтобы я забеременеть смогла.

Услышал Андрей о беременности, и расплылся в улыбке. Обнял он Тоню, и начал рассказывать, как же он рад, и как ждёт.

Легла в ту ночь Тоня спать, да так и пролежала на боку, глядя в стену, и слушая, как Андрей ходит по дому, а потом и по двору, дела делает. Обычно она спала глубоко, и не слышала, что происходит. Но в эту ночь страх и размышления до того измотали её, что она и глаз не смогла сомкнуть. И услышала она нечто странное, чему объяснения не смогла найти. Какое-то время Тоня слышала шаги Андрея, различая, в сапогах он или без. Но потом он начал шагать с таким звуком, словно надел сапоги с деревянной подошвой! Тоня всё пыталась представить, что бы такое мог обуть Андрей, что бы получался этот звук. Но, единственным, приходящим ей на ум был стук копыт! При чём, крупных и тяжёлых.

Как же дрожала Тоня в ту ночь! Как боялась. Сердце стучало, не переставая. Усиливали тревогу и мысли о том, что может понять Андрей, почуять изменения в чувствах её. Но он, словно и не видел её. Делал домашние дела, ни разу не подойдя к кровати.

Наконец, Тоня услышала, что Андрей готовится ко сну. Он поел, разделся и лёг рядом с ней. Почти сразу Тоня услышала мерное сопение, подождала ещё немного, и тихонько встала.

Окно, разрисованное морозом, было розовым в красках рассвета. День обещал быть солнечным.

Как увидела Тоня свет, так и отступили ночные страхи. Посмотрела она на служивого своего, он спит, как ни в чём не бывало. В этот момент вспомнила она, как гулко шагал Андрей ночью по полу. Воображение её стало рисовать самые страшные образы. Дрожащей рукой женщина приподняла край одеяла над стопами и... увидела самые обычные ноги. Выдохнула. Успокоилась. И вновь вспыхнула в ней надежда, что может это и не бес вовсе, а обычный человек, и знахарка чепухи наговорила.

День прошёл, погасли последние вспышки заката. Андрей проснулся. Он был в хорошем настроении, и шутил. Тоню же вновь накрыла тень сомнений и страхов. Сегодня всё решится.

Начали топить баню. Тоня пошла первой, когда жара почти не было, под предлогом, что плохо чувствует себя, и не хочет париться. Андрей же любил совсем жаркую баню, поэтому ждал.

Оставшись в бане одна, Тоня вылила зелье в кадку. Постояла немного и вернулась домой. Андрей посидел, попил чай, и пошёл.

Дрожа от страха, женщина вытащила мешок с солью, и принялась рисовать круги. Разум её метался, сердце колотилось, надежда на то, что опасения знахарки- бред, не отпускала до последнего.

Тоня рисовала последний круг, когда услышала это...

Дикий крик, переходящий в звериный рёв, да так, что окна в доме дрогнули! Тоня похолодела! Одно желание было- бежать из дома, куда глаза глядят. Но помнила она слова Акулины, и села в середину кругов.

Сидит и слышит шаги, только не человеческие, а, будто конь копытами переступает... Тот же звук, что она слышала накануне ночью, только ещё более тяжёлые шаги и торопливые.

Бах!

Дверь разлетелась в щепки!

То, что увидела Тоня далее, навсегда наложило на её психику отпечаток. Это был "Андрей", но другой... Огромный, в чёрной шерсти, лицо ещё имело человеческие черты, но было чудовищным, с огромными рогами, горящими глазами, а ноги заканчивались копытами!

Посмотрел он на Тоню горящими глазами, и проревел: «Зря ты, девка, обманула меня! Я с тобой по-хорошему хотел… Но теперь тебя ничто не спасёт!»

Сказав это, он кинулся вперёд, но соляные круги, словно стена встали перед ним. Обожгло его огнём, и откинуло к стене. Едва восстановив равновесие, он кинулся снова. Выкрикивая проклятия и угрозы, он пытался вновь и вновь пробить стену.

Тоня сидела на полу, почти теряя сознание от неописуемого ужаса. Она наблюдала, как темнеет первый круг, потом второй... Время тянулось для неё слишком медленно, и казалось ей, что эта пытка не закончиться никогда. В какой-то миг, ей даже хотелось, чтобы демон прорвался, и всё закончилось. Но страх лишил её сил, и она не могла встать, а соль защищала её, хотя и медленно теряла силу. Круг за кругом...

Как начало небо сереть, он развернулся, осыпал Тоню проклятиями, пообещал вернуться, и ушёл!

Как только фигура его скрылась в дверном проёме, Тоня потеряла сознание.

Нашли её ближе к обеду. Соседка услышала, что ревёт некормленая скотина, и увидела открытую входную дверь- пошла посмотреть, что случилось. Тоня лежала в соли. Четыре круга почернели, третий от середины начал темнеть. Но два ближних круга были светлыми. Чудом она выжила, хотя изба уже остыла.

Соседка подняла крик, стали сбегаться другие соседи. Тоню подняли, и перетащили на лавку. В этот миг, в лучах света, все заметили, что большая прядь её волос побелела.

Видя всё это, соседи поняли, что случилось нечто ужасное, и, скорее всего, за гранью обычной реальности.

Благо, времена тогда другие были. Не бросили Тоню в беде, хоть и сами все бедствовали. Кто-то печь принялся топить, кто-то дверь чинить, кто-то скот накормил. В тот же день привели Акулину, которая была единственной знахаркой на всю округу. Увидев, что произошло, она повеселела, и призналась: "Не думала, что выживет девка. Сильный род у неё, защитил."

Наказав всем уйти, Акулина расписала двери, окна, стены избы магическими символами, и провела обряд, который закрыл нечистому путь в этот дом.

Однако изгнать его из мира яви она не могла. Не возвращался он более в те края, но много подобных случаев было в самых разных местах. Приходили нечистые тогда на послевоенную разруху, подпитаться болью и страданиями. А кто-то и потомство смог оставить.

Тоня, после всего случившегося, какое-то время ночевала у соседки. Всё не могла она оставаться в доме том одна, боялась, что вернётся нечистый. Но когда настало лето, и ночи стали настолько коротки, что тьмы почти и не было, она вернулась.

Спустя время, жизнь вдовы наладилась. Сошлась она с фронтовиком. Без ноги он был, но это не помешало ему и хозяйство ладно вести и троих детишек Тоне подарить. Раны залечились, но страх темноты, и седая прядь волос, остались с Тоней до конца её дней.

Слушайте больше историй

Поскольку я собирался обосноваться в тех краях надолго, то в планах не последнее место отводилось изучению прилегающей местности. Проанализировал карту, поговорил с парочкой местных охотников. Наметил оптимальный маршрут. И при удобном случае решил совершить выход на несколько дней.

Такая возможность выдалась в сентябре. Как раз открылся сезон охоты на боровую дичь. И я настроился на двухдневный поход по осеннему урману, покрытому ковром красно-золотистой листвы. До обеда путь пролегал по границе ельника и болота. Добыл двух рябчиков. Затем сделал короткий привал, и после этого вдоль заболоченной поймы небольшой речушки ушёл в глубину леса.

Через два часа погода стала стремительно ухудшаться. И что характерно, накануне синоптики обещали, что будет недурственный денёк, но в очередной раз промахнулись с прогнозом. Небесный купол быстро стало затягивать серыми тучами. Поднялся сильный порывистый ветер. По всем признакам, вскорости небеса должны разразиться затяжным дождём.

А я тем временем неожиданно вышел на гарь, не обозначенную на карте. Несколько лет назад здесь бушевал жуткий опустошительный лесной пожар. И сейчас предо мной предстало грустное зрелище.

Кругом видны чёрные засохшие деревья. Решил не пересекать гарь. Это хлопотное занятие, в густой траве и разросшемся кустарнике скрывается немало стволов поваленных деревьев. Поэтому стал продвигаться вдоль её границы. Пройти удалось недалеко. Вскоре движение было прервано ненастьем. Порывы усилившегося ветра обрушили на меня волны дождя.

Идти под потоками воды не было никакой возможности, и я стал высматривать для себя подходящее убежище. И вскоре меня приютила под своими густыми ветками красавица-ель. У меня имелся большой кусок полиэтилена, который сначала использовал как плащ-накидку. А потом применил, чтобы под ветками ели соорудить себе навес.

Нудный дождь не прекращался. Капли выбивали по тенту грустную нескончаемую мелодию. Быстро темнело. Приближалась холодная осенняя ночь. Необходимо готовиться к ночлегу. Было непросто, но я справился с этой задачей. Удалось соорудить подобие односкатного шалаша, а перед ним сложить костёр с отражателем.

Часам к девяти вечера дождь иссяк. Поутихли порывы пронзительного ветра, но окончательно он не угомонился. Продолжал раскачивать верхушки деревьев, и их стволы жалобно скрипели. Удалось развести костёр. Поужинал, попил таёжный, заваренный на травах, чай. Обсох, согрелся. Жить стало веселей. Сижу на лапнике, кемарю.

И тут меня что-то всколыхнуло. Открыл глаза. Всматриваюсь в окружающую меня темень. А на душе нарастает беспричинное беспокойство. Появилось смутное предчувствие чего-то нехорошего. Промелькнула мысль: из леса исходит угроза. Там, в темноте, может таиться незримая опасность.

Прислушиваюсь, вглядываюсь в ночную тьму. И вздрагиваю от неожиданности. Вижу, возле костра с правой стороны отражателя сидит незнакомец. Голову склонил набок и на языки пламени смотрит. Я оторопел. А в глубине моего сознания россыпь вопросов образовалась: «Кто это? Как незаметно смог подойти? Отчего не обозначил себя? Почему молчит? Он один?»

Пальцы моей руки инстинктивно обхватили шейку приклада. Незнакомец не отреагировал на это движение. Сидит, смотрит на огонь. А я на нежданного гостя. Молодой человек. Одет не по погоде. На нём летний противоэнцефалитный костюм. Головного убора нет. В свете костра видны кудри золотистого оттенка. И в этот миг я замечаю на его левой щеке большое родимое пятно.

Вот по данному пятну я и признал его. Так это же мой односельчанин! Федька. Лет на десять моложе меня. Один раз помог ему добраться из леса в село. Взял на прицеп его заглохший «Москвич». Тогда и познакомились. Шебутной парень. Там, где он, всегда шуточки, хохот. А сейчас сидит тихонечко. Не говорит ни слова.

Только вот есть одна неувязочка. Точно знаю, что Федька недавно погиб во время лесозаготовки: попал под ствол спиленного падающего дерева. Схоронили его месяц назад. И стало быть, он сейчас не может здесь возле костра сидеть, а должен лежать на местном погосте.

Однако, он здесь! В нескольких шагах от меня. От осознания этого факта мне стало не по себе. Ощущаю, как волосы на голове встают дыбом, пытаясь избавить её от вязаной шапочки. По спине диким стадом промчались холодные мурашки. В районе желудка появляется дискомфорт. В голове набатом звучат вопросы: «Что мне делать?! Как мне быть?!»

И тут Федька поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. Его пристальный взгляд буквально обжёг, проник в сердце. И меня такая оторопь взяла. В душе появилось чёткое желание скорее уйти прочь со своего места.

В этот миг резкий порыв ветра прибил пламя костра. В сторону от кострища полетела россыпь багряных искр. Я вскочил на ноги, непроизвольно направляя ствол ружья на Фёдора. И в то же мгновение его очертания задрожали, стали растворяться. Одновременно за моей спиной раздался громкий шум. Я оглянулся и, критично оценив обстановку, бросился в сторону. В ту же секунду с протяжным скрипом и гулким ударом об землю на это место обрушился ствол сухостоя. Ушатал всё-таки ветер сгоревшую сосну.

Федька исчез. А я стоял ошеломлённый в сторонке. Не сразу, но понял, что на самом деле здесь сейчас произошло. Буквально минуту назад призрак односельчанина спас меня от преждевременной погибели. Если бы он не пробудил ото сна своим мистическим появлением, то меня накрыло рухнувшее дерево. Шансов спастись практически не было. Мой лежак пронзила толстая ветка.

У меня сердце бешено колотилось, отмечая новый день рождения. А губы шептали слова благодарности Федьке за его бесценный подарок...

По возвращении из урмана домой я, хоть и был тогда убеждённым материалистом и ярым атеистом, отправился в ближайшую церковь и заказал сорокоуст по усопшему Фёдору.

Больше историй в новом ролике

Старик присел около костра, и языки пламени вдруг заволновались, покачиваясь и выбрасывая снопы искр.

- Далеко - это как сказать, - задумчиво произнёс он, - Во-он за той рощей, например, раньше деревня была.

- Да ну. А когда это раньше? - долговязый отхлебнул из бутылки, - Что-то я не слыхал про такую.

- Давно. Очень давно. Тогда и дедов твоих ещё на свете не было. Могу историю одну рассказать про деревню эту, что от своего деда в детстве услышал.

- Расскажи.

- Старики сказывали, что жили некогда в деревне этой два мужика - Кузьма и Никонор. Соседями были. Кузьма человеком был кротким, на рожон никогда не лез, помогал всем, кто попросит, никому отказать не мог. А вот Никонор, слышь-ка, нелюдимый был. Недаром изба его на самом краю деревни стояла. За крутой нрав, побаивались люди Никонора, обходили дом его стороной. Только с одним Кузьмой, соседом, и знался он.

Вот как-то собрался Никонор на ярмарку. Пришёл к соседу и просит одолжить ему телегу до завтра. Не отказал Кузьма, телегу дал. Только попросил вернуть вовремя, вроде как завтра она ему самому надобна. Никонор заверил, что завтра к полудню телега будет возвращена. На том и порешили.

Однако ни к полудню, ни к вечеру не дождался своей телеги Кузьма. Явился он наутро к Никонору:

- Сосед, телегу-то ты забыл мне вернуть.

- Телега твоя - хлам убогий, - сердито буркнул Никонор, - Всю дорогу скрипела так, будто вот-вот рассыплется. А за полверсты до дома сломалось колесо - так еле доехал.

- Ты, видать, перегрузил её, Никонорушка. Вот она и подвела.

- А для чего ещё телеги нужны, как не для груза? - нахмурил Никонор брови, - Ты ступай. Вечером колесо починю - верну телегу.

И ждал Кузьма ещё два дня, а на третий пошёл снова к соседу.

- Никонор, что там с моей телегой? По дрова мне надобно.

Хмурое лицо Никонора появилось за забором.

- Ну что пристал со своей телегой? - злобно прошипел он, - Недосуг мне с починкой возиться. На неделе зайди.

Когда Кузьма появился перед воротами Никонора в следующий раз, сосед в гневе пригрозил ему расправой.

И понял тогда мужик, что правды ему не видать. И пошёл он к деревенскому колдуну. Колдун встретил его перед своим домом.

- Знаю, зачем пришёл ты, Кузьма. Не отдаст Никонор тебе телеги просто так. Лишь дух огня тебе поможет. Если хочешь телегу вернуть, слушай внимательно. Вот тебе стебли Огонь-травы. Как вернешься домой, разожгли огонь в печи. Брось эти стебли в огонь, и скажи: "Дух огня, помоги отбить у ворога своё добро. Жертву себе бери, какую сам захочешь".

- Что ещё за жертва? - спрашивает Кузьма.

- Это всегда по-разному, - пожал плечами колдун, нахмурив брови, - Но обычно безделицу какую-нито - игрушку али щепочку. Игривый он шибко, аки дитё малое.

Сделал Кузьма всё точно так, как колдун велел. На следующий день пошёл он ко двору Никонора. Решил он про телегу не спрашивать, а только помелькать перед соседом. А ну как тот увидит его, да и сам отдаст. Но случилось всё по-другому...

Никонор, который уже с утра изрядно напился, увидев Кузьму, рассвирепел.

- Опять явился! - заорал он, вываливаясь за ворота и бешено сверкая глазами, - За телегой своей пришёл? Проваливай, я ведь тебя предупреждал, что, если явишься ко мне - поколочу!

Кроткое сердце Кузьмы стало вдруг закипать праведным гневом.

- Ах ты, ирод! Ни стыда, ни совести не имеющий. Думаешь с рук тебе сойдёт? Уж я нашёл управу на тебя...

Необоримая ярость захлестнула последние остатки разума Никонора, поднял он с земли камень, подскочил к Кузьме и ударил, что есть силы. Рухнул Кузьма наземь, словно подкошенный...

- Погоди, дед, - перебил старика долговязый парень, недоверчиво усмехаясь, - Это что же, жертва была что-ли? Которую Кузьма тот духу принёс. Что-то больно велика.

- Так ему и сказано было, что жертва может быть разной, - сверкнул вдруг глазами старик, - Всё по совести.

- А с телегой как? Дух-то обманул мужика! Жертву забрал, а телегу отдавать и некому уже.

- Дух своё дело сделал, - старик уставился на огонь, который вдруг словно увеличился в размерах, и несмотря на отсутствие малейшего ветерка, теперь подрагивал и колыхался из стороны в сторону, - Вечером того же дня случился во дворе Никонора пожар страшенный. Никто ничего и сделать не успел - всё дотла сгорело. А телега соседская стояла прямо посредь пепелища. Целёхонькая. Не тронул её огонь. Вот так-то.

- Что за небылицу ты нам рассказал, дед, - ухмыльнулся долговязый, - Дух огня. Жертва. Сказочник.

- Сказка, говоришь? - старик недобро взглянул на парня из-под косматых бровей, - Так давай и проверим. Что ты хотел бы попросить у духа?

- Я? - долговязый засмеялся, - Не знаю... Да вот пусть хоть дух невидимкой меня сделает!

Ребята дружно заржали. Старик криво улыбнулся, засунул руку за пазуху и извлёк оттуда стебли какой-то травы. Быстрым движением он бросил эти стебли в огонь. На какое-то мгновение языки пламени окрасились в голубой цвет и взметнулись почти до самых верхушек деревьев.

-Лёха, может не надо? - испуганно прошептал кучерявый парнишка с гитарой, - Чертовщина какая-то...

- Цыц, малой! - зыркнул на него старик, - С этим не шутят. Он же не верит в сказки...

- А теперь, - повернулся он к долговязому, - Повторяй за мной: "Дух огня, помоги..."

- Ребят, на мне одежда загорелась! - послышался на поляне дикий вопль.

Все повыскакивали из палаток и увидели в кромешной тьме столб огня, который быстро перемещался по направлению к озеру.

- Ааааа!!! Помогите!!! - ночной крик прервал всплеск воды, и всё стихло.

Ребята бросились на берег.

- Лёха, ты что ли?! - крикнул Вадим, шаря фонарным лучом в ночной мгле, - Что случилось?

В свете фонаря все увидели Лёху, выходящего из воды. Но что это было за зрелище! Испуганные, навыкате, глаза, обгоревшие обрывки одежды и следы ожогов на теле.

- Я... я н-не знаю, что с-случилось, - лепетал Лёха, испуганно озираясь по сторонам, - Я проснулся среди ночи от сильного жжения, и увидел, что на мне горит одежда...

- Ты в палатке ничего не зажигал перед сном? - спросил Вадим, осматривая Лёху со всех сторон, - Может искра попала?

- Ничего я не зажигал. Как по палаткам разошлись - сразу спать лёг.

- Дух огня, помнишь? - подскочил вдруг запыхавшийся Олег, - И старик вчерашний, над которым все смеялись, а ты громче всех... Я до твоей палатки сбегал - никаких следов огня!

- Да брось, - махнул рукой Лёха, - Какой дух огня? Старик этот сумасшедший помешался просто на своих сказочках. Ты веришь в эту чушь?

- Уж не знаю, чушь это или нет, а старик тот непростой какой-то. От него прям аж холодом могильным веяло...

- Ладно, хватит жути нагонять, - Вадим похлопал Лёху по плечу, - Ты как вообще? Не сильно пострадал?

- Ничего. Терпимо.

- Тогда все по палаткам, а на рассвете сворачивается и двигаем обратно. Врачам тебя надо показать. Иди, переоденься во что-нибудь...

Все разошлись, а Вадим, собрав веток, принялся разводить костёр. Лёха вернулся в палатку, и переодевшись в новые футболку и шорты, присоединился к Вадиму.

- Что за ерунда, - недовольно пыхтел тот, ёрзая над кучей веток, - Не могу никак разжечь. Всё время гаснет. Чертовщина какая-то.

- Дай-ка я, - Лёха выхватил из рук Вадима спичечный коробок. И почти одновременно с этим действием одежда на нём вспыхнула, как факел.

- Бегом к озеру!!! - заорал Вадим, вскакивая.

Оба бросились на берег. На бегу Вадим вовсю молотил руками по спине Лёхи, пытаясь сбить пламя.

Когда Лёха добежал до озера и прыгнул в воду, на берегу уже вновь стали собираться все ребята.

Лёха сидел в воде по шею и испуганно хлопал глазами.

- Ребят, что это? Мне страшно, - чуть не плакал он.

- Ну что, всё ещё не веришь в духа? - подошёл к воде Олег, - Хотел невидимкой стать - вот и станешь. Сгоришь, нафиг - и ничего от тебя не останется. И желание, и жертва - два в одном.

- Этого не может быть! Так не бывает! - на глаза Лёхи навернулись слёзы.

- Я тебе говорил, чтобы ты остановился, - продолжил Олег, - Помнишь старик рассказывал про Кузьму, который ходил к колдуну? Так вот я думаю, что сам-то он тот колдун и есть. Может и деревню, что стояла там больше ста лет назад, он и спалил.

- Что ты мелешь? Какой колдун? Больше ста лет прошло. Он что, бессмертный? Как "горец"? Такого не может быть!

- А одежда может сама по себе загораться?

- Н-ну ч-что делать-то? - дрожал Лёха, - Я здесь долго не п-протяну - вода холодная. А вылазить боюсь.

- Ты вот что - вылазь давай на берег, но от воды далеко не уходи, - сказал Олег, доставая из кармана мобильник, - Отец рассказывал, здесь где-то монастырь стоит. Так вот в монастыре этом старец один есть, к нему со всех областей люди приезжают за помощью. Может и тебя отмолит. Я отцу сейчас позвоню, чтоб на трассе меня встретил. Попробуем монаха этого сюда привезти. А ребята пусть приглядят за тобой.

Сказав это, Олег скрылся за деревьями.

Солнечный диск уже наполовину скрылся за линией горизонта, когда на поляне появился Олег. Он вышел из леса в сопровождении двух человек. Один из этих людей был знаком ребятам, находившимся на поляне - это был отец Олега. Он нёс в руках что-то большое и тяжёлое, завёрнутое в тряпицу. Вторым спутником был среднего роста седобородый человек в монашеской рясе.

Им навстречу выбежал Вадим.

- Наконец-то! Мы уж заждались.

- Где он? - спросил Олег.

- Там, на берегу, - махнул рукой Вадим в сторону озера, - Ух, пока вас не было, мы тут такого натерпелись...

- А что было-то?

- Спустя час после того, как ты ушёл, Лёха сидел на берегу. Естественно без одежды, боялся он одеваться. Так рядом с ним вспыхнули кусты! А когда он отскочил - загорелась под ним земля! Он конечно же сразу в воду. Так и стоит там до сих пор - трясётся.

А тут ещё пацаны услышали какой-то шорох в чаще. Повернулись на звук и увидели чёрный силуэт человека. Никитос кинулся туда, а как метров тридцать пробежал, так и встал как вкопанный, будто преграда перед ним какая невидимая. Шагу сделать не может. А на него смотрит старик тот давешний, что с нами ночью у костра сидел. Смотрит и хохочет дико так. А потом исчез, словно в воздухе растворился. Мы тогда все дружно чуть в штаны не наделали.

Всё это время монах, пришедший с Олегом на поляну, стоял молча и внимательно слушал рассказ Вадима. А когда тот закончил говорить, спросил:

- Скажи-ка, сынок, когда человек тот появлялся, и ночью перед костром, и днём средь деревьев, не было ли чего необычного? Может запах какой странный, или что ещё?

- Запах...- Вадим нахмурил лоб, - Да! Был запах. Такой еле уловимый... Как-будто запах серы.

- Да, точно, - подтвердил Олег, - Но никто тогда ночью внимания не обратил на это. Все как под гипнозом каким-то сидели.

- Без бесов здесь не обошлось, - промолвил старец, - Нужно действовать, пока не поздно. Стихия воды его пока только спасает, она не слабее огненной. Но кто знает, как дальше обернётся. Идём на берег.

На берегу прибывшим открылось печальное зрелище: Лёха, сидевший по щиколотки в воде и клацающий зубами от холода, и ребята с испуганными лицами, сбившиеся в кучку.

Монах повернулся к отцу Олега и развернул тряпицу, находящуюся в его руках. Под ней оказалась большая старинная потемневшая от времени икона.

- Нужно куда-то её поставить, - сказал старец Вадиму.

Вадим сбегал в лагерь и принёс складной стул. Икону монах водрузил на стул и перекрестился.

- А теперь, - старец посмотрел на Лёху, - Выходи из воды, милый. Выходи, не бойся. А все остальные ступайте в лагерь, подальше отсюда. Как всё закончится, я дам знать. И да, ни в коем случае не вздумайте разжигать огонь!

Все покорно поплелись прочь от берега. Напоследок Олег обернулся и увидел старца, стоящего на коленях перед иконой. Монах жестом указал Лёхе последовать его примеру.

- Сейчас я буду говорить, а ты повторяй за мной. Слово в слово. Это очень важно...- донеслись до Олега чёткие и уверенные слова старца. И как-то сразу повеяло надеждой.

Прошло уже часа три, а монах всё не появлялся. Ребята сидели в полнейшей темноте, помня завет старца не разжигать огонь.

Вдруг кто-то из ребят крикнул: - Смотрите! Там! Что это?

Все резко повернули головы и увидели метрах в ста на противоположном краю опушки леса огненную вспышку. Почти сразу вслед за этим раздался нечеловеческий вопль.

Пятно огня вдалеке стало метаться из стороны в сторону, затем замелькало между деревьев, пока совсем не скрылось из виду. Все сидели молча, объятые ужасом. Кто-то нашёптывал "Отче наш".

Но вот послышался шорох шагов, и в свете фонарного луча на поляне появился монах с иконой в руках. За ним, подрагивая, семенил Лёха.

- Всё в порядке, - произнёс старец, бережно закутывая икону в тряпицу, - Услышал Господь молитвы наши. Теперь всё будет хорошо.

- Мы тут такое видели...- начал было Олег, но монах перебил его.

- Знаю. Это злому человеку воздалось по заслугам его. А теперь собирайте вещи. Не нужно здесь боле оставаться. Места здесь недобрые. Люди говорят, в старые времена человек здесь жил, с нечистью водившийся. И деревню свою проклял, и других бед множество натворил.

Но и без этих слов всем давно уже хотелось выбраться отсюда. И уже через час группа людей с рюкзаками на плечах, пронзая ночную мглу лучами фонарей, покидала это страшное место.

Другие таёжные истории о вы так же можете послушать в новом ролике

Никого не нашли. Ни лесника нашего, ни охотников. Вот были люди и нет их…

Ну а дом его мы потом заперли, окна заколотили…

Помню, такая буря случилась после пропажи. Много деревьев повалилось, все наши тропки перекрыты оказались. А совсем скоро лес словно диким стал. Зайти не даёт, грибы, ягоды от глаз прячет.

Животных и птиц меньше стало… Обнищало место без хозяина.

Пытались мы по старым тропам ходить через опушку лесника. Дом его покосился, но стоял. А вот травой не зарос… Я и говорю, может, его хозяин охраняет? И все так думают! Поэтому сейчас это местечко стороной обходим. Не стоит лесника тревожить…

Шли годы, Виталик вырос, а дедушка стал совсем стареньким. Поэтому на семейном совете решили перевезти его в город, поближе к детям и внукам. Виталик отправился в деревню, чтобы помочь со сбором вещей.

Парень хоть и стал совсем взрослым, но всегда с замиранием сердца вспоминал таинственный дом пропавшего лесника. Поэтому он решил, что сейчас обязательно туда сходит. Ведь это его последний шанс.

Дедушка словно понял задумку внука:

-Виталик, ты в дом к леснику собрался? Лучше не ходи. Не надо его тревожить. Что там интересного?

Виталик спрятал глаза. Врать ему не хотелось, как и выслушивать предупреждения и нотации.

***

На следующее утро парень схватил корзинку и отправился в лес. В планах было посмотреть на дом лесника, зайти туда, если получится, а потом все-таки набрать ягод.

Виталик долго пробирался по бурелому. Народная тропинка хоть и была, но идти все равно тяжело. Лес словно не хочет впускать людей и делиться своими богатствами.

Минут через двадцать Виталик вышел на опушку. Чёрная, покосившаяся избушка стояла посреди полянки.

У Виталика пробежал мороз по коже. Заходить внутрь расхотелось. Парню показалось, что немногочисленные птицы совсем замолчали. Даже ветер стих, все застыло.

Виталик несмело тронулся с места. Подойдя к дому, он тихонько постучал в дверь.

-Я могу войти? - громко спросил парень и посмотрел на старый амбарный замок, висящий на двери, - видимо, не могу…

Виталик поднял с земли увесистый камень и с размаху опустил его на замок.

Второго удара не потребовалось.

Парень отворил дверь и заглянул внутрь. Солнечные лучи пробивались сквозь щели, слегка освещая помещение.

Виталик потихоньку шёл вперёд, рассматривая все, что было внутри. Посуда аккуратной горочкой лежит на пыльном столе. Кровать, заправленная голубым одеялом. Дрова возле печки. Небрежно брошенное на табуретку полотенце. Сколько этот дом простоял без хозяина?

-Будто пару лет прошло, а не несколько десятков… Как это возможно?

Вдруг Виталику показалось, что воздух перед ним задрожал словно над раскалённым асфальтом.

Парень нахмурился. Он уже был готов развернуться и броситься наружу. Но в этот момент дверь за его спиной громко захлопнулась. Виталик замер. Тишина. Только слышно, как его сердце гулко стучит.

Парень медленно развернулся, зажмурился и распахнул дверь.

***

…Оказался он совсем в другом месте. Где-то посреди глухой чащи. Воздух дрожал. Прямо перед ним стояли два парня и мужичок с ружьём на плече. Но на Виталика никто не обращал внимания. Казалось, что его просто не видят.

Виталик испуганно озирался. Почему он оказался здесь? Где дом лесника?

-Дед, мы же по-хорошему тебе говорим. Для себя охотимся. Так, для развлечения…Деньги бери и уходи. Не мешай, иначе хуже будет! Да и никто не узнает! - сказал один из парней.

-Лес узнает, я узнаю. Думаешь, я силков ваших не видел? Я вас, браконьеров, чую, - грозно сказал мужичок, он снял с плеча ружьё и наставил его на парня.

-Тихо! Тихо, дед! Проблемы никому не нужны, - успокаивали его охотники.

Но вдруг резко, словно сговорившись, они наставила свои ружья на лесника. Почти одновременно прозвучали три выстрела. Лесник и один из парней упали. Второй застыл на месте. Лесник тихо застонал. Лёжа на боку, он выстрелил ещё раз. Второй охотник упал прямо в куст жимолости.

Воздух дрожал все сильнее, размазывая все вокруг. Виталик широко раскрытыми глазами глядел, как трава, кусты и ветки, будто на быстрой перемотке поглотили троих человек. Ползучий вьюнок опутал пальцы, лица, туловище. Кусты длинными и тонкими ветками подтащили тела к корням и прикрыли густой листвой. Буквально через минуту не осталось и следа людей.

Что это? Почему, как и зачем лес мог так быстро всё спрятать?

Воздух задрожал ещё сильнее, закрутился вокруг Виталика. Он крепко зажмурился и закрыл глаза руками.

***

…Громкое щебетание птиц заставило парня открыть глаза. Он стоял в дверях дома лесника и смотрел в лес.

-Зачем это мне показали? Что я должен делать? - прошептал Виталик.

-Людям расскажи, - послышалось за спиной.

Парень обернулся. Позади него была плохо различимая фигура лесника.

-Я лес оберегал столько лет. И он меня напоследок защитил, как мог. Спрятал от глаз, скрыл следы. Никого туда не пропустит, никто не найдёт меня и негодяев этих.

Я не сразу понял, что  м ё р т в. Не сразу понял, что не смогу уйти. Но я ведь покой найти не могу. Лес держит. Ветки крепкие, цепкие, не пускают.

Ты же единственный, кто ко мне пришёл в дом. Никто другой здесь уже давно не появляется. По кромочке леса ходят. Мою опушку стороной обходят. Боятся меня, леса…

Ну а мои владения заканчиваются этим домом. Дальше мне нельзя.

Виталик с открытым ртом смотрел на призрачного лесника, не веря, что это происходит в реальности.

-Я расскажу, - смог выдавить из себя парень.

Фигура полностью растворилась в воздухе. А Виталик, сломя голову, побежал в деревню.

***

Дедушка принимал гостей. Соседи пришли прощаться. Забежав в дом, не здороваясь, Виталик быстро рассказал о случившемся.

-Я так понял, его надо в лесу найти. Может, он как-то выведет… Не знаю…

Новость быстро разлетелась по деревне. И уже через пару дней несколько добровольцев отправились в лес. Виталик был среди них.

-Ну вот, тут надо быть, - сказал парень, заходя в дом лесника, - может быть, он нам укажет, куда идти дальше.

В этот момент Виталик почувствовал, как его кто-то взял за запястье…

Лесник в прямом смысле вывел людей туда, где он пролежал все эти годы.

Вскоре Виталик увёз дедушку из этой деревни навсегда.

А лес снова стал пускать к себе людей. Яркими пятнами из-под листвы вылезли ягоды. Поваленные деревья, словно по мановению волшебной палочки, превратились в труху, открывая тропы. Снова появились животные и птицы. А дом лесника скоро совсем пропал из виду. Слился с лесом, зарос. Но память о леснике до сих пор живет в этой деревеньке.

Как вам история друзья? Послушать другие вы можете в новом выпуске таёжные истории на канале "ЛИКАН"