Так называется мой проект, цель которого — сократить количество несчастных случаев на воде среди подростков путём проведения бесед в учебных заведениях, в которых я наглядно, на личном примере, показываю, к чему может привести юношеская дурость и убеждение, что именно с тобой такого не случится.

Почти семь лет назад, на отдыхе с друзьями за городом, я неудачно нырнул, сломал три шейных позвонка и повредил спинной мозг, вследствие чего навсегда остался парализован. У меня было достаточно времени подумать о том, что могло бы заставить задуматься и не совершать тот роковой прыжок. И единственный вывод, к которому я пришёл: если бы в мои школьные годы перед нами выступил подобный человек и рассказал свою историю. Но ни такого человека, ни вообще разговоров на эту тему с нами не проводилось. И в этот момент я решил: а почему бы мне не стать таким человеком?!

Несколько месяцев подготовки, сомнений: а точно ли это нужно? И сегодня могу сказать, что за 11 дней нам удалось посетить все школы нашего города, а если быть точнее — 9, и охват составил более 1000 учащихся 8–11 классов.

И сейчас могу поделиться с вами, как это было, с чем пришлось столкнуться, какие это вызвало эмоции и какие у меня дальнейшие планы.

Был большой страх выступать перед ребятами, потому что ранее я не имел подобного опыта, но после первой встречи все переживания отпали. Наше мероприятие было запланировано так: изначально говорю я, а после сотрудник МЧС, которого я пригласил к себе в команду, рассказывает и показывает, как оказывать первую медицинскую помощь и спасать утопающих. Но в первый же день случился форс-мажор, и мне нужно было отъехать домой, поэтому порядок выступления поменяли — и это оказалось нам на руку. Потому что дети сначала воспринимают услышанное как что-то рядовое и обыденное, не понимают всю серьёзность, а потом заезжаю я на электрической коляске, которой управляю подбородком и говорю, что ранее так же, как и они, халатно относился к подобным мероприятиям — и вот результат. И в этот момент всё их внимание приковывается ко мне.

Я не ожидал такого, но было ощущение, что некоторые, от того насколько внимательно слушали, забывали дышать: у кого-то расширялись глаза, кто-то пускал слезу. Мне тяжело громко говорить, а микрофон был не везде, но царила такая тишина, что это не было помехой. (К слову, когда мы были в школе моей сестры, которую она закончила в прошлом году, она сказала, что никогда не видела, чтобы так внимательно слушали). Один человек даже потерял после сознание, хотя изначально речь была задумана жестче, а итоговая получилась плавная, но с глубоким смыслом.

Всё мероприятие длилится около 30 минут: 15 моих и 15 сотрудника. В конце я давал возможность задать вопросы и, конечно, предполагал, что их, скорее всего, не будет. И были школы, где совсем ничего не спрашивали, а были и такие, где, наоборот, задавали по пять вопросов.

Перед самым стартом проекта он оказался под угрозой срыва, потому что отдел образования, которому поручили организовать встречи, отнёсся, мягко говоря, халатно. Я просил их привлечь как можно больше ребят, чтобы охват был максимальный, но они отнеслись к этому формально и в каждой школе выделили только по одному классу — типа работа проведена и ладно. Но такой расклад меня не устроил, и хорошо, что есть люди, которые находятся немного выше и реально увидели перспективу задумки — за несколько дней ситуацию исправили.

Но за всеми не уследишь, и это я считаю основной проблемой. Потому что было одно учебное заведение, где нас приняли так, как будто делают одолжение, что вообще пускают и дают возможность поговорить с детьми, и будто это нужно исключительно мне. И самое обидное, что это была моя родная школа. Я к ней готовился по-особому, но получилось как получилось. За десять лет там поменялись ответственные за подобные дела люди, и если в наше время всё проходило на высшем уровне, то сейчас — так. И это наглядно показывает, насколько всё зависит от человека, который занимает ту или иную должность. И как итог — там был охват только 8-х классов, а 9, 10 и 11 — нет. И вряд ли нас туда ещё пригласят в этом году, потому что галочку поставили: провели — и ладно…

В большинстве же школ реакция была положительная. Грамотные руководители понимают важность мероприятия, и особенно приятно было, когда директор и учительский состав тоже присутствовали, а в конце давали мне обратную связь.

Часто меня представляли или в конце говорили: «Вот Илья — человек, который преодолел те или иные трудности». Да, это так, но я всегда их поправлял и фокусировал внимание на том, что в первую очередь я здесь как человек, который не соблюдал технику безопасности на воде и по своей глупости оказался в инвалидном кресле. И да, жизнь «после» тоже есть, но всё-таки «до» было лучше, и нужно это ценить.

Если говорить про эмоции, то вы, наверное, уже поняли, что они были абсолютно разные, но гораздо больше — положительных. Потому что, глядя на то, как каждое сказанное мною слово залетает в уши ребятам и не вылетает из другого, а оседает внутри, приходит понимание, что это уникальный формат, который не имеет, по крайней мере у нас в регионе, аналогов. И именно он может спасти чью-то жизнь.

Больше всего переживал за то, как поднимать электрическую коляску на верхние этажи, так как актовые залы зачастую находятся именно там. Но это не было большой проблемой: школьники и работники школ не без труда, но справлялись. (Здесь нужно пояснить, что эта коляска необходима, чтобы удобно сидеть, так как на обычной у меня при долгих разговорах падает давление и темнеет в глазах.)

Делается всё за свой счёт, и я скажу так: финансовые затраты минимальные — зарплата помощнику и топливо на авто. Но результат просто бесценен. И пока машина ездит, помощник работает, у меня здоровье позволяет нужно продолжать.

Так как мы охватили все школы города, сейчас встал вопрос: что делать дальше? Потому что у нас есть ещё колледжи, вуз и район, который, по моему мнению, особенно важен, так как там много водоёмов, а главное развлечение в деревнях — как раз купание. Нужно снова выходить на администрацию и объяснять, что к чему. Либо же думаю, каким-то образом донести губернатору (если что я из Курганской области, вдруг каким-то чудом повезет и заметит) свою идею, потому что, если он возьмёт это на контроль, то отношение будет совсем другое, а большего и не надо. Плюс у нас есть детские лагеря, куда приезжают дети из разных городов. Вообще, то, что сделано сейчас, — это капля в море, и нужно развивать эту идею дальше.

Актуальности прибавляет то, что у нас в регионе специально оборудованных мест для купания единицы, а в нашем городе и радиуса 150км таких 0. А запретить купаться невозможно, но реально показать, как не нужно делать.

Была мысль записать видео, но сейчас есть сомнения, потому что это может быть использовано так: включат видео и потом отчитаются, что провели работу. Но подобный формат не имеет смысла.

Хочется охватить и другие регионы, и пока — тупик. Возможно, если будут желающие, можно проводить онлайн-встречи — я готов к любым вариантам( номер для связи в профиле).

Я часто говорю «мы», и это не случайно, потому что одному мне не получилось бы реализовать этот проект. В этом мне помогает мама, которая с утра одевает, умывает и бреет меня. Сестра, которая после мероприятий может покормить, попоить, снимает всё на телефон. Работник, который получает зарплату, но ведь он мог и отказаться. А он выполняет всю физическую работу: пересаживает меня, грузит обе коляски в автомобиль и доставляет нас на место.

Ps:

Зачем мне это?

Мне хочется заниматься этим, потому что я искренне верю: именно такой формат может по-настоящему повлиять на подростков. Когда перед ними находится не просто человек, рассказывающий правила безопасности, а тот, кто сам однажды их проигнорировал и теперь каждый день живёт с последствиями своего выбора.

Сейчас, в силу своего возраста, я ещё пока могу говорить с ребятами на одном языке, понимать их отношение к риску и доносить мысли так, чтобы они не проходили мимо. И если благодаря этим встречам кто-то в нужный момент остановится, не прыгнет в воду, не станет рисковать ради эмоций или желания показаться смелым — значит, всё это имеет смысл.

Подростки — это будущее, и очень хочется, чтобы у них была возможность прожить свою жизнь без ошибок, которые уже невозможно исправить