Вернулись мы в Каменку за неделю до присяги.

Я с тоской вспоминал Карелию. Да,мы там заебывались в усмерть копали с утра и до ужина. Но вечерами нас не трогали вообще. Жили мы отдельно от "старослужащих". (до присяги нас нельзя было трогать, т.к. этим занималась бы гражданская прокуратура)

Мы смотрели Брюса Ли и Сталоне со Шварцем по "видаку",писали письма,занимались своими делами (пытались колоть наколки чернилами из ручки) Можно было даже в поселок свалить если деньги есть.

В один прекрасный выходной день меня, и еще двоих солдатиков,попавшихся под руку, прапорщик вывез к теще на дачу. Картошку сажать. Сажали в дождь, до темна, промокли,как суки,насквозь. Теща прапора пыталась загнать нас под крышу и накормить,орала на зятя,что солдатики мокрые и голодные,и нах издеваться над детьми.

По-поводу, "под крышу и пожрать" мы были солидарны с бабулей,но прапор был кремень. Теща была послана, а на нас он цыкнул, и картофан был посажен.

"Вот гад!"-подумали мы,вернувшись в казарму в 2 часа ночи. Подъем в 6 утра никто не отменял. И проклинали мы его до следующей субботы.

А в субботу, он на своей машине вывез нас на озеро. И мы рыбачили целый день. Граница рядом-никто не ходит,места дикие-клев нереальный! Мы забыли,что мы в армии. Закоптили рыбу,прапор достал 0.5. А весь остальной улов был приготовлен поварихами на ужин.

Мы простили ему все)

В Каменке все было по-другому. Вокруг сплошной бетон. Каждый день,после работы-строевая подготовка. Днем,в жару, или после ужина,отпахавши целый день на разгрузке угля,уборке мусора вокруг части,маршировать по плацу-то еще удовольствие. Но то физическое...) Куда распределят? В какую роту? Никому не хотелось попасть в роту,откуда нам кричали: "вешайтесь,духи!", или "алаху акбар!"

Нам выдавали листочки,на которых мы должны были написать фамилии тех,с кем мы сдружились за это время. Ходил слух,что друзей раскидывают по разным ротам специально. И мы врали, хотя никто не знал, как оно на самом деле.

"Присяга!"-сладкое слово для всех.

К призывникам ехали родители. Многие были уверены,что их сына отправят в Чечню или в Осетию,короче,умрет он по-любому)

Все пытались отмазать своего,-совали деньги офицерам,чтоб он не попал в "горячую точку". Те клялись,что никогда! и вообще, их сын на войну не поедет.

Только не ваш. В штабе будет служить. Честно-честно)

(в "командировку" всех подряд уже не брали,но родителям, об этом никто,естественно, не говорил). Все были счастливы,часть гудела.

Присяга-все стандартно. Автомат на груди,красная папка в руках, "Клянусь!" и все такое.

После присяги нас распределили по ротам.

Старлей завел нас 12 человек в казарму. На "взлетке" на табуретках сидели 5 крепких парней. Старлей сказал-"беседуйте" и ушел.  

Мы все были готовы драться с "дедами",нам же говорили "на гражданке",что надо сразу ломать нос,если полезут.

Но на нас просто посмотрели, и "самый старший дед" (26 лет) сказал:

"Здесь все очень просто: уважение можно заслужить или купить, но опустившись раз-подняться не получится".

Затем нам показали наши кровати и тумбочки. Выдали белье,сигареты,сахар(для некурящих) Нас никто ни о чем не спрашивал,не доставал,не напрягал. 3 дня мы просто спали,ели,работали. Никакой "дедовщины",а мы думали,что нас будут бить.

И мы расслабились. Зря.)

-Людка!Твои свиньи у меня помидоры потоптали!

-Не свисти,Никитишна,не было у тебя никаких помидоров!Все знают откуда у тебя руки растут!

-Это у тебя свиньи такие голодные,что по чужим огородам бегают, чтоб пожрать.

-А у тебя Вовка забор до сих пор поставить не может!Поставил бы,никто глядишь и не бегал!

-Твои пороси такие стройные,что сквозь любой штакетник пройдут!

-А ты задницу свою широкую вставь,они и не оббегут!

Скандал набирает обороты,я судорожно выкладываю товар из всех закромов,зная что сейчас потянется народ. Ссору слышат все,а хочется ещё и посмотреть и вот пойдут, якобы в магазин за хлебушком.

- Тюю,то-то я смотрю твой Колька,от твоих костей к моей широкой заднице бегает!

-А ты и рада ей вилять ,у  Вовки-то уже на полшестого!

-Зато у меня все дети от мужа!

-Ах ты ,стерва старая,подь сюды,я тебя граблями расчешу!

Поглядываю в открытые окна и двери, народу уже человек десять,никто не заходит все смотрят представление.

Никитишна ловко уворачивается от граблей и петляя по картошке кроет матом соперницу. Людмила выдыхается первой:

-Всё,Никитишна,перекур!

Та дышит тяжело,но не подходит.

-А Вовка-то с Колькой где?-задает вопрос кто то из толпы зрителей.Соседки переглядываются, Людмила перехватывает грабли.

Я-то знаю,что шустрые дедки ещё час назад пошли к Петровне за самогоном. Встретила их по пути на работу. Знаю,но молчу.

Никитишна берет вилы и они с Людмилой, вооруженные и грозные бегут искать мужей.

Народ отоваривается,но не уходит. И не зря. В конце улицы появляются бегущие трусцой дедки, а за ними шлепают, потрясающие орудиями труда соседки с криками:

-Догоню,убью!

Мужья шустро разбегаются по домам и дальнейшее действие происходит уже за закрытыми дверями.

Вечером заклятые соседки приходят ко мне за бутылкой беленькой, снять стресс ,а потом долго и протяжно поют в беседке под черемухой.

Вот такой собакен прибился на работу к моему м/ч) И сразу стал его любимой фотомоделью - позирует с удовольствием:

Любят и кормят все работающие-хозяина не ищет)))