messersmidtbf109

messersmidtbf109

пикабушник
15К рейтинг 53 подписчика 2678 комментариев 35 постов 7 в "горячем"
-7

Родина

Я, ребята, люблю свою Родину ,

И леса, и поля, и равнины.

Хотя гадкая баба вроде бы,

Краше есть на далёкой чужбине.


Веселей и моложе, прекрасней,

И народ там во сто крат милей,

Нашей русской заезженной сказки

Про величье кровавых соплей.


Про колени, с которых встаём мы

Год за годом и за веком век,

Про единый поход миллионов,

И как счастлив живёт человек.


Про давно загнивающий Запад,

Про особый, не тлеющий путь,

Про медведя, что встанет на лапы,

Чтоб Америку раком нагнуть.


Про родные поля и берёзы,

Про народ-богоносец и путь,

Что несём мы - для мира занозы-

Той дорогой, с какой не свернуть.


И не зря что погибли мильоны,

И про то, что мы можем опять

Пол Европы на брюхе по полной

По-пластунски опять пропахать.


И про печи Мартена, где раньше

Не смыкала Отчизна очей,

И про то, что не слышится фальши

У потомков героев речей.


И про многие-многие годы,

И про то, что вот-вот заживём

Мы красивые, смелые, гордые,

И пойдёт наша песня ручьём...


Я у речки с утра в непогодину

Свой костёр для тепла запалю..

Я, ребята, люблю свою Родину,

Но без пафоса, тихо люблю.

-19

Обезьяны

Обезьяны, обезьяны..

Кто не скачет, тот за храм..

Зададим костям мы старым,

Ох устроим тарарам.


Кто не с нами, тот под нами,

Кто не в теме - ватник тот.

Мы судьбу решаем сами,

Мы хотим переворот.


Не боимся непогоды,

Ох устроим мы погром,

С нами рэпер очень модный

С разрисованым таблом.


Пусть нас меньше миллиона,

Креативный мы бля класс,

И в Кремле пусть фараоны

Не надеются на нас.


Мой айфон в борьбе неравной

Пусть не подведёт меня,

Не взломает Твиттер славный

Раскровавая гэбня.


Не останется тут шуток

В битве жаркой роковой..

Как? Мне дали десять суток???

Маааам, приедете за мной?

10

У Ремарка в романах мужчины

У Ремарка в романах мужчины

Воевавшие и циничные

Хлещут шнапс и ром без причины,

Вытирают усы пшеничные.


С проститутками дружат странными

Продают часы и надгробия

Женщинам с лицами рваными,

Хоронящим мужей на пособия.


И в атаку идут на пулемёты,

И в воронках, снарядом отрытыми,

Обещают часами что-то

Противникам ими убитыми.


И сиротами в иммиграции,

По покинутой плачут отчизне,

Нелегально ведя операции,

Сохраняя в себе искру жизни.


И их смелые сильные женщины,

С хрипом в лёгких как будто в загоне,

Угасают болезнью отмечены

Как ночные огни в Лиссабоне.


В лагерях, на войне, на чужбине,

Не боясь, не желая прощенья,

Хлещут шнапс у Ремарка мужчины,

Отмечая своё возвращение.


И в их душах свечами подсвечены

Лучем солнца среди облаков

Их прекрасные смелые женщины

С нежным запахом мятных духов

Показать полностью
-10

Казак

Казак Иван Степаныч

Проснулся спозаранку.

Едва всходило солнце,

И пели петухи.


Казак Иван Степаныч

Готовился ко службе-

Должон Степаныч ноне

Заступить в патруль.


Зубастою расческой

Казак свой чуб пригладил,

И бороду расправил,

И расчесал усы.


Штаны надел с лампасом

И белую рубашку

С синеющим шевроном

"Донское НКО".


Змеистую нагайку,

Косматую папаху,

Смазные да скрипучие

Казачьи сапоги.


И вот он на маршруте

Иван шагает гордо.

Что толку от соседнего

Наряда ППС.


Эх жалко, что не видит

Иванова зазноба -

Бухгалтер из их ЧОПа

Наталья Розенблат.


Но чу! Тут нарушают

Порядок заведенный

Лезгинкой бусурманской

С посаженных "Приор"


Лихие, бородатые,

Совсем не симпатичные,

И сильно бородатые

Шальные дети гор.


Казак Иван Степаныч

С достоинством спокойным

Достал свою нагайку-

Порядок наводить.


Он молвил "Басурмане,

Ну вот вообще не любо -

В семейном тихом парке

Лезгинкою плясать".



Чечен Аслан Бараев

От этого запроса

Застыл как есть на месте

Про танец позабыв.


"Ты кто??" - он вопрошает,

Своею бородою

Грозно по-кавказски

Свирепо шевеля.


" Я есть казак природный,

Гордый, верный роду,

Храбрый и могучий

Иван Степаныч Свищ,


Я нонеча поставлен

Тут властию законной

В подмогу ППСу

Порядок наводить. "


В ночи свистела долго

Казацкая нагайка,

Звучали громко крики

В ночи "Аллах акбар"


" Отец, их было восемь,

Я род не опозорил"

Вещал, держась за жопу

Чечен -танцор Аслан.


" Какой ты, Ваня, храбрый,

Хоть и торчит нагайка,

Из зада" говорила

Наталья Розенблат.


Короче в том травмпункте

Той жаркой ночью

Никто не разобрался -

Кто прав, кто победил.


Аслан Бараев, нонче

Чеченский полицейский,

И родила мальчишку

Наталья Розенблат.


А муж её шагает

По сочинским проулкам

Казачества донского

Преданный солдат.


И на груди казачьей

Висит ужасно гордо

За храбрость ему даденный

Георгиевский крест.


Лохматая папаха,

Змеистая нагайка,

Казацкие, со скрипом,

Лихие сапоги.

Показать полностью
3

Сон

Когда свет погаснет, опустится тьма,

Когда станет пора бы уж спать мне,

Светом нездешним разбудит луна

Чудовища, что под кроватью.


Огромно и страшно, а я одинок,

Дрожу я, мне страшно, не скрою,

Но из-под подушки достал я клинок,

И приготовился к бою.


Я слышу как мерзко скрипит чешуя,

Я слышу глухо рычанье,

Я вижу как капает с пасти слюна

И смрадное чую дыханье.


Оно вылезает, оно голодно,

Я мерзкое слышу сопенье..

Предатель-луна заглянула в окно,

И мы начинаем сраженье.


Гитарной струною клинок мой поёт,

Скрежещет об острые зубы,

Глаза заливает солёный злой пот

И щиплет разбитые губы.


За мною стена, впереди только смерть,

Но я не боюсь, одолею

И вновь мой клинок принимается петь,

И бой наш кипит горячее..


И вот враг повержен, и к горлу клинка

Я острием прикоснулся,

Ну что же, умри, месть горька и сладка,

Я поднял свой меч.. и проснулся.


Утро уже, я заправил кровать,

Умылся и съел свою кашу,

Из темноты, чтоб не слышала мать

Чудовище шепчет "реванша..."

Сон Сон, Стихи, Текст
Показать полностью 1
-12

Бабушкины рассказы. Про супружескую измену.

Разводиться надумал? Блажь это все. Это у вас, у городских, как чо, так разводиться сразу. Взяли моду. Ась? Изменила? Гуляла что ль? Ииии, детка, рази ж из-за этого семью рушить? Ну баба, как кошка - кто гладит, к тому и ластится. Сам-то не погуливал? Ну вот то-то же!

Прадед твой, Пантелей, Царствие ему небесное, жанилси да на службу ушёл, да на четыре года. А жана его, бабка твоя, Марья, возьми к да загуляй. Ить и её понять можно - на четыре годочка мужа забрали, а она-тко молодая. Ну и спуталась с соседом - сосед у них вдовый был. Вернулси Пантелей, да узнал. Откель узнал? А люди добрые сказали. Хутор ить махонькай, все на виду - вот об ей и гутарили. Щас бы чо? В ЗАГС да развод - вот и нет семьи. А тогда об семье болели, да и страмотно от людей-та.

Взял он её, милушку, за волосья, да к речке повёл. Она кричить, думает топить повёл. А нет. Речка- та у нас текла, метров десять ай двенадцать шириной. Пантелей на Марью сбрую конскую одел, да туда-сюда плавать заставил. Скока? Раз пять сплавала, милушка. Бабка-та твоя баба крепкая была, Царствие ей небесное. Ай? Тяжело? А ты, милай, сбрую-та видал когда? А на вес пробовал? Ну вот и спробуй. Выплыла она, да в ноги ему упала - прости, мол, Паетелеюшка, дуру, что честь мужнюю не сберегла. Он-та? Простил, конешно.  Долго прожили, деда твово, Царствие ему небесное, да ишо пять человек детей прижили. Сосед-та? Да Пантелей его потом чуть не до смерти забил. Зарубить хотел, да люди не дали.

ПонЯл? Ну то-то. А то разводы у них.

22

Я и армия

Давным - давно меня отчислили из универа. Не то, чтобы меня это очень уж расстроило - я работал кассиром в ларьке и уверенно смотрел в будущее - но, врать не буду, немного обескуражило. По ТВ как раз шёл жутко популярный сериал про мужскую дружбу и войска "Солдаты", и, не менее популярный, но зато более правдивый "ДМБ". Агутин пел про границу, Расторгуев про коня, и даже Сергей Зверев на поверку оказался сержантом Советской армии. Круг смыкался.

Военкомат, однако, вспомнил про меня только через полгода, писал мне зазывные письма и всячески приглашал в гости. Участковый шумно прихлебывал чай у меня на кухне и доверительно рассказывал про то, как ему надоели призывники, уклонисты и оба призыва вместе взятые. Моя врачебная семья поднапряглась, вышла на нашего военкома, и тот уже пообещал все решить весной. Душевный был человек, понимающий. Я вздохнул было спокойно, взгляд в будущее вернулся к прежней уверенности, тем более меня повышали до старшего кассира. То, что зимой военкома посадили, было конечно немного неожиданно. Заодно взяли за жопу тех, кому он по доброте душевной помогал, предложив нехитрый выбор - сидеть или служить. Парни для виду поломались и весной ушли в войска.

Родные ещё раз поднапряглись и предложили решить вопрос через дурку. Тут уже упёрся я. Никакие доводы и примеры сыновеймаминойподруги не могли сломать моего упрямства. Следующие три года я старался не попадаться патрулям, гайцам и участковому. Новость о продлении весеннего призыва оптимизма тоже не прибавляла. У меня рос сын, была более менее стабильная работа и куча приходящих в отдел кадров повесток, за которые я расписывался. Я с нетерпением ждал 27 лет..

Месяцев за восемь до заветной даты меня уволили с работы. Я шлялся по собеседованиям, моё мнение о себе, как о специалисте стремительно таяло, как и запас денег. В итоге  я явился в военкомат. Военком смотрел на меня как на идиота и мучительно искал подвох. В армию, однако же, взял.

В армии я вызвал фурор тем, что был на полгода старше командира роты. Дедовщина на мне буксовала. Когда спустя три месяца старшина робко назвал меня долбоёбом, облегчение почувствовали все, включая меня.

Сейчас мне хорошо за тридцать, я уже давно не призывник и целый сержант запаса. Но при новости о начале очередного призыва до сих пор по привычке вздрагиваю

-1

Отец

У Ивана Максимыча Аржанова на шестом десятке случилась радость - нашёлся без вести пропавший на войне отец. Иван Максимычу председатель колхоза сказал, тому из райвоенкомата звонили. Велели, мол, Иван Максимычу лично и срочно прибыть для получения, так сказать, официального извещения.

Отца Аржанов помнил хорошо - когда в сорок первом того забирали на фронт, ему как раз семь лет было. Отца Иван очень любил и крепко тосковал за ним всю жизнь. Сначала верил, что вернётся отец, в медалях и орденах, возьмёт Ивана, как прежде, подбросит, а после прижмет к себе , и Иван его за шею схватит крепко - крепко, и никуда отца больше не отпустит. И мать, красивая и счастливая, как раньше, будет собирать на стол и уголком платка украдкой вытирать слёзы. И брат Митька будет прятаться за материну юбку и из-за неё опасливо высматривать незнакомого мужика. А после и на рыбалку они пойдут, и опять отец, как раньше, будет смотреть прямо на солнце, не щурясь, и улыбаться. А дальше перехватывало у Ивана дыхание от счастья, и он больше ничего придумать не мог.

С годами притупилось, конечно. Отца он больше не ждал, понимал, что сгинул отец, как и все мужики с их деревни, осталась только сосущая тоска на сердце, да так никуда и не делась. А брательник , Митька, тот и вовсе дите был, и об отце помнил только запах табака да колючие усы. А ещё обиду помнил, что не давали матери пенсию, как вдове, да как голодали, да как в школе учителка говорила:

- У Семеновой и других отцы геройски на фронте погибли. А что с вашим, Аржановским, это большой ещё вопрос. Глядишь, живёт себе где-то на Западе, да власть Советскую ругает. Известно, врагов-то бывших не бывает.

Иван, бывало, зубы стискивал и терпел, а Митька, размазывая злые слёзы, злился на отца, что не погиб тот геройски, как нормальные люди, а пропал, да ещё и без вести. А был Аржанов - старший, как говорили, из бывших - казак с Дону, да ещё и белый. Как сослали его после гражданской, так тут и остался, женился, да на хозяйство встал.

Через отца и в люди не вышли - Иван всю жизнь в совхозе, а Митька в город уехал, да так и сгинул, не казался домой. Изредка матери писал, что живой де, да кой-когда перевод присылал. Не давали братьям ходу, все искоса смотрели.

Без сна проворочавшись ночь, чуть свет Аржанов выехал в райцентр. На скамейке перед военкоматом, нахохлившись, сидел постаревший, но все ещё узнаваемый брат. Тоже, стало быть, сообщили. Обнялись, потом сели рядышком, и, молча курили, словно боясь спугнуть что-то.

- Ну пошли, что ли, - не глядя на Ивана, глухо сказал брат.

Тот молча кивнул, и братья зашли в военкомат.

Военком, бывший однокашник, пряча глаза и не глядя на братьев, долго рылся в столе, потом протянул какую-то официальную бумажку и отвернулся.

Из военкомата вышли молча. Не сговариваясь зашли в рюмочную, также молча выпили, не чокаясь.

Первым не выдержал Митька. Грохнув по столу кулаками, со злы ми слезами выталкивал из себя:

- Сука, ну сука, ну всю жизнь, ну всю жизнь поломал, а под старость вообще добил. Никуда, Ванька, никуда, понимаешь? Никуда ходу не было. Я учиться хотел - смотрят бумаги и не пускают. На сверхсрочную остаться - не оставили. Всю жизнь в грязи, да в мазуте. Ни в комсомол, ни в партию, ну никуда. И под конец совсем добил, сука.

- Хватит! Мёртвые, слышь, сраму не имут, - не поднимая головы, глухо проговорил Иван.

- Не имут?! Не имут?!, - взбеленился брат, - а как лебеду жрали, помнишь? Как мать по людям ходила. Как в глаза им тыкали помнишь?! Казааак, всю жизнь проказаковал и себе, и нам, - Митька длинно и грязно выругался.

Брат ещё долго и много говорил, Иван, погрузившись в свои мысли, изредка кивал. Допив, вышли на улицу, и, не прощаясь разошлись. Как видимо, навсегда.

Домой добрался под вечер. Скинул парадный костюм, переоделся в повседневное. На молчаливые вопросы жены и матери, коротко бросил:

- Не он. Однофамилец. Обознались, кубыть. Митьку встрел. Кланялся вам.

Поздно ночью, когда все заснули, вышел на крыльцо. Сел на ступеньки, и, глядя в звёздное небо, долго курил. Аккуратно затушил окурок, и, обняв колени, горько и беззвучно зарыдал, неуклюже сотрясаясь всем телом, роняя слезы. Мутные и солёные, они вешним ручьём вымывали из сердца давнюю тяжесть и тоску, лежавшие годами. Становилось легко и свободно, как тогда, в детстве, когда отец был рядом, когда мать была молода и красива, а небо было такое голубое -..

... голубое. Яркое и чистое, оно висело над развороченным, искалеченным воронками полем, в которое превратились позиции батальона. Чадно дымыли два разбитых танка, слышалась отрывистая перекличка солдат противника, готовившихся в очередную атаку. Второй номер пулеметного расчёта перестал хрипеть и, дернувшись в последний раз, затих.

Максим поднял глаза и, не мигая, долго смотрел на солнце, по детски улыбаясь. Как наяву видел Марью и деток, дом, степь в её весеннем разнотравье, Дон.. По лицу, оставляя светлые дорожки в грязи, обильные текли слезы.

Стерев их рукавом серо-зелёного кителя, вахмистр Аржанов упер приклад пулемёта в плечо и, аккуратно прицелившись, потянул спуск..

Показать полностью

Месяц музыки и звука на Пикабу. Делайте громче!

Месяц музыки и звука на Пикабу. Делайте громче!

Рекламный отдел Пикабу и LG опять с конкурсами и подарками. Октябрь торжественно объявляем месяцем музыки и звука. На этот раз мы разыграем не только UltraWide-монитор (вот такой), но и умную колонку с «Алисой» (вот такую). Но обо всем по порядку.


Что происходит?

Вместе с LG мы устраиваем тематические месяцы. Сентябрь был посвящен учебе. Мы советовали сайты с лекциями, проводили мастер-класс по созданию гифок и рассказывали, что делают студенты-технари. Вы писали посты на конкурс и голосовали за лучший. Победителем стал @kka2012. Скоро он получит от нас ультраширокий монитор, чтобы еще быстрее писать свои юридические истории!


Как поучаствовать?

В октября ждем ваши посты на тему музыки и звука. Сделайте подборку любимых подкастов, аудиокниг или музыкальных клипов. Расскажите, как увлеклись монтажом, сделали пару крутых ремиксов или пошли на уроки вокала. Что угодно! Чтобы участвовать в конкурсе, нужно поставить в посте тег #звук или #музыка и метку [моё].


Еще раз коротко:

– Напишите пост на тему месяца (октябрь — музыки и звука) до 25 октября включительно.

– Поставьте тег #звук или #музыка и метку [моё].

– Все! Терпеливо ждите голосования.


За первое место дарим 29-дюймовый монитор LG, а за второе – умную колонку LG с «Алисой». Удачи!

Отличная работа, все прочитано!