Из "Полной истории ордена иезуитов" Теодора Гризингера, дословно не помню, вольный пересказ.
В числе иезуитских владений в Гранаде было одно поместье, которым управлял благочестивый отец де Роа.
Ему понравилась некая пейзанка, и, переосмыслив устав ордена в выгодном для себя свете, де Роа соблазнил красотку, а дабы она была, так сказать, в пошаговой доступности, нанял её мужа себе в работники.
Как верёвочке не виться, всё равно совьётся в плеть, и вскоре добрые люди намекнули мужу, отчего это у него на голове плохо держится шляпа.
Муж потребовал объяснений.
Неверная жена в слёзы, как ты мог такое подумать?!
Иезуит вознегодовал, кто посмел возвести на него и на честную, набожную женщину гнусный поклёп.
Муж вроде как поверил, но на всякий случай решил проследить и таки застукал парочку in flagrante delicto.
Пришёл в ярость, а поскольку испанцы – народ горячий, то выхватил из-за пояса наваху и порешил обоих любовников.
Как там сказано у поэта: лунный луч в живое тело.
Де Роа умер на месте, а бедная женщина прожила ещё день и успела в присутствии свидетелей повиниться в преступной связи и раскаяться.
Суд принял к сведению обстоятельства дела и полностью оправдал мужа.
Но ректор гранадской коллегии иезуитов не мог допустить позорного пятна на репутации ордена и принял решительные меры.
Свидетелей запугали угрозами, подкупили подарками, и на повторном слушании случилась эпидемия провалов в памяти.
Но не у всех.
Тогда орден предоставил своих свидетелей, поклявшихся, что отец де Роа, агнец безгрешный как в деяниях, так и в помыслах, был практически святым, денно и нощно молился и, не покладая рук, налево и направо творил добрые дела, какие бабы? о чём вы?!
И вообще, все эти россказни уже потому нелепая выдумка, что пейзанка была далеко не первой молодости, ей шёл уже 28-ой год, кто, ну кто в здравом уме мог польститься на столь пожилую особу?!
Беспристрастный суд не мог не согласиться с таким убийственным аргументом.