kaiketsu

Я думал, хоть сегодня будет тише. Ошибся.

Лезут парами. За ручки держатся, сопят, смеются. Видимо, решили, что если вместе, то не страшно. Первая споткнулась о корень, второй полез помогать. Романтика. Минус два. Даже открытку не успели дочитать.

Через час ещё одна парочка. Эти с идеей. «Проверить чувства в экстремальных условиях». Проверили. Он убежал, она осталась. Или наоборот. Уже не важно. Лес не ведёт учёт свиданий.

Потом пришёл один, самый умный. Сказал вслух, что не верит во всю эту ерунду и шагнул в сугроб.
Всегда смешно, когда говорят вслух.
Капкан тоже посмеялся.

К вечеру подошли трое. Без любви, но с алкоголем. Кричали, что жизнь — боль, а смерть — освобождение. Освободились быстро. Даже бутылку не допили. Жалко продукт.

Вы зачем сюда идёте именно сегодня? Думаете, место чувствует календарь?
Тут не про любовь. Тут про глупость.
А глупость — она всегда с напарником.

Записал в журнал: день прошёл активно.
Влюблённых много.
Выживших — как обычно.

Лес не празднует.
Я тоже.

❄️ ДНЕВНИК ЗАВХОЗА

Лагерь «Тихая Заводь». Зимняя смена

Пролог.
Зима пришла в лагерь.
Лес тихий, снег укрыл тропы и старые следы.
Кажется, что всё замерло, но под снегом жизнь продолжает двигаться по своим правилам.
Я — завхоз. Следы и шумы подмечаю первым.
Лес меня понимает. Я просто наблюдаю.

25 декабря.
Приехали студенты. Весёлые, шумные, уверенные, что у них вся жизнь впереди.
Лепят снеговиков, орут, фотографируются.
Один сделал снеговика с ножом вместо ветки.
Я подумал: ну всё, теперь у нас ещё один «сотрудник».

26 декабря.
Украшали ёлку на площади.
Гирлянды, шары, мишура.
Записки с желаниями.
«Хочу перестать бояться», — прочитал я.
Иногда страх исчезает быстрее, чем людям кажется.

27 декабря.
Минус один.
Парень проверял лёд на озере. Страшно.
Он выдержал, а лёд — нет. Записал в журнал: несчастный случай. Лес молчит. Я тоже.

28 декабря.
Девочка решила показать, что она «королева снега».
Забралась на крышу сарая, чтобы сделать эффектный спуск.
Решение спуститься приняли за нее (крыша и ветка ели).
Снесла табличку с расписанием смены.
Все смеялись, кроме меня.
Записал в журнал: несчастный случай.

29 декабря.
Начались шепоты. Кто-то говорил, что лагерь проклят.
Один спросил, правда ли здесь пропадают люди.
Сказал честно: лес большой. Человек маленький. Математика простая.

30 декабря.
Повесили растяжки:
С Новым годом!
CARPE DIEM.
Иногда момент ловит тебя и не возвращает.

31 декабря.
Праздник. Мандарины, глинтвейн, плохие тосты.
Один студент решил устроить «снежный фейерверк» из старых петард.
Подскочил, подпрыгнул, задел гирлянду, запутался и катался по снегу, как ёлочная игрушка.
Все смеялись, кроме меня.
Записал в журнал: несчастный случай.

1 января.
Первый день нового года.
Студенты строили снеговиков и гонялись друг за другом с мокрым снегом.
Один решил прокатиться с горки на пластиковом ведре. Ведро развалилось, он улетел прямо в сугроб и оказался зажат снегом между деревьями.
Смеялся, пока пытался выбраться, потом замолчал.
Записал в журнал: несчастный случай.

2 января.
Лес снова тихий.
Студенты пытались восстановить ёлку после вчерашнего фейерверка.
Один зацепился за гирлянду и завис между деревьями, как странная декорация.
Смеялись, кричали, спорили, кто виноват.
Я записал: несчастный случай.

3 января.
Студенты решили построить гигантского снеговика возле столовой.
Снеговик оказался ростом выше дома и немного криво сложен.
Один из студентов пытался поставить последнюю шапку, залез по лестнице, облокоченную на снеговика.
Снеговик не выдержал и рухнул на девочку.
Она валялась в снегу, визжала и смеялась одновременно..
Лес тихо наблюдал. Я тоже.
Записал в журнал: несчастный случай.

4 января.
Сегодня всех собирал и прощался.
Говорил им про осторожность, про лес, про смену.
Никто особенно не слушал, все спешили к автобусу.
Но я видел, как каждый что-то понял по-своему.
Автобус увёз их.
Смеялся я тихо сам с собой, потому что знаю: это не конец.

5 января.
Сижу один в кабинете, пишу дневник.
Лес молчит, снег шуршит под крышей.
Я — завхоз. Следы и шумы подмечаю первым.
Весной снова будут студенты.
Рабочий процесс продолжается.

Хотелось выложить 6 января, чтобы был антураж, но не сложилось.

Всех с Новым годом!

Пролог.

Лагерь называется "Тихая Заводь".

Название выбрал не я. Его придумали ещё в советское время — тогда тут воспитывали пионеров. Теперь сюда отправляют студентов "на практику", "на волонтёрство", "на свежий воздух".
А по факту — на переработку.

Я не собирался это писать. Думал, хватит молчать. Но когда ты с годами начинаешь забывать имена тех, кого закопал — пора завести дневник.
Не потому что раскаялся. А потому что память штука скользкая. Как мыло. Или печенька в компоте.

Мне 67. Я завхоз "Тихой Заводи" 31 год. И за эти 31 лето сюда приезжало много таких — молодые, шумные, влюблённые в свою глупость. Некоторые уезжали. Некоторые — нет. Кто-то думает, что это лес забирает. Кто-то винит старые постройки, диких животных и "нехорошую энергетику".

А я просто делаю свою работу.

1 июня.
Приехали. Стая студентов. С криками, колонками и взглядом "мы тут главные".
Я — не спорю. Я — жду.

2 июня.
Первый ушёл. Славик. Решил поплавать ночью — голышом, естественно, для "единения с природой".
Природа обняла. Лодка не пригодилась.
На утро выловили только браслет с надписью "Carpe Diem" ¹.

3 июня.
Катя. Умная, говорят. Хотела фото на башне. Залезла, оступилась.
Фотка вышла хорошая. Жалко, что посмертная.

4 июня.
Артём. Биолог. Искал мох, нашёл яму. Глубокую.
Иногда природа помогает. Иногда — я.

5 июня.
Тишина. Кто-то плачет по ночам. Кто-то начал молиться.
А я просто подметаю двор. У меня график.

6 июня.
Максим что-то заподозрил. Сегодня подошёл, сказал, что нас здесь всего девять. А по списку — двенадцать.
Я ответил, что две девочки уехали. Он не поверил.
Смотрит подозрительно.
Завтра посмотрим.

7 июня.
Максим снова считал. Вышло восемь.
Сказал, что не спал — слышал, как кто-то копал за столовой.
Я сказал, что это еноты.
Улыбнулся. Он — нет.

8 июня.
Максим пропал.
Не я. Честно. Вчера вечером он был в домике. Сегодня — нет.
Остальные решили, что ушёл в лес.
Ага. Сам, без фонаря, еды и мозга.
Настя плачет. Не от боли. От страха.
Нравится она мне.

9 июня.
Настя нашла старый журнал.
Смотрела на даты, шептала себе под нос фамилии. И всё писала-писала в тетрадку.

Я подошёл.
— Что, инвентаризация? — спросил я.
Она вздрогнула. Спрятала бумажки.
— Просто интересно. А вы… не замечали, что у нас людей меньше стало?

Я пожал плечами.
— Меньше людей — меньше мусора.

Она не засмеялась.
Вечером заперлась в домике.
Интересно, спит ли она. Я — нет.

10 июня.
Утром Настя исчезла. Дверь распахнута, окно разбито.
На кровати — тетрадка. Мокрая, но читаемая.
Там всё: имена, даты, вопросы.

Остальные собирают вещи. Кто-то молится. Кто-то врёт себе, что завтра автобус.

Автобуса не будет.

Сегодня — дождь. Земля мягкая.
Хороший день для тишины.

11 июня.
Настя снова рылась в бумагах.
Нашла мой старый журнал. Много писала.
Думал — ночью зайду. Но не успел.
Кто-то постучал в дверь. Один раз.
Потом стало темно.

12 июня.
Димона нашли. Висит, как и положено.
Записка в руках. Страшная, детская. Будто писал не он.
Подпись — «Алексей Степанович».

Местные вызвали полицию. Я сидел на скамейке и ел яблоко.
Показал им, где верёвка хранилась. Где лопата лежала.
Пожал плечами.
— Старый я уже, ребята. Откуда силы?

Меня отпустили. Кто будет слушать завхоза?

Я читаю свой дневник.
Страницы пахнут дымом, лесом и ложью.
Что забавно — кое-что из написанного я правда хотел сделать.
Но не успел. Кто-то другой оказался быстрее.
Умнее.

И, честно говоря… мне понравилось.

Я остаюсь. Лагерь откроется через год.
Придут новые. Шумные. С телефоном и наивной верой в расписание.

А я буду здесь.
С лопатой. На всякий случай.

¹ Carpe Diem — это латинское выражение, которое переводится как "Лови момент" или "Живи настоящим".