Жанр научной статьи по Дереку Прайсу⁠⁠

Данная статья относится к Категории 🔮 Появление нового жанра

«Искусство – это я; наука – это мы»
Виктор Гюго

«Статья появилась в связи с тем, что развелось слишком много книг. Вот чистосердечный крик схоласта:

«Одна из болезней нашего века — засилье книг. Их столько расплодилось в мире, что и не уследишь за всей той чепухой, которая выводится каждый день и идет гулять по миру».

Поучительно обнаружить, что эти слова принадлежат непокорному Барнаби Ричу, а написаны они в 1613 году, за полвека до появления первого научного журнала. Приход научного периодического издания обещал избавление от этой книжной напасти. Развиваясь в духе времени и во многом параллельно газете, такие издания, как «Ученые записки Королевского общества», ставили перед собой задачу учитывать и классифицировать книги и другие творения ученых всей Европы. С их помощью нерегулярный читатель мог получить нужные сведения, не прибегая к переписке, слухам, к беглому пролистыванию книг в книжных лавках, как тогда было принято.

Первое время журналы ни в коем случае не освобождали ученых от обязанности читать и писать книги. Первоначальная функция журналов была скорее социальной — показывать, что и кем делается, а не научной — публиковать сведения о новом знании.

Публикация коротких статей отдельными авторами была заметной инновацией в жизни науки и, подобно всем другим инновациям, была встречена значительным сопротивлением со стороны ученых. Барбер отмечает, что такое сопротивление есть продукт жизненно важного механизма в теле науки — ее врожденного консерватизма. Такой механизм — естественное дополнение, с одной стороны, к ломающему все традиции творчеству, которое переполняет тело науки слишком большим числом новых идей, а с другой — к крайнему объективизму, который дает конечное средство для суждений об истинном и ложном.

Сопротивление новой и, как казалось, незаконной практике публикации статей вместо солидных книг хорошо заметно на примере с Ньютоном. Нечистоплотная возня вокруг статей по оптике в «Ученых записках» была для него источником глубоких огорчений, и позже он не позволял себе публиковать что-либо не получившее должную форму законченной книги, где дан полный анализ предмета, даны ответы на возможные возражения и частные замечания. Если бы журнал того времени был эффективным средством коммуникации, мы, пожалуй, так никогда и не получили бы «Начал» Ньютона. Нам и сейчас, возможно, невредно было бы перестать судить о человеке по его статьям, почаще заглядывать в его книги.

Научная статья приобрела свою современную форму около ста лет назад. До этого времени широко практиковалась публикация «отрывков» — простых сообщений о полученном результате или обзоров по проделанным наблюдениям, результаты которых публиковались в другом месте. Существовало также множество монографических публикаций, которые сами по себе были бы книгами, если бы авторы располагали средствами для их печати и распространения. Некоторые журналы с высокой научной репутацией до 1900 года не опубликовали ни одной научной статьи в строгом смысле слова. Их публикации различались по длине: если публикация была короткой, она считалась письмом, если публикация была слишком длинной, ее считали монографией. Но дело не в названии и не в длине.

Различие между такими публикациями и научными статьями я бы провел по методу накопления и стыковки научной информации. Речь идет о принятом теперь способе, в согласии с которым каждая статья возникает на фундаменте других статей и сама в свою очередь становится одним из отправных моментов для следующей.

Указание на источники — наиболее яркое проявление этого ученого способа кирпичной кладки. Из этого не следует делать вывод, что все авторы и всегда аккуратны, уважительны и безгрешны по отношению к источникам: одни указывали слишком мало, другие — слишком много источников. Но по подшивкам многих научных журналов можно видеть, что где-то около 1850 года возникает традиция открыто ссылаться на работы предшественников, по отношению к которым статья мыслится хорошо разработанным и существенным дополнением, в чем, собственно, и состоит смысл статьи. До этого времени не было ничего похожего на это «срастание», «стыковку» знания, хотя сноски-примечания так же древни, как и сама схоластика (сравни, например, термин «схолия», которым древние обозначали примечание).

Итак, если прототипом современной научной статьи был скорее социальный, а не научный механизм накапливания квантов информации, то какая же сила вызвала современную статью к жизни и до сих пор поддерживает ее существование? Нет никакого сомнения, что основным мотивом было установление и сохранение интеллектуальной собственности. Статья была выражением прочувствованной учеными необходимости сделать заявку на новое знание, как на свою собственность, что ставит статью в один ряд с другими, не очень-то благородными способами обеспечения претензий на приоритет. [...]

Лишь по совместительству статья служит также и носителем информации, объявлением о новом знании, обнародованием ради блага мира, уступкой преимущества для всеобщей борьбы и соревнования.

В самом деле, речь идет именно об уступке: в старое время ни Галилей, ни Гук, ни Кеплер не считали чем-то зазорным объявлять о своих открытиях в форме криптограмм с перемешанными буквами, что обеспечивало приоритет и вместе с тем не давало информации, которой могли бы воспользоваться соперники. В наше время, как это показано Рифом, ожесточенная конкуренция за оперативную и широкую публикацию ради престижа порождает затяжные взаимные поношения и взрывы страстей в самых различных формах: от грубой пасквильной статьи в «Нью-Йорк таймc» до мошеннической заявки. [...]

В результате одним из значительных последствий перехода от малой науки к большой является то, что после трех столетий экспоненциального роста науки роль научного журнала в значительной степени изменилась. Легкость переездов и сравнительная подвижность ученой элиты во многих отношениях изменили то, что традиционно считалось результатом публикаций статей.

В настоящее время мы стремимся организовать контакт ученых, а не контакт научных статей. В наиболее активных отраслях мы идем на диффузию знания с помощью сотрудничества. Используя избранные группы, мы добиваемся престижа и признания среди коллег, которых мы сами апробировали как ценных коллег-сотрудников. Мы публикуем информацию для небольшой группы, ускоряем публикацию до предела, чтобы ускорить процесс, который в свою очередь потребует нового ускорения публикации. И только во вторую очередь по традиционной инерции мы продолжаем публиковать информацию для большого мира.

Все это вызывает значительное изменение мотивации ученых, трансформирует их эмоциональное отношение к работе и к коллегам и делает научную статью формой мертвой или умирающей во многих отношениях.»

Прайс Д. Малая наука, большая наука. Приложение I // Сборник: Наука о науке / Общ. ред. и посл. профессора В. Н. Столетова. — М.: Прогресс, 1966. — 423 с. — с. 337-363.

Пример прислал и оформил Трушинский Анатолий Игоревич.

Фрагмент текста цитируется согласно ГК РФ, Статья 1274. Свободное использование произведения в информационных, научных, учебных или культурных целях.

Дополнительные материалы

Четыре жанра науки по Льву Гумилёву

Ранг информации для оценки значимости источника

Организация и распространение знаний — около 100 материалов по теме

см. термин Инновации в науке в 🔖 Словаре проекта VIKENT. RU

+ Плейлист из 5-ти видео: ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ и ЦИТИРОВАНИЕ

+ Ваши дополнительные возможности:Воскресным вечером 13 ноября 2022 в 19:59 (мск) на ютуб-канале VIKENT.RU пройдёт онлайн-лекция № 296:

Также идёт приём Ваших новых вопросов по более чем 400-м направлениям творческой деятельности – на онлайн-консультацию третье воскресенье каждого месяца в 19:59 (мск). Это принципиально бесплатный формат.

Изображения в статье

Дерек Джон де Солла Прайс — англо-американский историк науки, науковед и исследователь информации / Ether Wave Propaganda & Изображение Ivan Pais с сайта Pixabay

Photo by JJ Ying on Unsplash

Photo by Meriç Dağlı on Unsplash

Photo by Mathias Reding on Unsplash