Крайний vs Последний1
Я тут, каюсь, на автопилоте в посте употребил слово "крайний" в ситуации, когда словарь Ожегова сказал бы употребить "последний".
И в комменты выложили очень смешную историю, которую я прочитал с удовольствием и очень смеялся. Вот она:
- Товарищи офицеры! - начал командир. - По результатам последнего выхода в море...
- Прошу разрешения, товарищ капитан первого ранга! - радостно вскочил в этом месте новоиспечённый подводник. - Но в данном случае нужно говорить "крайнего", а не "последнего"!!!
- Что, простите мой старческое слабоумие? - командир и не понятно от чего больше опешил: или от того, что его кто-то осмелился перебить, или от того, что его кто-то осмелился поправить.
- Я говорю, что нельзя говорить слово последний, а надо говорить слово крайний!! - дааа, чутья у замполита нового, конечно, с гулькин хуй, тот ещё психолог, сразу видно.
Командир посмотрел в стол, проверил наличие ногтей на всех своих руках и спросил:
- Товарищ капитан второго ранга, а у вас есть в библиотечке корабельной толковый словарь русского языка?
- Так точно!
- Будьте добры, принесите, пожалуйста.
После того, как замполит выскочил из кают-компании в ней начался ропот офицеров.
- Так, спокойно, товарищи офицеры, - поднял руку командир, - этого я и сам сейчас унижу, без вашей помощи, но спасибо за поддержку.
- Вот, товарищ командир! - радостно размахивая каким-то зелёным томиком, примчался обратно воспитатель.
- Открывайте, товарищ капитан второго ранга, и зачитайте, пожалуйста, вслух значения слов крайний и последний.
Тот зачитывает.
- Ничего не смущает? - уточняет на всякий случай командир.
- Ну... товарищ командир, традиция же!!!
- Какая?
- Ну... у лётчиков, у десантников, вообще у военных!
- А мы на самолёте сейчас?
- Нет.
- На большом, может быть, десантном корабле?
- Нет, - воспитатель начинает краснеть.
- А где мы сейчас?
- На подводной лодке.
- На моей подводной лодке, я прошу заметить. И давайте я сейчас прерву наш бесспорно бесполезный, с вашей точки зрения, саммит и займу у офицеров несколько минут лишнего времени, чтоб рассказать Вам о традициях на нашем корабле. Вы не переживайте, что они на полчаса позже уйдут домой, потому что у них традиция есть дела свои до конца доводить и обеспечивать безаварийную эксплуатацию корабля, а не языком молоть, поэтому им не привыкать. А ещё одна традиция у нас - уважать старших, то есть в данном случае меня. Меня можно не любить, но оказывать мне всяческие почести, вплоть до целования в жопу, очень даже приветствуется. А вот перебивать меня во время моих гениальных речей строго запрещается всем, даже механику, а не то что замполиту! И запомните, товарищ подполковник, - по моему пониманию, а значит и по пониманию всего моего экипажа, крайними бывают плоть, Север, мера, срок и необходимость! Все остальные слова маркируются у нас словом последний, то есть позднейший или самый новый по отношению к текущему моменту! Усвоено?
- Так точно, товарищ командир, но я же думал...
- А не надо думать! Вам по штатному расписанию этого не положено! Лейтенантам и старшим лейтенантам заткнуть уши! И если ты ещё раз меня перебьёшь, сука, то будешь послан на хуй, прямо при всех вот этих неокрепших флотских умах с заткнутыми ушами! Можно открывать уши! Видишь - сидят с заткнутыми, потому что слушаются меня! Учись, воспитатель!
Командир дал отмашку на открытие ушей и продолжил собрание. Традиций на флоте много, часть из них - просто условности и дань прошлому, часть исполняется неукоснительно, как, например, взаимовыручка, о которой я расскажу в следующий раз. Но при этом если ставить знак равенства между традициями и условностями,основанными на суевериях, то условности просто помогают отличить нормального человека от долбоёба, как в этом случае с замполитом. Подводники спокойно говорят слово "плавали" вместо "ходили", "подполковник" вместо "капитан второго ранга" (здесь, правда, важна интонация, потому как сухопутное звание может иметь как оскорбительный оттенок, так и уважительный). Конечно же, если вы штабной офицер, программист, таксист, какой-нибудь там офисный работник и так далее, то обязательно используйте слово "крайний" вместо "последний" везде, где это уместно и неуместно - так вас будет легче отличать от нормальных людей.
Как говорят миллениалы, "классная история, жалко, что пиздёж". Пиздёж не в смысле враньё,
пусть даже это и fiction. Пиздёж в смысле пиздобольство, то есть это просто набор слов, которые поставлены в красивом порядке, но не означают ничего правильного и значительного, и уж точно не означают, что говорить "крайний" это какой-то ужасный зашквар, раз нам так сказал великий и гениальный командир подводной лодки.
Во-первых, если кто-то думает, что этот рассказ про слово "крайний", то этот человек вообще не понял, о чём рассказ. Рассказ этот про то, как вожак стаи ритуально кусает за ляжку бета-самца, который немножко зашёл на территорию альфы, причём делает он этот укус виртуозно профессионально. Речь командира в рассказе это как "У меня есть мечта" Мартина Лютера Кинга, как "Лиличке вместо письма" Маяковского, как "Письмо Татьяны к Онегину" Пушкина. Это совершенный и законченный шедевр, ни отнять ни прибавить. Но этот монолог, насколько он бы ни был хорош, настолько же и плох, но об этом позже.
Во-вторых, рассказ является выражением нелюбви к замполитам. Замполитов в армии (и на флоте, потому что какая нахуй разница) чаще всего не любят, почти всегда ненавидят, и почти всегда ненавидят сильно. Публичная порка замполита - это такая же влажная мечта каждого военного, как и мечта каждого офисного работника о том, как рядовой манагер становится первым человеком на предприятии, а весь топ-менеджмент, включая гендиректора, у него на побегушках, например https://pikabu.ru/story/pochemu_v_rossiyskom_biznese_net_khoroshikh_biznesanalitikov_7381356
В-третьих, такие прекраснодушные и принципиальные офицеры бывают только в художественных рассказах. В реальной жизни дослужиться до командира подводной лодки может только человек, способный переобуваться в своём мнении 4 раза в секунду. Если какой-нибудь адмирал, начальник командира подводной лодки, будет говорить "крайний", то герой рассказа тут же начнёт с выпученными глазами кричать "крайний" в каждом удобном и неудобном месте, и заставлять так делать своих подчинённых. И это не потому, что он плохой человек или слабовольный, а потому что армия (флот) так устроена - карьеру делает человек, который умудряется сочетать в себе пренебрежение к умственным способностям подчинённых, и беспринципное подобострастие по отношению к вышестоящему начальству. Обратите внимание на ещё одну деталь - "После того, как замполит выскочил из кают-компании в ней начался ропот офицеров". Все поняли о чём я? Нет? Офицеры начали роптать не тогда, когда замполит перебил командира, и произнёс богомерзкое в этой компании "крайний", а когда замполит уже вышел. Почему? Да потому что каждый офицер хочет делать карьеру и расти в должности. Как тут можно прогнуться перед командиром, и не испортить отношения с замполитом? Конечно же, дождаться, когда замполит выйдет, и тут же безопасно выразить поддержку командиру. Замполит, хоть и младше командира в должности, но карьеру любому офицеру на лодке засрать может запросто, если захочет. Ласковое теля двух маток сосёт. Вот офицеры и стараются сосать командира, не портя отношения с долбоёбом замполитом.
В-четвёртых, из рассказа очевидно, что командир это не боевой, а мирный. А мирная армия это оксюморон, который плодит все вот эти покраски травы, подстригание газонов маникюрными ножницами, пробивание фанеры молодым, бегающих слоников и пиздоболов, которые руководят подводными лодками, вместо того чтоб выступать в Комеди Клабе рядом с Павлом Волей. Герой рассказа смеётся над словом "крайний" и над людьми, которые его применяют, не побывав в их шкуре. Кстати, герой ещё и не очень умный, потому что "мера" бывает высшей, а не крайней. Вот "меры" могут быть крайними, но не "мера". Автор рассказа даже даёт читателю ещё один намёк на недалекость мышления героя рассказа, когда тот ставит в один ряд программистов и таксистов. Но кто ж такую деталь заметит :))
В-пятых, автор использовал классический художественный приём, который манипулирует неокрепшими мозгами читателей. Он взял классическую схему - есть герой и есть антигерой. Герой, очевидно, командир подлодки. Антигерой, очевидно, замполит. Простой мозг среднего читателя не видит полутеней, для него есть чёрное и белое, плохое и хорошее. Значит, всё, что говорит и делает герой - хорошо, а всё, что говорит и делает замполит - плохо. Ну и автор уже усилил это впечатление яркой речью командира. Именно так манипулируют мозгами присяжных в американских фильмах про суд. Теперь следите за руками. Если бы всё было наоборот, и командир произнёс бы такую же пламенную речь, и "опустил" бы замполита, пытавшегося поправить командира с "крайний" на "последний", на чьей бы стороне вы были? То то же.
Факт в том, что "крайний" говорят, по моим наблюдениям, все люди, которые постоянно имеют дело со смертью и/или инвалидностью, своей или товарищей: воюющие военные, воюющие милиционеры (не люблю слово полицейский), альпинисты, лётчики-испытатели, парашютисты, спортсмены экстремалы и т.д. А такие люди уровнем выше стоят над прочими, и не тем, кто смерти не видел, осуждать их. Тут есть два важных аспекта.
Первый. Те, кто не переживал вот такой околосмертный опыт, могут хихикать над такими темами или относиться снисходительно к тем, кто на такие темы шутят. Но 99% людей, прошедших войну или концлагеря, на эту тему не шутят, и другим не позволяют.
И второй аспект. Следить за словами - это не только суеверие. То, что мы говорим, без всякой мистики может определять наше будущее. Не на 100%, и даже не на 50%, и не на 10%, но такое бывает. Если взять 100 случайных людей, кто постоянно говорит "да я ж алкаш, ахаха, сопьюсь нахуй", и 100 случайных людей, которые твердят "успешный успех, я стану богатым бизнесменом", то среди первых ста действительно будет больше тех, кто спился, а среди вторых ста действительно больше успешных бизнесменов. Также будет, если первым ста все вокруг будут говорить, что они алкаши и ничего не добьются, а вторым ста, что их ждёт успешный успех, то успешнее будет вторая сотня. Не факт, что значительнее, но и небольшой разницы достаточно, чтоб принять тот факт, что слова даже сами по себе имеют значение.
Так вот когда речь идёт о жизни и смерти, знаете ли, каждый будет готов использовать даже шанс 1 на миллион, лишь бы жить дальше, ему или его близкому человеку. И если ему кажется, что когда про него или его близкого говорят "последний", когда нужно говорить "крайний", то вполне вероятно, ему совсем не кажется.
Представьте себе четырёх друзей, которые стали военными, и с недавних пор стали ездить каждые несколько месяцев в командировки, каждый раз на несколько месяцев. И из одной из командировок вернулись трое, а от четвёртого привезли только ступню. Похоронили друга, жёны, дружащие друг с другом, поплакали вместе с вдовой. Уже трое друзей вновь уехали в командировку. И вот жёны живых бойцов, которые и раньше плохо спали, пока муж где-то там жизнью рискует, теперь переживают ещё сильнее. Каждую секунду, когда мужа нет на связи, жена переживает, может быть он уже мёртв там, или вот прямо сейчас лежит и умирает? Или в плен попал, и его там запытают до смерти? А теперь представьте себе, что кто-то, не имеющий отношения к войне, и не терявший там близких, весело говорит жене живого бойца: "А Серёга-то твой давно в последнюю командировку уехал?"
Вот поэтому говорят "крайний" вместо "последний". Потому что последним бывает путь. А командировка, если она не последняя, называется крайней.