Королевство кривых зеркал (часть 1)⁠⁠

ПРИМЕЧАНИЕ: с героями рассказа читатель уже ранее встречался в серии "Это был не Nescafe".
События данного рассказа являются прямым продолжением предыдущего; для полноты контекста автор рекомендует предварительно ознакомиться с указанной серией.

***

- Мы должны взяться за руки, да? Или как это делается?

- Не обязательно. Но если Вам так будет спокойнее - давайте, - Саша протянул левую руку сидевшей рядом с ним заплаканной женщине, а правой достал из кармана зажигалку и поочередно зажег 5 белых свечей, расставленных на замкнутой в круг полоске соли.

Зачастил он что-то с этим, зачастил. Но жить-то на что-то надо - в ТЦ, где он просиживал штаны продавцом, наконец, устали от его вечных прогулов и вышвырнули его на мороз; отложенный на черный день небольшой запас почти моментально растаял, и Саша после недолгих и безрезультатных поисков новой работы занялся тем, что хорошо умел и чем меньше всего хотел заниматься - оккультизмом.

Чаще всего это обходилось клиентам в немалые суммы - еще бы, в отличие ото всех цыганских гадалок и бабулек-знахарок он давал результат, в реальности которого даже самый рациональный человек не мог усомниться. Никаких карт, хрустальных шаров или кофейной гущи - только белые свечи, пентаграмма, замкнутая в сплошной круг из крупной поваренной соли, и Саша - с духами он почти всегда общался наедине. Клиенты оставались в единственной комнате его небольшой квартиры, пока он творил ритуалы на кухне - указывали на листочке вопросы и Имя того, кого хотели призвать, и получали обратно написанные печатными буквами ответы, которые колдун аккуратно фиксировал с услышанных от призраков слов.

Колдун, чернокнижник, знахарь - у его должности не было официального названия, он не подавал ведомостей и не платил налоги - хотя пару раз, насмехаясь над самим собой, и думал оформиться как самозанятый - интересно, как это делают другие?

Просьбы, с которыми к нему приходили, были самыми разными, но почти никогда - банальными.
Много кто хотел перекинуться парой слов с умершим родственником, утраченной любовью или безвременно ушедшим другом, но за это почти никто не готов был платить. Вместо этого Саша пару раз утрясал сложные наследственные тяжбы - когда какая-нибудь бабуля или дедуля забывали сообщить родным перед скоропостижной смертью, куда подевали завещание. Иногда помогал разыскать запрятанные куда-нибудь ценности - один клиент, посещавший его на довольно свежем Porsche, несколько сеансов подряд пытал свою умершую бабушку о том, куда она задевала пенсионные накопления. Бывали среди его посетителей и всякие мутные личности, которые прозрачными намеками интересовались бесследным исчезновением опостылевшей жены или устранением более успешного конкурента, но Саша, каждый раз вспоминая Измененного, с которым пришлось столкнуться и которого призвали просто чтобы убить неверную невесту, каждый раз говорил твердое "нет".

Время от времени к нему приходили даже из полиции - разумеется, неофициально, как к частному и не вовлеченному в расследование лицу. Такие встречи всегда были самыми тяжелыми - без тела, как известно, нет дела, и Саше почти всегда приходилось разыскивать пропавших - чаще всего к этому моменту уже зарытых в землю без памятника и надгробия где-нибудь в глухом лесу - и расспрашивать о том, что произошло.

Поисками он заниматься не любил, и своеобразной отдушиной для него стали дела о супружеских изменах. Какое-то время тому он наткнулся на пару неупокоенных душ, которые коротали вечность на теперь чужой им грешной земле за тем, что пугали бродивших по заброшкам подростков, швыряли вещи с места на место в своих бывших жилищах или насылали на спящих дурные сны. Кое-кто из Бродяг, как он окрестил неупокоенных сам про себя, с удовольствием подряжался следить за указанным ему объектом и докладывать Саше обо всех перемещениях. Одному Богу известно, сколько пикантных сцен застал Петька - его постоянный помощник, бывший подросток лет 15-ти, который разбился где-то за городом в пьяной аварии и по какой-то неведомой причине не был отпет, и сколько браков они разрушили вместе - но за это колдуну никогда не было стыдно. Изменщики и изменщицы стали постоянной статьей его доходов, как только сарафанное радио вдоволь раструбило по городу о его услугах, и жалеть он их не собирался. Правда, один раз он чуть не попал под промышленный шпионаж, но вовремя распознал подставу, вернул клиенту деньги и отказался иметь с ним какие-либо дела. С тех пор он не расставался с парой опаленных на черных свечах иголок, которые заняли прочное место в подкладке его кожаной куртки. Просто. На всякий случай.

В этот субботний вечер в квартире Саши раздался робкий непродолжительный звонок. Странно - он никого не ждал; обычно клиенты проводили выходные в более приятных заботах, а друзей в этом маленьком городке у него почти не осталось. С противоположным полом дела тоже не особо клеились - он уже привык быть в одиночестве и возвращаться во всегда пустую квартиру. Клеймо оккультиста, которое с одной стороны позволяло ему зарабатывать на жизнь, с другой оставило на его репутации черную метку - и все знакомые, которые знали о его занятиях и не верили - или не хотели верить - в потустороннее, обходили его стороной. Иногда он с горькой усмешкой воображал, как представляется родителям какой-нибудь девушки - и как ее отец, услышав Сашину профессию, ныряет куда-то вглубь квартиры за ружьем.

За дверью, которую он после недолгих раздумий отворил, стояла смутно знакомая ему женщина - заплаканная, сжимавшая в стиснутых руках кипу сторублевых купюр - по-видимому, всю наличность, которая у нее нашлась. Недолго думая, Саша увлек заходившуюся в рыданиях условную знакомую на кухню и, влив в нее пару чашек кофе, щедро разбавленного коньяком, наконец услышал, чего от него ждут.

Светлана Олеговна. Она работала дворником во дворе той высокой новостройки, в которой пару лет назад новоиспеченный колдун - тогда еще простой продавец - не без помощи деда приобрел крохотную однокомнатную квартирку. Женщина не раз и не два наблюдала, как из единственного подъезда - чаще всего под утро, чаще всего в сопровождении этого бородатого парня - вываливались с белыми, покрытым потом лицами самые разные, но почти всегда богатые люди. Богатые - которые, как известно, плачут так же, как и бедняки.

Вика. Высокая, статная, красивая - парень несколько раз видел, как она помогала матери подметать двор, ничуть не смущаясь и не сторонясь тяжелой работы, за которую менее уверенного в себе ее сверстника запросто могли высмеять и смешать с грязью.

Как когда-то давно мешали с грязью его самого.

От своей поздней гостьи он узнал, что несколько месяцев назад девушка уехала из их небольшого городка учиться - в престижный столичный университет, который самому Саше - он никогда не блистал тягой к официальным наукам - мог только сниться. Бог знает, чего стоило Светлане вырастить такую умную и правильную дочь - парень знал, что мужа у нее не было - и чего стоило дать ей такое образование, которого было бы достаточно для поступления в Москву на бюджет. Однако Светлана смогла - и все эти пару месяцев счастливая, гордая улыбка не сходила с ее лица. А Саша-то думал, чему она постоянно радуется - каждый раз его хмурую рожу следом за дворником растягивала кривая улыбка, стоило только выйти рано утром во двор - и день вслед за этим сразу становился немного светлей.

Теперь от этой радости не осталось и следа. Захлебываясь слезами, женщина показала Саше фотографию.

Свежая, усыпанная венками могила. Простой деревянный крест. Молодая красивая девушка, строго смотревшая с прикрепленной к кресту фотографии прямо в объектив.

- Она не могла! Понимаете, просто не могла! У нас ведь не было друг от друга никаких тайн! Первая любовь, первое свидание, первый поцелуй - она делилась со мной абсолютно всем! - слегка раскрасневшись от выпитого, женщина незаметно для самой себя перешла на крик. - Она так любила жизнь! Так радовалась, так гордилась, что смогла поступить! Мы говорили по два часа каждый день - она рассказывала мне про пары, своих одногруппников, пыталась описать дисциплины, которые им преподают - хоть и знала, что я ничего не пойму. Присылала фотографии их огромных аудиторий, видео со студенческого посвята - говорила со мной обо всем и обо всех. И я гордилась и радовалась вместе с ней, - по лицу женщины снова потекли слезы. - Она просто не могла покончить с собой, - тяжело сглотнув, пробормотала Светлана - и снова зарыдала, сгорбившись и закрыв руками лицо.

- В последние дни - перед тем как....это случилось. Вы не заметили в ней чего-то странного? В ее окружении появилась куча новых людей - может, о ком-то из них она говорила особенно много? - участливо поглаживая женщину по плечу, Саша подвинул ближе к ней исходившую паром кружку.

- Она казалась немного...задумчивой. Грустной, если подумать. Ей сложно давалась учеба, но - нет, я не заметила ничего особенного. Как я могла не понять? Я же ее мама...я бы заметила, если бы что-то было не так, - всхлипнув, Светлана благодарно кивнула и сделала глубокий глоток.

- Не корите себя. Депрессию не всегда можно просто увидеть. Что говорит полиция?

- А что она может говорить? - женщина откинулась на стуле и безнадежно махнула рукой. - Комната была заперта изнутри на замок, внутри никого - соседки все из Подмосковья, уезжали к родителям на выходные; следы борьбы и в комнате, и на теле отсутствуют. На ручке окна отпечатки только ее и соседок - говорят, что она просто встала на подоконник, - женщина тяжело сглотнула, - и шагнула вниз. Послушайте, - она с жаром схватила Сашу за рукав и горячо зашептала. - Я знаю, знаю, ничего уже не исправить. Мне бы только узнать правду. Только бы знать, что она...сделала это сама. Только бы знать! Вы поможете?

- Я не следователь, - в его голове мелькнуло непрошенное воспоминание о валявшихся на траве разорванных кусках, которые составляли когда-то одно целое и были его лучшим другом, и Саша невольно вздрогнул. - Если это убийство - если кто-то столкнул ее или просто заставил прыгнуть - я вряд ли смогу узнать, кто. Но - обещаю сделать все, что в моих силах.

Встав с табуретки, он прошел в кладовую, кинул в рюкзак несколько предметов и вернулся на кухню.

- Едем к Вам. Если я смогу призвать дух вашей дочери - лучше, чтобы вокруг была обстановка, которая ей знакома.

Придерживая благодарно привалившуюся к нему женщину под руку, он закрыл квартиру и вызвал лифт.

Пятнадцать минут спустя Саша припарковал свой видавший виды черный Pajero в окруженном безликими пятиэтажками дворе на другом конце города и вслед за Светланой прошествовал в ее маленькую - почти такую же, как его собственная - квартирку.

Уютно.

Бедно, почти аскетично, но - уютно. Он с грустью вспомнил собственное холостяцкое жилище, в котором не было даже штор.

Здесь шторы были. Застиранные, выцветшие, но - чистые и аккуратно выглаженные заботливой женской рукой. Обои и ламинат на полу были довольно свежими - кажется, недавно в квартире был сделан ремонт. В узеньком коридоре было почти не развернуться, но хозяйка сразу переобулась сама и предложила ему теплые тапочки, которые он без раздумий надел. В зале, куда он заглянул мельком, стоял разложенный коричневый диван с неубранной постелью - беспорядок явно был здесь нечастым гостем и бросался в глаза, как раздавленный голубь на чистой ухоженной мостовой. Рядом с диваном стояли несколько пустых стекляшек из-под дешевого портвейна - сейчас от женщины не пахло, но она явно пыталась залить свое горе и утопить его на дне бутылки. Не самый действенный способ - хотя, как Саша знал на собственном опыте, иногда кажется полезным прожить пару дней, недель или даже месяцев на пьяной перемотке - в надежде на то, что время сможет подлечить. Но время в такие моменты на самом деле не проматывается, а просто замирает - и после того, как мозг очнется от наркоза, раны болят ровно так же, как и до.

Раздевшись и подхватив с собой рюкзак, Саша проследовал за хозяйкой на тесную кухню, где они теперь и сидели, молча глядя в огонь горевших перед ними пяти белых свечей.

- Закройте глаза. И что бы ни случилось - не открывайте. И не шевелитесь, Вас она не сможет ни видеть, ни слышать, - увидев, что женщина последовала указаниям, Саша выключил свет, слегка сжал руку Светланы в своей и негромко пробормотал несколько слов на мертвом, свистящем и каркающем языке, сотворив заклинание призыва.

- Вика, - прошептал он наконец. - Приди на мой зов. Поговори со мной, Вика. Призываю тебя на свет.

Пламя свечей слегка вздрогнуло, и в круге из соли внезапно возникли клубы густого белого тумана, которые тут же закрутились по часовой и через несколько секунд преобразились в стоящую на столе молодую девушку, одетую в теплый махровый халат.

- Ты - голос, я - слух. Я спрашиваю - ты говоришь. Я отпускаю - ты уходишь, - скороговоркой произнес Саша слова мантры, которую он в свое время заучил на 5 или 6 языках и которая должна была заставить дух ответить на вопросы и уйти восвояси. - Мы здесь с твоей мамой. Слушай мой голос. Скажи нам - что произошло? Ты - голос, я - слух.

- Где я? Здесь...мокро. Мокро и холодно. Где я? - едва слышно прошелестел в тишине незнакомый голос.

- Вика? Вика, солнышко, ты здесь? Вика! Вика! - женщина подорвалась с места и чуть было не опрокинула одну из свечей.

- Не открывайте глаз! Не шевелитесь! - Саша с усилием усадил Светлану обратно на место, увидев, как девушка снова едва не обратилась в туман. - Скажи мне, что произошло? Вика, слушай мой голос! Кто заставил тебя прыгнуть?

- Я сама, - снова прошелестел в звенящей тишине шепот. - Сама. Где я? Мам. Мама. Где..

В это мгновение голос стоявшей в круге девушки оборвался - она неожиданно вскрикнула и по пояс погрузилась в поверхность стола.

- Что это? Что? Помогите! Помоги! - девушка вцепилась ногтями в столешницу и закричала. - Меня затягивает! Помогите! ПОМОГИ! - наружу торчала уже одна только голова и все так же не отпускавшие стол руки.

- Вика! - Светлана снова вскочила с места и широко раскрытыми глазами уставилась в центр круга. - Вика! - резко и неожиданно сильно оттолкнув в сторону вскочившего следом за ней Сашу - тот рухнул со стула на пол и откатился в сторону - она бросилась на стол в попытке схватить призрачную руку дочери, зацепила полоску соли одеждой - и нарушила круг.

- ПОМО... - крик внезапно оборвался, все кухню заполнили клубы густого белого тумана; из разорванного круга в квартиру ворвался ураганный ветер, отшвырнув в сторону распластавшуюся по столу женщину и завертев в маленьком смерче какие-то валявшиеся вокруг бумажки.

- ОТПУСКАЮ! - во весь голос заорал Саша - и в тот же миг свечи погасли, погружая комнату в полнейшую тьму.

Вскочив на ноги, он бросился к выключателю, споткнувшись о валявшуюся на полу Светлану; зажег свет - и уставился на кухонный стол.

Ветер стих. В кругу ничего не было - ни девушки, ни тумана. Только восемь глубоких царапин пересекали столешницу поперек.

С облегчением выдохнув, он окинул взглядом лежавшую женщину, наклонился к ней и слегка потормошил.

"Тапки слетели. Не жилец" - мелькнула в его голове непрошенная дурацкая мысль.

- Она сама это сделала, - пару секунд спустя, очнувшись, простонала Светлана. Ухватившись за протянутую руку, она неловко поднялась на ноги и обессиленно рухнула обратно на стул. - Я все слышала. Она сама. А еще, - широко раскрытыми глазами она вдруг уставилась на парня. - Я что-то видела...там, - она махнула рукой в сторону круга.

Саша утвердительно кивнул.

В самый последний миг, перед тем, как женщина разрушила охранительный круг и пустила ко всем чертям его ритуал, он тоже разглядел что-то в клубившемся на столе тумане.

Перекошенное злобой незнакомое мужское лицо.

***

Ритуал пошел не по плану.

К черту - он никогда больше не станет призывать при свидетелях. Недаром он всегда оставлял клиентов сидеть в его маленьком зале, пока сам задавал вопросы на кухне - связь для свидетелей была односторонней, и запертая в кругу душа могла слышать только призвавшего. Именно из-за таких случаев - раньше он только читал о таком в Черных книгах - колдуны не терпели свидетелей поблизости. Одному Богу известно, ЧТО могло попасть в их мир через разорванный круг - и слава Ему же, что призванный дух послушался и просто ушел. Хотя - Саша вспомнил, как что-то или кто-то словно утаскивал девушку силой, а затем и отпечатавшееся в памяти лицо - не гарант, что она ушла бы, если бы ей не помогли.

Кто помог? Или что?

К черту, он не уверен, что хочет это узнать. Не все знания одинаково полезны - и это, кажется, в числе тех, что точно сделают куда менее спокойным сон.

В Черных книгах не описано, что именно ждет нас по ту сторону - это тайна, которая откроется каждому в его собственный срок. А души обычно отвечают только на конкретно поставленные вопросы, и тоже не стремятся рассказать, что там - встречал ли их Петр со связкой ключей, и перевозил ли вечно стоящий на посту Харон через Стикс. Ритуал и в этом был каким-то странным - девушка, в отличие ото всех, кого он призывал, словно пыталась рассказать им что-то - хоть и сама не понимала, где находится в данный момент. Холодно, мокро - Саша едва слышно хмыкнул про себя. Если верить христианам, то она сейчас уж точно не в Аду - ну или черти пока не успели развести огонь под ее котлом.

Нет, все, нахрен - забыть и выкинуть из головы.

Девушка спрыгнула сама - на этот вопрос она все же успела дать ответ. Это все, что им требовалось знать.

Блин, а ему ведь даже не заплатят за это - еще один пунктик, который нужно себе отметить и не забывать. Недаром дед говорил, что именно благими и бескорыстными намерениями вымощена дорога в горячий и засушливый Ад.

Парень метался по комнате из угла в угол, время от времени дергая себя за бороду, пока Светлана убирала на кухне следы странного ритуала, свидетелем и невольным участником которого ей довелось стать. Он взглянул на часы - три часа ночи, давно пора спать. На завтрашнюю ночь записаны несколько постоянных клиентов - из тех, что пытаются переложить на духов ответственность за успех собственного бизнеса - нужно успеть отоспаться и сделать все приготовления загодя.

Затормозив напротив стоявшего в углу туалетного столика, он уставился в зеркало на собственное лицо.

Нда. Укоренившиеся мешки под глазами точно прибавляют ему пяток еще не прожитых лет. Черт - кажется, уже и в бороду затесалась пара седых волос - он готов поклясться, что еще вчера их там не было. Хотя, кто знает - у него дома не было не только штор, но и зеркал. Поседеешь тут - он снова некстати вспомнил лежавшего посреди подземного склада разорванного парня с полностью седой головой и выеденной Измененным грудью и хмыкнул про себя. Интересно - парень тоже такими ритуалами баловался? Вряд ли. Иначе не попал бы так просто зверю на клык.

Саша осторожно выдернул мозолившие глаз седые волоски, намотал их на палец, осмотрелся - и опустил в карман.

- Светлана! Я поеду, наверное, - он уселся на табуретку напротив столика и крикнул через плечо.

- Погоди, погоди, дай я тебя хоть чаем напою, - с кухни вместе с голосом доносился свист закипевшего чайника и маняще пахло чем-то вроде копченой колбасы. - И деньги возьми. Тебе нужнее. Мне-то куда теперь их тратить...

- Не возьму. У меня на этот месяц еще не выбрана квота благих дел, - прокричал в ответ парень и мысленно чертыхнулся.

"Это последнее, Богом клянусь".

Развернувшись лицом к столику и мельком кинув взгляд в зеркало, он неожиданно дернулся и заорал.

Взявшись из неоткуда, на него сзади набросился какой-то мужик - схватив Сашу за шею, он махнул чем-то напоминавшим остро заточенный нож у него перед лицом и дернул его куда-то в сторону, утаскивая от зеркала.

Саша моментально вскочил на ноги, его руки инстинктивно взметнулись вверх в попытке схватить незнакомца и высвободиться из захвата - и наткнулись на воротник его собственной футболки и шею, которую вовсе никто и не собирался душить. Он все так же стоял в паре шагов от упавшего на пол стула напротив туалетного столика - хотя секунду назад падал куда-то в сторону, увлекаемый захватом. С трудом переведя дух, он озадаченно огляделся по сторонам, снова ощупал шею и поправил футболку у себя на плечах.

Что это было? Кто это был?

Пару секунд поразмыслив, он вдруг вспомнил - хоть лицо и показалось в зеркале только мельком, сейчас он готов был поклясться, что узнал этого мужика. У него было то самое лицо, которое он увидел в тумане в последний миг перед тем, как погасло пламя свечей.

- Что? Что случилось? Ты в порядке? - в ведущем в коридор дверном проеме возникла Светлана. - Почему ты кричал?

- Да так, привиделось что-то. В порядке. Я правда поеду. Спасибо за чай, - Саша снова бессознательно потер шею и замер, увидев взгляд женщины, направленный куда-то мимо него. - Что?

- О Господи, - Светлана яро перекрестилась и тыкнула рукой куда-то в сторону столика. - Там. Там это...в зеркале.

Недоуменно развернувшись к столу, Саша осмотрелся, не увидев в отраженных предметах ничего особенного - и вдруг застыл, неожиданно осознав.

Зеркало. Оно и правда исправно отражало все предметы в поле его зрения, включая застывшую в проходе Светлану.

Все, кроме него самого.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ