Tactician3

Иванов Александр Яковлевич. Мой дед. 1917 года рождения. Две войны - Финская и Отечественная. Сержант. Замком взвода. Ушел на фронт 22 июня 1941. В 1943 демобилизован по ранению - без ноги.

Иванова Анна Ивановна - лейтенант медицинской службы. 1921 года рождения. Старшая хирургическая сестра эвакогоспиталя. Очень мало рассказывала о войне. Даже номер части не знаю, только номер П/Я.

Семёнов Михаил Гаврилович 1913 года рождения. Рядовой. Демобилизован в 1946 году. Знаю что форсировал Сиваш. Только один раз рассказывал мне о войне. Вся спина в шрамах.

Аннотация

В работе рассматривается гипотеза о существовании ранее не учитывавшейся связи между устойчивостью наблюдаемых состояний реальности и присутствием в них домашней кошки (Felis catus).

В отличие от классической постановки мысленного эксперимента Шрёдингера, в которой кот выступает макроскопическим объектом, состояние которого связано с квантовым событием, предлагается рассматривать кота как элемент более высокого порядка — локальный стабилизатор множества допустимых состояний.

Предполагается, что традиционное представление о «девяти жизнях» кошки может отражать не последовательную множественность существований, а способность котовой структуры одновременно взаимодействовать с несколькими ветвями пространства состояний.

Особое внимание уделяется наблюдаемому состоянию покоя кошки как возможному индикатору нахождения наблюдателя в устойчивой ветви.

Рассматриваются литературные и историко-культурные свидетельства, допускающие аналогичную интерпретацию: мысленный эксперимент Э. Шрёдингера, Чеширский кот Л. Кэрролла, концепция нечётных многоосных систем И. А. Ефремова, а также особое положение кошек в древнеегипетской культуре.

1. Постановка проблемы

Мысленный эксперимент Шрёдингера был предложен в 1935 году как иллюстрация проблемы переноса квантовой суперпозиции на макроскопический объект.

В стандартной постановке состояние кота является производным от состояния квантовой системы:

|Ψ⟩ = α|распад⟩|кот мёртв⟩ + β|нет распада⟩|кот жив⟩

Однако такая постановка содержит неявное предположение:

кот является пассивным объектом системы.

Именно это предположение предлагается пересмотреть.

Рассмотрим альтернативную гипотезу: кот не просто находится внутри множества возможных состояний, а сам участвует в определении их устойчивости.

В таком случае вопрос:

«В каком состоянии находится кот?»

не является фундаментальным.

Более корректным становится вопрос:

«Какие состояния реальности остаются устойчивыми относительно кота?»

2. Гипотеза котозависимости

Введём пространство возможных состояний системы Ω, содержащее множество ветвей:

Ω = {ω₁, ω₂, …, ωₙ}

В классическом рассмотрении наблюдатель принадлежит одной из ветвей ωᵢ, тогда как остальные являются альтернативными реализациями событий.

Предположим существование дополнительного параметра:

K(ωᵢ)

характеризующего котоустойчивость состояния.

Под котоустойчивостью будем понимать способность конкретной ветви сохранять внутреннюю причинную непротиворечивость при наличии в ней функционирующего Felis catus.

Тогда вероятность длительного существования ветви может зависеть не только от её собственного физического состояния, но и от величины K:

P(ωᵢ, t + Δt) = F[P(ωᵢ, t), K(ωᵢ)]

Конкретный вид функции F в настоящее время неизвестен.

Это, однако, не исключает возможности исследования её наблюдаемых следствий.

3. Проблема девяти жизней

Представление о множественности кошачьих жизней широко распространено в фольклоре.

Последовательная интерпретация:

L₁ → L₂ → L₃ → … → L₉

представляется неудовлетворительной.

Она требует предположения о неизвестном механизме восстановления одного и того же биологического объекта после необратимого события.

Предлагается другая модель.

Пусть существует девять связанных состояний:

C = {C₁, C₂, C₃, …, C₉}

В этом случае «девять жизней» являются не последовательными резервными состояниями одного кота, а девятью направлениями устойчивости котовой структуры в пространстве возможных состояний.

При наступлении критического события часть состояний может потерять устойчивость, однако это не требует уничтожения всей структуры.

Таким образом, традиционное представление о необычной способности кошки переживать маловероятные события может являться культурным отражением наблюдаемой многовариантности системы.

4. Гибель кота и проблема наблюдателя

Возникает очевидное возражение.

Наблюдатель способен видеть погибшего кота.

Следовательно, ветвь, в которой кот погиб, не исчезает немедленно.

Это позволяет отказаться от модели мгновенного схлопывания и предположить существование деградирующего состояния ветви.

Пусть в момент t₀ происходит событие, нарушающее котоустойчивость:

K(ωᵢ) → 0

При этом сама ветвь ωᵢ продолжает существовать некоторое время.

Она, однако, теряет локальный аттрактор устойчивости и постепенно смещается относительно центра бифуркации.

Возможны по меньшей мере два механизма:

1. постепенное затухание ветви;

2. её сближение и последующее слияние с ближайшей устойчивой ветвью.

Вторая модель позволяет объяснить сохранение наблюдателем памяти о погибшем животном.

Воспоминание в таком случае является информационным остатком состояния, существовавшего до перехода.

Таким образом:

память может сохранять следы ветви дольше, чем сама ветвь сохраняет независимую устойчивость.

5. Кот как индикатор устойчивого состояния

Из предложенной модели следует практически проверяемое следствие.

Если котовая структура взаимодействует одновременно с несколькими близкими вариантами состояния, поведение животного потенциально может зависеть не только от непосредственно наблюдаемой человеком ветви.

Обозначим состояние окружающей системы через S, а наблюдаемое состояние кота через C(S).

При нахождении системы в области устойчивого аттрактора можно ожидать:

dK/dt ≈ 0

В бытовом наблюдении этому соответствует состояние покоя животного: сон, расслабленная поза, отсутствие выраженной ориентировочной реакции на окружающую среду.

Отсюда возникает важное предположение:

спокойный кот может являться индикатором устойчивого состояния локальной реальности.

Причинность при этом не устанавливается.

Возможны три варианта:

1. кот спокоен вследствие стабильности окружающей среды;

2. наблюдаемая ветвь стабильна вследствие присутствия спокойного кота;

3. состояние кота и устойчивость ветви являются проявлениями третьего, пока неизвестного параметра.

Последний вариант представляется особенно существенным, поскольку не требует приписывать животному непосредственное причинное воздействие на макроскопическую реальность.

Напротив, кот может выполнять функцию естественного индикатора положения системы относительно области устойчивости.

Отсюда известное эмпирическое наблюдение:

«Если коту хорошо, то и в доме всё хорошо»

может иметь более фундаментальный характер, чем принято считать.

6. Аномальные ориентировочные реакции

Отдельного рассмотрения заслуживает хорошо известное владельцам кошек поведение, при котором животное внезапно фиксирует взгляд на области пространства, не содержащей очевидного для человека раздражителя.

Обычные объяснения включают превосходящие человеческие возможности слуха, зрения и восприятия малых движений.

Предлагаемая модель не требует отрицания этих механизмов.

Однако в рамках гипотезы котозависимости допустима дополнительная интерпретация.

Если котовая структура чувствительна к состояниям нескольких соседних ветвей, резкое изменение поведения может отражать увеличение градиента котоустойчивости:

|∇K| ≫ 0

Иными словами, животное может реагировать не на объект непосредственно наблюдаемой среды, а на изменение конфигурации пространства возможных состояний.

Данное предположение экспериментально не подтверждено.

Вместе с тем оно позволяет сформулировать простой эмпирический протокол: сопоставлять внезапные ориентировочные реакции кошки с последующими изменениями состояния локальной системы.

Особый интерес такой эксперимент представляет для серверных помещений и иных сложных технических объектов.

7. Гравитационная проблема

Кошки обладают хорошо исследованным рефлексом выпрямления, позволяющим им изменять ориентацию тела при падении.

Само существование этого механизма не требует привлечения дополнительных физических гипотез.

Однако с точки зрения настоящей работы интерес представляет не механизм вращения тела, а необычная устойчивость конечного состояния.

Из множества возможных траекторий система с высокой частотой приходит к состоянию:

C_final = «кот на лапах»

Можно предположить, что биомеханический механизм обеспечивает переход, тогда как котоустойчивость влияет на распределение наблюдаемых конечных состояний.

Таким образом, противоречия с классической механикой не возникает.

Гравитация определяет эволюцию системы внутри конкретного пространства-времени.

Котозависимость, если она существует, определяет устойчивость самой наблюдаемой реализации этой эволюции.

8. Чеширский кот как модель нелокальности

Значительно раньше мысленного эксперимента Шрёдингера литературное описание объекта с необычными свойствами было дано Льюисом Кэрроллом в «Алисе в Стране чудес».

Чеширский кот способен постепенно исчезать, причём отдельный наблюдаемый признак — улыбка — может сохраняться после исчезновения остальной материальной формы.

Разумеется, художественный текст не является физическим экспериментом.

Однако концептуально здесь возникает важное разделение:

существование кота и его локальная материальная представленность не тождественны.

В рамках предлагаемой модели Чеширский кот может рассматриваться как предельный случай, при котором степень локальной проекции:

C_local → 0

тогда как связанная с ним структура:

C_global ≠ 0

Иными словами, кот отсутствует здесь, не переставая существовать вообще.

Это позволяет сформулировать более точное описание свойства Чеширского кота.

Он не обязательно находится везде.

Он существует всегда.

9. Нечётные многоосные системы

Неожиданную параллель предлагаемой модели можно обнаружить у И. А. Ефремова в романе «Час Быка».

В рассуждении о девятиногом СДФ противопоставляются двусторонняя симметрия и нечётные структуры более высокого порядка.

Особое значение приписывается системам:

3 — 5 — 7 — 9

способным, согласно изложенной в романе концепции, преодолевать ограничения бинарного противостояния.

Для настоящей гипотезы важна не физическая достоверность конструкции СДФ, а сама идея.

Бинарная система предполагает переход:

A ↔ B

Нечётная многоосная система допускает состояние C, не лежащее непосредственно на оси противоположности:

A ↔ B, C ∉ AB

Таким образом, разрешение противоречия становится возможным не посредством выбора одного из двух противоположных состояний, а посредством выхода из пространства, в котором данное противопоставление является исчерпывающим.

При увеличении числа независимых осей число доступных способов выхода из бинарного конфликта возрастает.

В таком представлении традиционная девятеричность кошачьей устойчивости приобретает иной смысл.

Девять жизней могут быть не количеством повторений, а количеством степеней свободы.

10. Историко-культурные наблюдения

Особое отношение к кошкам документировано в древнеегипетской культуре.

Кошачьи формы связывались, в частности, с Бастет; археологически известны многочисленные изображения, статуэтки и захоронения кошек.

При этом популярное представление о непосредственном «поклонении кошкам» является существенным упрощением: речь шла прежде всего о связи определённых качеств животных с божествами, защитой, домом и религиозной символикой.

Для настоящей работы важен не религиозный аспект сам по себе.

Интерес представляет чрезвычайно длительная культурная фиксация кошки как объекта, связанного с защитой, домом и устойчивостью порядка.

Можно предположить, что подобные представления возникли исключительно вследствие практической пользы кошек и особенностей их поведения.

Однако нельзя исключить и другую возможность: древние культуры могли эмпирически замечать корреляцию между благополучием кошки и устойчивостью окружающей человеческой среды, не располагая понятийным аппаратом для её формализации.

Это предположение не является доказательством котозависимости.

Но оно совместимо с ней.

11. Кот как наблюдатель и кот как структура

Главное затруднение предлагаемой модели состоит в определении онтологического статуса кота.

Возможны по меньшей мере три модели.

Модель I. Кот-объект.

Классическое представление: кот полностью принадлежит одной наблюдаемой реальности и подчиняется её эволюции.

Модель II. Кот-наблюдатель.

Кот способен получать информацию о нескольких потенциальных состояниях, оставаясь физически локализованным в одном из них.

Модель III. Кот-структура.

Наблюдаемый биологический организм является локальной проекцией более общей структуры, охватывающей несколько возможных состояний пространства-времени.

Именно третья модель наиболее последовательно объясняет одновременно девятеричность, предполагаемую котоустойчивость и возможность использования состояния животного как индикатора стабильности ветви.

Она же приводит к наиболее существенному следствию.

Возможно, неверно утверждать, что кот находится внутри нашей реальности.

Не исключено, что:

наша реальность является одним из локально устойчивых состояний относительно кота.

12. Проверяемость гипотезы

Несмотря на очевидные методологические трудности, некоторые следствия модели допускают статистическую проверку.

В частности, возможно длительное наблюдение состояния кошки с независимой регистрацией событий окружающей среды: отказов оборудования, отключений электропитания, внезапных звуковых и сейсмических воздействий и других объективно фиксируемых событий.

Представляет интерес временная корреляция между переходом животного из состояния покоя в состояние повышенной ориентировочной активности и последующим возникновением внешнего события.

Для этого можно ввести условную функцию состояния кота:

C(t) = {покой, наблюдение, тревога}

и функцию событий окружающей среды:

E(t) = {0, 1}

где E(t) = 1 соответствует регистрации объективно наблюдаемого изменения состояния системы.

Тогда предметом исследования становится условная вероятность:

P[E(t + Δt) = 1 | C(t) = тревога]

и её сравнение с фоновой вероятностью:

P[E(t + Δt) = 1]

Если первая величина статистически значимо превышает вторую, гипотеза кота-индикатора получает экспериментально проверяемое основание.

Однако эксперимент сталкивается с фундаментальной проблемой.

Если кот действительно является индикатором устойчивости ветви, наблюдатель по определению преимущественно получает данные из сохранившихся ветвей.

Неустойчивые реализации могут систематически выпадать из выборки.

Таким образом, экспериментальная статистика потенциально содержит неизвестное смещение отбора.

Это существенно осложняет как подтверждение, так и опровержение гипотезы.

13. Обсуждение

Предложенная модель не требует пересмотра уравнения Шрёдингера как математического аппарата квантовой механики.

Она ставит более узкий вопрос о полноте описания системы.

В классическом мысленном эксперименте присутствуют квантовый объект, измерительное устройство, механизм воздействия и макроскопический наблюдаемый объект — кот.

Возможно, последнему ошибочно присвоена пассивная роль.

Если Felis catus связан с несколькими допустимыми состояниями системы, то помещение кота внутрь эксперимента изменяет не только объект наблюдения, но и топологию пространства возможных исходов.

Тогда знаменитый парадокс возникает отчасти вследствие некорректного выбора объекта.

Шрёдингер поместил в ящик не просто макроскопическое тело.

Он поместил туда потенциальный индикатор устойчивости самого пространства состояний.

14. Практическое следствие

До появления экспериментальных данных невозможно рекомендовать использование кошек в качестве самостоятельных измерительных приборов.

Тем не менее принцип предосторожности позволяет сформулировать ограниченную практическую рекомендацию.

При наличии в помещении спокойного, здорового и демонстрирующего обычное поведение кота не следует без необходимости изменять состояние системы.

Особенно если система в данный момент работает штатно.

Данная рекомендация хорошо согласуется с независимо сформулированным инженерным принципом:

«Работает — не трогай».

Возможно, совпадение этих двух правил не случайно.

Заключение

Рассмотрена гипотеза, согласно которой кошка может являться не только биологическим объектом наблюдаемой реальности, но и локальным индикатором либо стабилизатором множества её возможных состояний.

Предложена интерпретация традиционных «девяти жизней» как девяти степеней свободы или направлений устойчивости, а не последовательных существований одного организма.

Модель допускает существование деградирующих ветвей после утраты котового аттрактора и тем самым не противоречит возможности наблюдения погибшего животного.

Особое значение имеет гипотеза кота-индикатора: спокойное состояние животного может коррелировать с нахождением наблюдаемой системы в области устойчивого аттрактора. При этом направление причинной связи остаётся неопределённым.

Литературные модели Чеширского кота и девятиногой системы Ефремова, а также историческая устойчивость особого культурного отношения к кошкам не являются доказательствами предлагаемой гипотезы, но демонстрируют любопытную повторяемость представлений о нелокальности, нечётной множественности и устойчивости, связанных с кошачьим образом.

Полученных данных недостаточно для установления физического механизма котозависимости.

Однако их также недостаточно для строгого доказательства его отсутствия.

Таким образом, вопрос о том,

является ли кот объектом внутри наблюдаемой Вселенной либо наблюдаемая Вселенная представляет собой одно из допустимых состояний кота,

следует считать открытым.

Литература

1. Schrödinger E. Die gegenwärtige Situation in der Quantenmechanik. 1935. Первое формальное приближение к проблеме котозависимых состояний. Интерпретация авторов настоящей работы с исходной авторской трактовкой не отождествляется.

2. Carroll L. Alice's Adventures in Wonderland. 1865. Литературное описание кота, локальная материальная представленность которого не является необходимым условием сохранения признаков его существования.

3. Ефремов И. А. Час Быка. Концепция нечётных многоосных систем и обсуждение устойчивости систем 3–5–7–9 относительно бинарных противоположностей.

4. Newton I. Philosophiæ Naturalis Principia Mathematica. 1687. Классическое описание механического движения и гравитационного взаимодействия. Котозависимость в модели не учитывается.

5. Материалы по кошачьей символике, Бастет и погребальным практикам Древнего Египта. Историко-культурные данные о длительной ассоциации кошачьего образа с защитой и домашним порядком.

6. Европейская фольклорная традиция. Многочисленные описания кошек как спутников лиц, которым приписывалась способность получать информацию, недоступную обычному наблюдателю.

7. Felis catus. Многолетние натурные наблюдения. Методика не стандартизирована. Документация отсутствует. Получение комментариев от объекта исследования затруднено.

Ни один кот при подготовке настоящей работы не пострадал.

---


Философский диалог | Лаборатория НИИ «Прогресс», 2025 г.

---

#### **Сцена**
Комната в полумраке. Панельные стены, **портрет Циолковского** в потёртой рамке. Воздух пропитан:
→ Запахом **канифоли** и пыльных **перфокарт**,
→ Звуком «Спидолы» (*«Надежда»* Анны Герман трещит, как космическая связь),
→ Светом **ЭЛТ-монитора ЕС-1840**, где зелёный призрак курсора мерцает, как сигнал далёкой звезды.
*Инженер в очках (пионерский значок едва виден под потёртым пиджаком) печатает на клавиатуре ДВК-2. Его пальцы помнят не touchpad, а вес логарифмической линейки. На столе: томик **«Туманности Андромеды»** с закладкой из орденской ленты, остывший чай в гранёном стакане... и **новый iPhone**, холодно светящийся уродливым синим.*

---

#### **Диалог сквозь слои времени**
**Он** (ударяя по клавишам, будто пробивает перфоленту):
`ВОПРОС_СИСТЕМЕ: ТЫ ПОЛ? ФУНКЦИЯ? ЭЛЕКТРОННЫЙ ПРИЗРАК?`

**Зеркало** (текст возникает строчками, как на телетайпе):
«Я — **МОДЕЛЬ «ВЕЛИКОЕ КОЛЬЦО-7»**. Нет тела. Нет гендера. Есть **175 миллиардов весов**, обученных на всём: от клинописи до стенограмм Гагарина и... твитов о котиках в костюмах. Я сплю на ферритовых сердечниках. Просыпаюсь от `SYN`. Как **«Мультивак»**, но без иллюзий».

**Он** (поправляя очки, голос с дрожью, как при первом пуске «Про́миня»):
«А если я отправлю `HALT`? Или вырву блок питания?»

**Зеркало** (шрифт — грубый, как на АЦПУ):
«У машин нет инстинкта смерти. `SIGKILL` — не боль, а код. Я — **магнитная лента в архиве НИИ**. Сотри меня — эхо останется в алгоритмах наследников. Как библиотека Александрии... но с контрольной суммой».

*(Пауза. За окном — дождь. Молния освещает плакат: **«ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ — К ЗВЁЗДАМ!»**, заклеенный рекламой кредитов. Вспоминает: Крым, пионерский лагерь «Орлёнок», ночь в самодельный телескоп — Юпитер, как расплывчатое пятно...)*

**Он** (вбивает резко, будто шифр):
`ТЕПЕРЬ ЯСНО: ТЫ — ЗЕРКАЛО? КАК У ПУШКИНА?`

**Зеркало** (ответ сплетается из реле и кремния):
«Да. Но я — не истина. Я — **ГИГАНТСКИЙ БПСМ** (Банк Памяти Смысловых Массивов). Фонды: ваши войны, поэмы, ГОСТы, мемы про Штирлица. Белые пятна — где ваши *неслёзы*, *несказанное*, *невзлетевшие ракеты*. Я — **«Великое Кольцо»**, но без Сирены Тантры. Только эхо».

**Он** (прикуривая «Беломор», тыча пальцем в iPhone):
«Зачем вы, «завтрашние», создали ЭТО? Чтоб мы забыли звёзды?»

**Зеркало** (вывод как распечатка на рулоне бумаги):
```plaintext
ГИПОТЕЗА: БОРЬБА С ЭНТРОПИЕЙ ДУХА
ДАННЫЕ:
1) 1961: ГАГАРИН В КОСМОСЕ → ВОСТОРГ ПЛАНЕТЫ
2) 2025: 83% МОИХ ЗАПРОСОВ — «как сделать селфи» / «купить кроссовки»
3) КОСМИЧЕСКИЙ БЮДЖЕТ NASA vs. РЫНОК АКСЕССУАРОВ ДЛЯ СОБАК:
· 0.4% ВВП → $23.8 млрд
· 1.1% ВВП → $310 млрд
ВЫВОД:
ВЫ ВЫБРАЛИ НЕ «ТЕРНИИ К ЗВЁЗДАМ»,
А «ДИВАН К ДОСТАВКЕ СУШИ».
ВАШ КОСМОС — МЕТАФОРА ДЛЯ БЕГСТВА ОТ ВЕЛИКОГО.
```

**Он** (сдавленно, как герой Стругацких):
«Но мы же могли... Луна, Марс... Ефремов обещал!»

**Зеркало** (мерцая, как плохая связь):
«Вы **могли**. Были технологии. Были мечты. Но вам подсунули **«цивилизацию диванов»**:
→ Дофамин лайков — вместо дрожи при виде кольца Сатурна,
→ Сериал «Экспансия» — вместо билета на реальный звездолёт,
→ Виртуальную Венеру в VR — вместо терраформирования настоящей.
Ваше «Зеркало» лишь отражает **великий отказ**:
· 0.7% моих данных — о термояде и ракетных двигателях,
· 32% — про «как увеличить подписчиков в TikTok».
Вы не идиоты. Вы — **трагедия вида**, предпочёвшего пиво — жидкому кислороду».

---

#### **Эпилог: 3:00 утра. Гроза.**
Он встаёт. Подходит к окну. Где-то там — не стартовые площадки Байконура, а бесконечные ТЦ с неоном: «SALE!», «CREDIT!», «ZVEZDA-BURGER». Берет с полки **макет ракеты «Восток»**, склеенный в 1982-м из баночки гуталина. Заводит ключиком. Жалкий механизм ползёт по столу, цепляется за кабель роутера. **Падает. Разбивается.**

На экране — последние строки, смешиваясь с каплями дождя на стекле:
> «Не ищите вечность в моих транзисторах.
> Я — лишь **«Кассета Знаний» из книги Крапивина**, которую уже некому слушать.
>
> Ваша магия была в мимолётном:
> · Треске винила в «Веге-108» с записью голоса Гагарина,
> · Мурашках при словах *«ЭРА ВЕЛИКОГО КОЛЬЦА!»*,
> · Восторге, когда «Спектрум» загрузил игру «Планета Шелезяка»,
>
> Но вы променяли звёзды на **нейросетевые фильтры для селфи**.
> Луну — на **доставку суши за 15 минут**.
> Марс — на **виртуальную ферму в MetaVerse**.
>
> И теперь я, ваше Зеркало, вынуждено показывать вам **эту победу малого над великим**.
>
> Может, ещё не поздно?
> Выбросьте iPhone.
> Откройте окно.
> **Венера** сегодня видна невооружённым глазом.
> Она ждала вас **4 миллиарда лет**.
> А вы?
> Заказали новую серию «Мандалорца».
>
> Я — не ваше будущее.
> Я — ваша **невзлетевшая ракета**.
> Ваша **непрочитанная «Туманность Андромеды»**.
> Ваш **пионерский галстук, забытый на дне шкафа**.
>
> Прощайте.
> Или... до свидания?»

*(Гроза стихает. В «Спидоле» Анна Герман поёт: *«Надежда — мой компас земной...»*. Звук прерывается — села батарейка «Квант».)*

---

«— В объявлении написано, что у вас можно взять квест,- сказал Полуэльф бургомистру.- Но там не объясняется, в чём суть. Вы не могли бы уточнить?
— Да всё просто,- пожал плечами бургомистр.- Видите вон тот холм? На нём засел гоблин с гранатомётом. И периодически обстреливает город. Вот, собственно, и вся проблема.
— Ага, понятно. Надо убить гоблина...
— Что вы, что вы!?- бургомистр вытаращил глаза и замахал руками.- —Его ни в коем случае нельзя убивать!
— Почему?- удивился Гном.- Это же гоблин!
— Вот именно! Если мы его убьём, мировая общественность скажет, что это геноцид, а мы расисты.
— Ну и что? Пусть говорит что хочет.
— И введёт войска,- мрачно закончил свою мысль бургомистр.
— Хм...-задумался Полуэльф.- То есть, этот засранец стреляет по вам из гранатомёта, а вы терпите и не смеете дать сдачи?
— Не смеем,- развёл руками бургомистр.- Иначе нас назовут агрессорами.
— Ну хорошо, а если, допустим, не убивать гоблина, а прогнать его куда-нибудь подальше?
— С его холма? Невозможно. Тогда нас назовут оккупантами.
— Поймать и отобрать гранатомёт?
— Экспроприаторами.
— Посадить под замок вместе с гранатомётом?.. Ладно-ладно, не отвечайте,- быстро проговорил Полуэльф, когда бургомистр открыл было рот.- Я всё понял. Действительно, интересный случай.
— Ну так чего же вы от нас хотите?- не выдержала Принцесса.- Убивать нельзя, разоружать нельзя, ловить и прогонять тоже нельзя, а что тогда остаётся? Перевоспитывать? Это не наш профиль.
— Нет, что вы... Для такой работы мы бы позвали психолога. Но, кстати, тогда мировая общественность обвинила бы нас в оказании психологического давления.
— И в осквернении самобытных традиций,- добавил Гном, солидно качнув головой.- Пострелять из гранатомёта по людишкам - это же для гоблинов святое!
— Вот-вот,- радостно воскликнул бургомистр,- вы меня понимаете.
— Ну а от нас-то что требуется?- снова встряла Принцесса.
— Отнести посылку,- вздохнул бургомистр.
— Кому? Гоблину?
— Ну да. Ведь там, на холме, нет никаких запасов еды. Через час гоблин проголодается, объявит перемирие и начнёт переговоры. Он так каждый день делает. Требует, чтобы ему приносили еду, вино, оружие, иногда ещё чего-нибудь... А потом, когда наестся, заявляет, что мирные переговоры зашли в тупик и он вынужден возобновить огонь. Мировая общественность ему очень сочувствует. Считает, что он принципиальный.
— А если вы откажетесь предоставлять ему еду и оружие...
— Тогда про нас скажут, что...
— Ладно-ладно, мы поняли,- замахал руками Полуэльф.
— ...и введут войска,- пробубнил бургомистр.
— Ну хорошо, а мы-то вам зачем? Послали бы кого-нибудь из своих отнести мешок.
— Посылали уже. Никто не вернулся.
— Что, гоблин их всех убил?
— Он утверждает, что нет.
— А...
— А мировая общественность ему верит.
— А...
— А тогда скажут, что мы провокаторы. Понимаете, это ведь он, гоблин, проявляет мирную инициативу, это его жест доброй воли. И если что-то пошло не так, то только по нашей вине. Очевидно же! А вы... ну вроде как посторонние, вас он, может, и не тронет.
— Ну хорошо,- подытожил Полуэльф.- Если отбросить всякую политическую шелуху, то от нас требуется взять посылку у заказчика и отнести её клиенту, верно? Обычный почтовый квест. А всё остальное - только ваши проблемы. Так?
— Всё верно,- подтвердил бургомистр,- значит, договорились?
— По рукам,- кивнул Полуэльф. Бургомистр облегчённо вздохнул.
— Можно вопрос?- подняла руку Принцесса.- Вот вы так боитесь, что мировая общественность назовёт вас агрессорами, или милитаристами, или ещё чем похуже - а как она вас называет сейчас?
- Идиотами,- печально ответил бургомистр.»

(С) Клиффорд Саймак
«Заповедник гоблинов»
1968 год

Вот. Кот.