THE END
С каждым днём ценность времени возрастает.
Бывает, в походе, взбираясь на гору, проникаешься ощущением процесса подъёма: он утомителен, кажется бесконечным, но – где-то там, вдали есть вершина – она манит, даёт силы, зовёт, тянет к себе...
Добравшись же до неё и начав спуск вниз, понимаешь, что хотя дорога вниз ещё почти так же долга, как и вверх – к вершине, но ПУТЕШЕСТВИЕ-ТО УЖЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ.
Так и в жизни: однажды, оказавшись чуть ниже вершины горы собственных достижений и мечт, вдруг осознаёшь, что живёшь в другой - о с т а в ш е й с я половине жизни.
Разница между ней и той, что была раньше, проста: раньше впереди была бесконечность подъёма, а позади - на горизонте – уходило в туман НАЧАЛО, теперь же открылся иной горизонт: высота взята, и с каждым днём, с каждым часом, всё отчётливее различаешь там, в бесконечной дали, очертания приветственной надписи: «КОНЕЦ» над узкими воротами.
И эта смена перспективы меняет всё – и навсегда.
Раньше я не знал, что такое настоящий выбор. А теперь знаю: выбор всегда связан с жизнью, то есть - с отпущенным тебе временем. Удачный выбор увеличивает время, неудачный - забирает. Юно-философический, и оттого часто риторический, вопрос о самопредъявлении: «Быть или не быть», превратился в вопрос-удавку «Жить или не жить».
Часы тикают. Уходит главная ценность – время, которое я трачу на добывание бумажек с цифрами, на чужое одобрение, на ожидание тех, кто ещё видит ТОТ край горизонта, и поэтому никогда не поймёт, почему я злюсь на их опоздания. Я завидую Диогену, его бочке, и его тёплому климату, в котором можно одеваться в шорты и питаться фруктами, обильно растущими вокруг, не растрачивая во всём этом остатки дней.
Профессиональная реализация радует, но я с каждым годом всё острее переживаю прощание с частями года, в которых было так мало меня - без походов, моря, лесов, полей, долгих велосипедных прогулок и ночёвок под звёздами: ещё одно лето ушло, ещё одна зима закончилась... Растущие дети удивляют и восторгают красотой проявления Личности из кусочка плоти, личности, в которой я узнаю многие из своих черт. И в то же самое время, они же высасывают, отрывают по кускам моё время, океанская размашистость их бытия безжалостна к моему размываемому волнами острову. Но… мне это нравится.
Так, наверное, приходит старость и смирение, ошибочно называемое некоторыми (с той стороны) мудростью – как вид отказа от бесконечного взбирания на новые вершины и принятия того факта, что в приближающиеся с каждым днём ворота выхода из жизни не возьмёшь с собой почти ничего: ни денег, ни недвижимости, ни красоты ногтей и мышц, ни дипломов и наград – всё это размывается, как песочный замок на берегу, даже не успев достроиться.
С собой остаются только ощущение свободы собственного раскрытия, восторг от благодарных глаз клиентов, трепет от прикосновения ко мне бесконечного детского доверия и, конечно – сердечное тепло любимой, которая разделила себя со мной, и позволила моей боли прикоснуться к своей. В конечном счёте, наверное, эти все вещи выражаются одним лишь словом: Любовь. И эта Любовь неразделима с болью. Её-то я и намерен нести с собой.
Я счастлив. Ведь эта новая перспектива - какая-то она… очень человечная…
