"Путь" часть 4
- Как сидится, гуляки? - спросил я, невинно ложа руку на ножны.
- Хор... ик... хоррррошо, человечишка, - ответил любитель официанток. Сидящая на коленях девица утвердительно пискнула, когда мохнатая конечность оценила околопоясничную окружность.
- А грохочете чего? Я, меж прочим, этажом ниже живу.
- В земле, что-ли? - заржали глупой шутке лохматые выпивохи, - может, тебя туда обратно в... ик... вкопать?
Трактирщик при этих словах вздохнул и пальцем поманил официантку. Та, поняв, чем (кроме зверского перегара) пахнет, мигом шастнула за стойку. Я благодарно кивнул, и снова повернулся к моим пушистым любителям выпить.
- А лапки-то с перепою не поотваляться?
- Да ты на кого... Да мы тебя... - нестройно затянула компания, пытаясь выбраться из-за стола. Это у них не очень-то получалось: будь ты хоть драконом-трезвенником, но столько пойла бесследно для мозга (если таковой наличествует) не проходит.
- Вы бы умылись, котята, а то, не ровен час, упадёте, и мне потолок проломите, - ехидно заметил я.
Ответом было хмельное рычание. Один из зооморфов умудрился выскользнуть из-за стола и нетвёрдой походкой направился ко мне. Был отправлен созерцать пылинки на полу ударом ноги в раздутое от выпивки пузо. Глухо зарычав, попытался подняться, но, после нежного касания носком новеньких сапог в район почек с размаху, бросил эту затею и принялся судорожно вдыхать воздух - видно, запах очень нравился.
Двое его товарищей, видя успех моего красноречия, буквально вылетели из-за стола, причём один умудрился из-за лавки вытянуть нехилых размеров секиру, и метнуть ею в меня. Я такой прыти не ожидал, и совсем чуть-чуть не успел в уклоне влево. Красивое гравированное лезвие летящей, как лист на ветру, секиры, не долетело до моего правого плеча буквально с полпяди. С моего красивого амулета стрельнуло что-то вроде фиолетовой молнии, и секира будто врезалась в монолитную каменную стену, и тем же осенним падающим листиком грохнулась на пол. Благо, тот выдержал. Хм, а амулетик-то ничего. Впрочем, я б от той секиры и сам уклонился бы в итоге. Наверное.
Тем временем, двое гульнувших счастливцев почти добрались до меня, родимого. Одного я хватил деревянной кружкой, взятой с ближайшего стола, по хмельному рылу, чем несказанно удивил его владельца. Прям, до шока и потери ориентации. Третий, не вняв голосу разума (может, в виду его отсутствия, разума-то), упорно сунулся на меня, случайно наступив на первого воспитанного мною мордоворота. Тот дёрнул левой лапой, схватив собрата за щиколотку, и рванул вниз - видно, почти очухался. Но за хмелем спутал собрата со мною, за что и получил сверху нагрузку в виде него же. Подняться ему после этого, понятно, уже не судилось. Второй лежал смирно и не делал попыток вступить со мной в дискуссию. Третьего я не обделил вниманием, двинув пяткой по загривку, чем, видимо, всё же убедил его в неправильности взглядов. Оглянувши побоище, я с удивлением заметил Айю, сидящую в уголке с полуприкрытыми глазками и лениво наблюдавшую за сценкой. Судя по всему, с момента полёта секиры.
- Нет бы пригласить... Невоспитанный ты какой-то, Ост. Ушки твои всё-ж укорочу однажды, - она фыркнула, и тут же скорчила недовольную мордочку: перегар ещё не выветрился.
- Я не хотел тебя тревожить, красавица, - дёрнул я нужную струнку. Рыся довольно зажмурилась.
- Ну и прохвост же ты, Ост. И чего я с тобой шастаю?.. - но всё же было видно, что она польщена. Хм, польщённая рысь?..
Из-за прилавка устало взирал на лежащие тела трактирщик, и (эти уже удивлённо) официантка со слугами.
- Выносить их теперь кто будет? Они ж до чёртиков весят, алкаши эти!
- Нечего такую сволочь впускать. И не дуйся, я тебе немножко возмещу.
- Ост, ты ж на нулях, сам говорил, хорош заливать.
- Как только денежку достану - сразу к тебе, почтенный.
Тот махнул рукой, мол, знаем мы твои россказни. Ну, и пёс с ним, привечает у себя всяких. А нечего.
По дороге на выход, я как бы невзначай наступил на лапу любителю официанток, он же метатель разных нехороших предметов. Тот с трудом оторвал морду от пола, но, увидев очаровательную улыбку Айи, тут же уткнулся обратно. Да, улыбка и вежливость творят чудеса.
- Хор... ик... хоррррошо, человечишка, - ответил любитель официанток. Сидящая на коленях девица утвердительно пискнула, когда мохнатая конечность оценила околопоясничную окружность.
- А грохочете чего? Я, меж прочим, этажом ниже живу.
- В земле, что-ли? - заржали глупой шутке лохматые выпивохи, - может, тебя туда обратно в... ик... вкопать?
Трактирщик при этих словах вздохнул и пальцем поманил официантку. Та, поняв, чем (кроме зверского перегара) пахнет, мигом шастнула за стойку. Я благодарно кивнул, и снова повернулся к моим пушистым любителям выпить.
- А лапки-то с перепою не поотваляться?
- Да ты на кого... Да мы тебя... - нестройно затянула компания, пытаясь выбраться из-за стола. Это у них не очень-то получалось: будь ты хоть драконом-трезвенником, но столько пойла бесследно для мозга (если таковой наличествует) не проходит.
- Вы бы умылись, котята, а то, не ровен час, упадёте, и мне потолок проломите, - ехидно заметил я.
Ответом было хмельное рычание. Один из зооморфов умудрился выскользнуть из-за стола и нетвёрдой походкой направился ко мне. Был отправлен созерцать пылинки на полу ударом ноги в раздутое от выпивки пузо. Глухо зарычав, попытался подняться, но, после нежного касания носком новеньких сапог в район почек с размаху, бросил эту затею и принялся судорожно вдыхать воздух - видно, запах очень нравился.
Двое его товарищей, видя успех моего красноречия, буквально вылетели из-за стола, причём один умудрился из-за лавки вытянуть нехилых размеров секиру, и метнуть ею в меня. Я такой прыти не ожидал, и совсем чуть-чуть не успел в уклоне влево. Красивое гравированное лезвие летящей, как лист на ветру, секиры, не долетело до моего правого плеча буквально с полпяди. С моего красивого амулета стрельнуло что-то вроде фиолетовой молнии, и секира будто врезалась в монолитную каменную стену, и тем же осенним падающим листиком грохнулась на пол. Благо, тот выдержал. Хм, а амулетик-то ничего. Впрочем, я б от той секиры и сам уклонился бы в итоге. Наверное.
Тем временем, двое гульнувших счастливцев почти добрались до меня, родимого. Одного я хватил деревянной кружкой, взятой с ближайшего стола, по хмельному рылу, чем несказанно удивил его владельца. Прям, до шока и потери ориентации. Третий, не вняв голосу разума (может, в виду его отсутствия, разума-то), упорно сунулся на меня, случайно наступив на первого воспитанного мною мордоворота. Тот дёрнул левой лапой, схватив собрата за щиколотку, и рванул вниз - видно, почти очухался. Но за хмелем спутал собрата со мною, за что и получил сверху нагрузку в виде него же. Подняться ему после этого, понятно, уже не судилось. Второй лежал смирно и не делал попыток вступить со мной в дискуссию. Третьего я не обделил вниманием, двинув пяткой по загривку, чем, видимо, всё же убедил его в неправильности взглядов. Оглянувши побоище, я с удивлением заметил Айю, сидящую в уголке с полуприкрытыми глазками и лениво наблюдавшую за сценкой. Судя по всему, с момента полёта секиры.
- Нет бы пригласить... Невоспитанный ты какой-то, Ост. Ушки твои всё-ж укорочу однажды, - она фыркнула, и тут же скорчила недовольную мордочку: перегар ещё не выветрился.
- Я не хотел тебя тревожить, красавица, - дёрнул я нужную струнку. Рыся довольно зажмурилась.
- Ну и прохвост же ты, Ост. И чего я с тобой шастаю?.. - но всё же было видно, что она польщена. Хм, польщённая рысь?..
Из-за прилавка устало взирал на лежащие тела трактирщик, и (эти уже удивлённо) официантка со слугами.
- Выносить их теперь кто будет? Они ж до чёртиков весят, алкаши эти!
- Нечего такую сволочь впускать. И не дуйся, я тебе немножко возмещу.
- Ост, ты ж на нулях, сам говорил, хорош заливать.
- Как только денежку достану - сразу к тебе, почтенный.
Тот махнул рукой, мол, знаем мы твои россказни. Ну, и пёс с ним, привечает у себя всяких. А нечего.
По дороге на выход, я как бы невзначай наступил на лапу любителю официанток, он же метатель разных нехороших предметов. Тот с трудом оторвал морду от пола, но, увидев очаровательную улыбку Айи, тут же уткнулся обратно. Да, улыбка и вежливость творят чудеса.

