146

Моря-моря

Клиент, четырехлетний малыш, приходит на занятие после месяца отпуска в тёплых странах.
Мама с порога заявляет:
- Знаете, у него депрессия. Не хотел возвращаться, постоянно вспоминает море, и весь вчерашний день, по привычке, пытается раздеться до шорт и загорать.
Друг, как же я тебя понимаю...

Моря-моря Детская психология, Дефектолог, Трудовые будни, Отдых, Море

Дубликаты не найдены

+7

Никто так сильно не хочет в отпуск, как человек, который только что из него вернулся.

+1
Блин... Депрессия у четырёхлетки.
+1

Да, депрессия 😂

0
Ещё больше статей, рекомендаций и случаев из практики в Телеграм-канале @PsychologicalBeard
Похожие посты
491

Летний отдых глазами сельского жителя

Привет, пикабу. Пост ненависти и одновременно грусти.

Сезон отпусков в этом году стартовал позже, однако когда были сняты ограничения люди с двойной, а может с тройной силой ломанулись на юга нашей огромной страны. И так уж сложилось , что маршрут очень большого количества людей, стремящихся окунуться в море и невидящих никаких ни моральных, ни физических препятствий проходит через массу маленьких и больших сел и деревень. И вот таком самом обычном селе живут мои родители. Когда едем к ним в гости, то понять, что начался сезон отпусков можно не по календарю, а по засыпанным мусором полянах возле дороги, по грязной обочине на протяжении всего пусти. Но это только начало всех бед. Очень большая проблема "альтернативных дорог" ( бесплатных) состоит в полном отсутствии туалетов. И почему то большинство путешественников предпочитают справлять свои естественные нужны не в ближайшем лесу, а посередине деревни. Просто тяга какая-то  остановится возле чужого двора, сделать свои дела и с облегчением ехать дальше. Приведу несколько показательных примеров.


Ситуация первая. Два часа ночи. Собаки разрываются. Возле двора стоит машина, фары светят в окно. Отец идет на улицу, не успевает выйти, как натыкает на парня, который справляет свои нужду на колесо трактора. С невозмутимым взглядом доделал свои дела, сел в машину и они уехали.


Ситуация вторая. Опять ночь, опять машина, опять разрываются собаки у всех соседей. На подъездной дорожке ко двору стоит джип с регионом 799, из задней открытой  двери высовывается горшок и все его содержимое  выливается на эту самую дорожку. На все возмущения водитель промямлил "Ну это ребенок, что сделаешь, дорога дальняя". Почему нельзя это было сделать за пределами деревни остается загадкой.


Ситуация третья. Летят мотоциклы. В деревне ограничение везде 40, но эти кадры летят минимум 140. Но не об этом. Посреди дня останавливается 2 мотоцикла, один из наездников спокойно направляется к ближайшему соседскому кусту смородины, делает свои дела, они садятся и уезжает, на крики соседа был показан гордый средний палец в кожаной перчатке.


И вот такое происходит постоянно. Что за нудистские наклонности заставляют людей делать свои дела посреди деревни или села. Почему до этих людей, живущих в мегаполисах, не доходит, что за пределами их муравейников тоже живут такие же люди, что сорокалетняя дылда, показывающая средний палец старику и ссущая под дом этого старика не выглядит нормальным человеком. Поражает это ежегодное повальное желание окунутся в море, которое напрочь отключает у людей чувство стыда.

9136

Примета на удачу

Пляж в Янтарном, жара, море спокойное, но с утра вода ещё прохладная.

Я бреду по колено в воде, наблюдая как "Хаммер" гоняет по пляжу , опасно приближаясь к кромке пляжа и разбрызгивая воду.  Кажется его вот-вот  занесёт и он , или заедет в море, или  не смотря на проходимость увязнет в балтийском песке.  Это ведь не УАЗик, чтобы из любой грязи вылезать. Водитель видимо слишком надеется на проходимость своего вездехода, что чревато. Мне даже не по себе стало, когда подумал сколько потребуется сил чтобы его  вытащить из нашего белоснежного песка. Я даже пальцы скрестил на удачу, а вдруг это поможет  джипу.

И помогло. При развороте этот кретин закопался так, что потом даже трос порвали. И ещё один джип  вытаскивая его, зарылся по самые помидоры.

Так что скрещённые пальцы работают=).

Примета на удачу Море, Отдых, Быдло, Пляж, Балтийское море, Путешествие по России
35

Остров Искья

Доброе утро, али день!

Конец лета подарил мне такие фотографии, а я поделюсь с вами.

Хорошей субботы!

Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Остров Искья Искья, Неаполь, Италия, Путешествия, Море, Отпуск, Отдых, Фотография, Длиннопост
Показать полностью 8
542

...на море... минутка идиотизма

"Я поеду на море!"

После пары лет безденежья и абсолютной беспросветности я провопила эту фразу ещё в феврале при согласовании отпусков. В конце апреля я уже отнюдь не столь уверенно бормотала "поеду на море!", измучено перекладывая по ночам подушку разными сторонами.

В мае я согласовалась с коллегами и с начальством, сдвинула отпуск...

Пандемия не отступала. Да и обещанное "жаркое" лето оказалось очередной ошибкой метеорологов.

"Поеду... на море.." - страдала я.

Потом в конец озлобилась.

Да первые путинские на детей пришли, сняв с меня проблему подготовки сына к грядущему учебному году. Раскудрить) В кои-то веки!

"Палатку куплю с отпускных! Не море, так река!"

В какой-то момент вдохновение, опыт детских походов и воспитанная ими самоуверенность победили. Ну да, мне под сорок и я боги знают сколько не варила картошку в котелке. Ну да, моему сыну двенадцать и он не умеет гадить в ямку под кустиком.

Разум, реально, часто проигрывает.

Мне, как в поговорке про дураков, везёт. Знакомый, услышав мои сумбурные завывания "Море! Палатка!", безрассудно выдал мне в распоряжение и палатку, и спальники, и газовую горелку с набором посуды. И даже показал мне на картах прекрасный пляж на нашем пресном рукотворном Рыбинском море. Золотой человек, без сарказма. Я вот точно не такая.


Оооох...

Больше всего мне неловко перед этим знакомым. Семейка-то моя давно привыкла к моей неадекватности. А тут случайный человек под раздачу попал.

Поколебавшись, я взяла предлагаемое, что сделало мой бюджетный отпуск совсем уж бюджетным.

В прекрасный почти солнечный день мой отец на Ниве отвёз меня с детёнышем на вожделенный песочек у большого водоёма.


Консервы у костра, купание без ограничений, обгоревшее тело, книга с перерывами на сон...

Мечты сбываются)


"Сын, тащи-ка ты это в палатку, кажись, гроза надвигается"

Небо темнело, тучи кучерявились, ветер совсем стих.

Сын посмеялся, но потащил. А я с лихим видом бывалой туристки докипячивала заёмный котелок на костре. Я даже залила две кружки кипятком на чай и только после этого ретировалась в палатку, закинув котелок на наш надувной круг и полотенца в "предбаннике" палатки.


"МАМА!"

Вопль сына слился с завыванием ветра. Я подавилась только закуренной сигаретой, выплюнула её и упала в палатку, цепляясь на среднюю дугу. Первым порывом нас просто кидануло и вылило половину свежего чая из кружек на одеяло.

"МАМА!!!"

"Держи!!!"

Второй порыв ветра буквально поднял нас вместе с сыном и палаткой с рюкзаками в воздух, выдрав к лешему все колышки с подветренной стороны. Эдакий ковёр-самолёт. Я вцепилась в одну дугу, как-то матерно велев сыну вцепиться в другую. Сын вцепился и, чуть ли не ногой держа кружки, допил остатки чая, чтоб на одеяло не вылился. Но это было уже бессмысленно. С порывами ветра шёл сплошной дождь. Он захлестнул нас, поднырнув под непромокаемость.

Я - дура. Я при установке палатки легкомысленно закинула противоштормовые растяжки обратно в рюкзак, мол, погода-то славная.

Палатка всё ещё пыталась стать ковром-самолётом. Я распялила сына между двумя дугами, сама кинулась на вход, который грозил оторваться и улететь от нас.

Ветер был мощный. Я двумя руками упиралась в палатку, погружаясь коленями и бедрами в дождевую лужу, закусывала губы, чтоб не орать ("яжемать" - нельзя). Сын за спиной охал на особо весёлых порывах ветра, упрямо держал дуги. А мирное рукотворное море исходило пеной уже в полуметре от нас. Молнии грохотали совсем над головой, отзываясь звоном в ушах. Я прикинула, что прогоню сына наверх, в лесочек, а сама смогу удержать палатку (не моя же, не бросить).

Ветер не стихал.

С полчаса мы с сыном изображали атлантов. Потом порывы стали менее масштабны. Я оглянулась в палатку, вздрогнула и велела сыну подать мне телефон (как только не утоп?).

В палатке стояли лужи. Рюкзаки были насквозь мокрые (я с трудом нашла сыну сухую кофту поверх его футболочки). Я позвонила маме. Ну а куда ещё звонить? Папа по состоянию здоровья (больные суставы) не смог сесть за руль. Мама вызвонила мужа моей сестры.

Зять на папиной Ниве с папой в качестве штурмана примчался к нам стремительно и без насмешек уже в полной темноте всего пару часов спустя. За это время я на ощупь одной рукой упаковала наши с сыном вещи, свернула спальники, разобрала бесформенную груду палатки. В темноте, при свете робкого ручного фонарика (да, не рассчитывала я на такое буйство природы) мы с сыном, проваливаясь в волны, таскали мешки и рюкзаки до дороги. Сын навешивал на себя столько же, сколько и я, спотыкался впереди под тяжестью сумок, подсвечивал фонариком.

Мы запихнули всё добро в машину, упали на сидения и выключились. Зять привёз нас домой за полночь.

Я потом два дня сушила в огороде палатку, выгребала из неё килограммы песка.


Отдых удался) Мы и накупались, и загорели и получили незабываемое приключение.

Одно меня мучает.

Чёртов котелок, в котором я в тот вечер грела воду на чай. Его сдуло полностью, мы нашли только крышку. Котелок, кажись, был редкий, я в нашем городе не нашла такого. Ужасно неловко теперь. Не знаю, заменит ли покупка нового котелка привязанность его хозяина к старому. Пока ищу, у меня есть ещё целых два дня на это.

...на море... минутка идиотизма Отдых, Ветер, Море, Глупость, Длиннопост
Показать полностью 1
28

Песне мы не скажем «До свиданья!»

Однажды настанет тот день, когда твой самый первый клиент достигнет желаемого тобой уровня развития. Или переедет в другой город. Или решит уйти к другому специалисту.
И это нормально.
Вход в коррекционно-развивающую работу, как и выход из неё, являются важными, кризисными периодами для всех участвующих сторон. Причин для «расставания» со специалистом может быть множество, например, переезд семьи, смена целей, решение попробовать новые методики, уход в государственные учреждения, конфликт родителей, материальные трудности и так далее.
Отдельная ситуация, когда инициатива для прекращения или изменения типа взаимодействия исходит от специалиста. О ней и хотелось бы поговорить.
Если ты хороший специалист, ты должен трезво оценивать свои возможности. Осознавать, чем и как ты поможешь каждому конкретному клиенту. Невозможно, к примеру, быть экспертом во всех возрастных периодах детства - от рождения и до восемнадцати лет, ведь просто нереально охватить мыслью столь длительный временной период, легко разбираться во всех кризисах, учить и горшку, и отношениям с противоположным полом, бороться и с пальцами во рту, и с девиантным поведением. Обычно выбирается один-два важных возрастных периода в которых специализируешься. Поэтому, например, если ты занимаешься только с дошкольниками, а твой подопечный уже окончил второй класс, порой нужно подумать а том, чтобы передать клиента коллеге.
«Шарить» во всех нарушениях в развитии тоже кажется фантастикой. Дети отличаются не только внешними проявлениями, но и внутренне. Помимо разной структуры дефекта, формируются совершенно разные вторичные нарушения, отличается отношение родителей и общества к той или иной особенности ребёнка. Разная социализация, разные методы коррекции - если пытаться освоить все и сразу, то тебе самому в скором времени потребуется специалист.
Или когда родители не выполняют твоих рекомендаций, ссылаясь на непонятные причины. В итоге, ребёнок у тебя на занятиях «пашет и страдает», а дома все так же делает всё, что захочется. Родители не готовы менять ситуацию, что, конечно, идёт во вред маленькому клиенту. И после нескольких безуспешных попыток изменить ситуацию и повлиять на взрослых, ты имеешь полное право поставить ультиматум и в случае его невыполнения прекратить занятия.
Но помимо этого, нужно и понимать, в чем ты хорош, а в чем не очень. К примеру, я терпеть не могу классические прописи и обучение чтению. Работая с детьми достаточно «сложными» я не так часто сталкиваюсь с этим, но все же, это очень важная цель, ориентир работы. И когда ты понимаешь, что ребёнок уже легко выполняет все твои письменные задания и пора бы ему соединять буквы в слоги, необходимо не «проморгать» этот сензитивный период и отдать ребёнка тому, кто делает это лучше тебя.
Вот этом порой трудность - усмирить своё «Я», признать свои трудности, недостатки. «Здесь требуется более жесткая коррекция поведения, это лучше сделает мой коллега», «Тут больше проблем в родителях, а не в ребёнке, лучше справится с этим вон тот психолог», «Этот ребёнок достаточно высокого уровня развития, я мало что смогу ему дать», «Да, вы пришли лично ко мне, но я с подростками не занимаюсь».
Умение отказаться от клиента и предложить ему альтернативные варианты решения его проблем - это порой лучшая помощь, что ты можешь оказать.

Изначально было опубликовано в собственном телеграмм-канале @PsychologicalBeard

36

Консультация на Родине, вторая попытка.

В продолжение поста Консультация на Родине

Прошло пять месяцев. И вот, я снова здесь.
Старый переезд, пара путей в разные стороны. Бетонные плиты-перроны, новый, но уже обшарпанный стенд с названием остановки электрички. Часть букв сорвали дети.
Стало гораздо меньше зелени и гораздо больше мусора. Осень, забирая жизнь у листьев и трав, обнажила побочные продукты жизни человеческой – кучи пакетов, памперсов, бутылок и всякой дряни.
Одет теперь гораздо теплее. В мае было солнечно и дул приятный бриз с моря. Теперь ветер прохладный, с гор, а светящее солнце не даёт тепла. На удивление свежо, нет пыли, отчего четко видно и далёкую гору Джалган, и село на ней, и соседние сёла слева, и далекий пригород справа. Они сквозь легкую, голубоватую дымку, словно картинки из старых фильмов или первых советских цветных фотографий.
Пришёл, как обычно, раньше. Минут за 20. В руке не папка, а пачка чистых листов и ручка, прихваченные с дома. Написал маме ребёнка сообщение в Вотсапе, вдыхаю родину, фильтруя запах моря и гор от прочих. Тихо, за спиной, в загоне у самых путей крякают утки вперемешку с гогочущими гусями. Как же я соскучился по такой вот тишине, которую не найти в большом городе. Просто тишина. Шелест осиротевших листьев, дыхание ветра, гуси и утки.
Через переезд проходит мужчина, лет 25-30. Карикатурно крутит телефон в руках, словно стереотипный кавказец. Вглядываюсь в загорелое, будто скульптором резко очерченное лицо, пытаюсь омолодить его на 9 лет. Знал ли я этого человека? Может он был моим одноклассником или учился на пару лет старше? Или мы с ним ходили на рыбалку? В голове не находится никаких соответствий, поэтому я решил не здороваться с ним. Он, видимо, тоже не увидел во мне знакомого. Поэтому, постояв пару минут, размашистой походкой пошёл обратно. Время меняет лица и людей.
Вижу издалека мать с ребёнком. Он заметно вырос. Репетирую в голове диалог, стараюсь прописать, проиграть весь процесс встречи в воображении, чтобы быть готовым ко всему. Они тем временем совсем близко подошли, и я вышел на встречу. Переезд, словно моя крепость, на которой я возвышался гордым дозорным, выплевывает меня на грунтовую тропинку и через канаву на старую дорогу с остатками асфальта.
Здороваюсь. Беру ребёнка за руку. Он вырывается и пытается убежать за переезд, там, дальше, есть магазин, его главная цель в этом районе. Мама криком возвращает ребёнка обратно. Рука вновь в моей руке. Мальчишке уже 10 лет. Почти мне по плечо. Укусы теперь явно будут более сильными.
Мама сбивчиво рассказывает новости за год. Всё та же история, которых тысячи. В школе ничему не учат. Хорошо, что хотя бы боится учительницу. Дома балуется. Не слушается. У детей в школе «берет только плохое», научился кусать себя и закрывать уши. Или смеяться без дела. Мои рекомендации выполняли частично, не всё смогли, не всё поняли.
Но есть и плюсы. Я ошарашен и удивлён. Ребёнок отвечает на простые вопросы! Как тебя зовут, кто это бежит, где дом, где мама, говорит слова приветствия и прощания. Для десятилетнего ребёнка, который чуть менее полугода назад не говорил ничего, кроме пары цифр и букв чисто механически, оторванного от квалифицированных специалистов – это просто чудо. Не скрываю радости, хвалю маму и ребёнка. Пусть слова смазаны, звуки не чёткие. Но это ответы на обращённые вопросы! Ни с чего за пять месяцев! Они действительно молодцы.
По дороге мама аккуратно жалуется на отца, одновременно оправдывая его. Мол, не занимается с ребёнком физически, чего она просит, потому что устаёт на работе. Разрешает ему многое, потому что любит и жалеет. Понятно по подтексту, что просит поговорить и с папой ребёнка, но прямо говорить нельзя – как нельзя жене открыто жаловаться на мужа.
Семейный дом уже близко. Стройка подходит к концу, но ещё не окончена. Рабочих нет. Мальчик расслабился и успокоился, не пытается вырваться. У дома отец чинит уже немолодое творение отечественного автопрома. Руки в масле и других жидкостях этого железного монстра. Вытирает их тряпкой, жмёт руку. Крепкое, сухое, мужское рукопожатие. Вторая рука у моего локтя – значит с уважением, как к равному. Небольшого роста, крепко сложен, волосы с проседью, гладко выбрит. Рука твёрдая, мозолистая. Изгибы морщин на темном от солнца лице. Обычный работяга. За карими глазами твердость характера и ум.
Прохожу в дом. Двор подчистили, но следы извечной стройки повсюду. Белая тирса известняка делает все цвета менее яркими, засоряя всё вокруг, проникая в каждую трещину и пору.
Отводят в комнату мальчика. Обстановка та же. Осталось чуть меньше игрушек, они аккуратно расставлены вдоль дивана.
Входит отец. Первая часть разговора будет с ним. Мама ребёнка сразу же уходит на кухню – мужчины должны говорить одни. Папа садится на стул у письменного стола, поставив его спинкой вперёд, как полноправный хозяин ситуации, спокойный и уверенный. Думаю, в голове у него что-то типа «Сейчас опять будут воду лить».
Надо менять ситуацию. Захожу издалека. Описываю ребёнка подробно – с хорошим потенциалом, но недостаточно нагружен. Привожу пример взрывного развития его речи. Рассказываю подробно, почему важно скорректировать поведение, расставить границы дозволенного, как правильно взаимодействовать с ребёнком во время истерик и капризов. И как все сказанное повлияет на развитие мальчика.
Сам виновник «торжества» тем временем забегает в комнату уже в пятый раз, надеясь отобрать у меня телефон и поиграть. «Нет! Мой!» говорю я ему. Пытаюсь унять визг и крики, усадив мальчика к себе на руки. Зубы крепко схватывают левую руку, сжимают кожу, тянут на себя. В этот момент важно не показать эмоций. Отец пытается влезть, останавливаю его жестом свободной руки. Он ошарашено смотрит. Мальчик тоже удивлён. Разжимает челюсть, смотрит на меня, продолжающего спокойно рассказывать отцу про важность слова «нет». Аккуратно вытирает слюни с моей руки, приговаривая «Джан-джан» - жалеет. Встаёт, уходит. Больше телефон отобрать не пытается.
Приносят чай. Ну к чему мне сейчас чай? Я же просил, ничего не нужно. Пытаюсь вежливо протестовать, но кавказское гостеприимство, сложённое сотнями лет, не преломить таким вот выпадом и попыткой выдержать границы. Чашки на подносе три, но мальчик не сел с нами. Убежал опять куда-то, перед этим разметав часть моих листов, испачкав их каплями чая и пару раз укусив мою ручку.
По ходу беседы поза отца меняется. Расправленные гордо плечи оседают. Он чаще кивает и смотрит уже не как хозяин. Просто смотрит, стараясь запомнить, что я говорю, до мелочи. Морщинки в уголках глаз, поза, медленно опускающаяся голова, всё это говорит об усталости, о тяжком грузе, о непроработанном горе, которое пытаются замаскировать гордостью, задержками на работе, излишней вседозволенностью для ребёнка, выполнением всех его капризов. Параллельно пишу отцу задания в листе. У меня нет сейчас возможности помочь его горю. Значит, надо переключить, загрузить человека, показать важность того, что ему предстоит сделать, ценность его участия в жизни ребёнка. Это должно все уладить, хотя бы на время.
Мальчик подходит к отцу сзади, сперва его, сидящего, обнимает, затем берет стержень от ручки и тупым концом пытается проткнуть отцу щеку. Папа молчит, не подаёт вида.
В этот момент ещё одно не учтённое мной в репетиции консультации событие. Приходят гости. То ли коллеги супруга, то ли строители, которым предстоит заниматься отделочными работами. Мама вроде как пыталась объяснить им, что супруг занят, но что тут решает слово женщины? Они заходят, и куда их сажают? Конечно же к нам, за маленький стол и поднос с тремя чашками, к мужчинам. Здороваются сдержанно, руку жмут не крепко, вторая рука пониже локтя – как с незнакомцем, чуть менее уважительно. Один лет на 35, другой на 29. Я выгляжу значительно моложе них, от того и такое рукопожатие. Им сразу приносят чай, а хозяин дома выходит на кухню. Остаюсь в итоге в обществе двух незнакомых людей.
Внутренний конфликт. Горец внутри меня требует начать легкую беседу, спросить как дела, узнать, знакомы ли наши семьи, кто где работает, дети, родственники городах в России. Все это значит, что придётся прекратить официальную беседу-консультацию с отцом. Психолог внутри борется, взывает к долгу профессии, к идеалам, говоря, что я здесь ради ребёнка и этой семьи.
В итоге выбираю роль психолога. Я вижу этих людей впервые, и, возможно, последний раз. Мне незачем с ними сближаться и завязывать беседу. Принципы и воспитание бунтуют где- о в уголках сознания. Но все уже решено.
Поэтому молчу. Дописываю задание в листе, жду прихода хозяина дома. Гости пьют чай, тоже молчат. Возможно, мое поведение их оскорбляет или оставляет в недоумении. Так не должно быть, младший не должен так себя вести со старшими. Но не важно их уважение, важен ребёнок, на которого в дальней комнате мама снова сорвалась на крик.
Входит отец. Видно, что ему дико некомфортно и неудобно, и передо мной, и перед гостями. Те пару минут хорошего, настоящего контакта, когда он был расслаблен и готов воспринимать, утеряны. Все надо начинать заново.
В присутствии новых людей начинаю мягко. Вновь о поведении. О том, что пока ребёнок добивается своего силой, истериками и капризами, нет смысла в развитии речи. О важности физического развития. О структурировании среды и времени.
Мальчик тем временем пытается вновь отбить силой телефон – появились новые зрители, вдруг прокатит. Не отдаю гаджет. Ребёнок кричит. Гости начинают жалеть.
Объясняю, что этого делать тоже нельзя, это лишь подстегивает истерики. Понимают, прекращают.
Мужчины на мои слова согласно кивают, отец расслабляется. Задаёт вопросы. Отвечаю. Когда предлагаю ввести расписание с картинками, один из гостей, тот, что помоложе и поразговорчивее, говорит: «Я эти картинки распечатаю дома. Ты фото сделай, я все сделаю». Второй предлагает сделать стенд для расписания из фанеры. Пошли типичные для мужчин вопросы, о работе руками, конструировании чего-то. Задают ещё вопросы, теперь не только отец.
Мальчик вдруг подбегает, сзади хватает отца за шею отработанным приёмом и пытается душить, показывая свою неприязнь к этой всей ситуации, типа «Че ты, Папа, с этим сидишь, болтаешь, он меня заданиями грузит и телефон не дал!». Отец устало отдирает руки ребёнка, мальчик убегает.
Когда мы остаёмся взрослым составом, объясняю, что дальше будет только хуже, если не начнёте работать сейчас.
Через некоторое время гости выходят во двор покурить, а я, сказав пару слов отцу и объяснив несколько заданий ещё, отправляю его к ним. Нельзя же гостям оставаться одним надолго. Прошу позвать мать.
Она все так же смотрит в сторону. Дополняю прошлые задания, объясняю новые. Кратко повторяю то, что говорил супругу. Она сегодня более активна, тоже задаёт много вопросов, пару раз даже спорит с рекомендациями. Объясняю с основ, что для чего нужно, зачем я вообще прошу у них делать ту или иную работу с ребёнком.
Пора уходить. Встаю, пытаюсь поправить диван после себя, но мама останавливает: «Нет-нет, я сама!».
Разговаривая, выходим из дома. На пороге пытаются всучить мне купюру, мол, вы сказали, что только первая консультация бесплатно, а вы уже второй раз у нас. Отказываюсь, кладу на стол на веранде.
Выходим за ворота. Мама с мальчиком меня провожают. Чудо российского автопрома уехало, надеюсь, отец с теми двумя поехал делать доску-расписание для ребёнка. Надеюсь.
Все та же дорога, остатки асфальта, вездесущая бело-молочная пыльная каменная тирса, слева поле, справа дома-грибы. Мама хвастается – мальчик научился ездить на велосипеде более уверено и теперь время от времени катается с соседскими детьми. Спрашивает, когда я приеду в следующий раз, отвечают что не знаю. Говорит, что хотелось бы занятия провести а не просто консультации.
«Соберите 10-15 родителей с детьми, приеду на неделю»
«10-15 детей только в совхозе наберется! У нас много сейчас таких. Может тут центр откроете?».
Отвечаю, что не могу бросить детей там, на основной работе.
«А кто этим будет помогать?».
Неловкий вопрос. И не известно, что ответить. Помогает мне мальчик. Он мчится уверенно на велосипеде к переезду, по которому сейчас едет товарняк, большой поезд вагонов на семьдесят. Мама кричит, ребёнок останавливает велосипед в паре десятков метров.
«Это он опять в магазин хочет».
Мама зовёт его к себе. Ржавый велик тарахтит, в такт ему возмущается мальчик.
Говорю маме: «Пишите в Вотсапе. Не сразу, но будут отвечать. До свидания!».
Поднимаюсь на переезд. Солнце тоже поднялось по небосводу, печёт голову. Остатки листов в руке, погрызанная ручка. Предстоит путь через село к дому. А через пару дней через тысячи километров к другому дому. И кто знает, какой ещё путь будет дальше.

Ещё больше историй из практики в Телеграм-канале @PsychologicalBeard

Показать полностью
264

Возьми моё сердце, возьми мою руку)

Как же трудно научить детей с расстройствами аутистического спектра ходить за руку. Не со специалистом, а с другим ребёнком. И не просто ходить, а выполнять при этом какое-нибудь задание, например, носить цветные шарики или фигурки для сортировки.
Зато даёт заметный результат.
Одно дело, когда тебя водит за руку специалист: «Петя, возьми фигурку, неси сюда, клади в этот контейнер». И другое, когда рядом равный тебе ребёнок, интересы и потребности которого надо учитывать во время работы.
Сегодня с утра у меня групповое занятие. Мальчик 4 лет с РАС, и его напарник - ребёнок 5 лет с ЗПРР. Долго водил их за руки, чтоб поняли смысл задания. Потом помогал держаться друг за друга. Затем пустил на самотёк. Получилось, ходят, носят цветные шарики и палочки. У меня подступает радость. И тут младший, у которого РАС, наконец заметил, что ходит не со мной. Удивлёнными глазами смотрит на собрата по занятию, не отрывает взгляд. К последним минутам пытается наладить контакт- тянет за другую руку, обнимается. Да, это явно было хорошее занятие)

Ещё больше историй в Телеграм-канале @PsychologicalBeard

Возьми моё сердце, возьми мою руку) Аутистические расстройства, Дефектолог, Детская психология, Картинка с текстом, Трудовые будни, Радость
120

“Дети дождя”

По другую сторону от психологической безграмотности и незнания о детях с особенностями в развитии лежит так называемая «романтизация диагноза».

Наиболее подвержены этому расстройства аутистического спектра. В массовых медиа, фильмах и сериалах прямо таки эксплуатируется шаблон эдаких героев-«фриков», в образе которых явственно угадываются, а то и подтверждаются сюжетом аутистические черты или диагноз.
Начиная с «Человека дождя» и далее, в обществе насаживалась мысль, что дети и взрослые с аутизмом чутка странные, но обязательно обладают каким-то талантом, который ставит их вровень с гениями мирового уровня. Либо супер-память, либо великолепный слух, либо ультра чувствительность или математические навыки, помогающие им вычислять маньяков, заслуживать внимания обворожительных героинь и затыкать за пояс всех и вся.
Хорошо ли это? В некоторой степени, да. Общество знакомится с тем, что оно неоднородно, и понятие нормы весьма относительно, и вообще, люди за порогом «нейротипичности» вовсе не страшные.

Но зачем тогда вообще писать статью на эту тему? А затем, что подобных случаев развития уникальных способностей увы, единицы. Внушительная часть детей с аутизмом, например, имеют в качестве сопутствующего дефекта нарушение интеллекта. Да, порой это нарушение специфично, и имеются определенные «островки» сохранных иди даже хорошо развитых способностей, но все же, их нельзя назвать гениальными.
В итоге, широкая общественность, не осознавая того, предъявляет к детям с РАС изначально завышенные требования. Мол, можешь не разговаривать, но уж Бетховена на пыльном пианино сыграть обязан. Концентрирующийся внимание лишь на нескольких случаях гениальности, люди забывают, что большинство детей с особенностями в развитии, как и их семьи, испытывают огромные трудности в повседневной жизни, на улице и в школе. Они оказываются без общественной поддержки, без понимания самой сути проблем, так ещё и с ожиданиями невиданных успехов со стороны окружающих.
Помню, как к нам на работу пришла журналистка местной газеты в канун 2 апреля. И всеми вопросами, нет, даже допросами, пыталась разузнать, что в наших летят такого гениального. «А они рисуют, да?». Показали рисунки. «Хм. А играют на инструментах? Музыкальный слух же у них?». «Считать умеют в уме хорошо?». «А, слышала, стихи, прям книги наизусть запоминают?».
Нет, женщина. Это обычные дети с кучей проблем. Было бы все так лучезарно, у меня бы не было работы.
Тут определенно что-то надо менять.

Ещё больше статей в Телеграм-канале @PsychologicalBeard

1005

Когда на занятия ребёнка собирал отец

Коллега отводила маленького клиента (назовём его Петя) в туалет.
На обратной дороге проходит мимо моего кабинета и говорит:
- Нет, я конечно рада, что Петя попросился в туалет. Но это нормально, что на нем двое трусов надето?

549

Зачем дефектологу зонт?

Очередной случай из практики.
Приходят на консультацию Родители с ребёнком. Сразу видно, что между взрослыми не всё в порядке - практически не общаются, не смотрят друг на друга, не говоря уже о ласке или поддержке. Мама - все в штыки воспринимает, с первой фразы «С чем к нам пришли?» отвечает резко, напряжена, как комок нервов. У нас, мол, аутизм, не видите? Пока рассказывает с третьей нашей просьбы об особенностях ребёнка, Папа, незаметно повернувшись к нам, крутит у виска. Он больше молчит.

Переходили везде и всюду. Все центы, методики, способы. Но не дольше тройки месяцев задерживались на чем-то одном. Поругались даже с коллегой из соседнего кабинета, когда она ещё не работала у нас.
Все всё делают не так. Виноваты и недобросовестны по отношению к малышу. Ребёнок трудный, мол, вообще ничего не умеет, не знает, отвратительно себя ведёт. «Но хотим в норму».

Малыш тем временем разносит кабинет, веселится. Вступает в простую игру. Смотрит в глазки. Сам инициирует игру, вступает в контакт. Говорит отдельными словами или фразами, но по делу. Признаков, явно характерных для аутизма, нет.

Через пару дней - пробное занятие. Ребёнок некоторое время капризничает, но затем включается в работу, показывает более чем хорошие результаты.
Когда расписываю и объясняю рекомендации, Мама закатывает глаза, Папа молчит, будто вообще не тут.

Уже после консультации начальник сказала: «Готовься, ты следующий, кого будут поливать говном». Видимо, надо взять на работу зонт.

26

Про речь. И про яблоки. Часть II. «Хьюстон, у нас проблемы.

В прошлой части рассмотрели идеальный вариант детского развития, в частности, развития речи.
Теперь попробуем разобрать иную ситуацию, с которой обычно и обращаются к специалистам.
На каком-то этапе развития ребёнка произошла поломка, корректировка маршрута, необычная извёртка судьбы. Была ли она изначально, произошла ли ещё во время нахождения в утробе, в часы родового процесса или несколькими днями/неделями/месяцами позже, но она произошла. Что-то пошло не так.
Наш мозг – самый сложный в теле орган. Он безумно непонятно работает, так необычен и индивидуален, что мы до сих пор не можем используя мозг досконально изучить свой мозг. Парадокс.
И при рождении мозг ребёнка – не чистый лист. Помимо той информации, что была собрана во время плавания в околоплодных водах, есть ещё один, более древний и переносимый из поколения в поколение багаж, совокупность рефлексов, инстинктов и основных простейших способов реакции на те или иные ситуации. Он как центр управления полетами, где собраны опытом филогенеза чёткие инструкции на основные возможные чрезвычайные ситуации. И задача ЦУПа – обеспечить выживание данного конкретного индивида любой ценой.
Что-то пошло не так. Не так, как у миллионов предков. Не так обрабатывается информация извне, не так сохраняется, не так ощущается, не так воспринимается, или информации просто недостаточно для того, чтоб установить какие-нибудь связи (например, сенсорная и эмоциональная депривация). И наш мозговой ЦУП принимает решение – если не получается развиваться и постигать новое, надо хотя бы «сохранить то, что есть, обеспечить безопасность, защититься».
Поведение особого ребёнка меняется. Мозг не становится «наркоманом» новых впечатлений, нагрузок, переживаний. Он останавливается, «зависает» на простых, уже известных раздражителях, которые хотя бы (по мнению ЦУПа) безопасны. Не стремится постигать новое в силу своих особенностей и ограничений.
Это проявляется при множестве отклонений в развитии, но особенно остро при РАС. Дети с аутизмом замыкаются, фиксируются на определенных, приятных или приносящих эмоции видах деятельности, чем объясняется большинство аутостимуляций и стимов. В отличие от описанного в прошлой части идеального ребёнка, у малыша с РАС не наступает «пересыщения» от повторяющихся и однообразных видов деятельности. Наш «идеальный ребёнок» думает: «Я уже много раз бегал от стенки к стенке, но теперь это уже не приносит былых ощущений, хочу добавить чего-то или попробовать что-то новое». Аутичный же: «Это приносит эмоции и это безопасно. Останусь-ка я тут». Сначала мозг предпочитает оставаться в «зоне безопасности», выбирая простые и повторяющиеся виды деятельности, а затем «костенеет» и почти все новое воспринимает как опасность.
Но это характеризует большинство детей с особенностями в развитии. Приведём ещё несколько примеров:
«Я не слышу вас. Вы там открываете рты, бесцельно, не буду вникать»
«Я не вижу. Но знаю, что этот угол безопасен, тут я не споткнусь и не ударюсь головой, буду сидеть здесь».
«С мамой тепло и безопасно. Буду всегда висеть у неё на руках»
«Это интересно, но требует много усилий, попробуем другое. Это интересно, но требует усилий, попробуем другое. Это интересно, но ...»
«Я кричу, мама приходит. Я добиваюсь своего. Зачем усложнять?»
Во время написания этой статьи я собираюсь на тренировку. И мой изрядно поумневший за время взросления «Багаж из прошлого» всеми силами пытается меня отговорить. «Мы живем в 21 веке. Кому вообще нужны эти тренировки? Блин, кажется у тебя болит живот. И вот этот сустав. Может, ну его? Оооой, вспомни, мы смотрели видео, где чувак поднимал штангу, его придавило, и ему никто не помог. У тебя же сегодня жим?». Но я чётко вижу цель, знаю, что мое здоровье и гормональный баланс скажут мне спасибо в будущем. Поэтому, хоть порой ЦУП и побеждает, я одерживаю победу в чуть большем количестве случаев.
У детей с особенностями в развитии защитные тенденции берут верх гораздо чаще.
Теперь вернёмся к речи. В данном случае она, как очень сложная система взаимодействия с другими людьми и миром, не развивается самостоятельно. На это требуется много ресурсов, много попыток и много внимания, памяти, мышления. Мотивации почти нет, поэтому нет и смысла напрягаться.
К трём годам, правдами-неправдами, но это уже не просто ребёнок – это личность. Да, без речи, с немножко иным мышлением и психикой, но личность. Она изучает мир не «на автомате», а более-менее осознанно. И тут, всполошившиеся родители, которым лишь в три года сказали диагноз (но это не точно), начинают бить тревогу – деточка не говорит!
Начинаются походы по специалистам, хождения по мукам.
Обратимся ко второй части заголовка этих статей. Мы выше описали примерно основные психические мотивы и общую ситуацию развития. Попробуем представить себя на месте ребёнка, речью до этого не пользовавшегося или использовавшего лишь фрагменты, и попробуем изучить новое слово: «яблоко».
Слово «яблоко» с предметом яблоком не имеет вообще ничего общего. Они не похожи по размеру, по форме, по назначению, они вообще не связаны. Просто когда-то давно люди договорились называть эту круглую вкусную штуку «яблоко». Мышлению ребёнка приходится соединить у себя в голове два явления, одно из которых реальное и ощутимое, а другое - просто условность и придумка людей вокруг. Это уже достаточно сложно.
Слово «яблоко» не так-то просто произнести. Надо последовательно воспроизвести несколько артикуляционных позиций, правильно при этом дышать, не захлебнуться слюнями, и подобрать нормальную громкость и темп.
Попробуйте вбить в интернете что-нибудь типа «Самые сложные трюки в брейк-дансе, самоучитель». Найдите видео. Дадим вам поблажку - посмотрите видео раза три. Теперь мотивируйте себя - представьте, как на вас смотрят мать, отец, логопед, дефектолог, бабушки с дедушками и усиленно просят повторить сложный трюк. Теперь падайте на пол и начинайте. Быстрее и чётче, блин, от этого зависит твоё развитие!!!
И вот произнести слово «яблоко» с чисто механической, физической точки зрения - примерно то же самое, только ещё и на ограниченной части тела.
Итак, теперь мы сидим за столом, добрая тётя который раз показывает нам на картинку: «Петя, скажи, что это?». Малышу в данный момент нужно:
· Соединить в голове изображение (а это ещё одна непонятная система коммуникации, блин, что за черт?!) с реальным объектом, сладким, зелёным хрустким;
· Вспомнить, что этому предмету соответствует совершенно не связанное с ним слово «яблоко»
· Вспомнить, как это слово произносить, проиграв в голове всю последовательность манипуляций ртом, губами, языком, голосовыми связками и дыханием
· Наконец, попытаться всё это произнести, не быстро и не медленно, не тихо и не громко.

Так. Но все предметы-яблоки разные. Есть красные, зеленые и желтые, есть сладкие, кислые и ватные, есть маленькие и большие, червивые и недозревшие. И для всех этих абсолютно разных предметов одно не связанное с ними слово - «яблоко». Ладно, можно смириться. Но есть ещё предмет, очень похожий на предмет яблоко, но с другим словом - «груша». И все предметы-груши тоже разные. Хорошо, потерпим. Но есть ещё сливы и абрикосы, мандарины, апельсины и лимоны, персики и нектарины. Какая между ними разница и зачем их вообще называть по-разному? Но, все эти предметы при этом можно назвать одним словом – «фрукты». Зачем тогда каждому предмету своё название? К фруктам ещё относятся «авокадо», «ананас», «фейхоа» и «папайа», материальных воплощений которых я никогда не видел, но должен знать. Что?! Ещё есть «овощи»?!
Ладно, с названиями предметов ещё более-менее понятно, но что такое прилагательные? Они вообще с реальными предметами не связаны конкретно! «Сладким» может быть яблоко, поцелуй, слово, чай или даже сам ребёнок, когда мама его так называет.
А что такое глаголы? Что они, блин, обозначают? Действие? Готовность действовать? Почему тогда «дай», «подай», «отдай», «сдай», «выдай», «раздай» обозначают взаимодействия с одним и тем же предметом, но совсем разные по звучанию и по смыслу?
Что блин?! Местоимения? Почему не «Папа», а «Ты», почему не «Петя», а «Я»? Зачем мы полгода изучали названия предметов? Чтоб потом не называть их своими именами?
Какие ещё к чертям наречия?!! Прошедшее и будущее время?!! Согласование по числам, родам и падежам?!!! Хьюстон, у нас проблемы!!!
Думаю, картина ясна. Ребёнок в ступоре. Изучить эту систему осознанно - безумно трудно. Порой поражаешься, как люди вообще могут говорить? Это же целая вселенная! Представляете, мы за всю жизнь не можем усвоить и активно использовать всех слов родного языка, на котором говорим с рождения! А что же требовать от трехлетнего ребёнка?

Про речь. И про яблоки. Часть II. «Хьюстон, у нас проблемы. Детская психология, Дефектолог, Аутистические расстройства, Развитие детей, Картинка с текстом, Длиннопост
Показать полностью 1
42

Про речь. И про яблоки.

Часть I. Идеальный вариант.


Несколько раз рассказывал подобное родителям и друзьям, но решил вдруг поделиться со всеми. Не влезает в один пост, поэтому разделю на два и вторую часть опубликую завтра.

В наше время большинство специалистов в области педагогики и психологии сходятся во мнении о том, что главный сензитивный период развития речи у ребёнка – до 3 лет. И если до 3 лет ребёнок не освоил речь на уровне, близком к большинству его сверстников, нагнать упущенное бывает очень трудно. И потом мучаются дефектологи и логопеды, родители и бабушки, заставляя ребёныша произносить ненавистные слова и соединять их в предложения. Почему так происходит? Почему развитие речи в период после 3 лет всё больше напоминает изучение иностранного языка – через зубрёжку, постоянные тренировки и обязательно богатую языковую среду?

Окунёмся в эти вопросы с головой!

Итак, поговорим про условную норму. Допустим, внутриутробное развитие проходило отлично – Мама и Папа были преданные ЗОЖники, не болели со школы и не знали, что такое стресс, жили в лесах Сибири и питались экологически чистыми продуктами. Роды прошли максимально успешно, без обвитий, надавливаний, асфиксий, щипцов и прочих радостей. Ребёнок пришёл в этот мир абсолютно «нормальным» (что в современных реалиях скорее чудо, чем обыденность). Коммуникация (для которой и появилась сложная языковая система) ребёнка и матери начинается ещё в утробе, и развивается новыми методами после рождения. Через тактильный контакт во время кормления и укачивания, через первые крики и попытки фокусировать взор, ребёнок постоянно говорит матери: «Вот он я, корми меня, люби меня, вытирай меня, давай мне комфорт». Всего лишь две основные эмоции: приятно (сухо, приятно, сыто, тепло) и неприятно (мокро, болит, голодно, холодно). Соответственно, два способа показать эмоцию – улыбка или плач.

Чуть позже ребёнок понимает, что этот человек с колючим лицом и более резким запахом, постоянно тусующийся возле матери, тоже может приносить пользу – подстраховать мать, когда она ушла, щекотать и подкидывать, пока она не видит, подержать бутылку или поменять пеленки, пока она спит. Но с ним не так-то просто наладить контакт. Он даже грудь не даёт. Приходится чуть иначе показывать удовольствие и дискомфорт. На ребёнка и его онтогенез начинает оказывать влияние ближайшее социальное окружение.

Раннее психическое развитие тесно связано с физическим. Каждый новый этап, виток, достижение в физическом развитии обуславливает «рывок» в развитии психики, как способа отражения мира и взаимодействия с ним. Ребёнок лежал и его мир был совсем мал. Поднял голову – научился чуть дальше видеть. Научился переворачиваться – доступный изучению мир увеличился до объема кроватки. Научился сидеть – рассмотрел родительскую однушку. Начал ползать – тебе подвластно практически всё. Научился ходить – теперь точно всё, держитесь, предки. Психика нашего «нормативного» ребёнка – это жесткий наркоман, чьим основным наркотиком являются новые впечатления, эмоции, приятные раздражители. Он постоянно требует увеличения «дозы», больше всего, более интересное, захватывающее. Уже недостаточно просто поесть и ощущать сухость в пеленках. Хочется больше. Хочется, чтоб подкидывали. Чтоб тискали. Чтоб дольше держали на руках. Чтоб ходили и качали, чтоб развлекали песней и игрушкой. Сиюминутные желания становятся все более специфичными, конкретными, и для отображения их уже недостаточно лишь улыбки и плача. Приходится придумывать что-то новое.

С момента сидения ребёнок понимает, что эти два человека рядом – не просто кормильцы и игрушки-карусельки-подавайки. Они тоже что-то там делают, как-то занимают своё время помимо ребёнка. «Но ведь я король!» – возмущается малыш и ищет новые способы привлечения внимания. Вот вроде чуть иначе хохотнул – все смотрят на меня. Из бессвязного ранее гуления выдавил первый слог – опять все вокруг меня бегают и хвалят. «Это работает!» – понимает ребёнок и продолжает совершенствовать свой словарь звуков.

Тут оказывается, что некоторые предметы, действия и даже сами двое взрослых сопряжены с определенными звуками. Тщательно всё «обдумав» и испробовав, ребёнок догадывается, что эта связь постоянна. Так возникают первые «псевдослова», тесно сцепленные с определенными знакомыми предметами и явлениями. «Ма», «Тятя», «Ба», «Ам» и так далее.

Но и этого мозгу недостаточно. Он требует больше. Он понимает, что родительская «тусовка» обладает большим количеством слов, они гораздо сложнее. И ребёнок-король должен отвоевать их внимание и вклинится в этот «движ», дабы постоянно получать новые эмоции, ощущения, впечатления. Речь развивается по накатанной, как бы сама собой, рвётся вперёд, подбадриваемая дикой мотивацией, она определяет развитие ребёнка с полутора-двух лет, приводит к словосочетаниям, предложениям, возможности описать произошедшее, свои эмоции, выразить мысли, ведёт семимильными шагами к словесно-логическому мышлению и сложной сюжетно-ролевой игре – ведущей деятельности дошкольного возраста.

Про речь. И про яблоки. Дефектолог, Детская психология, Раннее развитие, Речь, Картинка с текстом, Длиннопост
Показать полностью 1
506

Будни дефектолога (5)

Похвастаюсь :)
В коррекционной группе тема недели - море и морские обитатели. Приготовила ребятам сенсорную коробочку, где можно все потрогать, посмотреть, понюхать, понырять акулой в волны, поплавать корабликом)
Рецепт:
- стеклянные шарики/камушки;
- орбизы (шарики гидрогеля) мелкие и крупные (в готовом виде 1.5 см и 4 см в диаметре);
- искусственные растения - "водоросли";
- мелкие игрушки: рыбки, акулы, дельфины, крабы, креветки;
- кораблики;
- звуковое сопровождение - шум моря.
Перед занятием просмотрели с детьми карточки с морскими животными, а потом искали их в коробках; раздавили пальцами несколько шариков и сделали "пену на волнах".
Такая игра разнообразит привычные материалы, поможет восполнить дефицит тактильных ощущений, подарит настоящий релакс благодаря стимуляции сразу трех анализаторов (слушаем шум моря; смотрим на красивые цвета и формы; перебираем пальчиками твердые камушки, пружинистое мягкое "желе", гладких рыбок, ветвистые водоросли). Животные, которых нашли и на картинках, и в коробке, запомнились детям лучше.
Удобно, т.к. не используется вода, которую можно разлить; орбизы многим детям нравятся наощупь; легко убрать, залить водой (чтобы орбизы не уменьшились) и хранить несколько дней до следующего занятия.
Меры предосторожности: не подходит слишком маленьким детям из-за множества мелких деталей; использовать с осторожностю с ребятами, любящими все пробовать на вкус.

Будни дефектолога (5) Море, Сенсорный, Педагогика, Дефектолог, Игрушки, Длиннопост
Будни дефектолога (5) Море, Сенсорный, Педагогика, Дефектолог, Игрушки, Длиннопост
Будни дефектолога (5) Море, Сенсорный, Педагогика, Дефектолог, Игрушки, Длиннопост
Показать полностью 2
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: