Джайран⁠⁠

Текс является краткой версией романа "Костолом", и предназначен для декламирования по микрофону в экскурсионном автобусе на пути из Малаги в Кордову.

Конец десятого века нашей эры. Дальняя, восточная застава Киевской руси. Печенеги нагрянули, порубали гарнизон, полонили выживших. Командир гарнизона, перед смертью, сказал своему 17тилетнему сыну следующие слова: "В бой не лезь, похоже мы здесь проиграли. Сдавайся в плен. Уведут тебя в полон, продадут в рабство, ну так кланяйся своему господину, патокай ему во всем....до поры. А когда созреешь--расцветешь силушкой богатырской, задай им всем жару, да так, чтобы кости хрустели, и хруст этот, был слышен до самого Киева, где бы ты в тот момент ни оказался".

Погиб батька, а парень, слово, данное отцу сдержал. Его звали Иван, по прозвищу Костолом: высокий, косая сажень в плечах, настоящий богатырь, но в тот момент еще слишком юный. Он действительно сдался в плен. Печенеги увели его, в числе прочих бедалаг, на ближневосточный невольничий рынок, где и продали венецианским купцам. Костолом стал рабом на галере.

Познакомился на галерной лавке с собратом по несчастью--рабом из Дамаска Саидом. С той поры эти двое были не разлей вода. Иван оказался смекалистым малым, всю жизнь живя на заставе частенько общался с иноземными купцами...и языки к нему липли. Научился от Саида арабскому языку, и когда венецианцы перепродали этих двоих в порту Малаги, Иван уже сносно говорил по арабски.

Далее, караван невольников следовал в столицу государства Аль Андалус, Кордову. Костолом стал выведывать в пути, какая судьба его ожидает, и узнал, что к тому времени уже веками хазары, печенеги, а после и монголо-татары воровали с Руси белобрысых мальчиков, перепродавали венецианцам и генуэзцам, а те, продавали их арабским государствам. Маленьких и смазливых кастрировали сразу, и отправляли в гаремы для любовных утех. Славянских рабов постарше, вроде Костолома, кастрировали выборочно, отправляли в гвардию халифа, превращали в машин убийства. Гвардия халифа Аль Андалус целиком состояла из славян, и называлась "Саккалиба"(славяне), в лучшие времена это был пятнадцатитысячный корпус всадников--воинская элита халифата.

На пол пути к Кордове стоял еврейский город "Лусена", где находилась уникальная фабрика по производству кастратов. На подходе к этому городу Костолом уже придумал как себя вести дальше. И когда его растянули на хирургическом столе, и над ним склонился медик Абрам бен Хирам, Иван возьми, да и ляпни ему:

--Слышь Абрам, привет тебе от еврейского землячества с Киевской руси.

Челюсть хирурга медленно сползла вниз:

--Да ладно!--говорит--я там никого не знаю.

--И ничего--отвечает Костолом--зато тебя там знают...слава о твоих медицинских познаниях достигла и тех мест, и твои сородичи переживают:"как там наши братья под пятой халифата, не прижимают ли их?" Вот, даже меня отправили к вам на помощь. Согласно телосложению, мне дорога в гвардию, буду шпионить там для евреев Кордовы и Лусены. Сам понимаешь, таких ценных кадров лишать яиц нельзя.

--Аа, вот чего ты испугался--улыбнулся Абрам--что причендалов лишу. Да ты не бойся, мы уже лет пятнадцать яйца не режем, ущемляем мошонку сыромятными ремнями, после такой процедуры мужиком останешься, просто недетоспособным. Да и брешешь ты все! Но брешешь красиииво, я оценил, а что раскусил, не сокрушайся, молод ты еще, все у тебя впереди. Послушай, нравишься ты мне...давай так: я пропитаю сыромятные ремни раствором собственного изобретения--кастратом не будешь, но в благодарность, действительно станешь шпионить в гвардии для меня и моих людей.

На том и порешили. Через две недели Костолома привели в Кордову, определили в гвардию, натренировали, и карьерная лесенка Ивана заскакала стремительным эскалатором под небеса:

Костолом стал рядовым, потом десятником, к тому времени внимательно проштудировал законы Шариата, и понял, если раб принимает ислам, то не раб он уже вовсе. Иван становится масульманином, и с этого момента его зовут так, как его знают профессора востоковедения: Джайран ибн Ильяс аль Саклаби Костолумжин, для нас же просто Джайран(в википедии Хайран).

Джайран становится сотником гвардии Саккалиба, и личным телохранителем халифа Хишама Второго.

Сам же подстроил покушение на убийство халифа, сам же и перерезал глотку мнимому убийце на глазах у правителя, пока "убийца" и пикнуть не успел, ибо не в курсе был, что кого-то собирался убивать. С этого момента Джайран и Хишам лучшие друзья. Но что самое ценное, после этого эпизода на Костолома обратил внимание истинный правитель халифата--Великий визирь Альмансор, многие халифы при котором были лишь его марионетками.

Визирь делает Джайрана тысячником, и главным поединщиком войска Аль Андалус.

И вот, на дворе уже 1002 год. Альмансор умирает. Одни говорят:"старенький уже был", другие:"Джайран помог", одно точно: Джайран, после смерти великого визиря, становится лидером корпуса Саккалиба, и послом халифата.

Первое свое посольство наш проныра осуществил в Барселону, предстал перед каталонским графом, и заявил:

--Послушай граф, слыхал я, что ты ценитель красоты, и не так давно восхищался заметками послов о величайшем фонтане всех времен и народов, стоящем во дворце Медина Азахара под Кордовой. Подумать только: Альмерийский розовый мрамор, несколько резных ярусов, купол из цветных стеклышек "комарияс" расположен над ним. Солнечные лучи пронизывают цветное стекло, и самым затейливым образом играют в испарениях фонтана. А в фонтане не вода течет, а самая настоящая ртуть(разумеется, кто видел часто это великолепие, долго не жил, но тогда были не в курсе). Так вот граф, проблемы в Аль Андалус, завелся там свирепый варвар, для которого вообще нет ничего святого, он обещал разрушить этот фонтан...

--И кто же эта сволочь?--спросил граф.

--Я--ответствовал Джайран.

--Ты издеваешься что-ли?

--Никак нет--пожал плечами посол--но есть способ помочь делу: я подскажу тебе верный момент, когда войско халифа будет далече, скажем в Севилье, ты со своей армией подойдешь к дворцу-крепости Медина Асахара, мои гвардейцы тебе отворят врата без боя, и ты заберешь оттуда фонтан, и все ценное, что еще там найдешь.

--Неплохо звучит--хихикнул граф--но тебе то это зачем?

--Да так--пожал плечами Джайран--бате обещал.

Через полгода, когда основная армия халифа была в Севилье, войска каталонского графа подошли к Медине Азахаре...

Продолжение следует...осталось немного).