В продолжение темы постов «Отличники тоже плачут» или история о том, как я стал членом бойцовского клуба.
Недавно я прочитал замечательную историю на Пикабу . Автор писала, что публикация этой истории помогла ей принять жестокие события её юности. Я решил воспользоваться её методом психотерапии и опубликовать на Пикабу события, о которых я не могу молчать. Я не буду рассказывать с кем произошла эта история. Со мной или с кем-то из моих друзей. Это неважно. Важно то, что эти события РЕАЛЬНЫ. Все имена в истории заменены на другие. Пока публикую только первую часть. Итак. посвящается.
Первым уроком стояла физ-ра, на которой Алина подвернула ногу. Это была невысокая смуглая девушка с потрясающей попкой и плоской грудью. Не знаю, была ли она девственницей. В конце-концов ей уже 16 или 17 лет. По меркам нашей провинции её можно было назвать «старой девой», если, конечно, у неё не было секса. Учитель повел её в медпункт, а нам с Андреем и Юриком велел ждать на улице. Юрик начал рассказывать.
Речь шла об одном из его, друзей неудачно, «курнувшим шишки». «Курить шишки» это значит курить коноплю, если перевести с молодежного сленга. Быть может он имел ввиду какой-то другой наркотик, я не уточнял у него. Вообще рассказ изначально предназначался Андрею, я же просто стоял рядом. Видимо Юрик даже в мыслях не мог предположить, что я легко могу его выдать. Знать бы только кому. Но будь у меня возможность анонимного доноса, я бы с радостью сделал это. Такие как Юрик даже разговаривать не умеют. Речь его обильно пестрила «уличными словечками», он так разговаривал даже на уроках литературы. Впрочем, учитель смотрела на это сквозь пальцы.
Нравы подросткового общества были жестоки. Мораль же отсутствовала вообще. Я никогда не забуду свою одноклассницу Ангелину. Она хотела работать на таможне, чтобы получать взятки. Учителя смеялись, когда слышали от неё это. Но Ангелина говорила серьезно. Неудивительно, что она удивилась, услышав на уроке обществознания об уголовной ответственности за взятки.
— Зачем это нужно? Ведь любой человек все равно возьмет взятку! А разве бы не взяли?
23-летняя учительница улыбнулась. Её ответ был «да». Также как ответ засмеявшихся одноклассников. Я специально спрашивал тех, кого считал лучшими из них. Ни один не дал отрицательный ответ. На фоне этого, то, что Юрик с компанией сделали с их обкурившимся другом, смотрится детской шалостью. Они всего лишь оставили его, мучимого галлюцинациями, лежать на скамейке. В час ночи. Одного. А потом по нашей школе ходили люди из МВД (именно там мечтал работать сам Юрик). Катерина Матвеевна подозрительно косилась на пацанов из нашего класса. Она практически всегда знала правду. Но далеко не всегда говорила её. Неспроста она вела в школе литературу. Вот, и сегодня она строго посмотрела на меня.
— Уж не болен ли ты?
Мои оценки оставляли желать лучшего. А ведь когда то я был лучшим учеником. Впрочем, все это не имеет значения. Если сравнивать с тем, что случилось год назад.
Была контрольная по физике. Учительница вышла за дверь и велела нам сидеть тихо. Вечная двоечница Ирина не писала её, а как всегда общалась с подружками. Я слышал каждое слово. Но пытался не вникать в смысл. Мой мозг всеми силами отгонял её суровый рассказ. Она говорила о том, как они с пацанами курнули синтетики. Как завязалась драка. И один из них был УБИТ. Она рассказывала, как они скрыли причину его смерти. Превратили её в несчастный случай. Подружки же утешали её.
— Главное, — говорили они: — чтобы учителя не узнали. А уж одноклассники нас не выдадут.
— Да им похуй — хихикнула Ангелина. И девочки дружно засмеялись. По уровню цинизма они легко могли конкурировать с героями «Игры престолов».
Мой друг Эльдар пропустил занятия в тот день. Позже, одноклассники рассказали ему тот случай. Эльдар же просто посмеялся: долбоебы! Я не пожал ему руку в тот день. Я не хотел быть окончательным лицемером. А что я ещё мог сделать? А смерти того несчастного паренька знал весь класс. Но никто не воспринял это как что-то серьезное. Отношение к Ире осталось таким же, как прежде. Видимо они сами убивали своих друзей по сто раз на дню. Впрочем, я был не лучше. Я всего лишь постарался забыть об этом. Как будто этого не было. Я оправдывался тем, что все равно ничего не мог сделать. Фактических доказательств у меня не было. К тому же я не хотел иметь проблемы. Ирина часто гуляла с опасными личностями. Я вполне мог выйти на улицу и не вернуться. Впрочем, сегодня я осознал, что это было бы намного лучше. Жив ли тот друг Юрика, которого они оставили на скамейке? Этого я не знаю. Но я знаю, что именно сегодня я осознал свою вину за смерть жертвы друзей Ирины.
— Уж не болен ли ты? — Спросила Катерина Матвеевна. Я в ответ лишь истерично засмеялся. Тут уж она сама начала терять самообладание. Но я не мог удержаться. Здоров ли я? Конечно же, нет! А как можно остаться здоровым в обществе больных на голову людей?
Первым уроком стояла физ-ра, на которой Алина подвернула ногу. Это была невысокая смуглая девушка с потрясающей попкой и плоской грудью. Не знаю, была ли она девственницей. В конце-концов ей уже 16 или 17 лет. По меркам нашей провинции её можно было назвать «старой девой», если, конечно, у неё не было секса. Учитель повел её в медпункт, а нам с Андреем и Юриком велел ждать на улице. Юрик начал рассказывать.
Речь шла об одном из его, друзей неудачно, «курнувшим шишки». «Курить шишки» это значит курить коноплю, если перевести с молодежного сленга. Быть может он имел ввиду какой-то другой наркотик, я не уточнял у него. Вообще рассказ изначально предназначался Андрею, я же просто стоял рядом. Видимо Юрик даже в мыслях не мог предположить, что я легко могу его выдать. Знать бы только кому. Но будь у меня возможность анонимного доноса, я бы с радостью сделал это. Такие как Юрик даже разговаривать не умеют. Речь его обильно пестрила «уличными словечками», он так разговаривал даже на уроках литературы. Впрочем, учитель смотрела на это сквозь пальцы.
Нравы подросткового общества были жестоки. Мораль же отсутствовала вообще. Я никогда не забуду свою одноклассницу Ангелину. Она хотела работать на таможне, чтобы получать взятки. Учителя смеялись, когда слышали от неё это. Но Ангелина говорила серьезно. Неудивительно, что она удивилась, услышав на уроке обществознания об уголовной ответственности за взятки.
— Зачем это нужно? Ведь любой человек все равно возьмет взятку! А разве бы не взяли?
23-летняя учительница улыбнулась. Её ответ был «да». Также как ответ засмеявшихся одноклассников. Я специально спрашивал тех, кого считал лучшими из них. Ни один не дал отрицательный ответ. На фоне этого, то, что Юрик с компанией сделали с их обкурившимся другом, смотрится детской шалостью. Они всего лишь оставили его, мучимого галлюцинациями, лежать на скамейке. В час ночи. Одного. А потом по нашей школе ходили люди из МВД (именно там мечтал работать сам Юрик). Катерина Матвеевна подозрительно косилась на пацанов из нашего класса. Она практически всегда знала правду. Но далеко не всегда говорила её. Неспроста она вела в школе литературу. Вот, и сегодня она строго посмотрела на меня.
— Уж не болен ли ты?
Мои оценки оставляли желать лучшего. А ведь когда то я был лучшим учеником. Впрочем, все это не имеет значения. Если сравнивать с тем, что случилось год назад.
Была контрольная по физике. Учительница вышла за дверь и велела нам сидеть тихо. Вечная двоечница Ирина не писала её, а как всегда общалась с подружками. Я слышал каждое слово. Но пытался не вникать в смысл. Мой мозг всеми силами отгонял её суровый рассказ. Она говорила о том, как они с пацанами курнули синтетики. Как завязалась драка. И один из них был УБИТ. Она рассказывала, как они скрыли причину его смерти. Превратили её в несчастный случай. Подружки же утешали её.
— Главное, — говорили они: — чтобы учителя не узнали. А уж одноклассники нас не выдадут.
— Да им похуй — хихикнула Ангелина. И девочки дружно засмеялись. По уровню цинизма они легко могли конкурировать с героями «Игры престолов».
Мой друг Эльдар пропустил занятия в тот день. Позже, одноклассники рассказали ему тот случай. Эльдар же просто посмеялся: долбоебы! Я не пожал ему руку в тот день. Я не хотел быть окончательным лицемером. А что я ещё мог сделать? А смерти того несчастного паренька знал весь класс. Но никто не воспринял это как что-то серьезное. Отношение к Ире осталось таким же, как прежде. Видимо они сами убивали своих друзей по сто раз на дню. Впрочем, я был не лучше. Я всего лишь постарался забыть об этом. Как будто этого не было. Я оправдывался тем, что все равно ничего не мог сделать. Фактических доказательств у меня не было. К тому же я не хотел иметь проблемы. Ирина часто гуляла с опасными личностями. Я вполне мог выйти на улицу и не вернуться. Впрочем, сегодня я осознал, что это было бы намного лучше. Жив ли тот друг Юрика, которого они оставили на скамейке? Этого я не знаю. Но я знаю, что именно сегодня я осознал свою вину за смерть жертвы друзей Ирины.
— Уж не болен ли ты? — Спросила Катерина Матвеевна. Я в ответ лишь истерично засмеялся. Тут уж она сама начала терять самообладание. Но я не мог удержаться. Здоров ли я? Конечно же, нет! А как можно остаться здоровым в обществе больных на голову людей?
bredmauzer
Masha46rus
flaxi
Tortich