Знакомо?⁠⁠

А меня на слезы раньше пробивало, если со мной по-доброму разговаривали. Спасибо родителям и мужу, который на них очень похож. Несколько лет психотерапии немного помогли.

Я люблю говорить мужчинам комплименты! Им приятно и мне приятно. Как-то пришла в больницу, в мужскую палату к инсультникам. Все грустные. Я говорю: привет мальчики-красавчики! Чего грустим? Все будет хорошо!
И уходя тоже сказала, до свидания мальчики и улыбнулась, и воздушный поцелуй отправила всей палате. Они все улыбались. Это было приятно.)))

Не могу я когда меня хвалят, не знаю, куда себя деть: краснею, потею, дергаю руками, глу-пости говорю всякие или стою, потупясь. Жалкий какой-то, ноги мягкие, плечи мягкие, уши мягкие, бордовые, в глазах – растерянность. Состояние гнусное.

Нет! Я больше привык, чтоб меня ругали, чтоб орали на меня, я привык, чтоб поливали, визжали, угрожали, катались по полу, вскакивали, перли на меня грудью, топали ногами тыркали носом, кричали мне: «Сука вы, сука!» – и делали в мою сторону неприличные жесты.

Вот тогда я чувствую себя хорошо! Прилив сил и восторга я чувствую. Я живу тогда: фигура прямая, мышцы напряжены. Бицепсы, трицепсы, широчайшие, икроножные – как железо; руки – по швам; ноги вместе – носки врозь; грудь – вперед, полна воздуха; босой затылок в атмосфере свеж, а в глазах – зверь затаился, и во всем органоне – наглая смелость: «И-ех, дайте мне его!»

Ну, тогда мне лучше не попадаться: подпрыгну, брошусь, вцеплюсь, схвачу, укушу.

Не состояние – песня!

(С) Алекс Покровский - Расстрелять 2.

Похоже.