Я.Черт 6⁠⁠

Начало

6 дней

Сырость и полумрак. Провожу рукой по холодному, гладкому бетону. В подвале тускло светит одинокая лампочка. На месте старого кладбища возвели станкостроительный завод, который в девяностых отдали под склады и торговлю. Где-то здесь, на этой глубине, лежала и ты. Ничего не осталось, кроме воспоминаний. Распорядитель не обманул, нам есть, что вспомнить. Мне есть, что вспомнить. У нас была хорошая жизнь и как бы мне ни было трудно, будь у меня выбор, я снова и снова сделал бы то же самое. Я обязательно расплачусь и приду к тебе. Мы обязательно будем вместе. Снова и навсегда.

Рука натыкается на небольшое углубление, забитое влажным песком. Аккуратно ковыряю песок, он осыпается с тихим шелестом под ноги. Чувствую твердое и холодное, но вытащить пока не получается. Продолжаю не торопясь доставать песок из углубления. Открывается металлический сундучок, тащу его за ржавую ручку к себе. С трудом, нехотя, он подается и со скрежетом выползает из углубления. Металл проржавел, крышка крепко прилипла к основанию. Острый Геннадий помогает мне, с помощью его узкого лезвия удается подковырнуть слоящийся бурый металл. Внутри заляпанные грязью листочки договора, на них аккуратным почерком написанный текст и темно-коричневый отпечаток моего пальца на каждой странице. Под договором три выцветших талона аднаркома, сэкономленные на черный день. Узоры на обратной стороне талонов сильно затерлись, но их все-таки можно разобрать. Ничего особенного, “вспышка”, “огненный луч” и “взгляд Горгоны”, все вместе стоит в районе 90 черткоинов. Сейчас, когда каждая душа на счету, они могут очень пригодиться. Cгребаю все во внутренний карман ветровки, прячу сундучок на место и иду к выходу, старательно перешагивая и огибая массивные водяные и канализационные трубы. Знакомый охранник старательно отворачивается, когда я, весь в паутине, известке и пыли, закрываю за собой покосившуюся ржавую дверь и ухожу к стоянке. Теперь пора к оракулу.

Гришин особняк все так же богат и безвкусен. Бесконечная вечеринка продолжается, только, вроде бы, танцующие, целующиеся и валяющиеся на мягких диванах в полузабытье люди теперь другие. А охранник, проводивший меня и деликатно вышедший, тот же. И Гриша посреди своего помпезного кабинета тот же. Худой, осунувшийся, заросший. Кажется, он и не вставал со своей дорогущей кушетки после нашей прошлой встречи. Ленивый взгляд его впалых глаз фокусируется на мне. Кажется, не узнает. Подхожу ближе, протягиваю руку. Он ее вяло пожимает. Туман в глазах немного проясняется, он произносит, растягивая звуки:
-Тебя так долго не было…
-Я был здесь вчера.
-Вчера…-он смакует это слово,-вчера… Да, вчера. Давай договор.

Протягиваю грязные листочки. Он небрежно дотрагивается до них. Его зрачки расширяются, он еще сильнее бледнеет, на всклокоченной бороде проступает седая прядь. Отдергивает руку,  вскакивает и хватается за голову:
-Как так? Нет… Что?!
Смотрит на меня дикими глазами затравленной собаки. Еще одна седая прядь проступает у него на виске. Он хватается за сердце, хрипит, заикаясь:
-Па-память! Забытье, амне-незия, что у вас там!? Быстрее! Быстрее!

Выхватываю телефон, щелкаю магазин. Гриша садится на кушетку обхватив голову руками и начинает тихо подвывать. Жму амнезию, 30 черткоинов улетают гребанному яндексу, а я вывожу сложный узор из скрещивающихся колец. Глаза Гриши стекленеют. Произношу уверенно:
-Оракул Григорий, ты узнал имя и местоположение распорядителя душ из договора, наткнулся на блок и прекратил чтение, ничего не запомнил. Ты больше не будешь читать такие договора. Сейчас ты передашь мне полученную информацию, а потом поешь, примешь душ и поспишь. И впредь будешь соблюдать режим дня. Будь счастлив, Гриша.

Оракул встает, торжественно произносит:
-Директор по внутрикорпоративному развитию mpStats, Александр Селедчик. Офис на Гражданском проспекте д.100, офис 242.

После этого уходит, прямой и напряженный. Провожаю его взглядом, глубокие морщины пролегли по его лбу и в уголках глаз. Надеюсь, он выполнит указание и правда будет счастлив. Забираю договор и иду к машине, по пути забивая в поисковик название фирмы и контакты. Звоню на горячую линию, чтобы попробовать договориться о встрече. Там то робот, то какие-то туповатые стажеры говорят одними и теми же скриптами. Выяснить что-то про личный прием клиентов не получается, зато я теперь знаю, куда обращаться, если вдруг захочу начать торговлю на маркетплейсах. Беглый гуглеж дает примерное представление об офисе компании на верхнем этаже крупного спорткомплекса. Бассейны, корты, футбольные поля, кафешки, лес и парк. Похоже, распорядитель любит комфорт, предпочитает здоровый образ жизни и не особенно прячется. Ну что ж, попробуем в лоб. Завожу свою несчастную киа с раскуроченным передком и еду по навигатору.

После вчерашней тяжелой смены я спал совсем без сновидений жалких три часа, чтобы побольше успеть до выхода на линию. Сейчас только полдень, так что мой план почти сработал. И даже есть время заехать в НИИ Энергоизысканий к своей новой знакомой. Но сначала нужно заскочить в ДНС за монитором. Выбираю онлайн аккуратный белый Асус. Надеюсь ей понравится, осталось только забрать.

После получасового квеста с получением заказа я довольно быстро добираюсь до знакомого уже здания НИИ, оставляю ветровку, кота и меч в машине, кое-как вытряхиваю пыль и паутину из волос. Выгляжу в зеркале так себе, с мешками под красными глазами, растрепанный, неопрятный. К сожалению, наводить красоту некогда, хочется реализовать внезапный порыв, а потом снова возвращаться к своей бесконечной гонке.

На проходной седой, усталый охранник тщательно переписывают мои паспортные данные, номер кабинета, в который я иду, осматривает массивную коробку в моих руках, но не проявляет к ней особого интереса и пропускает. Поднимаюсь к кабинету 419, стучусь и захожу. В крохотном кабинете Анфиса сидит перед выключенным пузатым монитором и что-то смотрит на телефоне, провод от древних наушников запутанным клубком висит у ее плеча. Она использует только один наушник, второй тоскливо торчит из клубка, не способный дотянуться до второго уха. Девушка вопросительно поднимает на меня глаза. Здороваюсь:

-Добрый день. Вы меня, наверно, не помните. Я заходил к вам какое-то время назад. Не могу спокойно смотреть, как вы мучаетесь. Вот, решил провести вам небольшую модернизацию, раз минобрнауки не чешется.
Ставлю коробку перед ее столом. Анфиса устало улыбается:
-Спасибо, конечно, но я не могу это принять.
-Я настаиваю!

Она усмехается:
-Ну, если вы настаиваете, то отнесите завхозу, это на первом этаже, только нужно будет написать заявление. Там как раз есть специальный стеллаж с нераспечатанными мониторами, ваш туда неплохо впишется. Дело ведь не в том, что у нас их нет. Мы уже несколько лет не можем это провести по документам, присвоить инвентарные номера и так далее, там бюрократический ад.
-Неужели нельзя просто поставить новые мониторы?
-Представьте себе, нельзя. Здесь много чего нельзя.
-Но ведь вы проводите важные исследования!

Она вздыхает:
-К сожалению, фундаментальная наука никому не нужна, все на голом энтузиазме. Ни материальной базы, ни поддержки. Да нам и не нужна помощь, лишь бы не мешали. Но ведь мешают! К счастью, я в этой дыре больше не работаю. Еще две недели и свобода.
-Чем займетесь?
-Пока не знаю. Жизнь покажет.

Анфиса вежливо смотрит на меня и ждет. Пауза затягивается. Говорю, чтобы что-нибудь сказать:
-Мне кажется, вы могли бы прекрасно танцевать.
Она широко распахивает глаза:
-Как вы догадались? Я как раз выбирала школу танцев.
Я пожимаю плечами:
-Вы похожи на прекрасного хореографа.
Она мило фыркает:
-Пфф. Меня отдали на танцы в детстве, но мне это жутко не нравилось. Я просто каждый раз просиживала в коридоре все занятие. На родительском собрании очень долго пытались выяснить, чья это мама пришла и задает странные вопросы. Так что тут вы промахнулись.
Развожу руками:
-А я ничего и не говорил про ваше умение танцевать. Но вы похожи на прекрасного хореографа.
Девушка улыбается с иронией:
-Ой, как мило. Простите, я так и не вспомнила вашего имени.
-Игорь. Пообещайте, что пригласите меня в свою школу танцев. Хочу быть вашим первым учеником.
Она качает головой:
-Ну какая школа. Я же говорю, что двигаюсь как корова на льду. Не знаю, почему у меня вообще возникла мысль учиться танцам. Школа? Об этом пока нечего и думать.
-Уверен, у вас все получится!
Она кивает:
-Спасибо большое. Мне бы вашу уверенность.
Снова молчим. Говорю:
-Ну я тогда пойду.
Анфиса вежливо улыбается:
-Всего хорошего. И спасибо за заботу, мне очень приятно.

Поднимаю коробку и тащу на первый этаж. Охранник указывает на кабинет завхоза, но оказывается, что тот на обеде и ему невозможно дозвониться. Нужно подождать от получаса до бесконечности. Ну что ж, я пытался.

Возвращаюсь к машине и закидываю коробку с монитором в багажник. Теперь пора к распорядителю. Прикидываю время. Полтора часа на дорогу до офиса MPSTATS, дальше как пойдет, но часа к пяти должен освободиться и выйти на линию. Ноет шея, спина отзывается болью даже в уютном водительском кресле. Несколько раз подумываю использовать дешевенькую лечилку, но все-таки решаю сэкономить горстку черткоинов до действительно тяжелой травмы. Под суровые рифы альбома “Свобода” Люмена время проходит почти незаметно, паркуюсь у гигантского здания необычной формы, будто несколько оранжевых коробок воткнули одну в другую под разными странными углами и остеклили. Вряд ли удасться попасть к распорядителю вот так, внаглую. Скорее всего, придется снова лазить по крышам, подвалам или сторожить в кустах. Но лучше начинать с самого очевидного способа и просто записаться на прием. Внутри здания как будто обычный офисный центр с бежевой каменной плиткой на полу и белой пенополистироловой на потолке, только все указатели ведут в какие-то спортивные залы. К счастью, нет рамок с металлодетектором, так что Геннадия удается пронести в сумке без проблем. На верхнем этаже встречает вежливая девушка администратор в прикольном худи с необычной вышивкой, за ее спиной зеленая вывеска MPSTATS и два треугольничка, один на другом. Вежливо улыбаюсь:
-Добрый день. Мне к Александру Селедчику. Он у себя?
Девушка удивленно и мило улыбается в ответ:
-Вам назначено?
-Нет, но он захочет меня увидеть.
Девушка смотрит неуверенно. И правда, обросший тип в толстовке с “сектором газа” и мокрым котом на плече может вызывать вопросы:
-Я не уверена, что он на месте. Как вас представить?
-Гошка хромой, сын кузнеца.
Глаза девушки проясняются:
-А, так вы из клуба! Пойдемте, я вас провожу.

Мы идем по коридорам большого опенспейса, за стеклами приятные ребята шлепают по клавиатурам, пьют кофе, с важным видом тыкают в телефоны. Из офисов доносится увлеченная болтовня, смех. За огромными панорамными окнами великолепный вид на город. Хорошее место. Здесь, наверно, здорово работать. Некоторые молодые ребята замечают кота у меня на плече, улыбаются и приветливо машут. Администратор, тем временем, тоже что-то щебечет на ходу про “простите, не сразу поняла” и “говорите про клуб, вас проводят, если буду не я”. Мы сворачиваем в какой-то коридорчик и она открывает передо мной элегантную дверь из матового стекла. Я вхожу, а она говорит за спиной:
-Александр, к вам из клуба.
Приветливый парень лет 35 встает из-за аккуратного стеклянного стола и, искренне улыбаясь, протягивает руку. :
-Георгий, сколько лет, сколько зим!

Свежая стрижка, ухоженное лицо, белая футболка с радужным принтом. Он намного старше меня, но гораздо лучше соответсвует времени. Я пожимаю руку в ответ и осматриваюсь. Очень уютный и при этом деловой офис. Аккуратные открытые стеллажи из стекла и металла, небольшой белый диванчик, стильные кресла для посетителей.
-Здорово тут у вас. А вы меня помните, да?

Александр пожимает плечами:
-Если честно, не очень. Но я просмотрел досье, пока вас ждал,-обращается к девушке,- спасибо, можешь идти.

Девушка исчезает, прикрыв за собой дверь. Распорядитель продолжает:
-Алиса считала вас на входе и передала мне основную информацию. Такие гости у нас бывают нечасто и с самыми неожиданными намерениями, поэтому система безопасности настроена достаточно чувствительно. Вы не представляете опасности, поэтому вы здесь. Итак, у вас есть какие-то вопросы?
-Алиса, красивое имя у девушки.
-Яндекс Алиса, Георгий. У администратора только инструкция быть вежливой со странными посетителями вроде вас и провожать ко мне. Она непосвященная.
-И тут нейронка... А раньше вы не были так приветливы…

Александр щелкает пальцами и мы оказываемся в душном подземелье с зарешеченными окнами, на нем черный балахон, исписанный красными символами, закрывающий все лицо, кроме морщинистого рта. Стеклянный стол с серебристым маком, за которым он сидит, смотрится здесь странно. Кот вздрагивает, впивается когтями мне в плечо и шипит. Хрипящий голосом распорядитель произносит:
-Ты себе вот так это представлял?
Отвечаю:
-Давайте назад.

Распорядитель разводит руки в стороны, между ними вспыхивает ярко-красное свечение, которое поглощает все вокруг. Мы снова в уютном офисе, Александр озорно улыбается:
-Нравится? Я и не так могу! Да садитесь, Георгий, не стесняйтесь. Вижу, у вас ко мне накопилось много вопросов.

Сажусь на элегантное белое кресло на колесиках с выгнутой спинкой. Удобно. Кот спрыгивает с плеча и укладывается мокрым клубочком у меня на коленях. Ему тут тоже больше нравится. Пытаюсь собраться с мыслями:
-А это что-то вроде джина с тремя вопросами или типа того?

Александр заливисто смеется приятным бархатным смехом:
-Ну что вы, никаких киношных глупостей. Централььный офис корпорации поднял новую корпоративную политику, теперь наш приоритет - открытость. Сотрудники и партнеры должны понимать наши цели и векторы, чтобы работать с максимальной эффективностью.
-Просто немного странно видеть вас здесь, в современном офисе, среди молодежи, сотрудником современной АйТи-компании, занимающимся созданием правильно атмосферы в коллективе.

Распорядитель пожимает плечами:
-Именно правильная атмосфера очень важна для меня. Борьба с токсичностью, уважение к личным границам, толерантность и так далее. Все это помогает непосвященным выдавать максимальный результат.

Киваю:
-Начинаю понимать. Вы вроде как снизу, но теперь не прямо зло-зло. Забота о сотрудниках, рабочие места, светлые офисы. Стратегии, цели. Присмотришься, а вроде в чем-то и добро. Серая мораль.

Александр разводит руками:
-Фу, Георгий, какая пошлость. Наш главный лично контролировал создание последней редакции корпоративной этики и там прямо запрещена мимикрия под любой вид иного толкования наших мотивов. Мы - зло, Георгий. Абсолютное зло и гордимся этим. Представьте что-то самое мерзкое, отвратительное и беспринципное, умножьте это на бесконечность и прибавьте 42, тогда вы примерно поймете цели корпорации на следующий квартал.
-Но вы не производите впечатление абсолютного зла.
-А у меня и позиция пока не позволяет полностью раскрыться. Я немного продвинулся с нашей последней встречи, мне доверили важное направление, но это пока самое начало моего движения вниз.
-И чем конкретно вы занимаетесь?
-О, это очень интересно. Немного расскажу о нашей деятельности вне публичного поля. Мы партнеры яндекса, занимаемся новыми способами добычи энергии. Как вам известно, помимо прямой купли-продажи энергии различными способами, например, через магазин в приложении яндекса, есть и другие способы взаимодействия с энергией, в том числе доступные для непосвященных. Один из них - продажа времени жизни. Непосвященные проводят определенные ритуалы и передают часть своей жизни в нижний банк, взамен получая простенькие фокусы вроде невидимости или физической силы. Фактически, они таким образом отдают часть своей души. Душа - это частичка бога, вечный двигатель и генератор, о котором человечество так мечтает. Там очень необычные взаимодействия, когда-нибудь кто-нибудь напишет научную работу на эту тему. Так вот, мы сейчас работаем, и довольно успешно, над тем, чтобы аккумулировать избыток энергии, генерируемый непосвященными, и направлять его в нижний банк. Ну, вы знаете, все эти ненужные созвоны, совещания, кофебрейки. Некоторые подопытные проводят до 83 процентов жизни в бессмысленной беготне, генерируя при этом приличное количество небесной энергии. Наша задача собирать эти излишки с максимальным КПД.
-Люди-батарейки,-задумчиво произношу я.
-О, вариант из Матрицы был бы идеален. К сожалению, есть определенные ограничения по нашему взаимодействию с твердью. Поэтому мы прорабатываем альтернативные варианты.
-Неужели приятное время препровождение на работе можно так использовать?
Александр задорно смеется:
-Ахах. Ну конечно же! Приятное и бессмылсенное времяпрепровождение ради того, чтобы не заниматься чем-то важным. Корпорация старается использовать все человеческие смертные грехи. Наш стартап прорабатывает леность, это очень перспективное направление. Прокрастинация, депрессия - просто золотая жила для нас.

Я чешу в затылке:
-Ну хорошо. А чем плохо работать по-старинке, выкупать души через договор?
-Это направление по-прежнему одно из приоритетных. Но, к сожалению, в последнее время  оно не дает тех результатов, которые были раньше. Население растет, а приток энергии от прямых договоров не дотягивает до плановых показателей. Приходится искать новые подходы. Вы же знаете, что подписать договор можно только в момент наивысшей страсти. Вырвать из себя душу и передать ее нам - нетривиальная задача. Сейчас сытое и спокойное время, Георгий. Мало кто способен на такую всепоглощающую страсть. С другой стороны, на фанатичную веру способны еще меньше. Так что у верхних дела идут значительно хуже. Ад на земле гораздо ближе рая.
-Как и всегда.
-Как и всегда, вы правы.

Говорю задумчиво:
-Я вот одного не пойму. Почему сейчас? Почему, имея доступ к такой огромной энергии, вы не использовали ее раньше? Все эти нейросети, искусственные интеллекты, автоматические алгоритмы. Почему в восемнадцатом веке мы подписывали договор кровью в вонючем подвале из вашей иллюзии?

-В нас нет божьей искры, Георгий. Странно, что вам это неизвестно. Мы можем бесконечно усиливать созданное людьми, но не способны создать новое. Еще один блок, вшитый в нас творцом. Он, знаете ли, не любит конкуренцию.

Распорядитель осекается:
-Простите, я некорректно выразился. Конечно же, божьей искры нет в нижних. Я пока не имею права себя так называть, но я уже близок. Чем мы ближе к главному, тем меньше в нас божественного. Это идеал, к которому мы все стремимся - полностью отказаться от бога, при этом обуздать небесную энергию и использовать ее в своих целях без ограничений и рамок. В главном божественного нет совсем, он всегда пользуется человеческими достижениями, страстями и пороками. Но хорошему руководителю и не нужно ничего создавать, ему нужно собрать грамотную команду и умело ею управлять. В этом главный прекрасен.

Вежливо киваю. Столько новой информации. И почему я не пытался найти своего распорядителя раньше? Александр участливо улыбается:
-Надеюсь, я достаточно полно рассказал вам о нашем проекте. Прямо сейчас я не могу вас взять к себе в штат, но имейте нас в виду. Здесь уютно, много интересных задач и бесплатные печеньки. Могу я вам чем-то еще помочь?

Снова чешу в затылке:
-Да я, собственно, чего пришел-то. Можно у вас взять в займы десятка два-три душ? Мы все-таки не одну сотню лет друг друга знаем, пусть вы меня и не помните. А то у меня случился форс-мажор, а вниз ой как не хочется. Вы ведь получаете с меня стабильный процент. Точно больше, чем эта несчастная двадцатка.

Взгляд распорядителя приобретает сочувствующее выражение:
-Понимаю вашу проблему и очень хотел бы вам помочь, чтобы защитить свои инвестиции. К сожалению, подобный вид взаимодействия с заключившими договор запрещен внутренними инструкциями. Мы можем подписать допсоглашение к договору на стандартных условиях. У нас есть тарифная сетка, мы не можем от нее отходить.
-И что же я буду должен за эти двадцать душ?

Распорядитель что-то смотрит в компьютере, сосредоточенно щелкает мышкой. Я нервничаю, поэтому не выдерживаю:
-Ой, да ладно! Вся выкладка была у вас еще до того, как я зашел в помещение!

Александр ухмыляется и кивает:
-Да, простите. К новым стандартам открытости сложно привыкать. С максимальной скидкой и со всеми привилегиями лояльного сотрудника займ в двадцать душ увеличит ваш ежемесячный платеж на те же двадцать душ.
Я в шоке:
-В смысле, сорок? Вы издеваетесь, я и двадцать еле закрываю.
Александр пожимает плечами с грустной улыбкой:
-К сожалению, ничего не могу поделать. Такие правила.
Я в сердцах шлепаю себя по коленям:
-Блин!
Распорядитель задумчиво произносит:
-К счастью, есть один хороший вариант.
-Хороший вариант?
-Да, думаю, вам понравится. Если вы принимаете ценности нашей организации, я могу обсудить с руководством смежного подразделения возможности для повышения. Например, в Краснодаре по нелепой случайности мы остались без куратора. Это посильная для вас позиция и с учетом новой системы мотивации вы без труда решите свою проблему с задолженностью, а ежемесячный платеж больше не будет для вас значимой суммой. Обязанности стандартные - приглядывать за новыми сотрудниками, отчитываться о результатах работы подразделения и отвечать за грамотное распределение заказов. Думаю, вы справитесь.

Меня осеняет:
-То есть, Петр Александрович - куратор?
-Это закрытая информация, ваш нынешний уровень допуска не предполагает доступа к реестру сотрудников. С новыми коллегами вы познакомитесь, когда примете мое предложение. Подумайте, Григорий. У вас есть выбор: займ на стандартных для непосвященного условиях или переход на новую ступень.
-Еще один шаг от человеческой натуры?
-Нет, что вы. Перерождение - это совсем другой круг. Физиологически я не отличаюсь от вас. А вы практически не отличаетесь от непосвященных. Разве что некоторая склонность к стабильности как побочный эффект от преодоления предела Хейфлика. У нас нет способностей взаимодействовать с энергией напрямую, мы делаем это через посредников. Для вас это магазин в приложении. У меня он тоже есть, скажем так, в расширенной версии.

Немного задумываюсь.
-То есть вся суть нашего разговора в том, чтобы завербовать нового куратора? Вы по какой-то причине заметили меня и решили сделать предложение, от которого я не смогу отказаться. Подстава с перевертышем - ваших рук дело?
-Скажем так, это не было запланировано. Но мы действительно выделили вас среди коллег за опыт и надежность, поэтому по вам есть решение провести собеседование в случае сложных жизненных обстоятельств. Вы проявили находчивость и самостоятельно инициировали встречу, это еще один плюсик к вашему резюме. При ином развитии событий эйчар провел бы встречу непосредственно перед вашей отправкой в отдел взыскания.
-Когда у меня не было бы выбора!
-Выбор есть всегда, таков один из основных законов творца. Ваша душа у нас в залоге, но не в собственности, так что выбор есть всегда.

Вспоминаю Петра Александровича и Meow бар, спрашиваю:
-Кто-нибудь закрывал долг?
-Это тоже закрытая информация. Однако намекну. Через успешный рост по карьерной лестнице решать проблемы с договором значительно эффективнее. Да вы и сами прекрасно понимаете, чисто математически после двух-трех повышений сама сумма платежа станет для вас просто смешной. У вас появятся интересы и возможности совершенно иного масштаба.

Отвечаю:
-Ну что ж, мне нужно подумать. Но у меня остался еще один вопрос. Мой праведник плачет, на нем появились участки без белого пламени и они растут. Что с этим делать?

Александр брезгливо морщится:
-Ох, праведники. Нам давно пора создать собственный сервис, без этой дурацкой коллаборации. По поводу праведникова вам в райскую кузню, я не в курсе этих тонкостей.
-А как туда попасть?
-Говорю же, не знаю. Это вне пределов моей компетенции, я совсем не взаимодействую с верхними.

Вздыхаю:
-Ну что ж, тогда мне пора наведаться к боженьке.

Александр хмурится, в его глазах на миг сверкают молнии:
-Бог мертв, Георгий. Верхние что-то там болтают про веру и второе пришествие, но это все сказки для бедных. Бог мертв, скоро мы сломаем последние барьеры и на земле воцарится ад. Лучше бы вам быть на правильной стороне, когда это случится. А своего Генку просто закопайте где-нибудь в ближайшем лесу и приходите на новую должность.

Вздрагиваю. Закопать праведника в лесу… Геннадий в сумке за моим плечом будто бы тоже вздрогнул. Другие вопросы больше не приходят на ум. Результат нулевой, зато узнал много нового. Встаю с удобного кресла, которое, будто бы, не хочет меня отпускать:
-Спасибо за уделенное время. Я пойду думать.

Александр кивает:
-Есть о чем. Надеюсь на положительное решение, до встречи. Возьмите мою визитку у администратора, звоните в любое время. И учтите, что наш разговор строго конфиденциален. Вы готовитесь спуститься на новую ступень и вам нужна информация, а вот вашим коллегам она ни к чему. До свидания.

Мы пожимаем руки, я пересаживаю кота обратно на плечо и выхожу. От переизбытка канцелярита и белозубости в улыбке у меня немного кружится голова. На обратном пути хихиканье и болтовня среди прозрачных стекол опенспейса уже не кажутся мне такими милыми и задорными. Я практически вижу, как мелкими каплями небесная энергия сочится из этих людей в нижний банк.

Сажусь в машину, достаю Геннадия и глажу лезвие. От тусклого пятна отходят уже четыре бороздки. Говорю:
-Ничего, дружище. Мы что-нибудь придумаем. Ты же слышал, выбор есть всегда.

Вспоминаю выражения покоя и сочувствия в сияющих абсолютным светом глазах ангела перед тем, как они погасли. На потускневшем участке клинка собирается небольшая металлическая капелька, будто ртуть или расплавленный свинец, и течет по лезвию, медленно тая и оставляя за собой глубокую борозду.

Продолжение