Ответ на пост «Про авиацию и санкции»⁠⁠1

За достоверность цифр не поручусь, использую данные с одного ресурса без проверки, но сейчас в России есть около 980 гражданских самолётов, из них в лизинге находится 515. Их рыночная стоимость порядка $4.1 млрд. У одного Аэрофлота половина самолётов взята в лизинг.

Из букв санкций в отношении России следует, что эти 515 самолётов должны до 28 марта вернуться своим владельцам (лизинговым компаниям). Даже без учёта происходящих процессов, чисто с технической точки зрения это было бы организовать довольно сложно, в реальности же сейчас всем ясно, что это попросту невозможно, даже если бы Россия этого вдруг захотела.

Самолёты, находящиеся в лизинге, полежат регулярным проверкам со стороны владельцев и международных организаций, регулирующих гражданскую авиацию, чего сделано не будет.

Судя по всему, России придётся выйти (или нарушить) Конвенцию о международных гарантиях в отношении подвижного оборудования (Кейптаунский договор) , гарантирующий владельцам получения их имущества в других странах.

Что это значит практически? Это значит, что даже когда (я надеюсь) закончится конфликт на Украине, ни один лизингодатель, ни одна страховая компания не разрешит полёты в Россию, либо даже над её территорией. Кейптаунское соглашение - тот хребет, на котором строятся все гражданские авиаперевозки. Национализация иностранной собственности Россией на миллиарды долларов очень сильно ударит по лизинговым компаниям по всему миру, кроме того, это создаст прецедент, подрывающий доверие других стран-участниц конвенции друг к другу. Это, в свою очередь, неизбежно скажется на стоимости авиаперевозок в целом. Глобально, по всему миру.