Каннибал просто хотел сэкономить на мясе⁠⁠

3 июля 1976 года Оскар Шульц, рядовой жилец старого многоквартирного дома номер двадцать четыре по Фризенштрассе в Дуйсбурге, вышел на лестничную клетку. Ему понадобился общий туалет, расположенный на тесном мансардном этаже. Дверь оказалась заперта изнутри. Шульц подождал. Когда старая деревянная створка наконец открылась, на пороге стоял его сосед - тихий, неприметный мужчина в очках с толстой пластиковой оправой. Шульц с раздражением пожаловался, что канализация снова засорилась, вода не уходит в слив. Сосед поправил очки и совершенно будничным, ровным тоном ответил: труба забита внутренностями. После чего развернулся и ушёл в свою крошечную съёмную комнату, тихо притворив за собой дверь.

Шульц спустился в подвал дома. Он нашёл старый чугунный ревизионный люк фановой трубы, открутил заржавевшую крышку и посветил внутрь карманным фонариком. Там действительно находились биологические останки. Шульц выскочил на улицу. Прямо перед домом в рабочем квартале Лаар стояло плотное полицейское оцепление. Патрульные проводили поквартирный обход, разыскивая пропавшую днём четырёхлетнюю Марион Кеттер. Шульц подбежал к офицерам и сбивчиво рассказал про странный засор в подвале.

Наряд полиции немедленно поднялся на мансардный этаж. Офицеры толкнули не запертую дверь комнаты. Внутри на кухонной плите стояла кастрюля. В квартире находились фрагменты тела пропавшей несколько часов назад девочки. Сосед не оказал при задержании ни малейшего физического сопротивления. Он просто позволил надеть на себя наручники. Его звали Иоахим Георг Кролль.

Западногерманская пресса десятилетиями лепила из Кролля демоническую, хитрую фигуру, называя его "Дуйсбургским людоедом" и "Рурским охотником". Журналисты продавали тиражи на образе гениального маньяка. На деле система правосудия Северного Рейна-Вестфалии столкнулась не с криминальным гением, а с собственной чудовищной бюрократической некомпетентностью. Полицейские управления не могли поймать человека с коэффициентом интеллекта в 76 пунктов на протяжении 21 года. За это время неповоротливая следственная машина размолола жизни как минимум шестерых невиновных граждан.

Чтобы понять механику этого исторического провала, нужно посмотреть на биографию задержанного. Иоахим Кролль родился в апреле 1933 года в Гинденбурге, в многодетной семье простого шахтёра. Он рос физически слабым, болезненным ребёнком, страдал хроническим энурезом вплоть до подросткового возраста. Учился тяжело, с огромным трудом окончил лишь несколько классов специализированной вспомогательной школы для детей с задержками развития. После окончания Второй мировой войны семья, как и миллионы других беженцев, перебралась на запад.

Взрослый Кролль представлял собой человека ростом около 165 сантиметров, рано и сильно облысевшего, с плохим зрением. Он перебивался самым низкоквалифицированным трудом. Работал подсобником на фермах, разнорабочим на угольных шахтах, а к началу шестидесятых годов устроился уборщиком производственных туалетов на металлургический завод Mannesmann в Дуйсбурге. Никто из коллег по цеху или немногочисленных соседей не мог сказать о нём ничего дурного. Он был вежливым, предельно тихим, избегающим любых бытовых конфликтов одиночкой. Человеком-невидимкой в синем рабочем комбинезоне.

Преступления начались в феврале 1955 года, вскоре после смерти его матери. Кролль действовал в условиях идеальной для него географической и административной среды. Рурская агломерация того времени - это гигантское, плотное скопление промышленных городов, сросшихся окраинами. Людингхаузен, Ботроп, Рейнхаузен, Эссен, Динслакен, Дуйсбург, Вупперталь, Марль. Границы между этими муниципалитетами условны для пассажира трамвая, но они были абсолютно непреодолимы для полицейской бюрократии.

У Кролля никогда не было водительских прав и собственного автомобиля. Он перемещался между городами на обычных трамваях, пригородных автобусах или просто ходил пешком вдоль железнодорожных путей. Это напрочь ломало все шаблоны аналитиков криминальной полиции. Следователи упорно искали высокомобильного хищника на машине, коммивояжера или дальнобойщика, способного быстро пересекать границы округов и скрываться с места преступления на высокой скорости.

В пятидесятых и шестидесятых годах в Федеративной Республике Германия не существовало единой компьютерной сети криминального учёта. Система INPOL будет создана главой федеральной криминальной полиции Хорстом Херольдом гораздо позже, отчасти именно из-за таких катастрофических провалов. А тогда каждое земельное и муниципальное управление вело свою собственную, сугубо бумажную картотеку. Дела пылились в картонных папках в разных зданиях, разбросанных по всему Руру, и никак не пересекались в головах следователей. Полиция Ботропа понятия не имела о деталях нераскрытого убийства в Эссене.

Эксперты-криминалисты своими заключениями уводили розыск в глубокий тупик. Кролль регулярно забирал с мест преступлений личные вещи жертв и вырезал фрагменты мягких тканей. Изучая характер посмертных повреждений, аналитики составляли профили преступника, приписывая ему незаконченное медицинское образование или крепкие профессиональные навыки забойщика скота. Оперативники годами искали поехавшего рассудком хирурга, отчисленного студента-медика или мясника с местной бойни. Никто не искал малограмотного уборщика туалетов без машины.

Под колоссальным давлением бульварных газет и напуганной общественности местные следователи начали выдавать результат единственным доступным им способом - назначать виновных из числа тех, кто подвернулся под руку. Если резонансное дело не раскрывается месяцами, системе нужно найти того, кто не сможет грамотно защититься в комнате для допросов.

Июнь 1959 года, Рейнхаузен. Найдена убитой 34-летняя Клара Фрида Тесмер. Местная полиция берёт в разработку и арестовывает простого автомеханика Генриха Отта. Его помещают в тесную камеру предварительного заключения и начинают допрашивать сменами. Психологический прессинг следователей достигает такой степени, что Отт, не сумев доказать свою непричастность и не выдержав давления, вешается прямо в камере. Следствие с облегчением закрывает дело в связи со смертью главного подозреваемого. Отчётность спасена.

Июль 1959 года, Эссен. Жертва - 16-летняя Мануэла Кнодт. Детективы местного управления задерживают подозреваемого, в материалах фигурирует имя Конрад Меклер. После жёстких, многочасовых допросов без присутствия адвоката оперативники получают бумагу с написанным от руки чистосердечным признанием. На судебном заседании Меклер категорически отказывается от своих слов, открыто заявляет о давлении и диктовке показаний, но бюрократический механизм уже запущен. Судья выносит обвинительный приговор на основании первоначального протокола. Невиновный человек отправляется в тюрьму строгого режима на несколько лет.

Апрель 1962 года, Динслакен. Найдена мёртвой 13-летняя Петра Гизе. Полиция арестовывает местного жителя, разнорабочего Винценца Кюна. Следствие собирает сомнительную базу косвенных улик, но суд признаёт их достаточными для вынесения вердикта. Кюн получает реальный тюремный срок. Он отбывает его от звонка до звонка в камере и выходит на свободу с официальным государственным клеймом убийцы, сломавшим ему всю оставшуюся жизнь. Он будет полностью реабилитирован только после ареста Кролля.

Июнь 1962 года, Вальзум. Жертва - 12-летняя Моника Тафель. Полиция задерживает 37-летнего соседа семьи убитой девочки, Вальтера Квикера. Прокуратура изучает собранные полицией материалы и вынужденно освобождает его - физических улик против соседа нет вообще. Но информация о подозрениях криминальной полиции уже просочилась в утренние газеты и на улицы спального района. Жители устраивают Квикеру суд Линча. Ему методично бьют стёкла в доме, забрасывают тяжёлыми камнями его машину, не дают прохода на улице, выкрикивая проклятия. В октябре 62 года Вальтер Квикер не выдерживает круглосуточной травли и вешается в собственном доме.

Единственный раз за два десятилетия Иоахим Кролль критически отступил от своего сценария по которому убивал только одиноких девушек, в августе 1965 года. Это произошло в районе Дуйсбург-Гроссенбаум. Он напал на пару в припаркованном в безлюдном месте автомобиле. В салоне находились 25-лений Герман Шмитц и его невеста Марион Вен. Шмитц, будучи физически крепким парнем, оказал ожесточённое сопротивление нападавшему, но погиб от серии ножевых ранений. Он стал единственной жертвой Кролля мужского пола за всю его криминальную карьеру. В ходе борьбы девушке удалось перебраться на водительское сиденье, завести двигатель и уехать с места происшествия. Суд позже квалифицирует этот эпизод как доказанное покушение на убийство.

Сентябрь 1966 года, город Марль. Найдено тело 20-летней Урсулы Ролинг. Следователи идут по самому простому, статистически выверенному пути и берут в жёсткую разработку её жениха, Адольфа Шикеля. При осмотре его автомобиля криминалисты находят на сиденьях текстильные волокна, визуально схожие с материалом верхней одежды погибшей невесты. Этого скромного факта хватает для публичных обвинений со стороны следствия. Шикель не дожидается официального суда и ареста. Он топится в местном промышленном канале.

Май 1970 года, Брайтшайд. Жертва - 13-летняя Ютта Ран. Полиция задерживает двадцатидвухлетнего Петера Шая. Его сутками допрашивают в участке, но в итоге вынужденно отпускают за недостатком улик. Следующие 6 долгих лет Шай живёт в персональном аду маленького города. Бывшие друзья и соседи искренне считают его избежавшим наказания убийцей, с ним отказываются общаться, его травят на работе и улице. В 1976 году психика Шая окончательно ломается. От полного отчаяния и социальной изоляции он приходит в полицейский участок и пишет явку с повинной, оговаривая самого себя, лишь бы прекратить это многолетнее давление со стороны общества.

А теперь вернёмся в июль 76 года, в душную комнату для допросов полицейского управления Дуйсбурга. Перед следователями сидит Иоахим Кролль в своей рабочей одежде. Он не отпирается, не требует адвоката и не ссылается на забывчивость. Он охотно, с пугающей педантичностью отвечает на все вопросы детективов. Когда следователь прямо спрашивает его о причинах подтверждённого каннибализма, Кролль даёт ответ, от которого стынет кровь. Бывший уборщик туалетов прагматично, языком бухгалтера объясняет: он просто хотел сэкономить деньги на покупке свежего мяса в продуктовом магазине.

Следователи сталкиваются с абсолютно нетипичной, клинической психологической установкой подозреваемого. Кролль активно сотрудничает со следствием не из-за внезапного раскаяния или давления улик. Он искренне, по-детски полагает, что чистосердечное признание во всех эпизодах поможет ему быстрее выйти на свободу. У него в голове сложилась чёткая, не поддающаяся логике медицинская картина. Он уверен, что он просто болен, государственные врачи сделают ему несложную хирургическую операцию на головном мозге, физически удалят источник плохих желаний, и полиция с извинениями отпустит его домой на Фризенштрассе. Руководствуясь этой бредовой идеей фикс, он начинает по памяти диктовать ошарашенным следователям полный список своих нападений, начиная с далёкого 55 года.

Прокуратура Северного Рейна-Вестфалии поднимает пыльные архивы. Десятки старых, давно закрытых папок ложатся на столы следователей в Дуйсбурге. Начинается беспрецедентная по масштабам проверка показаний. На протяжении нескольких месяцев Кролля под усиленным полицейским конвоем регулярно вывозят на места нераскрытых преступлений в разные города рурской агломерации.

Следственные эксперименты на местности откровенно шокируют прокуроров. Кролль, человек с пограничной умственной отсталостью, с участием полицейских статистов безошибочно восстанавливает картину многолетней давности. Он не может вспомнить точные даты или годы убийств, но он показывает точные места своих засад в кустах. Он без колебаний указывает неприметные лесные тропинки, по которым уходил, помнит положение тел на земле с точностью до сантиметра. Он буднично называет специфические детали цвета одежды убитых и характер нанесённых ран, которые полиция специально, в интересах следствия, утаила от прессы. Никто, кроме настоящего убийцы, не мог знать этих специфических подробностей.

Именно эти сухие протоколы выездных проверок заставляют неповоротливую государственную машину дать громкий задний ход. Прокуратура официально, через суд, снимает все обвинения с потерявшего надежду Петера Шая и начинает сложную бюрократическую процедуру посмертной юридической реабилитации всех покончивших с собой подозреваемых.

Предварительное следствие быстро упирается в ключевой юридический барьер - вопрос вменяемости задержанного. Адвокаты защиты выстраивают железобетонную, казалось бы, линию. Они указывают на подтверждённый тестами коэффициент интеллекта в 76 пунктов. Они аргументированно заявляют о тяжёлых сексуальных перверсиях и абсолютном инфантилизме подзащитного в базовых бытовых вопросах. Позиция защиты однозначна: уголовная ответственность в данном случае невозможна, параграф двадцатый Уголовного кодекса ФРГ освобождает его от вины, Кролля необходимо бессрочно отправить в закрытую психиатрическую клинику.

Комплексная судебно-психиатрическая экспертиза бьёт эти медицинские аргументы сухими фактами из уголовного дела. Медики чётко разделяют низкий бытовой интеллект и способность к криминальному планированию. Да, Кролль примитивен в общении и не способен к сложным абстракциям. Но он демонстрировал высочайшую степень самоконтроля и выдержки при подготовке нападений. Он осознанно годами менял районы охоты, никогда не нанося удар в одном и том же городе дважды подряд. Он методично и грамотно уничтожал физические улики на местах преступлений. Он чётко осознавал противоправность своих действий, прятался от патрулей и успешно маскировался под безобидного рабочего. Итоговый вывод медицинской комиссии: подсудимый вменяем и подлежит суду на общих основаниях.

Судебный процесс открывается в земельном суде Дуйсбурга в 1981 году. Разбирательство длится изматывающий 151 день. Кролль на допросах признался в 14 убийствах, но процессуальный кодекс требует безупречных материальных доказательств для вынесения приговора. Прокуратура вынужденно включает в итоговое обвинительное заключение только 8 убийств и одно доказанное покушение - исключительно те эпизоды, где слова подсудимого на сто процентов подтверждались сохранившимися в архивах вещдоками и старыми актами осмотров мест происшествия.

8 апреля 1982 года судья зачитывает финальный приговор. Иоахим Кролль признан полностью вменяемым и виновным по всем предъявленным пунктам обвинения. Смертная казнь в Западной Германии отменена Основным законом ещё в 1949 году. Уборщик туалетов получает девять пожизненных сроков лишения свободы. Никакой операции на мозге государственная медицина ему не делает.

Его этапируют в тюрьму строгого режима в городе Райнбах. Там он тихо и незаметно проводит следующие 9 лет своей жизни, прилежно работая в тюремной прачечной. Первого июля 1991 года 58-летний Иоахим Кролль умирает в тюремной больнице от обширного сердечного приступа.

В глубоких архивах рурской криминальной полиции до сих пор лежат протоколы допросов автомеханика Генриха Отта, соседа Вальтера Квикера и жениха Адольфа Шикеля. Документы людей, которых государственная следственная машина методично довела до гибели только потому, что кабинетным аналитикам срочно нужен был удобный подозреваемый с машиной, а реальный убийца без прав ездил на трамвае и тихо чистил унитазы на сталелитейном заводе. Задумывался ли кто-нибудь из следователей, подписавших те ордера на арест невиновных, о своей личной роли в их смертях? Вопрос абсолютно риторический.

Подобные разборы выходят у меня каждый день. Подпишись, чтобы не пропустить завтрашний. Всё что не вошло в статью и фото из материалов дела выложил у себя на бусти, ссылка в шапке профиля.

В тестовом режиме запустили наш сайт, на нем уже выложили первый большой разбор в текстовом и аудио форматах, а второе дело уже в работе (естественно всё абсолютно бесплатно), по моему скромному мнению получилось очень даже достойно, кто уже заценил поделитесь в комментариях своим мнением, что нравится, а что не очень - z-crime.ru

Ещё огромная просьба, у кого есть дзен, подпишитесь на меня (ссылка в шапке). Говорю честно, не пускает в рекомендации пока не будет подписчиков (бред конечно полнейший). Всем кто откликнется и подпишется огромное спасибо, вы меня очень сильно поддержите этим.