Записки ужасной дочери ч. 1. Детство
Привет! Я тут вот что заметила. Если встать лицом к ветру, то пушистые хлопья снега начинают впиваться в лицо, а на здоровенных очках прилипшие снежинки забиваются по кругу оправы и сидят там до самого приезда автобуса.
Мама, заботливо обмотавшая вокруг шеи папин колючий шарф на три оборота, ждет дома с горячим чаем, а перед сном, она обязательно расскажет какую-нибудь занимательную историю из своего детства, когда она жила в каком то Каракимире и ела арбузы до самого отвала. Каракимир, это такая страна. В ней живут одни пионеры, мама говорила, что пионеры всегда помогают друг другу, а значит это самая добрая страна на свете!
Однажды, я обязательно туда приеду и поговорю с этими самыми пионерами. Пусть они Саньку уму-разуму научат, а то он совсем у Веры Ивановны от рук отбился. Вера Ивановна, это наша классная. Она очень старенькая, настолько, что когда нервничает у неё зрачки дрожжат. Мама говорит, что мы её все довели по ручки, но я то знаю, что это все Сашка. Он один способен сидя чихнуть так, что крышку от парты коленками отрывает. Дурак, короче, этот Сашка.
А ещё он меня называет очкариком, рыбой-телескопом и разными другими обидными словами. А я не виновата, что у меня очки, врачи говорят, что скоро будет какая то операция на глаза, но я не понимаю как это. Мама говорит, что это мне особо не нужно.
Зрение у меня стало падать в 7 лет. Я так в больнице от мамы услышала. Папа очень хотел, чтобы у меня были круглые пятёрки. Смешной такой! Нам оценок не ставят. Ни квадратных, ни круглых. Папа часто злится, а я делаю уроки до вечера под старой облезлой лампой. Ну знаете, такая краска зелёная у неё ещё, я эту краску откалупываю ногтями. Мама как то увидела - ой, влетело мне! По первое число, говорят.
А ещё у меня есть бабушка. Даже две. А дедушка только один. Он меня катает на санках до дома, и я как то видела, как он прятал мясо у нас в холодильнике. Сказал, что это подарок. Он потом ушёл, а мама ещё долго плакала. Странный какой то подарок получается.
Бабушка говорит, что с этим пропойцей мы со свету изживем себя. Я сразу подумала про папу, это он умеет петь у нас. Прям как бывает затянет "Сиреневый тумааан...." Надоедает конечно, но иногда он что то на английском поёт, тоже красиво. Папа называет это "джаз", а мама не поёт. Она наверное совсем не умеет петь. Только ругаться умеет и работать.
Она конечно добрая, но странная. У неё трескаются руки от холода, но она ходит на эту работу. Ничего не могу понять. Зачем?
Бабушка тоже уже ходит еле-еле, говорит, тоже на работе угробилась. Не хочу я работать. Я уже дала себе слово, что никогда не буду ходить на эту работу!
Папа говорит, что умные зарабатывают. Я верю папе. Он умный и красиво поёт.
Завтра меня отправят на операцию. Мама собирает пакеты, а бабушка опять ругается на папу, я по телефону слышала. Кстати, я сегодня первый раз в жизни позвонила по телефону! Это так весело! Там в круге отверстия сделаны и их надо крутить, а потом отпускать и ждать. Бабушка уже успела меня поздравить и пожелать удачи.
Что-то нервные они все. Дедушка обещал, что скоро все наладится. Странные эти взрослые. Ну все мне пора. Там в "Спокойной ночи малыши" показывают сегодня про кота Леопольда.
Завтра не смогу тебе написать. Мама сказала, что какое то время нужно будет восстанавливаться. Ну все, пока! До встречи!