Потерянная новелла - 1⁠⁠

Как известно, сборник "Гептамерон" Маргариты Наваррской недосчитывает несколько новелл. То ли благородная дама не успела их записать, то ли они были утрачены (время-то на дворе стояло непростое и суровое), но не менее десятка занимательнейших рассказов были утрачены навсегда. Но ничто не мешает бессовестным потомкам домысливать и досочинять. Итак, потерянная новелла из достославного "Гептамерона" перед вами.

Жила-была девушка и звали ее Челеста. Была она несчастным ребенком преступной связи одного знатного господина и синьоры из достойной семьи.

Поэтому, естественно, ребенка постарались спрятать подальше и отдали на воспитание в один отдаленный монастырь. Там она  и пребывала в относительном довольстве, так как родители собирались со временем выдать ее замуж за пусть неблагородного, но состоятельного супруга. Но случилась чума. Знатный отец ее умер, умерла и мать, но перед смертью успели они передать в монастырь значительные средства на приданое дочери.

Однако болезнь так проредила страну, что и в монастыре многие слегли и уже не встали, в том числе и те, что знали тайну Челесты и хранили ее. И судьба бедняжки была бы горькой, если бы не имела она один важный для монастыря талант — талант златошвейки. Издревле поселенки обители продавали чудесные вышивки по всему королевству и тем славились далеко по свету. Так что Челеста осталась при монастыре, приняла постриг и трудилась день и ночь. А так как была она не только умелой, но и сметливой, кастелянша стала отправлять ее к окрестным богатеям с образцами тонкой работы, чтобы собирать заказы. Со временем ей стали доверять даже деньги.

И вот, что из этого вышло. Отправилась как-то Челеста по реке с большим заказом для местного епископа, передала все по назначению и возвращалась обратно с немалой суммой денег, спрятанной в кленовой шкатулке. Как вдруг разыгралась буря. Карбас швыряло из стороны в сторону, крупный град бил гребцов по лицу и рукам, молнии то и дело прочерчивали небо зигзагами, а гром внушал ужас. Челеста взмолилась к богу о помощи, но не была услышана. Судно потонуло, а с ним потонула и вся команда. Одна только монахиня каким-то чудом выбралась на берег (возможно, молитва все же помогла), но кленовую шкатулку и деньги монастыря, конечно, спасти не удалось.

Представьте себе горе и ужас несчастной девицы, очутившейся где-то в глуши, совсем одной, мокрой с головы до ног, с побитым о камни телом и к тому же не выполнившей впервые в жизни поручения настоятельницы монастыря!

Опустив голову, в тоске и печали побрела она вдоль реки в сторону обители, насколько могла понять, где находится та сторона. Конечно, не прошло и часа, как ее ноги, не привычные к долгим походам, сбились в кровь, и она уже опасалась, что станет добычей злых людей или диких зверей (и не могла решить в своих спутанных мыслях, что хуже), как вдруг увидела, что в реку впадает ручей, а чуть выше по ручью установлена запруда, а на той запруде поставлена небольшая аккуратная меленка.

В доме при меленке жил честный мельник, и он накормил и приютил Челесту, и рассказал ей, что сам понятия не имеет, где находится ее монастырь, но неподалеку стоит славное селение, которое бог весть почему носит название Первый круг, и там-то монахине помогут. И после беспокойной ночи, в которую несчастную девушку посещали мрачные сны о потерянных деньгах и гневе настоятельницы, совершенно невыспавшаяся и очень грустная Челеста была усажена в тележку, запряженную парой осликов, и вместе с несколькими мешками муки доставлена в городок, к священнику. Тот отнесся к ней с участием и рассказал, что на следующей неделе в сторону ее обители будет отправлен обоз, который, конечно, с радостью довезет ее до места. Ей остается подождать всего каких-то три дня!

— Я не знаю, как отблагодарить Вас! — воскликнула Челеста. — Но мне не хочется обременять Вас. Как бы я хотела, чтобы обоз отбыл уже сегодня!

Священник вздохнул и в уголках его глаз блеснули слезы.

— Я бы тоже хотел, дитя мое, чтобы ты уехала уже сегодня. Тогда тебе не придется стать свидетелем того ужаса, что ждёт нас этой ночью...

Челеста, видя внезапные слезы священника, принялась утешать его и просить рассказать, что за ужасные события должны произойти вскоре.

Тот отнекивался и говорил, что лучше запрет монахиню в маленькой комнате без окон, и отпустит только на третий день, чтобы ее миновали горести этого, в общем-то чужого для нее городка. Но девушка победила.

— Слушай же грустную повесть о проклятии, лежащем на всех жителях Первого круга! Не знаю, за какие прегрешения послано нам это испытание, но известно только одно. Каждые сто лет в первое полнолуние после осеннего равноденствия город посещает демон из ада. Он является в обличии благородного господина, одетого в черные одежды, расшитые серебром, восседающего на необычайно крупном вороном коне. Словно вихрь, проносится он по городу и останавливается, как вкопанный, на площади перед храмом. Громовым голосом возглашает он, что безумно хочет пить и просит подать ему воды. Но того, кто подаст ему напиться, он забирает с собой, в самый ад... — тут у священника перехватило горло, и продолжить он смог только через некоторое время, показавшееся Челесте бесконечным. — А если мы не дадим ему воды, он разражается богохульствами и уносится прочь. А наутро все младенцы от одного дня до трех лет, все эти невинные дети, оказываются мертвыми в своих кроватках! Ужасный выбор стоит перед всеми жителями города в эту ночь: ввергнуть свою бессмертную душу в пекло или прервать жизни нескольким бедным малюткам!

И вот сейчас в Первом кругу девять матерей рвут на себе волосы, желая спасти жизнь своему ребенку и страшась ада, ибо роковая ночь наступит уже сегодня.

Видишь сама в какой недобрый час судьба занесла тебя в наше селение.

Челеста в ужасе молчала.