Нищий
У нас рядом с офисом армяне открыли шаверму. Наши сотрудники там активно кормятся. Решила и я испытать судьбу. Так вот, захожу туда, а там стоит нищий. Худой, еле на ногах держится, причем, не алкаш и не наркоман, ибо от них обычно соответствующий запах исходит. Этот мужчина, уже начавший седеть, был глухонемой. Он мычал и тыкал пальцем в бумажонку.
Худющий, в старой и очень потрепанной одежде, при этом опрятный, видно, что пытается за собой следить. Рубашка, брюки чисты настолько, насколько это возможно при их бездомном хозяине, глухонемом и, по всей видимости, больном. И вот мычит он, а парень-армянин, который там шаурму крутит, не понимает его. Я стою сзади. Нищий меня увидел и внезапно джентльменским жестом пригласил меня к прилавку и отошел в сторонку.
- Что у него там написано? - спрашивает армянин.
И видно, что нищему стыдно, не хочет он молодой девушке показывать бумажку и клянчить что-то... Но я увидела, что там корявым почерком написано: "Кушать".
... Нам снова задержали зарплату, поэтому мне пришлось снять 500 рэ с кредитки, ибо я была по нулям. Терпеть не могу прибегать к помощи кредитки, но порой некуда деваться. И вот стояла я ведь как раз, размышляла о том, как напряжно сейчас с деньгами, а рядом со мной человек, едва не плача, просто хочет кушать... Меня от этих корявых букв будто лопатой по голове шарахнуло... Жалуешься на жизнь, проклинаешь свою работу и "мизерную" зарплату, бесишься от того, что даже сраный "Матиз" пока что позволить себе не можешь (в последнее время очень нужна машина), а перед тобой человек буквально падает в обморок от голода... И пока все эти мысли проносились в моей растрепанной голове, а я сама стояла как вкопанная, не моргая, не в силах оторвать взгляд от этой бумажонки, парень-армянин открыл холодильник, взял пластиковый контейнер и начал накладывать туда еду: обжаренную свинину для шаурмы, курицу, хлеб, овощи... Я думала, что он его выгонит, а он заботливо передал полный контейнер ему в руки. И тут нищий зарыдал... Он прям взорвался от рыданий! От счастья, от радости, от того, что он сегодня покушает благодаря доброте этого человека. Это надо было видеть... Я стояла как вкопанная и смотрела, не смея шелохнуться. Меня это потрясло. Нищий мычал, захлебывался слезами и кланялся парню. Развернулся и, хромая, двинулся к выходу. И тут я пришла в себя. Догнала его, похлопала легонько по плечу. Тот обернулся, утирая слезы, и я отдала ему деньги, которые сняла с карты, оставив только себе на проезд. Он не понимал, что я делаю. Ошарашенно смотрел он на эти сотки, будто впервые в жизни их видел. И вот до него дошло. Он зарыдал еще громче, его аж согнуло пополам, трясло. Он упал мне в ноги и хотел расцеловать их, но я отскочила. Он кланялся мне, кланялся армянину. И рыдал как ребенок. Вышел. И я стою с распахнутыми глазами, и слезы сами льются. И парень этот на меня смотрит так же, глаза на мокром месте. И есть расхотелось сразу, мне почему-то показалось, что подавлюсь я этой чертовой шаурмой после увиденного...
Не стоит сетовать на жизнь. Так поглядишь - и выяснится, что у тебя жизнь на самом деле медом намазана. Потому что завтра у меня в кармане будут мои "сраные" 25 тыщ, а этот человек снова будет просто хотеть кушать.
Худющий, в старой и очень потрепанной одежде, при этом опрятный, видно, что пытается за собой следить. Рубашка, брюки чисты настолько, насколько это возможно при их бездомном хозяине, глухонемом и, по всей видимости, больном. И вот мычит он, а парень-армянин, который там шаурму крутит, не понимает его. Я стою сзади. Нищий меня увидел и внезапно джентльменским жестом пригласил меня к прилавку и отошел в сторонку.
- Что у него там написано? - спрашивает армянин.
И видно, что нищему стыдно, не хочет он молодой девушке показывать бумажку и клянчить что-то... Но я увидела, что там корявым почерком написано: "Кушать".
... Нам снова задержали зарплату, поэтому мне пришлось снять 500 рэ с кредитки, ибо я была по нулям. Терпеть не могу прибегать к помощи кредитки, но порой некуда деваться. И вот стояла я ведь как раз, размышляла о том, как напряжно сейчас с деньгами, а рядом со мной человек, едва не плача, просто хочет кушать... Меня от этих корявых букв будто лопатой по голове шарахнуло... Жалуешься на жизнь, проклинаешь свою работу и "мизерную" зарплату, бесишься от того, что даже сраный "Матиз" пока что позволить себе не можешь (в последнее время очень нужна машина), а перед тобой человек буквально падает в обморок от голода... И пока все эти мысли проносились в моей растрепанной голове, а я сама стояла как вкопанная, не моргая, не в силах оторвать взгляд от этой бумажонки, парень-армянин открыл холодильник, взял пластиковый контейнер и начал накладывать туда еду: обжаренную свинину для шаурмы, курицу, хлеб, овощи... Я думала, что он его выгонит, а он заботливо передал полный контейнер ему в руки. И тут нищий зарыдал... Он прям взорвался от рыданий! От счастья, от радости, от того, что он сегодня покушает благодаря доброте этого человека. Это надо было видеть... Я стояла как вкопанная и смотрела, не смея шелохнуться. Меня это потрясло. Нищий мычал, захлебывался слезами и кланялся парню. Развернулся и, хромая, двинулся к выходу. И тут я пришла в себя. Догнала его, похлопала легонько по плечу. Тот обернулся, утирая слезы, и я отдала ему деньги, которые сняла с карты, оставив только себе на проезд. Он не понимал, что я делаю. Ошарашенно смотрел он на эти сотки, будто впервые в жизни их видел. И вот до него дошло. Он зарыдал еще громче, его аж согнуло пополам, трясло. Он упал мне в ноги и хотел расцеловать их, но я отскочила. Он кланялся мне, кланялся армянину. И рыдал как ребенок. Вышел. И я стою с распахнутыми глазами, и слезы сами льются. И парень этот на меня смотрит так же, глаза на мокром месте. И есть расхотелось сразу, мне почему-то показалось, что подавлюсь я этой чертовой шаурмой после увиденного...
Не стоит сетовать на жизнь. Так поглядишь - и выяснится, что у тебя жизнь на самом деле медом намазана. Потому что завтра у меня в кармане будут мои "сраные" 25 тыщ, а этот человек снова будет просто хотеть кушать.