Карелия. Северные тропы страны тысячи озёр.
Летом 2014 года мы отправились в прекрасный северный край, страну «тысячи озёр» - Карелию. Целью нашей экспедиции был сбор материала для изучения генофонда с глубокой древности обитающих на территории республики карелов и вепсов. С это целью мы и посетили целый ряд районов республики - Олонецкий, Прионежский, Калевальский, а также столицу Карелии – город Петрозаводск. Где, забегая вперед, нам так и не удалось собрать материал. Что лишний раз подтверждает распространенный в среде популяционных генетиков тезис о городах - «кладбищах генофонда». Путь из Москвы, занявший у нас около 20 часов, лежал по территории древней новгородской земли, мимо первой столицы Руси – Старой Ладоги, а также мемориалов павшим в страшных боях 1941-1943 годов солдатам Волховского и Ленинградского фронтов. Сама же Карелия встретила бесконечными хвойными лесами, на удивление хорошими и почти пустыми дорогами. Что мы знали о карелах, вепсах и Карельской земле? В памяти всплывал образ Корельской земли,а позже и Корельского уезда, на протяжении всего средневековья выступавших в качестве арены ожесточенного противостояния сначала между Швецией и Новгородской республикой, а затем и Русским государством. На перепутье двух миров – православного и католического оказались и карелы, обитавшие в самом эпицентре этой борьбы, но еще тогда, в глубокой древности сделавшие выбор в пользу православия и дружбы с русскими. Здесь же, рядом с русскими и карелами жил еще один прибалтийско-финский народ – вепсы, изучение генофонда которого также оказалось в сфере наших интересов. В начале XVII века, после подписания Столбовского мира сюда переселились ингерманландские финны, также живущие здесь и поныне. Для карел же Смута стала временем тягчайшей национальной катастрофы, в результате которой значительная часть карел переселилась на территорию нынешней Тверской области. Побываем мы и там, но уже в 2016 году. После победы в Северной войне и присоединения Финляндии, положивших конец бесконечным пограничным войнам со Швецией, численность карел начала быстро расти, превысив цифру в 200 тысяч человек в конце XIX века. Причем свыше половины всех карел проживало в Тверской Карелии. Однако затем сначала Вторая Мировая война, а после массовая урбанизация и привели к резкому сокращению численности карел. По переписи 2010 года в России проживало меньше 90 тысяч представителей карельского народа, в том числе всего лишь 7 тысяч в Тверской Карелии. Под угрозой исчезновения перед напором культуры городской оказалась традиционная карельская культура, а карельский язык превратился в атрибут исключительно сельского жителя. Схожие процессы происходили и с вепсами. В том числе и этим было обусловлено наше желание именно сейчас помочь как можно полнее изучить генофонд карельского и вепсского народов, столкнувшихся с суровыми вызовами современной реальности, не слишком приветливой к малым народам и языкам.
В ходе исследования мы хотели охватить максимально возможную территорию, дабы собрать образцы на как можно большей части исторического ареала карельского народа, включая территорию проживания входящих в него этнографических групп. Поэтому нами было изучено карельское население Олонецкого района, относящееся к этнографической группе карел-ливвиков, а также карелы-людики Прионежья и карелы Калевальского района. В том же Прионежском районе нами было исследовано вепсское население трех населенных пунктов – Шелтозера, Рыбреки и Каскесручья, ранее входивших в Вепсскую Национальную волость. Именно здесь были предприняты основные усилия для сохранения национальной культуры вепсов – воссоздана письменность, начато преподавание вепсского языка в школе, открыт Этнографический музей. В результате нескольких дней плодотворной работы нами было собрано свыше 100 образцов карел из трех района республики, а также 50 вепсов Прионежского района. Вкупе с собранными нами в 2016 году образцами тверских карел, это самая представительная и репрезентативная выборка это прибалтийско-финского народа. Эта выборка позволит составить максимально полный и достоверный «портрет» карельского генофонда, учитывающий региональные и этнографические различия.
Разумеется, экспедиция не могла обойтись без интересных наблюдений:
Антропологически фенотип карел довольно разнообразен, и в целом они не слишком отличаются от соседнего русского населения. Чего нельзя сказать о вепсах – все исследованные нами мужчины, а также встреченные женщины были светлоглазыми, северными европеоидами.
В населенном преимущественно карелами селе Ведлозеро мы столкнулись с весьма необычным феноменом «ассимиляции наоборот» - почти все русские там были женаты/замужем за карелами и в быту разговаривали на карельском языке. Разительный контраст со столицей республики – Петрозаводском, услышать в котором карельскую или вепсскую речь практически невозможно.
У карел и вепсов довольно сложное отношение к советскому прошлому, и его оценки разнятся от положительных до крайне негативных, в духе «в школе нас карел притесняли».
Многие старики помнят события и Зимней войны и советско-финской войны 1941-1944 годов, в ходе которых им пришлось сражаться против родственных им финнов.
К самим финнам отношение двойственное. С одной стороны, у многих живут в Финляндии родственники, перебравшиеся туда в рамках программ по репатриации карел на «историческую Родину». С другой, многие отмечают различия в менталитете, неприветливость и закрытость западных соседей.
Покидали же мы Карелию с чувством хорошо выполненной работы и грусти, от ощущения расставания с этим прекрасным краем и его жителями, многие из которых оказали нам неоценимую помощь в ходе экспедиции.
Покидали же мы Карелию с чувством хорошо выполненной работы и грусти, от ощущения расставания с этим прекрасным краем и его жителями, многие из которых оказали нам неоценимую помощь в ходе экспедиции
Поленницы в каждом дворе сложены очень аккуратно!
