Каково быть матерью⁠⁠

– Когда я узнала, что стану матерью, это, безусловно, была радость, мы к этому долго готовились с батюшкой, долго с ним молились. А когда родился ребенок – тоже радость, и сразу – великая любовь, совершенно вдруг какая-то другая любовь открылась: всю себя отдать вот этому новому человечку. В роддоме его приносят первый раз, и ты сразу запоминаешь, где какие ямочки, где что.

А приемный ребенок – и здесь радостные ощущения, только они чуть-чуть другие. Медосмотры, сбор документов… кого-то это немножко пугает. Батюшка говорит: как своего ребенка ждешь девять месяцев, так и здесь нужно что-то претерпеть: мы ждем ребенка и готовимся к этому.

Первым у нас родился сын, Кирилл, ему сейчас 9 лет, потом, через 4 года, родилась дочка, но она, к сожалению, почти сразу умерла. А любовь хотелось отдать всё равно. И мы стали собирать документы – так у нас появилась Серафима, ей был 1 год и 2 месяца. У батюшки со школьных лет была мечта взять приемного ребенка. Он говорил мне, еще до наших родных детей, что очень бы хотелось когда-нибудь это сделать.

Может быть, и наши дети когда-нибудь будут брать приемных детей…

Сейчас, например, брат мой младший говорит: «Я, наверное, тоже возьму», – так он проникся. Он всех наших детей принимает, так же как и наши бабушки, тети, дяди, – они приходят к нам, и всех наших детей любят, обожают, не делая никаких различий.

У нас не было раздумий, колебаний: брать или не брать, мы никаких книжек даже не читали: как это бывает у людей? какой у них опыт?.. Ничто мы себе на сердце не клали – «как это сложится, как получится». Отключили мозг и пошли. Может быть, мы авантюристы? (Смеётся.) Некоторые так и думают про нас. Наверное, в этом смысле мы не просчитываем, полагаемся на волю Божию.

Очень многому учусь у детей своих. Терпению, конечно. И потом, старшие наши дети пришли к нам уже взрослыми, они уже что-то пережили в своей жизни, что-то страшное. Несмотря на это, они живут дальше, радуются.

Дети попадают к нам, мы рассказываем, что у нас есть свои правила в семье, свой уклад. Хорошо будет всем, если мы будем уважать друг друга, слушать батюшку, не будем говорить плохих слов. Если что-то мы просим, то, по возможности, надо это выполнять.

Важно дать правильный совет. Не навязывать что-то, а своим примером показать. Например, дети появляются у нас, видят, что мы молимся по вечерам. Мы никого не заставляем, но дети видят это и приходят, присоединяются к нам. Так же не заставляем ходить на причастие, на исповедь. Мы просто делаем это сами, и они тоже потом изъявляют желание причаститься, попоститься. Это очень радует.

Если дети из детского дома, то часто учеба у них бывает запущенная. Мы беремся это исправлять, стараемся помогать, вместе делаем уроки, и потом, из четверти в четверть, они учатся всё лучше и лучше, появляются какие-то результаты, которые их самих радуют. Они у нас теперь в олимпиадах участвуют. Такие молодцы!

Знакомые спрашивают: как вы с семерыми справляетесь? Я говорю: это вам сложно, у кого один-два ребенка. А мне легче, мне все дети помогают.

Знакомые спрашивают: как вы справляетесь? Я говорю: это вам сложно, у кого один-два ребенка. А мне легче, мне все ребята помогают очень сильно. Говорю детям: это наш общий дом, о котором мы должны заботиться. Мы пришли с работы, а у нас уже и пол чистый, и старшие девочки поесть что-то приготовили…

Бывает всякое, конечно. Но мы стараемся беседовать; говорю им: девочки, когда-нибудь и у вас будет дом, семья и дети. Нам хочется, чтобы и в вашем доме было чисто, чтобы ваши дети были сыты, а муж хотел идти домой.

Когда один ребенок был, постоянно испытывали страх неимоверный: упадет – страшно, чуть температура – сразу «скорую» и так далее. Плюс стремились всегда к идеальному порядку. Когда у тебя семь детей, ты уже по-другому на всё смотришь. Понимаешь, что чтобы пыль была везде протерта – это не самое главное. Если ребенок заболел, ну что ж, заболел – лечимся. Надо взять себя в руки. Раньше я расстраивалась, трагедия была. Сейчас я отношусь к этому спокойно. Господь поможет – наши руки всё сделают, Господь, по Своей воле, всех вылечит. Молимся, чтобы у детей и здоровье было, и в школе всё было хорошо.

Иногда, правда, сама удивляюсь: как это я справляюсь с ними? Сейчас у нас батюшка еще в Глазове служит, иногда я неделю одна с детьми. Этого надо в школу отвезти, тех троих в садик, да еще в разные сады… День начинается рано, часов в шесть. Когда болеют, ночью каждый час нужно ставить градусник. Ну а что делать? Это мои дети, я их не брошу, я должна о них заботиться. Раз Господь мне дал всех этих людей, значит, я с ними.

Сейчас мы взяли мальчика с девочкой, они брат и сестра, 9 и 6 лет. И так совпало, что как раз Кириллу и Серафиме 9 и 6. Кирилл нас давно просил о брате, у нас до этого одни девочки были. Старшие очень помогают, окружают заботой: вот, у нас новые дети, нужно встретить с любовью, чтобы им было хорошо у нас. Мои старшие девочки – это вторая я. Думаю, это и им самим пригодится, в их взрослой жизни.

Когда мы взяли двух последних ребят, они были некрещёные. И все наши дети переживали, молились за них. Ну, и мы поехали в церковь всей семьей. Крестил знакомый батюшка. И потом все за них радовались, поздравляли. Тогда произошла такая большая радость семейная – что ребятки у нас теперь крещённые, могут вместе с нами посещать церковь. Кстати, каждое воскресенье ходим в новый храм, совершаем паломничество по храмам Ижевска.

От мужа, конечно, мощная поддержка. Он у нас как скажет, так и будет. Его слово очень сильное. Я иногда скажу три раза, чтобы меня услышали, а батюшке достаточно одного. (Улыбается.) Иногда, конечно, хочется свое «я» показать, но женщине, думаю, немножко это надо приглушить, потому что мужчина – главный в семье, жена слушается мужа, а муж делает всё так, как Господь сказал. Хотя я понимаю: хочется. Но с возрастом придет: вот этого лучше не делать. С опытом придет. У меня не раз было: поступишь по-своему, а всё равно Господь сделает так, что батюшка был прав.

Тем, кто хочет взять приемных детей, нужно на первое время запастись некоторым терпением. Привыкают дети, привыкаем мы, это адаптация, она бывает у всех. Нужно понять, что им тяжело, они не всегда знают, как выразить то, что они чувствуют. Дом, семья – для них это всё абсолютно новое. Конечно, я тоже могу испытывать негативные эмоции, как и многие, как и все. Что тут можно сделать? Можно пойти помолиться. (Пауза.) Просто нужно очень сильно любить этих детей. Только так.

Наталья Середа, супруга священника