Ответ очевиден. Творческая самореализация, построение мелкого бизнеса, цивилизованное ведение дискуссии на медийной площадке, создание готового продукта “с нуля”, коллективная работа - это очень ценный опыт для школьников. И чтобы пойти на такую инициативу войной, надо быть преподом некомпетентным и немножечко даже конченым.

— Это же незаконное предпринимательство, — вопят горе-педагоги. А  в одной из частных московских школ некоторое время назад ученики начальной школы открыли канцелярский магазин. Прям стояли и продавали блокнотики. И получали ценнейший опыт коллективного взаимодействия и проявления личной инициативы. А вместе с этим формировали у себя ту картину мира, которая поможет во взрослом возрасти быть, среди прочего, более полезными обществу личностями.

Но вместо того, чтобы помогать с реализацией, учителя начали травить учеников.

Я удивлён тому, что в интернет-новостях нет слов той части педагогического коллектива, что защищает и поддерживает учеников, создавших газету. Я удивлён, что нет новостей о родителях, которые массово забирают детей из этого свинарника.

А ещё я удивлён тому, что при всех возможностях современных технологий эта газета была так уныло свёрстана. Вот прям оторвать бы этим журналистам руки и не пришивать, пока не посмотрят на ютубе хоть пару видосиков про Adobe InDesign.

Но вот настолько резкой реакции некоторых учителей я совершенно не удивлён.

Однажды, ещё когда я работал в колледже, мы попытались организовать в рамках празднования 23 февраля публичную дискуссию. Мол, всех мальчиков надо поздравлять на этот праздник, или только служивших дяденек. Ведение организованной коммуникации - это один из навыков, которых на самом деле не хватает малолетней гопоте из среднестатистической шараги. Так что подобные мероприятия в образовательных учреждениях - нужны, важны и целесообразны.

В процессе обсуждения этой инициативы прозвучала фраза завуча, которая врезалась мне в голову и стала моим персональным символом ценностно-волевого дна:

— Мы ведь педагоги, — сказала тётя-завуч с тридцатилетним стажем, — может, не нужны нам никакие дискуссии?

Страх перед мнением ребёнка - чувство, взрослого человека недостойное. Старшеклассник делает выводы, исходя из того жизненного опыта, который у него есть. И если тебе в тридцать, сорок или пятьдесят лет нечего противопоставить жизненному опыту пятнадцатилетнего - значит, где-то в жизни ты свернул не туда.

Другое дело, если мы имеем дело со страхом высказанного чужого мнения вообще. Человек боится ведь не самого мнения, а усложнения привычной картины мира. Для того, чтобы существовать в мире, где есть диалог мнений, нужна, знаете ли, вычислительная способность башки. Просто чтобы многообразие мнений в этой башке удерживать.

И вычислительных способностей маковки тыковки хватает далеко не всем коллегам.

Среди молодых коллег есть значительно больше прогрессивных и продуктивных людей, чем среди коллег пенсионного возраста. Дело, конечно, не в старческом слабоумии, и даже не в профессиональном выгорании. Причина, скорее, экономическая: молодые талантливые люди, пришедшие работать в систему образования, сваливают оттуда, как только появляется такая возможность.

Выходит, ученикам нельзя высказывать своё мнение и что-то организовывать, прежде всего из-за того, что учитель - недостаточно престижная профессия. Это совсем неочевидный вывод. Гораздо проще свалить ответственность на личные качества работников одной московской школы.

Нет, они, конечно, так себе работники месяца, но проблема - системная.

Ни обеспечение класса учебниками и электронными досками, ни количество домашней работы, ни психологический климат внутри класса от зарплаты учителя не зависят. А вот то, насколько много в этой профессии людей, способных обеспечить ученику наличие полезного жизненного опыта - зависит и от заплат, и от отношения каждого конкретного члена общества к учителям.