Трудная ситуация. Истории частного детского сада1
Как и многие истории нашего детского сада, началась она с прихода мамы ребёнка.
Заходите, - пригласила я её, - я вижу у вас и медкарта в руках готовая имеется.
Да, - ответила мама, - мы приходили уже раньше, - и назвала имя.
И тут я вспомнила этого ребёнка.
Точно, они уже приходили в конце августа 20 года, только с мальчиком был отец. Мы тогда вместе прошли на игровую площадку нашего садика и начали беседу. А мальчик, рослый для своих пяти лет, с радостным воплем бросился к тарзанке, отпихнув кого-то по дороге. Папа мне сказал, что мальчик с диагнозом "аутизм" и их не берут в другие садики. Мы пошли на экскурсию по саду, оставив его с группой на площадке, я всё рассказала, как обычно, мы вернулись за ребёнком и на прощанье я с сомнением в голосе сказала папе: - Ну, что ж, давайте попробуем.
И они ушли. А воспитатель сразу заявила мне: - Если этот ребёнок придёт в сад, я уволюсь.
Но они всё не приходили и не приходили, я уже надеялась, что эта семья нашла другой садик, однако в марте, через полгода после их первого визита, они появились.
Тут наступил тот крайне редкий момент, когда я отказалась принять ребёнка в наш детский сад.
Причина этому одна - мы боимся не справиться с этим ребёнком. И опасения наши не беспочвенные, потому что именно сейчас наш сад посещают два особенных ребёнка и третьего мы просто не потянем.
Один из этих детей - мальчик с синдромом Дауна, пришёл к нам два года назад в четырёхлетнем возрасте. Кстати, его мама говорила примерно такие же слова, их тоже выпроводили из другого детского сада. Мы худо-бедно приспособились к нему, он понял наши правила, хотя мальчик не разговаривал и не говорит практически и сейчас. Однако он не имел проблем с туалетом, отлично ел сам, почти всегда нормально участвовал во всех садовских мероприятих (занятия, театры, утренники) и он спит во время тихого часа. Но вот ему исполнилось шесть, и уже с полгода продолжается наша с ним борьба. Он всё время ищет развлечения, он постоянно хочет убежать с прогулочной площадки (нам пришлось сварить новые супер крепкие калитки и запоры с помощью сварки), он стал слишком буйным и непослушным, ему хочется постоянного веселья, он кружится, катается по земле, машет руками и скачет. И он очень активно лазает вверх, ох, это отдельный квест, постоянно стаскивать его с забора. Он похож на Карлсона в своём постоянном стремлении проказ и развлечений. Если он не хочет заходить с прогулки в помещение, он просто валится на землю и истерит и нам приходится его заносить вдвоём за руки - за ноги. В нем уже 30 кг и женщина воспитатель чисто физически с ним не справляется. И слово "нельзя" на него не действует.
Самое печальное, что такое поведение сильно подрывает дисциплину и остальным детям тоже очень хочется валяться на земле в дождь, пить из лужи и прочие непотребства. А ещё он необычайно сильный и просто крушит и ломает всё вокруг.
Мы провели беседу с мамой, она с печальным вздохом сказала, что давно ждала этого разговора и мы условились до лета решить вопрос с их пребыванием. Но они вроде собрались переезжать в Москву, поэтому сейчас мы усилили меры безопасности и просто ждём.
Второй из особенных детей - это трехлетний ребёнок с аутистичным расстройством. Он не говорит вообще, он не очень дружит с туалетом, особенно с большими делами, он не умеет жевать и практически всё взаимодействие с миром он выражает криком. Нет, нет просто крик, а КРИК. И в нашем малюсеньком садике это реально проблема.
Он у нас с сентября прошлого года и сейчас мы тоже немного приспособились к нему, а он к нам, хотя первые два месяца это был ад. Сейчас уже мы научили его натягивать штаны и снимать памперс перед горшком, мы как-то наладили ему время еды и теперь он иногда сидит за столом и его можно покормить его фирменной протертой пищей, типа картошка с мясом. Он знает своё имя, он подходит, когда его зовёшь, он умеет собирать игрушки в ящик, он умеет качаться на качелях и на этом пока всё, хотя ему скоро четыре. Очень много времени и усилий заняло само доведение до сознания мамы и папы, что у них особенный ребёнок и видимо, он не станет ребёнком, таким как все. По моему, его мама это поняла, когда я отказалась у неё взять деньги на театр. "Ну а вдруг?"
Нет, сказала я, он не то что не будет сидеть вместе с остальными 20 детьми, он просто начинает истошно орать с переходом в визг при громком шуме и скоплении детей и нам приходится его одевать на улицу и няня сидит с ним на прогулочной площадке.
Сейчас родители вроде признали этот факт и даже оформили ему инвалидность. Но я сравниваю этого мальчика с далёким парусником на горизонте, он проходит где-то там, по краю моря, практически не соприкасаясь с обычными детьми. Обычная его поза в игровой комнате - это стоять спиной ко всем, лицом к стене и тыкать в только ему видимые точки игрушкой. И ещё он всё пробует языком, он лижет все - игрушки, уличные лазилки, стены, скамейки. Видимо, это его способ познавать мир. К сожалению, ему постоянно нужен отдельный взрослый, его отдельный человек, который будет с ним сидеть во время его сна, кормить его, гулять с ним.
Так вот, третьего особенного ребёнка мы просто не сможем принять, не справимся - объяснила я этой маме.
Женщина с бесконечной усталостью в глазах воскликнула: - Мы имеем все диагнозы, мы прошли все мыслимые комиссии, мы имеем права, нам надо его социализировать, но ни один детсад нас не берет!
Я прекрасно понимаю её боль и не радостное будущее, мне очень жаль всю их семью, но к сожалению, взять такого ребёнка в наш детский сад я не готова. Если бы они пришли три года назад и привели двухлетку, это была бы совершенно другая ситуация. Но пятилетнего мальчика, очень рослого, физически сильного, суперактивного, не спящего днëм ребенка, который абсолютно не знает правил поведения в коллективе, увы, нет.
А самая главная причина моего отказа - это страх за безопасность других детей. Все воспитанники детского сада находятся под моей ответственностью и если этот ребенок неудачно махнет рукой и ударит кого-то, отвечать придется мне.
Вот такая грустная история про особенных детей и их родителей.