Ответ He4auHHo в «Мысли бывшего мусульманина»21
Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646–1716) – немецкий философ, математик, ученый и изобретатель, один из крупнейших мыслителей эпохи Ренессанса и начала Просвещения:
Мусульмане полагаются исключительно на авторитет своего пророка, и их религия основывается на догматах, не подлежащих сомнению. Это делает ислам опасным для человечества, так как способствует невежеству и не даёт человеку свободы разума.
Эдвард Гиббон (1737–1794) – английский историк, наиболее известный своей работой «История упадка и разрушения Римской империи»:
Ислам был религией, построенной на жестокости и фанатизме. Пророк Мухаммад, не осознавая того, возможно, разрушил больше, чем создал, принес религиозное насилие и фанатизм, который стал причиной угнетения народов и разрушения империй.
Фредерик Шлегель (1772–1829) – немецкий философ, писатель и литературный критик, один из основателей немецкого романтизма:
Ислам — это религия, которая не предоставляет человеку свободы духа и разума. Он порабощает его и утверждает принципы, которые замедляют прогресс и развитие.
Николай Иванович Новиков (1744–1818) – русский писатель, издатель, просветитель и общественный деятель эпохи Просвещения:
Ислам представляет собой религию, которая в своей основе основывается на насилии. Христианская вера может вести к миру, но ислам — к завоеваниям, войнам и разрушению.
Жан-Жак Руссо (1712–1778) – французский философ, писатель и музыкант, один из самых влиятельных мыслителей эпохи Просвещения:
Мухаммад использовал религию как орудие политического господства, не оставляя места для моральной свободы, как это делают великие религии, основанные на любви и терпимости.
Жорж Сантайяна (1863–1952) – испанско-американский философ, писатель и поэт:
Ислам оказался мощным, потому что его фанатизм давал ему силу, но его фанатизм также является его слабостью, поскольку он ставит под сомнение все человеческие ценности, стремясь к безусловной победе без мира.
Алексис-Шарль-Анри Клерель, граф де Токвиль (1805–1859) – французский политический мыслитель и историк:
Я много изучал Коран. Я закончил своё исследование с убеждением, что было лишь несколько религий в мире настолько же смертельных для человечества, как религия Мухаммада. В этом основная причина упадка мусульманского мира».
«Доктрина, которая говорит, что первый долг каждого верующего — слепое подчинение пророку, и что священная война — первое из всех добрых дел, скрывается на каждой странице, почти в каждом слове Корана. Агрессивные и чувственные тенденции Корана так сильно бросаются в глаза, что мне не ясно, как их может не увидеть любой здравомыслящий человек.
Макс Мюллер (1823–1900) – немецкий философ, индолог и лингвист, один из основателей научного изучения религий и сравнительной филологии:
Ислам стал мировой религией не из-за своей духовной силы, а благодаря социальным и политическим обстоятельствам. Его возвышение связано с агрессивной экспансией и насилием, а не с глубиной учения.
Уильям Мьюир (1819-1905) – шотландский историк, специалист по истории периода Мухаммада и раннего халифата:
Меч Магомета и его Коран являются самыми роковыми врагами цивилизации, свободы и правды, каких мир еще не знал.
Махатма Ганди (1869-1948) – адвокат, представитель философии ненасилия (сатьяграха):
В то время как хинду,.. христиане ... иудеи могли сосуществовать вместе друг с другом в относительной гармонии, была одна религия, которая не шла ни на какие компромиссы ... - ислам.
Фридрих II (1712-1786) – прусский король:
Мухамед не был праведником, он был лжецом, который использовал религию, чтобы обосновать ... своё господство.
Мустафа Кемаль Паша "Ататюрк" (1881-1938) – первый Президент Турции:
1. Эта пастушья религия одного вояки-педофила является самыми большими кандалами на ногах нашей нации.
2. Ислам - это абсурдная религия для аморальных бедуинов. Ислам - это разлагающийся труп отравляющий нашу жизнь, ничто иное как омерзительная мертвечина.
3. Исламу место на помойке.
Уинстон Черчилль (1874-1965) – английский политик, глава Англии во время Второй мировой войны:
Виляние ислама сковывает общественное развитие тех, кто ему следует. Нет более тормозящей силы на Земле.
Артур Шопенгауэр (1788-1860) – немецкий философ:
Посмотрите на этот Коран, этой жалкой книге было достаточно, чтобы обосновать мировую религию, удовлетворять потребность миллионов в течении 1200 лет, быть основой их морали и вдохновить их на кровавые войны и обширные завоевания. В этой книге мы находим самые печальные и беднейшие формы теизма. Я не смог обнаружить в Коране ни одной ценной мысли.
Блез Паскаль (1623-1662) – французский математик, физик и философ:
Магомет создал свою религию, убивая своих врагов, Иисус Христос учил своих последователей и отдал за них жизнь.
Шарль Монтескье (1689-1755) – французский политический мыслитель:
Это несчастье для человеческой природы, когда религию определяет завоеватель. Магометанская религия, которая говорит языком меча, по прежнему действует на людей тем разрушительным духом, которым она была создана.
Жак Эллул (1912-1994) – французский философ, профессор права, социолог:
Во многих энциклопедиях читаешь такие фразы: "Ислам распространился в восьмом или девятом веках. Власть в той или иной стране перешла в руки мусульман". Но ничего не сказано о том, как распространился ислам, и как власть в этих странах перешла в руки мусульман. Все выглядит так, как если бы события происходили сами по себе, посредством чудесных или дружественных действий. Мало что говорится о джихаде, несмотря на то, что распространение ислама происходило посредством войн.
Дэвид Юм (1711-1776) – шотландский философ и историк:
Если мы углубимся в повествование Корана, то вскоре обнаружим, что он дарует похвалы предательству, бесчеловечности, жестокости, мести и фанатизму - вещам, которые несовместимы с цивилизованным обществом. В Коране нет устойчивого верховенства права, это приводит к тому, что каждое действие или порицают, или хвалят, в зависимости от того, насколько оно полезно или вредно для мусульман.
Бернард Шоу (1856-1950) – английский драматург, один из основателей лондонской школы экономики:
Ислам очень многообразен, но всегда свирепо нетерпим. Или вы принимаете Аллаха, или вам перерезает горло тот, кто принимает его, и, благодаря этому, попадает в рай, а вас посылает в ад.
Саломон Райнх (1858-1932) – французским археолог:
С литературной точки зрения, Коран имеет мало достоинств. Декламация, повторения, незрелость, отсутствие логики и последовательности сбивают неподготовленного читателя на каждом шагу. Унизительно для человеческого интеллекта думать, что этот посредственный текст был предметом бесчисленных комментариев, и что миллионы людей по-прежнему тратят время на его усвоение.
Абу Бакр Мухаммад аль-Рази (865-925) – персидский врач, химик и философ:
Когда людей этой религии (ислама) спрашивают о доказательствах правильности их религии, они вспыхивают, сердятся и проливают кровь, тех, кто задает эти вопросы. Они запрещают рациональное исследование и стремятся убить своих противников. Поэтому истина у них тщательно замалчивается и скрывается.
Вы утверждаете, что чудо существует и это чудо - Коран. Вы говорите: "Пусть тот, кто отрицает это, создаст нечто подобное". В мире созданы тысячи подобных вещей в работах ученых, ораторов и поэтов, в которых в более ясной и лаконичной форме выражены государственные вопросы, они лучше передают смысл, их рифма красивее и имеет лучший метр. Вы указываете на работу, которая повествует о древних мифах, полна противоречий и не содержат никакой полезной информации или объяснений, и после этого вы говорите: "Создайте нечто подобное"?
Вольтер (1694-1778) – французский писатель и философ:
Перед нами, всего лишь, погонщик верблюдов, который взбунтовал народ в своём городишке, навербовал последователей среди несчастных курайшитов, внушив им, будто его удоставает беседы архангел Гавриил, и хвалился, что Бог уносил его на небо и там вручил ему сию непонятную книгу, каждой строкой своей приводящую в содрогание здравый смысл. И если, чтобы заставить людей уважать эту книгу, он предаёт свою родину огню и мечу; если он перерезает горло отцам и похищает дочерей; если он не оставляет побеждённым иного выбора, как принять его веру или умереть, — то его, безусловно, не может извинить ни один человек, если только это не дикарь и не азиат, в котором фанатизм окончательно заглушил природный разум.
Томас Карлейль (1795-1881) – шотландский писатель, публицист, историк:
Я должен сказать, что Коран - наиболее утомительное чтение из всего, что я когда-либо читал. Изнурительная, сбивчивая мешанина, сырой, грубый материал с бесконечными повторениями, неотшлифованный, путанный - одним словом - невыносимая глупость! Коран есть беспорядочный фермент сильной, грубой человеческой души; его автор - грубый и наивный, который даже не умеет читать, но горячо и серьезно старается выразить себя в словах. Я сказал "глупость", однако не природная глупость характеризует rнигу Магомета, а, скорее, не-окультурность (uncultivation). Человек не обученный слову, в спешке, под давлением обстоятельств, он не имел возможности развить в себе соответствующую культуру речи.