ОТЕЦ ГЕННАДИЙ, А ДАВАЙТЕ Я ВАМ ПОГАДАЮ
Часа за три до начала ночной Рождественской литургии прилег.
Большая часть богослужебного суточного круга позади, но среди грядущего и предстоящего есть еще, на что силы пригодятся.
Обычно мой сон, в силу наследственности, не бывает глубоким, тем более накануне чего-то, что требует максимальной выкладки и предельно ответственного отношения.
Приложив усилия и сосредоточившись, состояния дремоты все-же достиг.
Но этому моему мероприятию, столь необходимого каждому, кто пребывает еще в крови и плоти для «перезагрузки» его психо-физическихих сил – в эту ночь не суждено было состояться в надлежащей мере, как того хотелось.
Причиной тому – собственная забывчивость. Мой телефон не был переведен в режим «покоя» его хозяином до того, как тот решил «перевести дух».
Раздался звонок.
Абонент не сдавался и был настойчив.
Нащупав машинально в полусознательном состоянии «детище» «цифрового прогресса» у изголовья, поднес его экраном поближе к глазам (я – очкарик), чтобы рассмотреть, кто же там по ту сторону «телефонной линии» трезвонит не утихая.
Через полуоткрытые веки всматриваюсь и вижу «Религиовед… (так он обозначен в моем телефонном списке) ФИО». Возникшая внутри в этот момент ропотливая эмоция, несколько пробудила меня: «ну, что за срочность, - думаю, - у теолога, в ночь Рождественскую?» (набирал меня дважды к ряду). «Ах, ну да, - окончательно прояснилось во мне, - человек наверняка звонит поздравить».
Я не ошибся, но только наполовину.
Этот «Религиовед» - мой давний знакомый. Человек он православный, завсегдатай в храме, преподает и, даже, пишет глубокие проникновенные произведения о Боге и вещах «высшего порядка».
Но, в этот раз, когда он мне позвонил, я, к глубокому своему сожалению, в очередной раз убедился, что «душа человека – потемки».
Поздравить-то он меня поздравил с Рождеством Христовым, но только в этот раз это было как-то мимолетно, наспех, - будто Событие, в ожидании которого находятся все православные, и около которого нужно бы духовно мобилизоваться и актуализироваться тем более в Святочные дни, для него что-то второстепенное. Мне показалось, что поздравление, которое прозвучало, было лишь исходной точкой в разговоре, чтобы его переход в совершенно другое русло был менее резкий, дабы не вызвать мгновенного отторжения у собеседника. Ведь ему известно, что человек я несколько категоричный еще и иногда с радикальным уклоном.
- Отец Геннадий, - переключился с поздравительной части речи на другую тему «ФИО», - ты можешь кое-что для меня сделать?
- Ну, если только это в рамках моих убеждений, сил и возможностей, - отвечаю ему.
И тут я услышал то, чего мое ухо еще не слышало доселе:
- Позволь мне в эту рождественскую ночь погадать тебе.
Я опускаю здесь ту эмоциональную палитру, во власти которой я оказался в связи с этим и которой, однако, не позволил таки выйти вовне, но то, что я был, сглаженно говоря, в недоумении, - этого было не скрыть. Несколько секунд я находился в прострации и ступоре.
Мой собеседник культурный человек, поэтому не дал паузе затянуться дольше положенной нормы, и, видимо, прозрев мое внутреннее замешательство, продолжил вполне соответственно званию «ученого мужа» – аргументированно и по истории.
- Батюшка, ну ты же сам знаешь историю, которая разворачивалась вокруг события Рождения Богомладенца! Кто к Нему пришел с дарами? Правильно, волхвы. Кем же были эти люди по своей профессии?.. – спрашивает, и тут же, будто дискутируя сам с собой, отвечает: - Вот-вот… и, тем не менее, Господь их не почурался.
Я не буду реконструировать весь диалог, который длился с моим приятелем около часа. Но скажу, что под впечатлениями, которыми он меня тогда одарил, я нахожусь до сих пор. И эти впечатления, как понимаете, отнюдь не радостные.
И связаны они прежде всего с тем фактом, что далеко не все верующие люди, которые идентифицируют себя с Православием, интересуются предметами своего верования в необходимой и должной степени. И порой, в результате этого, их религиозность и «православность» приобретают весьма отдаленные от христианского вероучения формы и содержание.
Именно таким образом с подлинной Церковью и возникает ее тень, антипод или, как метко выразился философ и богослов С.И. Фудель, «темный двойник».
Стать или не стать адептом этого «темного двойника» или же его отзеркальем - зависит всецело от нас самих, от того, насколько мы просвещаем свой разум и сердце Светом Христовой Истины и в какой мере исследуем свою Веру, погружаясь в религиозный опыт ее лучших представителей.
Насколько всем этим мы не пренебрегаем?
Это - тот проверочный вопрос или тест, если хотите, который непременно должен быть частью самоанализа христианина, без которого движение вперед к богоуподоблению может стать крайне затруднительным.
Протодиакон Геннадий Пекарчук