Кошка из кремния⁠⁠

В рамках конкурса.

— Погодите, погодите. Да постойте же! — наблюдатель почти сорвался на истерический тон. Он сглотнул и остановился, но академик и бровью не повёл: с упрямством ледокола двигался к щитку. Наблюдатель простоял секунду и заскакал вперёд руководителя приставным шагом.

— Вам доверили оборудование на десятки, нет, сотни миллионов, а вы вот так взяли и дёрнули рубильник? Молитесь, чтобы от этого баловства ничего не сгорело!

— Я же Вам объяснял! Павел Семёнович, я же... Безопасность важнее.

— Прекратить рыдания. Какая ещё безопасность? Или был пожар?

— Нет, но послушайте. Жизнь, жизнь, которую мне велено было искать, я её нашёл.

— И тем преступнее было прервать наблюдения. Обесточить лабораторию, чуть только получив сигнал. Это... это немыслимая безалаберность. О Вас будет доложено.

— Докладывайте! — наблюдатель заступил шефу путь. — Докладывайте скорее. А рубильник не троньте!

Но он смёл препятствие и зашагал дальше, что-то бухтя.

— Павел Семёнович, поймите же. Жизнь — это опасность. Вдруг это бактерия, способная вызвать эпидемию? Мы должны изолировать лабораторию, а потом уже продолжать.

— Бактерия? Вы говорите мне, что подхватили бактерию радиотелескопом?

— Я ведь говорю, этот сигнал... Он не похож на продукт жизни. Он похож на саму жизнь.

— Жизнь — есть способ существования белковых тел, — важно заметил академик.

— Ну это же глупость! — взмолился наблюдатель. — Разве если кошка из кремния бегает и рожает котят — это будет не жизнь?

— А Вы, что, поймали такую кошку? Вы поймали сигнал.

— Я поймал поле, понимаете? Поле, но способное к развитию, воспроизводству. Это ведь тоже жизнь. Только совсем иной формы, чем наша. Она без тела. Как призрак, понимаете?

Но "призрак" был совсем лишним словом. Павел Семёнович хмыкнул и прибавил шагу.

— Постойте, я неверно выразился! Вирус, иноземный компьютерный вирус. Попадёт в интернет — и весь мир будет заражён, разве не так? Прошу Вас, остановитесь, Павел Семёнович!

— Вот что, — объявил академик, достигнув наконец цели. — Я подниму сейчас рубильник, и если ничего не сгорит — отделаетесь выговором. Но если... Придётся писать о призраках докладную.

Рубильник щёлкнул, и загудели машины. Озноб тряхнул тело синхронно с разбуженными сервоприводами и вентиляцией. Повсюду замигали лампочки, сигнализируя о штатном ходе загрузки. В следующий за кратким облегчением миг брызнули искры, и коридоры обсерватории огласил вой сирены. Учёные разом схватились за головы и синхронно, как слаженный дуэт, выкрикнули общую фразу:

— Что же Вы наделали!