12

Коммунизм и потребительство

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

В последнее время в связи с возвращением левой «повестки» в общественный дискурс вновь стала актуальной идея смены современного общественного устройства на что-нибудь более приемлемое для человека. В результате этого процесса идея коммунизма из «невозможной, хотя и красивой утопии» и «противоречащей человеческой природе вредной сказки» вновь становится актуальной альтернативой. Это, безусловно, положительное явление.


Но возрождение интереса к коммунизму приводит и к возрождению прежних споров, обсуждений проблем, могущих возникнуть при переходе к новому обществу. Одной из них является вопрос о том, будет ли будущее коммунистическое общество удовлетворять потребности человека полностью или ограниченно. Данный вопрос в «предыдущей итерации обсуждений» завершился полным поражением коммунистической идеи, в результате чего в общественном сознании укоренился карикатурный образ общества, в котором потребление контролируются и управляется некими руководящими органами.


Победа подобных представлений (вершиной которых можно назвать «Москву 2042» Войновича) во многом привела к тому, что народ покорно принял все тяготы капитализма, считая, что это все же лучше, нежели жизнь при «тоталитаризме». Именно поэтому новое переосмысление коммунистической идеи крайне важно для формирования альтернативы современному общественному устройству. Этому и посвязена данная статья, в ней разбирается вышеприведенный вопрос о том, что же представляет собой потребительство, и что будет с потреблением при коммунизме.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

Рассмотрение идей о том, что же представляет (вернее, будет представлять) коммунистическое общество, несмотря на кажущуюся отвлеченность, является важным шагом на пути к выходу из «гносеологической ловушки» «конца истории», потому что ставит альтернативу единственно возможному пониманию мира, как вечной «современности». Но это возвращает нас к, казалось бы, давно решенным вопросам. Одним из них является проблема потребления при коммунизме: известно, что в современном (капиталистическом) мире оно регулируется посредством товарно-денежных отношений. Поскольку при коммунизме товарно-денежных отношений по определению нет, то данная модель работать не будет, а следовательно, непонятно, как будут связаны потребности и их удовлетворение. У современных левых на это существует две точки зрения:


С точки зрения одних – коммунизм возможен только в том случае, если все человеческие потребности автоматически удовлетворяются. Если нет – то это уже не коммунизм, а в лучшем случае, некоторый вариант социализма – переходного общества. Данное понимание обыкновенно приводит к тому, что построение коммунизма откладывается на очень далекое время. В дополнении ко всему, при этом периодически возникают всплески так называемого «технологического оптимизма» — особой концепции, постулируюзей, что то или иное техническое решение может выступать в роли панацеи для всех социальных вопросов. (В настоящее время в этой роли фигурируют 3Д принтеры). Впрочем, о технологическом оптимизме я разбирал отдельно, и здесь останавливаться н нем не буду.


С точки зрения других – коммунизм является обществом, в котором существуют определенные ограничения на потребности. С известной аргументацией, что иначе никаких ресурсов не хватит. Данная точка зрения кажется приемлемой, но сразу же возникает встречный вопрос: по какому принципу будут ограничиваться ресурсы, и главное – кто их будет ограничивать. Ведь ясно, что данный субъект – личность или коллектив – становится распорядителем воли иных людей. При кажущейся невинности данной проблемы она оказывается фундаментальной: ведь коммунизм есть общество, в котором отсутствует отчуждение. Но любой «определитель» или «ограничитель» потредностей неизбежно отчуждает их от индивида, то есть, эти «ограничители» лишают общество главного признака коммунизма. Остальные проблемы – например, что делать с недовольством лиц, потребности которых ограничены – на этом фоне второстепенными уже являются второстепенными.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

Конечно, помимо столь чисто выраженных точек зрения существует довольно сильная их «дисперсия», благодаря чему полярность позиций частично сглаживаются. Например, многие считают, что следует однозначно удовлетворять только некоторые, не слишком затратные потребности, вроде айфонов, а вот если кто-то захочет себе океанскую яхту или персональный звездолет, то тут уже надо данного гражданина «укоротить». Потому, что персональных звездолетов на всех не хватит. Но и слишком сильные ограничения так же мало кто предлагает: например, униформа единого образца и проживание в казармах вызывают в памяти образ вовсе не коммунизма, а нечто ему противоположного.


Но и в подобных «смягченных» формах спор все равно остается нерешенным, единственно предоставляется возможность компромисса. Что само по себе уже хорошо. Но вопрос о том, будет ли ограничиваться свобода потребления при коммунизме, и как она будет ограничиваться, остается открытым.


Для того, чтобы разобрать данную проблему, следует сделать некое отступление.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

Можно было бы подумать, что граждане стоят за неким «дефицитом» или еще ради получения какой-то потребности, но нет. Речь идет о многокилометровой очереди к приведенным в Россию «дарам волхвов» — религиозной святыни православного христианства.

Обыкновенной реакция на эту очередь у невоцерковленных граждан, как правило, отрицательная: «Вот бараны!», «Рабы готовы стоять сколько надо», «Быдло опять надурили» и т.д. Общее для этих высказываний, наверное, одно: люди, стоящие в очереди, объявляются людьми с низким уровнем интеллекта и социальной ответственности. То есть, по умолчанию, ущербными людьми.

Но при внимательном рассмотрении людей, пришедших поклониться церковной святыне, становится ясно, что никакой особенной деградацией по сравнению с остальными обывателями они не обладают. Люди, стоящие по несколько часов в очереди, не похожи не на пациентов психиатрических клиник, не на людей с каким-то особо низким уровнем социальной ответственности. Более того, они оказались способными спланировать достаточно сложный алгоритм своих действий: чтобы попасть к вожделенному ларцу, многие приехали издалека – вряд ли люди с психическими отклонениями на это способны. Да, конечно среди них могут встречаться и психопаты, и даже возможно их процент будет выше среднего по обществу – но ни коим образом он не включает в себя всех желающих поклониться «дарам волхвов».


Но наличие людей, желающих стоять в многокилометровой очереди еще не самое удивительное. Гораздо более интересным является возмущающее многих явление «VIP-клиентов», которые подъезжают на своих машинах, минуя общий поток. И важным тут является не столько то, что коррупция стала нормой в рядах Церкви – как раз это не удивительно. А то, что люди, занимающие немалые государственные посты или имеющие приличный бизнес считают нужным поклониться той же самой святыне, которой поклоняется пресловутое «быдло».


То есть, у значительной части масс и, по крайней мере, у некоторой части властителей есть выраженная потребность получить некий неясный продукт, который можно назвать «благодатью». Причем потребность в этой самой «благодати» настолько велика, что люди способны идти на значительные затраты, и материальные и нематериальные. При этом сама «благодать» является более чем условным понятием, потому что никто ее не видел, ничем не измерил, и даже, скорее всего, не может четко сформулировать — в чем же она состоит.


Более того, даже в рамках разных религиозных систем существуют разные «благодати» и разные способы ее получения. Например, огромное число мусульман из самых разных стран стремиться посетить арабский город Мекку, не задумываясь при этом о затратах на этот процесс. А вот к «дарам волхвов» мусульмане относятся безучастно. Да что тут ислам. Можно привести множество примеров того, что в рамках даже одной религиозной концепции, но разных течений, те или иные святыни имеют различное значение.


Так что же это. Может быть действительно, эти «веруны» есть просто деградация, откат в Средневековье? С одной стороны так оно и есть, но тем не менее, очереди в храмы и мечети чего-то упорно напоминают.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

А напоминают они очереди в магазины, которые возникают в момент так называемых распродаж и прочих «акций». Разумеется, можно считать «верунов» «баранами», но кто тогда те, что ломятся на всевозможные «рождественские распродажи», выстаивает много часов в надежде получить столь желанный «айфон» последней модели и т.д. Разумеется, можно сказать, что «айфон» или «плазма» есть материальный продукт, а вот «благодать» от «даров» или «хаджа» условна. Но есть ли в этом большая разница? В конце-концов, обладатели «айфона» до этого уже что-то «звонящее» имели. Пусть и не столь модное и навороченное.


На это многие могут возразить: «Может быть любители обгрызенных яблок есть особая группа людей, не слишком отличающихся от религиозной секты. Но остальные то, покупающие бюджетные смартфоны, разве не заслуживают признания более рациональными, нежели верующие?» Но этот аргумент далеко не бесспорный: пользователи бюджетных смартфонов свободны от влияния одной «секты», но не свободны от влияния иных. Кто-то увлеченно играет в он-лайн игры, тратя все свободное время на это (чем это лучше несчастных теток, стоящих в очереди к «дарам волхвов»?), в более жесткой форме зависимости прибегает к покупке игровых принадлежностей за реальные деньги. Кто-то покупает дорогие автомобили (цена которых много превышает его годовую зарплату), кто-то старается одевать одежду только престижных марок и т.к. Многие тратят огромные деньги и все свободное время на просмотр, скажем того же футбола или иных спортивных состязаний. Да и известные «вредные привычки», вроде выпивки или курения тоже выпадают за рамки рациональности. Так что признавая иррациональность религии, мы обязаны так же признать иррациональность огромного числа всевозможных потребностей.


Разумеется, речь тут идет не о защите религии. Религия, как продукт классового общества есть явление сложное и неоднозначное, и о ней надо говорить отдельно. Речь идет о том, что огромное число действий, понимаемых, как рациональные, таковыми по сути не являются. Разумеется, они так же не определяются сложными общественными процессами, и так же являются неслучайными. Но это мало что меняет.


И наконец, существует огромное количество действий, в которых граждане вообще не имеют потребности, но которые вынуждены выполнять, чтобы обеспечить функционирование саму систему удовлетворения всевозможных потребностей. Огромные массы тех, кто насмехается над «верунами» и считает хадж в Мекку или стояние в очереди к «дарам волхвов» уделом «баранов», каждый день совершает известный «хадж» в виде движения с одного конца города на другой (а зачастую и «стояния» при этом в пробках), выстаивают огромные очереди в метро, в общем, совершают действия, по сравнению с которыми один раз приложиться к той или иной «святыне» кажется верхом здравого смысла. (В конце-концов, верующие сами решают, идти на поклонение или нет, а на работу приходится ехать в любом случае).


Вот тут самое время объяснить, ради чего делалось это отступление. Если очередь к «дарам волхвов» или «поясу Богородицы», толкучка на очередной распродаже, очередь за айфонами или автомобильная пробка желающих проехать на работу есть следствие, как сказано выше, неких социальных процессов, то как раз эти самые процессы и следует рассмотреть подробнее. Ведь действительно: иррациональность действий не свидетельствует об их ненужности или бессмысленности, она свидетельствует только о том, что рациональность проявляется на другом уровне общественного устройства.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

На самом деле и религия, и потребительство есть только следствие характерного для современного мира отчуждения труда, которое лишает человека его истинного, свободного характера и превращает в машину для исполнения воли господствующих классов. Так же как религия есть «опиум народа», то есть средство смягчения мерзости отчужденного мира, возвращающая человеку мнимую полноту бытия, потребление есть способ хоть как-то обрести вожделенную свободу. Карл Маркс писал об этом в «Экономически-философских рукописях 1844 года»:


«…В результате получается такое положение, что человек (рабочий) чувствует себя свободно действующим только при выполнении своих животных функций – при еде, питье, в половом акте, в лучшем случае еще расположась у себя в жилище, украшая себя и т.д., – а в своих человеческих функциях он чувствует себя только лишь животным. То, что присуще животному, становится уделом человека, а человеческое превращается в то, что присуще животному?

Правда, еда, питье, половой акт и т.д. тоже суть подлинно человеческие функции. Но в абстракции, отрывающей их от круга прочей человеческой деятельности и превращающей их в последние и единственные конечные цели, они носят животный характер…»


То есть покупая вожделенный айфон, потребитель всего-навсего стремиться вернуть себе человеческий характер. Он, целыми днями выполняющий бессмысленную работу, хочет почувствовать себя свободным хоть в момент покупки. Потому так и нужна пресловутая иллюзия выбора: так же, как прошедший хадж надеется хоть как то «очиститься», то есть стряхнуть с себя мерзость обыденного существования, вернуться из опасного, конкурентного мира в котором человек человеку волк в мир, организованный любящим его богом, так и выбирающий покупку из сотни однотипных хочет почувствовать себя хозяином своей жизни.


Вот почему никакие требования «сократить потребление», периодически изрекаемые разного рода учеными и философами, не имеют никакого смысла. Даже угроза экологической катастрофы не останавливает маховик потребительства: ведь альтернативой для этого станет полное погружение в бездну нечеловеческого существования. Подсознательно обыватель понимает – пусть лучше погибнет Земля и он вместе с ней, но он погибнет человеком, а не придатком к рабочему месту. Разумеется, рациональности в этом ноль, но человеку отчужденного мира другого не дано.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

Но коммунистическое общество, как следующий этап развития человечества, по умолчанию имеет иное общественное устройство, нежели современный мир. Для начала следует понимать, чем все же отличается коммунистическое общество от некоммунистического. Конечно, тут тоже может быть дано бесчисленное количество вариантов, но можно сказать главное: коммунизм есть общество, в котором снято прежде всего отчуждение труда, а по мере его развития, и всякое отчуждение, как таковое. Именно так Маркс определяет понятие коммунизма в тех же ««Экономически-философских рукописях 1844 года»:


**«Коммунизм как положительное упразднение частной собственности – этого самоотчуждения человека – и в силу этого как подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека; а потому как полное, происходящее сознательным образом и с сохранением всего богатства предшествующего развития, возвращение человека к самому себе как человеку общественному, т.е. человечному. Такой коммунизм, как завершенный натурализм, = гуманизму, а как завершенный гуманизм, = натурализму; он есть действительное разрешение противоречия между человеком и природой, человеком и человеком, подлинное разрешение спора между существованием и сущностью, между опредмечиванием и самоутверждением, между свободой и необходимостью, между индивидом и родом. Он – решение загадки истории, и он знает, что он есть это решение»


Исходя из данного определения, можно сказать, что коммунизм снимает само основание потребительства. Он дает человеку возможность снова стать человеком, обрести полноту и себя, и окружающего мира. Потеряв свое мистическое значение, потребление в этом случае становится исключительно рациональным процессом. И вот тут возможны сюрпризы: если большинство потребляемых благ являются инструментом преодоления отчуждения (как те самые айфоны), а еще большее число их являются способом обеспечить существование первых (транспорт для доставки работников на работу) то при коммунизма сама картина потребления чрезвычайно изменится.


Тут нет смысла давать хотя бы примерный вид изменившийся картины потребления, можно сказать лишь, что эти изменения будут весьма неожиданные. То, что кажется нам крайне необходимым, может стать совершенно ненужным (например, мобильная связь или личный транспорт). Причем, именно ненужным, а не запрещенным, как хотят сделать некоторые ревнители «ограниченных ресурсов». А то, что является сейчас редким и недоступным, станет, напротив, крайне распространенным. Например, хорошее образование может стать много доступнее, чем сейчас (и даже в СССР), то же самое можно сказать и про здоровье (которое не исчерпывается медициной). И так далее…


То есть, поставленная изначально дилемма: давать неограниченное потребление или ограничивать потребности граждан — с самого начала не верна, потому что относится к предыдущему этапу общественного развития. Никакой проблемы потребительства при коммунизме не существует, потому что потребительство, как и религия, есть продукт весьма определенных социально-экономических условий.

Коммунизм и потребительство Коммунизм, Будущее, Копипаста, Марксизм, Потребление, Длиннопост

Это не означает, конечно, что при коммунизме граждане не будут ничего потреблять. Это означает только то, что потребление станет рациональным. А уж подобное неизбежно приведет к тому, что данное потребление станет менее бессмысленным – то есть общество не будет выбрасывать огромное число ресурсов на производство бесчисленного количества вещей, которые уже через некоторое время будут заменены на другие. Но при этом потребление останется полностью свободным, потому что коммунизм есть снятие отчуждения и никто не вправе диктовать человеку свою волю.


Но у свободного человека – иные приоритеты. Например, экологические проблемы, мало волнующие «рабов», для свободных людей окажутся на порядок важнее. Ведь речь то идет не о «полумашинном» существовании придатков к рабочему месту, а об ощущении связи с жизнью всей планеты. И в этом плане дышать чистым воздухом и купаться в чистой воде во много раз важнее, нежели иметь очередную модную «цацку».


А это значит, что человечество выйдет из ведущейся веками гонки, оборачивающейся уничтожением планеты Земля. И уже в этом плане коммунизм является более чем приемлемым для нас. Не считая вновь обретенной свободы, конечно…

Найдены дубликаты

+1

Ясно, комми сами не могут разобраться что-такое коммунизм.

раскрыть ветку 1
0
Ясно, что вы делаете выводы из поверхностных данных на развлекательном ресурсе.
0

Сейчас это утонет в минусах. Такое всё же довольно тяжело для осмысления народными массами.

раскрыть ветку 2
+5

потому что каждый узнал себя: верующего ли, потребляющего ли новые айфоны...

-2

утонет. потому что это дерьмо, вырванное из контекста и общей коммунистической теории имеет нулевую ценность.

+1

неув. последнее время граждане неокоммунисты (не путать с большевиками 20-50 годов). вы прежде чем начинать выливать свой словесный бред - сядьте, изучите полностью труды классиков и только потом уже начинайте что-то делать.

тогда, быть может, в ваш мозг дойдет, что коммунизм наступит только после "эволюции" человека, которая приведет к тому, что вопрос потребления и потреблядства изменит свой ракурс и важность.

А не пытайтесь бедную сову коммунистической теории натянуть на ваш глобус безграмотности. Она и так, блин, уже трещит.

раскрыть ветку 4
+1
тогда, быть может, в ваш мозг дойдет, что коммунизм наступит только после "эволюции" человека

Что вы понимаете под подобной "эволюцией". Увеличение объема головного мозга? Или все же эволюция общественного сознания? Если последнее, то оно тождественно наступлению новой системы организации производства.  Как установка новой операционной системы. Обновление с сохранением настроек пользователя и рабочего окружения  разработчиком реализовано не было.

раскрыть ветку 1
0
Думаю под "эволюцией", в данном случае, подразумевается нравственный и культурный прогресс. Пока не решили как уживаться альфачам и омежкам. И шо мы будем делить, когда на уровне пирамиды первичных потребностей все будут в равной доле.
-3

А наступит ли эта эволюция?? имхо у человека всегда такие потребности были, есть и будут есть...На генетическом уровне разве что подправят

раскрыть ветку 1
-1

а вот о том и речь. это одно из самых слабых мест коммунистической теории.

+1

Спасибо.

0

Вы в следующий раз не стесняйтесь. Вот прям целиком книгу копипастите.

Капитал например.

раскрыть ветку 1
+6

лучше ПСС Ленина.

-2
Вот когда изобретут вечный двигатель, рог изобилия, и скатерть самобранку, тогда и наступит коммунизм, а пока охота, и погоня за ресурсами как и все остальные животные
раскрыть ветку 3
+1

Так не хуй изобретать. На отдыхе в Турции все пользуются опцией все включено. И ни у кого чет не возникает мысли набрать жратвы и бежать ныкать ее к себе в номер. Берут ровно столько сколько им хочется и по моемутвсе довольны таким положением вещей( даже рассказывают как это охуенно) Это (как мне кажется) один из примеров коммунистического распрелеления. Такую практику так то можно с проецировать на другие сферы жизни( транспорт, связь, медецина,итд).Т большой вопрос нужна ли тебе будет личная повозка или обгрвзанное яблоко))

раскрыть ветку 2
0
Предположим тебе предлагают работу уборщика (менеджера) в отеле. Одевают тебя, кормят, дали номер для проживания и проездной на транспорт, всё в счёт зарплаты. Вопрос ты бы прожил так всю жизнь?
раскрыть ветку 1
-1
За тему - Плюс, за актуальность - Минус...
-3
Редкостный д...б
-7

Потратил время вчитываясь в это спизъженое говно. Иди проспись, коммунизма нет уже более четверти века.

раскрыть ветку 4
+5

А что , был ?

раскрыть ветку 3
-1

был. правда не четверть назад, а этак около миллиона лет назад. стадию первобытного коммунизма никто не отменял.

раскрыть ветку 2
ещё комментарии
Похожие посты
1666

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет Марксизм, Политэкономия, Капитализм, Монополия, Либертарианство, Коммунизм, Настольные игры, Империализм, Длиннопост

Есть одна знаменитая игра которая просто и практично объясняет базовые признаки работы капитализма по Марксу - это Монополия.


Игроки начинаю игру сразу с пачкой денег (первоначальный капитал), где все участки, которые символизируют собой земли, участки городов, заводы и т.д. свободны (идет захват земель (средств производства) у общин, разорившихся феодалов, капиталистов или крах брежневской экономики при Горбачеве и т.д.). В игре имеются карточки с событиями, часто совершенно противозаконными, но они очень сильно подчеркивают особенности настоящего крупного бизнеса.


Первичное накопление капитала


Сперва все идет просто отлично, все ходят, скупая участки, повышают свои фонды и активы средствами производства, бизнес растет, все купаются в деньгах, дружно и лениво общаясь с друг другом, повышают рентабельность и производительность только что купленных участков, строя на них здания, которые сдирают все с большей и большей эффективностью деньги с других игроков, посмевших на них вступить.


Пачка денег растет у всех, у кого-то быстро, у кого-то медленнее (здесь многие, как бизнесмены в реальной жизни делают ошибку - считают что скорость роста их бизнеса нормальная), а эффективность роста предприятий здесь больше играет случайность броска кубика. Доходит даже до абсурда, в банке кончаются деньги и в ход идут расписки! Естественно, все нарушают закон, без этих грешков не будем капитализма, ибо старые порядки отжившей формации мешают делать капитал с точки зрения закона (например Демидовским заводам было запрещено нанимать беглый людей, чтобы не нарушать прав феодалов).


Как говорится, тренд капитализма - восходящий, в это время устраивать революции по Марксу бессмысленно, тебя будут бить и пролетарии и буржуазия! Игра на данном этапе простая, и у многих игроков возникает вопрос: что любители нашли в этой игре? Скучная и тупая игра для малышей.


Капитализм


Наступает середина игры, нескупленных участков становится маловато, рынок оказался не бесконечным, а очень даже конечным. Все начинают видеть, что один игрок очень сильно разбогател и теперь дерет деньги с удвоенной силой со всех, становясь все богаче, а остальные чувствуют спинным мозгом - они начинают разоряться.


Игроки из-за конечности рынка начинают все сильнее и сильнее грызть друг друга, так возникает конкуренция.


Начинается главный этап игры, игроки объединяются в группировки, пытаясь “разорить” счастливчика, одиночки здесь не выживут (идет активное создание картелей, синдикатов, трестов). Но это не решает проблемы, разоренный счастливчик опускается на уровень ниже, но сразу выдвигается другой разбогатевший игрок, например из выигравшей команды (синдикат, конечно, сразу разваливается), который ничем по поведению не отличается от предыдущего богатея, игроки опять вынуждены объединятся против него, создавая новые группы, включая разоренного игрока.


Начинается обычная капиталистическая гонка по принципу, “умри ты сегодня, а я завтра.”

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет Марксизм, Политэкономия, Капитализм, Монополия, Либертарианство, Коммунизм, Настольные игры, Империализм, Длиннопост

Также многие начинают обвинять ведущего, что он подыгрывает самому богатому игроку, и если бы в игре были задействованы настоящие деньги, это было бы вполне естественно и справедливо. Как чиновник может устоять от подкупа такими большими деньгами? Никак, его задача в жизни, состоит в том, чтобы за деньги лишь слегка подыгрывать участникам капиталистической гонки, и больше ничего. Обычно у меньшинства начинается появляться неудобные вопросы, что с капитализмом что-то не так, но тренд бизнеса пока восходящий, хотя уже не у всех, вот они и начинаю выдвигать различные теории, что с этой игрой что-то не так, нечестно все! Зато богатые им отвечают, что крутиться надо и смотреть за всеми, правила изучать.

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет Марксизм, Политэкономия, Капитализм, Монополия, Либертарианство, Коммунизм, Настольные игры, Империализм, Длиннопост

Империализм


И наступает заключительный этап игры. Один игрок умудрился всех обыграть! У него теперь самые лучшие участки и самые высокие строения, срывающего с несчастного попаданца на его участок кучу денег. Теперь он стабильно выигрывает и может даже особо не следить за игрой. Остальные понимают, что через 10 или 20 ходов они наверняка проиграют, а то что они до сих пор в игре, это вопрос случая и времени. Все поиски способа заработка в игре исчезли. В таких случаях капиталисты ищут любой способ заработка и выжимают своих работяг досуха, начинается даже депопуляция населения, ибо выжатые работяги уже не могут содержать более трех детей, не впадая в бомжатский образ жизни, это работает закон воспроизводства рабочей силы.


Обычно все заканчивают на этом этапе игру, но мы заглянем чуть-чуть дальше.


В жизни перед игроками стоит простой вопрос: станут ли капиталисты пролетариями или нет. Но жизнь не игра, в ней нельзя ограничится ее бумажными правилами и свернуть поле, посетовав на несправедливость и нечестность жизни от случайностей игральной кости и выйти из нее, игроки в реальный капитализм этого сделать не могут. Мы же в этой жизни живем и должны доиграть до конца.


Первый выход: пригласить иностранного инвестора с кучей бабок, который будет ходить по участкам разоряющихся старых бизнесменов и всем кидать бабки из своего бездонного кармана. Это спасет на время ситуацию, от хорошего притока денег все игроки возрадуются, но опять это только на время. Здесь все просто - главный игрок съест этого иностранного чувака с бабками или этот чувак его съест. Но бизнес разоряющихся получит только временную передышку, ситуация улучшится только на короткий период, хотя ради его привлечения пришлось отдать кое какие территориальные приобретения, например Курилы, кусок Баренцева моря и т.д..


Второй выход: опрокинуть стол, треснуть пару игроков по морде, выкинуть одного с балкона и продолжить с оставшимися игру, это как вы поняли, обыкновенная война.


Война при этом может быть криминальной, сепаратисткой или чисто военной, не важно, игроки пытаются силовыми методами решить экономические проблемы. В результате избитый игрок соглашается продолжить игру без половины участков или в квартиру приходит полицейский (ООН) и заставляет всех играть по правилам, стараясь не замечать, как оставшиеся игроки продолжают пинать друг друга под столом.

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет Марксизм, Политэкономия, Капитализм, Монополия, Либертарианство, Коммунизм, Настольные игры, Империализм, Длиннопост

И не забываем про участвующий в игре пролетариат! Пролетариат, хорошо поработавший долгое время на хозяина и скопивший немного деньжат, становится дерзко умным, он решает что хватит горбатится на дядю и вместо того, чтобы купить себе квартирку или выкопать бассейн на даче, решает сыграть по-крупному! Он поверил в общество равных возможностей и он решил стать капиталистом! Ради этого шага журналисты долго и нудно писали все статьи о прелестях капитализма. Он увольняется и все свои накопления вкладывает в дело, купив себе кофейню, шашлычную, шиномонтаж, салон красоты, ювелирный магазин и т.д., планируя там поработать немного как простой работяга, а как только раскрутится бизнес, стать хозяином и отдыхать на Бали, как рекомендуют в модных журналах, типа “Космополитен”. Это в игре выглядит, как появление новых игроков с деньгами, каждый раз, через несколько ходов. Их с большим удовольствием ждут старые игроки!


Это как появление иностранного инвестора, только круче, у этих игроков значительно меньше прав! Поэтому этих игроков, “новых капиталистов”, разоряют на самых первых участках старые бизнесмены, они даже не успевают сделать круг, как вылетают из игры, и чем дольше длится эта игра, тем более безнадежна и печально судьба этих игроков. Ну а старые бизнесмены по привычке несут журналистам новые деньги на привлечение лохов в их уютный кружок, работая по типу Форекса, привлекая новых мотыльков в их убыточную отрасль.


Что мы сейчас и наблюдаем: кто успел открыть бизнес в 90-х и не разорился, тот процветает, а новые бизнесмены пытающиеся сейчас открыть бизнес по более мягким правилам и с вроде выгодной идеей, вылетают в трубу за пол-года.

Игра по марксизму - “Монополия”. Маркс одобряет Марксизм, Политэкономия, Капитализм, Монополия, Либертарианство, Коммунизм, Настольные игры, Империализм, Длиннопост

В результате квартира пополняется кучей людей, которые разорились и прислуживают самому богатому игроку за копейки, надеясь что он им даст чуть-чуть поиграть, отвалив капельку бабла от своих сокровищ, а он над ними еще всячески издевается, то спинку просит почесать, то в кофе молока добавить и т.д. В результате у всех собравшихся в голову начинает приходить один вопрос:


- Что они здесь делают?


Играют!


- Они могут спокойно работать и жить без него?


Могут! Да запросто!


- А может нахрен выкинуть эту игру и продолжить дальше жить без ее дурацких правил? Если играть получается все равно только одному игроку, а остальные страдают?


А как эта ситуация называется в марксизме, когда один или несколько игроков заправляют всей игрой, а все остальные им только прислуживают? Империализм, высшая стадия капитализма. А дальше ко всем проигравшим приходит мысль, что игра дурацкая, не стоит ей заморачиваться и тратить на нее жизнь, раз уж выиграть становится вообще не реально. Идея, которая овладела массами и стала материальной силой.


И какие выходы из этой игры человечество придумало за целых сто лет?


1. Классовые мечты мелкой буржуазии, которые выдвигают одинаковые идеи под разными соусами либертарианства, народничества, чернопередельцов и эсеров - все крупные игроки должны исчезнуть (кто и как это будет делать, скромно умалчивается, наверное государство, и вообще в этом вопросе они напускают максимальный туман), их имущество раздать мелким игрокам, соответственно, оставить только мелких игроков. Монополизм это якобы извращение капитализма, да и все их богатство нажито с нарушением закона. Даже антимонопольные законы принимаются, эффект от которых для системы как мертвому припарки. Зато они приносят пользу крупным игрокам, помогая разорить и поглотить других крупных игроков. В общем, нажить честно гигантское богатство при капитализме не представляется возможным технически. А так как капитализм или игра в “Монополию” все время рождает новых крупных капиталистов, чистки должны проводиться регулярно раз в 10 лет, наверное? Игроки над такими вещами не задумываются или стараются не распространяться. Да и чистки обычно сопровождаются кровью. Периодически бросать общество в гражданскую войну или бандитский беспредел, как это делали Березовский и Ходорковский?


2. Меньшевизм – ждать, пока самый крупный игрок наиграется в игру, разорив всех и доведя до точки кипения, после чего проигравшие ему вцепятся ему в горло и забьют ногами и, разделив его богатства, провозгласят социализм. Это как бы эволюционный путь развития. В ходе разорения слабых игроков надо бороться за уменьшение страданий их, а заодно и рабочих. Довольно бессмысленное занятие, так как у разоряющихся нет никаких излишков, все поглощает конкурентная борьба с главным игроком, это больше напоминает благие напоминания. А самое главное – не надо ничего делать, просто сидеть, раздавая советы, и ждать, когда все завершится своим путем. Как показывает опыт, ждать надо лет двести, а победившие игроки ни на грамм не будут уважать меньшевиков и прислушиваться к их словам, они же все сами сделали, без них. И все вернется на круги своя.


3. Радикальные левые (анархисты, троцкисты) - всех крупных и мелких игроков моментально лишить имущества и денег. Деньги ликвидируются. О том, что при этом моментально рухнет хозяйственная жизнь страны, они стараются не задумываться, типа массы сами разберутся. Такая точка зрения не особо отличается от идей мелкой буржуазии, ибо рухнувшая экономика сразу возрождает капиталистов, маскирующихся под социалистов или анархистов, которые под прикрытием псевдосоциалистических идей объединяются в одну партийную структуру и начинают грабить народ коллективно. Анархия - мать порядка. Частно- или коллективно-капиталистического, зависит от того, какой идеей ее осеменит папаша-переворот.


4. Марксизм-ленинизм с переходным периодом - имущество отбирается только у крупных игроков, частные банки объединяются в один государственный, а деньги из него отпускаются на нужды общества и стимулирование коллективных предприятий с целью развития их до общенародных. В результате этих мер у общества резко возрастает уровень потребления и оно отправляется к оставшимся мелким и даже средним игрокам делать покупки, что, в свою очередь, повышает прибыльность их средств производства. Это называется НЭП, экономическая политика, которая проводилась в СССР при Ленине и Сталине и которая сейчас проводится в Китае. Но государство при НЭПе работает только в интересах пролетариата - социализм же, и оно скорее откроет больницу, чем будет спасать неудачника-бизнесмена, что является нормой при капитализме. При НЭПе частник остается сам по себе, государство ему не мешает, но и не помогает. Большая часть этих игроков либо разоряется и вливается в коллективные предприятия, либо вливается, не дожидаясь разорения, так как такая форма заработка гарантирует стабильный, растущий доход. А самые крупные и умелые частные игроки постепенно оттесняются от управления бизнесом государственным вмешательством, что, впрочем не мешает им иметь вкусный кусок пирога за заслуги на ниве эффективного менеджмента.


5. Консервация и кейнсианство - посредством государственного регулирования не давать капиталистам сильно богатеть и грабить рабочих. Баланс этот довольно трудно поддерживать в течение длительного времени из-за самой природы капитализма, для этого должна быть хорошо развитая колониальная система, которая дает постоянный приток денег из вне, а если притока нет, то остается лишь фашизм. А лучше все и сразу! Но капиталисты через некоторое время все равно сломают эту систему, ибо государство это они.


А что же за нелюбовь к ленинским методам у капиталистов, если либертарианство предлагает решения намного жестче? А то, что их игра постепенно сворачивается. Капиталисты постепенно разоряются в конкурентной игре с социалистическим государством, которое владеет имуществом бывших крупных игроков. Впрочем, та же судьба их ожидает и при любой форме капитализма, быстрее или медленнее, ведь не важно в какой форме собственности находится более эффективный бизнес, частной или общенародной.


Или их бизнес развивается до размеров интересных государству, и попадает под его контроль, а капиталист становится управляющим, хотя и имеющим определенный процент с прибыли (по заветам Мао - 20%)


А пролетариат становится сильно богатым и постепенно по уровню доходов начинает перерастать мелких капиталистов, хозяину киоска с шаурмой становится обидно, что он теперь зарабатывает меньше сварщика, и он уходит на более высокооплачиваемую пролетарскую работу, хотя при капитализме он бы ушел в бомжи, да еще с кучей навешанных долгов, которые приобрел, пытаясь спасти бизнес.


Тут видно два аспекта:


1. Классовый - капиталистам не нравится, что любая кухарка способна управлять государством после получения соответствующего образования. Одна лишь мысль, что народ будет править государством, доводит их до судорог.


2. Государственный - капиталистическое государство существует только ради интересов капиталистов, поэтому когда возникает кризис и стоит вопрос, дать субсидии капиталистам или закрыть пару больниц, государство всегда выберет гос. помощь капиталистам. Что не мешает капиталистам потом попрекать рабочих в желание халявы, что они хотят помощь от государства, хотя сами они ее постоянно и регулярно получают.


Так в чем проблема капиталистов, если экономическая модель европейских мыслителей Адама Смита, Давида Рикардо и Карла Маркса чудесно работает? Проблема для них в Марксе заключается в том, что он продолжил мысль своих предшественников и вместо нравственного морального сокрушения предшествующих ученых, что такова жизнь, надо с этим смирится и продолжать жить, он внезапно показал, что дальнейшее развитие не просто возможно, но неизбежно, и наметил пути того, как его ускорить и миновать стадию монополистического капитализма.


В результате буржуазная пропаганда вынуждена отрицать очевидное:


- Маркс ошибся в своих прогнозах! Никакого монополизма нет!

- А что это у вас за спиной Микрософт, Газпром, Дюпон и Шелл выглядывают?

- Это вам кажется! Только Микрософт был осужден, он исправился! А на остальные у вас есть постановления суда?

- Хм.. а как суд может их осудить если они все вхожи в кабинеты президентов?

- Это вам кажется! В нормальных странах с этим успешно борются и давно победили эти явления!

- Да что вы за спиной опять прячете семейство Бушей, Клинтонов, Трампа, подогнавшего зятю контракт на строительство мексиканской стены, а осуждаете Саркози!

- Их осудили? Нет!

- Ладно, трудно доказывать очевидные вещи, у меня есть дела поинтереснее.


Вывод


Игра “Монополия” является быстрым способом понять основы марксизма - первичное накопление капитала, капитализм, империализм.


Попытка выхода из тупика игры “Монополии” в виде таких действий как война, вызов других игроков (инвесторов), ликвидация крупных игроков, только отсрочивает возврат в тупик капитализма, и лишь один выход гарантирует постоянный эффект и причем без резких переходов - марксизм-ленинизм.


Всем, кто не понимает, как работает капитализм и в чем его проблемы, играть в “Монополию”. Ссоры в ходе игры символизируют войны.


Крупная буржуазия не любит социалистический НЭП, потому что понимает, что любой капитализм без поддержки государства не конкурентоспособен, и только подчиненное им государство может обеспечить капиталистов крупными инвестициями, но если власть государстве будет принадлежать народу, этого не случится.

Показать полностью 4
100

« Магелланово облако» Станислав Лем

« Магелланово облако» Станислав Лем Фантастика, Научная фантастика, Космос, Будущее, Коммунизм, Отрывок, Текст, Длиннопост

...


– Тысячу двести лет назад в городе Берлине жил человек по имени Мартин. То было время, когда его правительство провозглашало, что слабые народы обречены на уничтожение или рабство, когда от своих подданных оно требовало, чтобы они мыслили не мозгом, а кровью. Мартин работал на стекольном заводе. Один из многих, он делал то, что сейчас делают машины: живыми легкими нагнетал воздух в раскаленное стекло. Но он был человеком, а не машиной, у него были родители, брат, любимая девушка, и он понимал, что ответствен за всех людей на Земле – за судьбы убийц и убитых так же, как и за своих близких. Такие люди назывались тогда коммунистами, и Мартин был одним из них.


Правительство выслеживало и убивало коммунистов, и они должны были скрываться. Гестапо – так называлась тайная полиция – удалось схватить Мартина. Как члену оргбюро партии, ему были известны имена и адреса многих товарищей. От него потребовали выдать их. Он молчал. Его подвергли пыткам. Он молчал. Его допрашивали днем и ночью, будили сильным светом, задавали ему коварные вопросы. Напрасно. Тогда его выпустили на свободу, чтобы по его следам добраться до остальных коммунистов. Он понимал это и оставался дома, а когда ему стало нечего есть, хотел вернуться на завод, но его там не приняли. Он искал работы в других местах, но нигде не мог найти. Он умирал от голода, бродил, шатаясь, по улицам, но не пытался пойти к кому-нибудь из товарищей, ибо знал, что за ним следят.


Его арестовали снова и применили другой метод. Мартин получил отдельную чистую комнату, хорошую пищу, медицинский уход. Выезжая на аресты, гестаповцы брали его с собой: было похоже, что он служит им проводником. Ему приходилось присутствовать при пытках арестованных товарищей, а иногда он стоял перед камерой, и замученных проводили мимо него. Им говорили, чтобы они признавались, так как вот стоит их товарищ, который все рассказал. Когда он кричал им, что это неправда, то гестаповцы притворялись, будто он разыгрывает комедию. Коммунистические листовки стали предостерегать против Mapтина. Гестаповцы показывали их ему. Потом, ни о чем не спрашивая, его выпустили. Через несколько месяцев Мартин осторожно попробовал связаться с товарищами, но никто не хотел ему верить. Он пошел и брату, но тот не впустил его к себе. Мать дала ему краюху хлеба, и это было все. Снова старался он найти работу, но напрасно. В третий раз его арестовали, и офицер гестапо сказал ему: «Слушай, молчать тебе больше нет смысла. Товарищи давно считают тебя изменником и негодяем. При первом же случае любой убьет тебя как бешеную собаку. Пожалей себя и говори!»


Но Мартин молчал. Однажды в декабрьскую ночь, через два года после первого ареста, его повели из камеры в каменный погреб и там убили выстрелом в затылок.


Слыша шаги тех, что шли убить его, он встал и нацарапал на стене камеры слова: «Товарищи, я…» Больше он ничего не успел написать. Остались только эти два слова, а труп его сгнил в одной из обширных известковых ям.


Но сохранились документы и хроники гестапо, скрытые в глубине подземных темниц, и из раскопок эпохи позднего империализма мы, историки, узнали повесть о немецком коммунисте Мартине.


А теперь подумайте. Этот человек молчал в муках, под пытками. Молчал, когда от него отвернулись близкие, родные, брат и товарищи. Молчал, когда уже никто, кроме врагов, не разговаривал с ним. Порвались все узы, связывающие человека с миром, но он все молчал, – и вот цена этого молчания! Тер Хаар поднял руку.


– Вот цена его молчания: вот чем мы, живущие, обязаны тысячам тех, кто погибал, как Мартин, чьи имена остались нам неизвестными. Вот единственная цель, ради которой он умирал, зная, что никакой лучший мир не вознаградит его за муки и что его жизнь навсегда окончится в известковой яме, что никогда не будет для него ни воскресения, ни отплаты. Но его смерть на какие-то минуты, а может быть, на дни или недели приблизила наступление коммунизма. И вот мы летим среди звезд, ибо ради этого он умирал, и вот коммунизм… А вы достойны звания коммуниста?

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: