302

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии

Когда человеческая душа важнее идеологии.


Аркадий и Борис Стругацкие — главные имена отечественной фантастики — популярны у самой разной аудитории. У молодёжи особым спросом пользуется, конечно, «Пикник на обочине» — прообраз компьютерной игры S.T.A.L.K.E.R. Ностальгирующие по советским временам предпочитают ранние произведения вроде «Страны багровых туч». Ну а интеллигенция, конечно, цитирует «Гадких лебедей» и «Град обреченный».

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Привести всё это разнообразие к какому-то общему знаменателю сложно. Поэтому мы с коллегой Евгением Барановым приняли решение в рамках «Месяца космоса» разбить обзор всех произведений Стругацких на две части: «Мир полудня» и книги вне цикла.


Сначала я очень завидовал коллеге, потому что больше люблю именно произведения вне основной серии. Но потом понял, что мне выпала прекрасная возможность отследить, как в рамках одной вселенной менялось отношение мэтров к жанру, к окружающей советской действительности, к моральным и идеологическим ценностям и к жизни вообще.


Раннее творчество

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Аркадий (слева) и Борис (справа), 50-е годы


Но перед тем, как перейти непосредственно к миру «Полудня», стоит сказать пару слов о самых первых литературных опытах братьев. Метаморфозы, которые пережили и сами Стругацкие и их творчество — живое воплощение всего, что происходило в Советском Союзе на протяжении второй воловины XX века.


В начале 50-х Аркадий, прошедший войну молодой кадровый офицер, и Борис, студент Ленинградского госуниверситета, пока ещё отдельно друг от друга делают первые попытки писать. «Отпетые сталинисты» (цитата из воспоминаний Бориса) создают идеологически верные, но клишированные рассказы про отважных советских военных и коварных западных империалистов — «Четвёртое царство» (1952) и «Пепел Бикини» (1956). Ни по качеству написания, ни по смысловому содержанию они не выделялись в общем потоке социалистической прозы. И прочти их случайный человек, он вряд ли узнал бы в авторах будущих мастеров жанра. Но эти первые ранние эксперименты открыли перед братьями дорогу к профессиональному писательству.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

«Пепел Бикини». Иллюстрация к изданию 1957 года. Художник: В. Трубкович


Между Аркадием и Борисом были очень теплые и по-настоящему дружеские отношения, чему не мешали ни разница в возрасте, ни расстояние (Аркадий жил в Москве, а Борис в Питере). Поэтому, осознав общность интересов и немного набив руку, они решили объединить усилия и в 1957 году написали свою первую совместную вещь — фантастический рассказ «Извне», позднее расширенный до повести. В том же году было закончено первое большое произведение будущего «полуденного» цикла — «Страна багровых туч».


От «Страны багровых туч» до «Попытки к бегству»


Это было всё ещё типично социалистическое произведение, в котором читался оптимизм и безусловная уверенность в грядущем светлом будущем.


В 90-х годах XX века коммунизм лидирует в космической и идеологической гонке. Герои — советские ученые, естествоиспытатели и космонавты на новом прототипе межпланетного корабля отправляются открывать для коммунистической родины ископаемые богатства Венеры. Перед стартом их «благословляют» секретарь партийной ячейки и руководитель исполкома. А в самой экспедиции, как бы тяжело ни было, их держит вместе дух товарищества и ответственности перед поставленной задачей.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Существование высокоразвитой жизни на поверхности Венеры невозможно, но в 50-х годах XX века земляне об этом ещё не знали


Однако весь этот набор штампов покажется смешным лишь современному читателю. Смерть некоторых персонажей, отсутствие идеологических противопоставлений (тех же западных империалистов) и упор не только на научно-техническую, но и моральную сторону космического первопроходства делали эту книгу буквально «прорывной».


В середине века в советской литературе господствовало мнение, что удел фантастики — просто пропагандировать научно-технический прогресс и грядущие победы коммунизма. Так что даже такие робкие эксперименты выглядели новаторством. Не только читатели, но даже официальная критика встретили повесть тепло.


Затем последовали «Путь на Амальтею» (1960), «Стажёры» (1962) и большой сборник рассказов «Полдень XXII век» (1962) с похожим стилем, набором тем и героями — Бадером, Горбовским, Жилиным и так далее. По смысловому наполнению они были, пожалуй, даже послабее «Страны», но зато расширяли и развивали вселенную. К тому же, именно в «Полудне» Стругацкие впервые показали свою концепцию воспитания нового человека, который морально и интеллектуально превосходит наших современников и готов творить по-настоящему великие дела. Позднее эта концепция станет одной из ключевых как в мире Полудня, так и нескольких произведений вне цикла.


А вот вышедшая в 1962 году «Попытка к бегству» — это уже более зрелое произведение, выбивавшееся из общей радостной картины мира победившего коммунизма. Вернее, мир остался, но в него добавился нетипичный до того момента персонаж Саул – бежавший из нацистского концлагеря советский танкист, благодаря временной аномалии попавший с полей сражений Великой Отечественной войны в XXII век и теперь изучающий этот «дивный новый мир».

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

В «Попытке к бегству» Стругацкие впервые «нащупали» тему ответственности человека за общество, в котором он живёт. Позднее она раскроется шире в «Трудно быть богом» и других произведениях


На неизвестной прежде планете Саул вместе с другими героями встречает аборигенную цивилизацию, которая в своём развитии также проходит этап диктатуры и практики концентрационных лагерей. Увидев, что во вселенной ещё много зла, и вспомнив, что человечество лишь ценой огромных жертв преодолело кризис тоталитарных государств, Саул возвращается в своё время — продолжать борьбу с нацизмом, чтобы будущее, какое он увидел на Земле XXII века, всё-таки наступило и распространилось на другие планеты.


После «Попытки» творчество Стругацких уже никогда не будет прежним — безраздельно оптимистичным как у большинства «средних» фантастов их эпохи. Моральные дилеммы займут всё большее место в их творчестве, постепенно превращая фантастическое окружение лишь в декорации для постановки «вечных» вопросов.


От «Далекой радуги» до «Улитки на склоне»

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

«Далекую радугу» вдохновил американский фильм «На берегу» 1959 года, в котором речь также шла о надвигающейся катастрофе, которая должна спустя некоторое время уничтожить жизнь на планете


«Далекая радуга» 1963 года — как раз такое произведение-притча, одно из первых, но не последнее. Всё тот же мир победившего коммунизма: космические полёты, вершины науки и светлое будущее. Но и в таком мире остаются неразрешимые вопросы.


Планету Радуга из-за последствий рискованного научного эксперимента ждёт неизбежная катастрофа, которая гарантированно уничтожит на ней всё живое. Единственный небольшой корабль не сможет вместить всех людей. И как же в таком случае следует поступать? Спасать материальные ценности? Научные выкладки? Самих ученых? Или детей? Капитан Горбовский делает однозначный выбор. Финал, уже не такой безоблачно оптимистический, как в ранних книгах, отрывает Стругацких от основного массива «официальной» советской литературы. И чем дальше — тем сильнее будет этот разрыв.


«Трудно быть Богом» 1964 года продолжает проблематику «Попытки к бегству». Пускай человечество установило «самый прогрессивный строй», но другим мирам не так повезло, как Земле. И в чём же тогда заключается долг прогрессивного человечества? Спасти несчастных аборигенов? Конечно, спасти. Но вот беда — аборигены не могут и даже не хотят спасаться.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Экранизация 2013 года — трехчасовая медитация на кровь и грязь — гораздо лучше, на мой взгляд, передала не форму, но идею оригинальной книги, чем заурядный фентезийный боевик 1989 года


Все они почти без исключений были ещё не людьми в современном смысле слова, а заготовками, болванками, из которых только кровавые века истории выточат когда-нибудь настоящего гордого и свободного человека. Они были пассивны, жадны и невероятно, фантастически эгоистичны. Психологически почти все они были рабами — рабами веры, рабами себе подобных, рабами страстишек, рабами корыстолюбия. И если волею судеб кто-нибудь из них рождался или становился господином, он не знал, что делать со своей свободой.


Румата Эсторский, агент-прогрессор с Земли («Трудно быть Богом»)


С одной стороны, в речи Руматы Эсторского об арканарцах легко читалась вполне земная и обыденная «прогрессорская» деятельность Советского Союза во множестве стран третьего мира, стремление установить там социализм. Но это — поверхностный смысловой слой, был и второй — более глубокий. Как разумный человек, воспитанный в рамках «учительской концепции» Стругацких, должен взаимодействовать с теми, кто психологически «не дозрел» до неё? И, главное — кого из современников можно в принципе считать таким «человеком будущего», если даже безупречный Антон-Румата в конце всё же ломается, нарушает все мыслимые правила и проваливается в окружающее варварство? Это третий слой.


На самом деле, это главный вопрос всего творчества Стругацких. Гораздо позднее, уже оставшись в одиночестве, Борис даст на него ответ. Но он лежит уже за границами «Мира полудня».


«Хищные вещи века» — своеобразный приквел к миру «Полудня». Хронологически он не отстаёт от прочих произведений цикла, но касается не космоса, а грешной Земли, где ещё доживают свой век отсталые капиталистические режимы, население которых хоть и живёт в достатке, но без строгой коммунистической морали полностью деградировало. Этот смысловой слой, опять же, лежит на поверхности, и нужен, чтобы пройти советскую литературную цензуру.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

«Дрожки» (современные рейвы) — одно из явлений общества потребления, предсказанных Стругацкими в «Хищных вещах века»


Спецагент ООН Иван Жилин прибывает в одно из таких государств, где обнаруживает новый супернаркотик — «слег». Он вызывает абсолютное привыкание и полностью отключает человека от реальности, погружая его в грёзы наяву. Фактически эта повесть — единственная, в которой Стругацкие, как фантасты, «угадали» будущее.


Этот факт очень любят повторять критики, но нужно помнить, что научная фантастика очень скоро стала для братьев лишь декорацией, антуражем. А реально же их заботила проблема не технического, а морального развития. И тут опять вставал вопрос: насколько главный герой, условный «человек будущего», способен противостоять соблазну иллюзорного блаженства?


«Улитка на склоне», состоящая из двух частей (назовём их «Институт» и «Лес») — ещё одно недооценённое произведение середины шестидесятых. Многие называют самой странной вещью братьев «Град обреченный», но лично для меня это именно «Улитка».


Часть «Улитки на склоне» была намеренно стилизована под творчество Франца Кафки. И в одном из своих писем к брату Аркадий говорил, что советский литературный критик и его друг Ариадна Громова прямо называла это произведение «близким к гениальности». Но мне ближе позиция режиссера Владимира Дмитриевского, который считал, что «написать как Кафка» — само по себе сомнительное достижение.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Институт и Лес. Иллюстрация Ф. Карпиленко


Немного ясности внёс современный российский писатель Дмитрий Быков, который до самой смерти Бориса в 2012 году плотно с ним общался. В своём разборе он утверждал, что две части книги — «Институт» и «Лес» — метафорически описывают проблемы города и деревни внутри советского общества.


Для Союза шестидесятых эта тема была очень актуальна. Ещё в 1959 году две трети населения страны жило в сёлах. Однако стремительная урбанизация и переезд людей из деревень в города сталкивала эти две России, которые со времён Петра I хоть и жили вместе, но находились в разных культурных пространствах. И если принимать теорию Быкова за истину, то метафора культурного и, опять же, морального конфликта на фоне фантастического окружения выглядит действительно интересно.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Официальная советская литература прославляла деревню и ставила её в пример. Но Стругацкие очень верно увидели в ней совершенно другую пугающую цивилизацию — отличную от той, что существовала в больших городах


Так или иначе, к середине 60-х расхождения между авторской позицией Стругацких и официальной советской литературой усилились настолько, что это стало доставлять братьям немало проблем. Их критиковали коллеги по цеху из союза писателей, публикации в журналах задерживались и нещадно резались цензурой. А ведь дальше ещё «Гадкие лебеди», «Жук в муравейнике» и «Град обреченный».


Трилогия о Каммерере


Со второй половины 60-х братья всё больше уходят в отдельные произведения вне «Мира Полудня». И это очень симптоматично. Потому что мир коммунистической утопии всё хуже вмещал в себя книги, идеи которых шли вразрез с его первоначальной установкой.


Последние крупные произведения главной серии — трилогия о Максиме Каммерере: «Обитаемый остров» (1969), «Жук в муравейнике» (1980) и «Волны гасят ветер» (1986). Есть ещё две небольшие повести: «Парень из преисподней» и «Малыш», но по смысловому наполнению они почти ничего не добавляют к тому, что раскрывается в этой последней большой трилогии.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Фильм Бондарчука многие не любят. Однако нельзя не признать, что он бережно обошелся с оригинальным романом


Хронологически «Остров» от «Волн» отделяет почти двадцать лет. И хотя у нас больше знают и любят именно «Остров» за его социальную и политическую актуальность, на мой взгляд, это всё же слабейшая из трёх книг. Поскольку это ещё те самые «классические» Стругацкие — официально приемлемые, ещё не до конца разочаровавшиеся. Но по мере взросления героя авторы ставят перед ним всё более серьёзные проблемы, и всё более мрачными получаются книги.


Книга первая. Мак Сим — сильный, честный, благородный и умный молодой человек, воспитанный в рамках образовательной программы «полуденной» Земли, желает совершить революцию (на самом деле — переворот), чтобы освободить планету Саракш от тирании неизвестных отцов и других тоталитарных режимов. И ему это относительно легко удается.


Книга вторая. Взрослый Максим Каммерер — сотрудник Комкона-2, единственной официальной спецслужбы коммунистической Земли — неожиданно для себя оказывается уже по другую сторону баррикад и должен уберечь родную планету от непонятной технологии «подкидышей» мифической высокоразвитой цивилизации странников. И ему это удается лишь ценой пролитой крови и загубленной жизни несчастного Льва Абалкина.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Стояли звери около двери. В них стреляли — они умирали


Книга третья. Каммерер «Биг-Баг» — начальник отдела Чрезвычайных Происшествий сектора «Урал-Север» сталкивается с поистине неразрешимой проблемой мировоззренческого кризиса земной цивилизации, когда часть человечества XXII века, по сути, превращается в иной вид с иной моралью, психологией и нравственными императивами — в люденов.


Эти постепенные метаморфозы от «Острова» до «Волн» отражают в себе внутренний кризис современного Стругацким советского общества. СССР декларировал, что строит новый совершенный тип общества и создаёт нового, совершенного человека. Однако к концу 80-х «новые люди» неожиданно осознали, что общество, в котором они живут, всё же далеко от совершенства.


Такова метафора люденов Стругацких. Пускай благодаря своей воспитательной теории и процедуре фукамизации все земляне мира «Полудня» беспрецедентно сильны, здоровы, умны и талантливы по сравнению со средним современным человеком, и среди них нашлись уникумы, которые превосходят их настолько же, насколько они превосходят нас. И таким люденам не осталось ничего другого, кроме как строить уже своё собственное новое общество.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Homo ludens (Человек играющий) — последний шанс для человечества?


Стругацкие совершенно точно не любили поздний СССР — в одном из поздних интервью Борис говорит об этом открыто. Но, как и миллионы других людей, они не могли точно предугадать, к каким тяжелым последствиям приведёт политический кризис советского строя, и вряд ли желали того, что случилось в реальности. Главная их заслуга как писателей в том, что они верно показали слом мышления, который произошел у нового поколения советских людей и те вызовы, с которыми столкнулось из-за этого общество.


Куда мы идём


В «Волнах гасят ветер» есть эпизод, который служит эпитафией всему «Полуденному» циклу. Это описание визита Каммерера и его спутников к Леониду Горбовскому — одному из самых популярных персонажей «ранних» Стругацких.


Горбовский уже очень стар даже по меркам Земли XXII века. Он потерял интерес к жизни и готовится умирать. И вместе с ним должен умереть весь оптимизм той эпохи покорения Венеры, первых межзвездных перелетов, первых успехов «прогрессорства» и всех технических и общественных достижений коммунистического человечества, которые превозносили Стругацкие в «официальном» верхнем смысловом слое своих книг. Потому что Горбовский — последний живой свидетель тех героических времен. А новые времена уже не внушают такого оптимизма. И лишь обнаружение люденов смогло вернуть ему желание жить.


Стругацкие начали свой главный цикл как «верные подручные партии, отпетые сталинисты», воспевающие настоящие и будущие успехи советского строя. А закончили его полудиссидентами, предвещавшими скорый закат этого самого строя. Они перечеркнули всё, о чем писали раньше, и оставили нам единственную надежду на новых людей — люденов.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Уже упомянутый выше российский писатель Дмитрий Быков в разборе творчества братьев полагал, что людены уже живут среди нас, незримо создавая предпосылки для действительно нового общества. Он утверждал, что небольшая часть человечества совершит не только технический, но также психологический, интеллектуальный и морально-нравственный скачок, без которого все самые расчудесные современные технологии — это лишь бомба замедленного действия в руках у обезьяны. Большинство же будут медленно деградировать под уютным покровом социальных сетей.


Мне бы очень хотелось верить, что спасение придёт к нам само собой, просто в порядке естественного развития. Но, боюсь, в теории Быкова слишком много интеллигентского самолюбования и старых как мир надежд на то, что «дети исправят наши ошибки».


К тому же, на протяжении нашей истории человечество уже не раз пытались делить по произвольному признаку на избранное меньшинство и «серое большинство» — начиная от платоновского «Государства» и религиозных догматов о спасении души, заканчивая нацистскими теориями XX века. Но никакой реальной, долгосрочной и массовой модели сегрегации на практике реализовано так и не было. На мой взгляд — скорее, к счастью, чем к сожалению.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

В «Волнах» появление нового человека показано эволюционной неизбежностью. Но позднее Борис отказался от такого оптимизма. Кадр из фильма «Гадкие лебеди» 2006 года

Выше я писал, что в конце творческого пути Борис Стругацкий нашел ответ на главный вопрос, который они с братом поставили ещё в «Трудно быть Богом»: кто же способен потянуть роль «человека будущего»? Кому под силу менять миры и людей? Кто не сломается под этой ношей? И вот в 2003 году уже без брата (Аркадий умер в 1991 году) Борис написал последнюю свою книгу — «Бессильные мира сего», которая ставит жирный крест на «люденских» надеждах, описанных в «Волнах».


Никакое воспитание, никакие природные задатки, чудеса медицины и зигзаги эволюции сами по себе не сделают человека люденом. Так что никакой волшебной «палочки-выручалочки» человечеству ждать не стоит. Нужно постоянно и каждодневно трудиться над самим собой. В этом смысл.

Братья Стругацкие: «Полдень» и закат советской утопии DTF, Статья, Книги, Стругацкие, Мнение, Длиннопост

Личная коллекция


История полуденного цикла — это живой пример эволюции литературной вселенной и её авторов. Имена Аркадия и Бориса остались навечно вписанными в историю отечественной литературы не потому, что они как-то особенно удачно предсказали будущее или популяризировали науку. Подобно русским классикам, они обращались к самым глубоким вопросам человеческой души. А фантастические декорации их книг лишь придавали этим поискам ещё большие силу и контраст.


Автор статьи: Сергей Сабуров

Источник: https://dtf.ru/11737-bratya-strugackie-polden-i-zakat-sovets...

Найдены возможные дубликаты

+26

Что-то вспомнил байку, как девочке в школе задали сочинение на тему "Что хотел сказать Автор своим произведением". А вечером к папе этой девочки в гости пришел этот Автор (ну знакомыми они были), и девочка все у него выспросила и описала в своем сочинении.

А на следующий день девочка получила двойку за свое сочинение, потому как по мнению учителя в школе, основанному на мнениях критиков и министерства образования, Автор своим произведением хотел сказать абсолютно другое.

раскрыть ветку 4
+6

Что-то вспомнил байку, как девочке в школе задали сочинение на тему "Что хотел сказать Автор своим произведением". А вечером к папе этой девочки в гости пришел этот Автор (ну знакомыми они были), и девочка все у него выспросила и описала в своем сочинении.

А на следующий день девочка получила двойку за свое сочинение, потому как по мнению учителя в школе, основанному на мнениях критиков и министерства образования, Автор своим произведением хотел сказать абсолютно другое.

Эта "байка", про небезызвестную писательницу Дарью Донцову, которой в детстве дали задание написать сочинение на тему: О чём думал Катаев, когда писал повесть "Белеет парус одинокий“.


Отцом донцовы был писатель Аркадий Васильев, который был знаком с Валентином Катаевым. И Донцова попросила его помочь. В итоге она получила двойку, а учительница написала что Катаев думал совсем о другом)

раскрыть ветку 1
+1

Может двойка за читерство? :)

+3

меня всегда бесили такие темы сочинений. хотя один раз я "пошутил" - в школе писал стихи, а учительница по литературе меня хвалила. на одном открытом уроке на тему 9 мая я хорошо выступил при сборе из обл-центра, а в награду попросил чтобы сочинение написали по моему стиху. потом ухахатывался, слушая мнения.

раскрыть ветку 1
+4

Если это правда, то ты хитрый чертяга

+9

Град обреченный это вещь

раскрыть ветку 13
+3

Попытка к бегству- последнее, что осилил. Слишком много обречённости. Особенно если читать после "Радуги".

"Град" жёстче?

раскрыть ветку 10
+3
Попытка к бегству и радуга они открыто жесткие -- ГГ лезет на стенку кроша зубы и читатель вместе с ним. В Граде больше саспенса и экзистенциальных размышлений.
раскрыть ветку 9
0

Ага, мне тоже очень нравилась.

Но я начала задумываться, а о чём эта книга. И так и не смог определить. Теперь больше перечитывать не тянет.

0
Актуальная до сих пор...
+4

>Ну а интеллигенция, конечно, цитирует «Гадких лебедей»


Одна из моих любимых книжных цитат: "Вы думаете, что если человек цитирует Зурзмансора или Гегеля, то это — о! А такой человек смотрит на Вас и видит кучу дерьма, ему Вас не жалко, потому что Вы и по Гегелю дерьмо, и по Зурзмансору тоже дерьмо. Дерьмо по определению"

раскрыть ветку 3
+2
>Ну а интеллигенция, конечно, цитирует «Гадких лебедей»

ааахххааа. я постоянно, когда речь заходит о выборе блюда на ужин, цитирую, что неплохо было бы отведать миногов. херась я ителлигентный.

такжэ вот никогда не подумал, что мой ник сможет выдать мое происхождение.

раскрыть ветку 2
+1

Это слова автора статьи, я тут не при чём)))

0

Божечки, какое погружение!..

+8

Более бездарного пересказа Попытки к бегству я не читала

раскрыть ветку 6
+9
Человеку и Германовская экранизация ТББ понравилась. И Саул по книге не "продолжил борьбу", а вроде героически самовыпилился об пулетмётчика/автоколонну, не?
раскрыть ветку 5
+4

В книге написано лишь то, что он умер. У него нашли портфель какого-то дофига важного парня из нацистов. Так что, можно сказать, что он продолжил бороться.

Хотя как по мне- он просто психанул и не выдержал мысли, что идеальное будущее не столь идеальное.

раскрыть ветку 3
0

Ты в шары долбишься, извиняюсь? Не написано, что ему понравилась экранизация ТББ. Написано, что она лучше передает дух книги (хоть и под сильным влиянием мнения режиссера), чем более ранняя экранизация.

+17

А по мне так вся статья - наведение тени на плетень.

А и Б всегда великолепно и несравненно держали нос по ветру. Было выгодно - были твёрдыми сталинистами и верными ленинцами. Потом были  строителями социализма в стилях хрущёва и Брежнева. Когда стало выгодно - стали подмешивать грязь в свои произведения. Ну и когда уж соцстрой вообще перестал страшить таких псевдодиссидентов - начали клепать бездарные, но идеологически востребованные горбачёвщиной, яковлевщиной и шеварнднадзщиной произведения, с ушатами говна на свою страну и социализм.

Вот так. История не новая в России и СССР "От Ильича до Ильича - без инсульта и паралича" - как про А и Б сказано.

раскрыть ветку 26
+13
По ветру - не по ветру, а Полдень очень неплохо освещает довольно многие аспекты сверхчеловеческого самосознания, равно как и перехода от просто человека к человеку нового типа. Чем лично для меня и интересен. Хотя трансгуманисты, наверное, смеются.

И да, АиБ родились, выросли и состарились вместе со страной Советов. Аркадий даже умер вместе с ней. Довольно логично, что и творчество их развивалось по вполне человеческому пути от искреннего и наивного детского восхищения чужой идеей до предсмертного равнодушия к любым идеям, пройдя все возможные стадии развития в рамках, заданных окружавшей их действительностью.
раскрыть ветку 1
+3

Ваш взгляд мне тоже понятен.

К сожалению, за мою длинную жизнь довелось наблюдать весьма странные "взросления" вполне талантливых  людей. И почему-то эта смена взглядов всегда помогала им быть в немалой материальной выгоде.

+2
Если бы прочитала Ваш коммент лет 12-15-18 назад, то исплевалась бы. Но. Стала старше, давно разочаровалась в АБС и теперь живу проходя своими кривыми безрадостными дорогами
..
Всё оказалось фантиком. И , в том числе,произведениями очень умных людей. Которые просто по мелким незначительным данным смогли написать Хищные Вещи, про пожрать что-то еще не пожранное и т.п.
раскрыть ветку 1
+1

Вы с самого начала ничего не понимали, поэтому и разочарование ваше это пшик.

0

Хоть "упростить и значит понять", но вы упростили культурный феномен до полного разуплотнения.


Но, похоже, на понимание вас так и не хватило. Попробуйте упростить еще?


"За пайку баланды", например. И мир сразу заиграет для вас новой краской.

раскрыть ветку 2
+1

Гугл-переводчик на связи ?

раскрыть ветку 1
-10
Ты хоть что-то читал, умник?
раскрыть ветку 18
+3

Милок, ещё с бумаги в СССР.

ещё комментарии
ещё комментарии
+2

Вот статья покачественнее:


"Братья Стругацкие как основоположники российского социального расизма"


https://regnum.ru/news/2172111.html


А здесь - про не успевшие воплотиться замыслы, прямо подтверждающие выводы статьи выше: "О замысле "Белого Ферзя" Стругацких" http://jim-garrison.livejournal.com/175330.html


Эти люди оказали гигантское влияние на умы тех, кто затем разрушил страну. Думаю, с течением времени это будет всё более очевидно.

+2

Прекрасно проработанный мир, любовно выписанные персонажи - чего вам еще, привереды?

Весь цикл заходит на ура, исключительно качественные произведения. ИМХО

раскрыть ветку 1
0

Думаю с этим никто и не поспорит. Даже я, крайне скептически относящийся к общему идеологическому посылу последних произведений Стругацких.

+1
В этой статье автор говорит о том, как менялось отношение АБС к Союзу со временем, но молчит о том, как менялся в это время сам Союз и чем вызваны изменения писательских взглядов.
+1
Иллюстрация к комментарию
-1

вот либерастия вводит понятие советская утопия..пидоры..печально(

раскрыть ветку 2
+1

Но ведь она была, эта самая советская утопия, которой не суждено было сбыться.

раскрыть ветку 1
-2

она сбылась и работала поэтому слово утопия не применимо, только если ты не либераст

0

В нашем обществе всегда были малочисленные "людены", которые были более развиты, чем остальные, которые пытались сделать общество лучше, чем оно есть. Но вот такого, чтобы р-р-р-раз - и появилось новое общество - не будет.


Хотя, есть конечно варианты того, как можно переиначить всё человечество. Например - Император и его постройка Империума, который, правда, без лидера знатно подскатился.

0
А можно ссылочку на статью про книги вне полдня?
0
А я вот скоро дочитаю Парня из преисполни, Жука в муравейнике и Волны гасят ветер - и все. А что дальше делать? Как быть без мира Полудня. Уж очень мне нравится эта идеология и такого рода фантастика.
Я как то прочитал Дюну и очень сильно разочаровался, в диалогах, мотивации и «сложностях» которые встают перед богом ГГ.
раскрыть ветку 1
0
0
А как же понедельник и сказки о тройке?
Не давно переслушивал.
раскрыть ветку 1
+1

Так они и не в цикле Полдня, о котором тут речь была.

-11

«Пикник на обочине» — прообраз компьютерной игры S.T.A.L.K.E.R.

Дальше читать не стал.

раскрыть ветку 31
+6
Что не так?
раскрыть ветку 20
-4

в сталкере кроме артефактов и зоны с аномалиями нихуя от пикника нет

раскрыть ветку 10
-4
Все не так. Человек, написавший подобное, не просто не понял, о чем писали Стругацкие, а даже не удосужился ознакомить с их творчеством.
раскрыть ветку 8
+2
Концепция зоны с мутантами и последствиями опасных научных экспериментов скорее взята из рассказа "Забытый эксперимент".
раскрыть ветку 1
0
Хотя бы так. Тут хоть какая-то логическая связь прослеживается.
+1

Но ведь всё правильно. Взяв её за основу и переделав под современность- получили одну Зону с аномалиями, накинули мутантов и комнату заменили на Монолит.

раскрыть ветку 7
+2
Какую комнату? Где там в книге комната? Не надо путать Пикник (книга) и Сталкер (фильм). В фильме от книги осталось чуть менее, чем ничего. А игра вообще не о том, о чем писали Натановичи. Единственное, что их роднит - два слова "Сталкер" и "зона".
раскрыть ветку 5
0

все смешалось... какую комнату? комната это у Тарковского в фильме была, который тоже с повестью ни чего общего по сути не имеет) а в книге был золотой шар.

-10

Я не читал их книги, Но статья сама по себе очень хорошо и интересно написана, поэтому и запостил.

раскрыть ветку 22
+5

Трудно быть богом - это настоящий шедевр. Главное пересилить себя и прочитать первые несколько глав. Я начинал эту книгу читать раза три, а потом случайно наткнулся на аудиоспектакль, прямо на место диалога Буддаха и Руматы. Именно из-за этого размышления - "что бы Вы сказали богу" - я осознал ценность книги.

Волны очень похожи на сухую выдержку. Отчёт о лабораторных исследованиях. Но в то же время в этой сухости, казённом языке есть тоже своя прелесть.

Парень из преисподней - тоже очень нравится. Своя жестокость попаданца из несколько отсталого мира в мир "развитых людей". Как он старается понять всё, но в то же время имеет свою цель - вернуться. "Змеиное молоко" - одно из редких моих ругательств оттуда. Так же как и массаракш.

раскрыть ветку 9
+2

Парень из преисподней- вторая книга от Стругацких, которую прочитал (после Трудно быть богом- подкупило название). До этого- сталкеры в огромных количествах.

И по моему, ТББ- это чистой воды классика: написана простым языком, но если вчитываться разбирая каждую сцену- даётся достаточно сложно.

Но блин, как уже писал- ничего не сравнится с их "Радугой" и "Попыткой к бегству".

Попытка к бегству- обязательно читать после "Парня из преисподней". Если не ошибаюсь- "Парень" жил во время первой мировой, а ГГ "Попытки"-  *Спойлер* во время второй мировой. И их взгляды на современность кардинально разные.

раскрыть ветку 8
+4

Ощущение, что статья содрана из учебника лохматых годов. До неприличия плоско и однобоко.

раскрыть ветку 4
+1

Ну не знаю. Мне было интересно прочитать данное мнение. Если для Вас оно "плоско и однобоко", то может быть Вы можете найти время и силы в себе, чтобы написать более "глубоко и многогранно"? Уверен, не мне одному было бы интересно прочитать и Ваше мнение на этот счет.
А если желания писать самому у Вас нет - то Ваш комментарий не стоит того времени, что Вы потратили на его написание.

-6

Ваш комментарий имеет ту же характеристику, что вы дали статье.

раскрыть ветку 2
ещё комментарии
+3
Статья написана бездарным популистом.
раскрыть ветку 1
0

не сказал бы, совсем не сказал.

0
Как, не любишь подобный жанр или руки не доходили?
ещё комментарии
ещё комментарии
Похожие посты
96

"Трудно быть богом" братья Стругацкие

"Трудно быть богом" братья Стругацкие Книги, Стругацкие, Научная фантастика, Отзывы на книги, Фантастика, Повесть

За свой творческий путь братья Стругацкие написали множество потрясающих произведений, многие из которых по праву являются классикой фантастики, в том числе и повесть "Трудно быть богом". События книги происходят вокруг резидента с Земли 22 века Антона, работающего под прикрытием на планете, чьё население представляет собой средневековое человечество. Резиденты работают над изучением и корректировкой истории, все они являются практически богами среди людей. Книга заставляет задуматься читателя о морали истории человечества и о том является ли человек без человечности личностью или животным, имеющим только инстинкты и живущий лишь потребностями. Именно с неё началось моё знакомство с творчеством Аркадия и Бориса Стругацких, невероятно атмосферная и интересная история дона Руматы подарила мне удивительное приключение в мир повести. Данное произведение является философским и поднимает много важных вопросов, например вопрос о человечности и религии. Я советую прочитать "Трудно быть богом", ведь в этой повести каждый может найти что-то своё, в ней есть и приключения, и любовь, и ,конечно же, интереснейшие мысли авторов, голосами которых с читателем общается дон Румата.


телеграмм: https://t.me/libraryfictionwriter

Показать полностью
66

Жук в муравейнике сегодня

«... в эпохи глобальных катастроф цивилизации выплескивают на поверхность бытия всю мерзость, все подонки, скопившиеся за столетия в генах социума. Формы этой накипи чрезвычайно многообразны, и по ним можно судить, насколько неблагополучна была данная цивилизация к моменту катаклизма, но очень мало можно сказать о природе этого катаклизма, потому что самые разные катаклизмы – будь то глобальная пандемия, или всемирная война, или даже геологическая катастрофа – выплескивают на поверхность одну и ту же накипь: ненависть, звериный эгоизм, жестокость, которая кажется оправданной, но не имеет на самом деле никаких оправданий…»

Отрывок из книги Стругацких «Жук в муравейнике». Вполне описывает сегодняшнюю ситуацию в мире.

557

Ответ на пост «Прекрасное далёко. Мир Полдня» 

Сначала начал писать комментарий, но Пикабу сказал, вы слишком много пишите, пилите пост-ответ. Как говорится, афигеть, дайте две (есть такой смешной анекдот). Так вот.

Ответ на пост «Прекрасное далёко. Мир Полдня» Стругацкие, Книги, Фантастика, Обзор книг, Футурология, Ответ на пост

Как правило, говоря о Стругацких, неискушенный народ вспоминает Мир Полудня и кривит моську, да там, мол, про светлое коммунистическое будущее, такое читать зашкварно, мы лучше по вселенной вархаммера почитаем или какую-нибудь херню про попаданцев.

Но на самом то деле Стругацкие начинали с идеализированного Мира Полудня и был он таковым светлым всего в паре-тройке повестей.


А потом авторы медленно, тяжело, но методично терзали его, экспериментировали над ним и заживо хоронили.


Как только братья отвлеклись от описания мира и перешли к людям из этого мира, выяснилось, что человеки с нынешним менталитетом не смогут существовать в прекрасном будущем. (Для тех, кто понимает, о чем я, отмечу, что их произведения это не постмодернизм, не кривляние на костях шедевров мировой литературы, не какая-нибудь постирония, а живое ясное исследование потемок человеческой природы, как у классиков).


Человек будет действовать исходя из личной выгоды или как трус (Далекая Радуга), полиция всегда будет полицией (Жук в Муравейнике), труъ-коммунист забудет, что он коммунист, наевшись дерьма (Трудно быть богом), а угроза эволюции запустит истерику  (Волны гасят ветер).

Поэтому в Мир Полудня уже тогда врывались такие произведения как "Гадкие Лебеди" (человечество спасут дети и мутанты), Хищные вещи века (этот ваш коммунизм завалится, потому что дрожка лучше труда), Улитка на склоне (прогресс это не рабочий с молотом и не крестьянин с серпом, прогресс это неведомая йобаная херня, которая не заметит ваш строй, идеологию и ваше воинство, а сражаться с ним может только абсурдная машина бюрократии), прогресс потребует жертв, надо закапываться в песок (За миллиард лет до конца света), при выборе между развитием и сытостью, второе выбирается любой ценой (Второе нашествие марсиан( и т. д.).


Поэтому Стругацкие, покончив с Миром Полудня вышли на новый эпичный уровень творчества, до которого мамкины любители ЛитРПГ обычно и добираются. Достаточно почитать отзывы к произведениям поздних Стругацких, чтобы уяснить, как народ читает нынче книги и видит в них фиги, фиги, фиги и стивенкинглучше.


А братья сначала поставили вопрос "что происходит" (Град Обреченный), сделали грустные выводы и пошли пилить новый вариант Мира Полудня. Они даже позвали на помощь Иисуса Христа (Отягощенные Злом), но тот оказался бессилен впихнуть невпихуемое - современный человек и счастье-для-всех-даром это из области фантастики. И они оставили только одну надежду, надежду на перевоспитание. Что однажды появятся учителя (не из богов, а из людей), которые заронят семена светлого будущего и воспитают качественно новых человеков, которые в свою очередь и начнут строить какое-то новое светлое будущее, точно не похожее на предложенные ранее варианты как самих авторов, так и всех мастей политиков и идеологов тысячелетия.

Показать полностью
279

Прекрасное далёко. Мир Полдня

Многие советские фантасты пытались нарисовать притягательный и непротиворечивый образ коммунистического будущего. У кого-то получалось хуже, у кого-то лучше, однако все эти миры оказались похоронены под обломками Советского Союза. Исключением стала вселенная, созданная фантазией братьев Стругацких. Писатели исходили из предположения, что в утопическом мире будущего будут жить «почти такие же» люди, как и сегодня, но чуть более воспитанные, более трудолюбивые и более добрые. Мир Полдня отразил бытовавшую в 1960-х надежду на скорое наступление лучших времен и превратился в идеал для трех поколений читателей. Конечно, популярности этой утопии во многом способствовали литературный талант авторов и их желание обсуждать самые острые проблемы человеческого бытия. Однако Мир Полдня перерос литературную основу и до сих пор остается одной из наиболее обсуждаемых в нашей стране фантастических вселенных.


Мы писали Мир-в-котором-нам-хотелось-бы-жить… В нашем понимании это мир, в котором высшим наслаждением и источником счастья является творческий труд. Все прочее вырастает из этого принципа. И люди там счастливы, если им удается этот главный принцип реализовать. Дружба, любовь и работа — вот три кита, на которых стоит счастье тамошнего человечества. Ничего лучше этого мы представить себе не могли, да и не пытались.

Борис Стругацкий

Межпланетный коммунизм


Первым текстом, который принято относить к Миру Полдня, стала большая научно-фантастическая повесть «Страна багровых туч» (1959), посвященная путешествию фотонного планетолета «Хиус» на Венеру. Космический корабль отправляется 18 августа 1991 года из Союза Советских Коммунистических Республик (ССКР). Мы не знаем, каким образом коммунизм одержал победу над капиталистическими станами, однако из текста явственно следует, что эта форма общественного устройства распространилась далеко за пределы Советского Союза, охватив страны Восточной Европы и Китайскую Народную Республику, ставшую главным стратегическим партнером ССКР.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Художник: Юрий Макаров


Фотонный планетолет представлял собой принципиально новый космический корабль, созданный под руководством Государственного комитета межпланетных сообщений при Совете Министров (ГКМПС) — очень влиятельной организации, занимающейся освоением Солнечной системы. ГКМПС запустил первые лунные ракеты, основал колонию на Марсе и совершил прорыв к венерианской Урановой Голконде — открытому месторождению радиоактивных руд. И новый космический корабль, и Голконда дают комитету возможность выйти на новый уровень межпланетных сообщений, это «ключ к большим планетам».


Космическая экспансия ширится. Из первых глав составной повести «Возвращение (Полдень, XXII век)» (1962) мы узнаем, что уже к пятидесятилетию запуска Спутника, в 2007 году, в Первый межзвездный полет отправляется прямоточный фотонный корабль «Хиус-Молния» под командованием опытного космонавта Василия Ляхова. Однако фотонные звездолеты слишком медленны, а потому реальное освоение Галактики начинается только после открытия «Д-принципа» («деритринитация»), когда корабль при достижении субсветовой скорости буквально «прокалывает» пространство.


Из более поздних произведений: «Попытка к бегству» (1962), «Далекая радуга» (1963), «Трудно быть богом» (1964), «Обитаемый остров» (1968), «Малыш» (1971), «Парень из преисподней» (1974), «Жук в муравейнике» (1979) и «Волны гасят ветер» (1985) — мы узнаем, что на смену «Д-космолетам» пришла «нуль-транспортировка», сделавшая в 22 веке космос вторым домом для человечества. Теперь любой совершеннолетний землянин может сдать соответствующий экзамен, вступить в Группу свободного поиска (ГСП), получить в свое распоряжение самый новый звездолет и отправиться куда угодно.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

К тому времени изменился и сам человек. На Земле больше нет отдельных стран и межгосударственных границ, все ее жители — убежденные коммунисты. А еще они с детства проходят так называемую «биоблокаду» («фукамизацию»), которая «многократно повышает способность организма адаптироваться к таким физическим агентам внешней среды, как жесткая радиация, неблагоприятный газовый состав атмосферы, высокая температура»; человек становится устойчив к ядам и любым вирусам, у него регенерируют поврежденные внутренние органы, расширяется спектр восприятия окружающего мира. Фактически перед нами — совершенно новый человек, избавленный от многих проблем, физически и духовно здоровый. Какие мотивы могут двигать таким человеком? Что не дает ему успокоиться и почивать на лаврах прогресса? Стругацкие дали простой и однозначный ответ: успокоиться и почивать не позволит неиссякаемое любопытство, присущее человечеству как виду. Главной движущей силой объединенного человечества станет постижение тайн Вселенной. И на этом пути его будут ждать самые удивительные открытия.


Общество и институты


Общественное устройство Мира Полдня можно определить как развитую коммунистическую технократию. Руководит объединенным человечеством Всемирный (Мировой) Совет — выборный законодательный и исполнительный орган власти, куда входят известные ученые, философы, историки, 60% составляют самые уважаемые в Мире Полдня специалисты — учителя и врачи. Как правило, Всемирный Совет занимается лишь глобальным планированием, на местах вопросы решают малые Советы. Распределением ресурсов и специалистов занимаются Совет Экономики, Совет Космогации и Мировая Академия Наук. Определенной независимостью пользуются колонии вне Земли и в отдаленных районах с суровыми климатическими условиями. Огромное влияние имеют профессиональные союзы: Учителя, Агротехники, Физики, Десантники, Следопыты, Прогрессоры, Охотники, Океанологи… У них собственные выборные органы власти, символика, школы, базы, научно-исследовательские центры. В быту принято обращаться друг к другу по специальности: «механик Иванов», «агроном Сидоров». Обращение «товарищ» используется только при разговорах с незнакомыми людьми.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Космодром Мирза-Чарле


В Мире Полдня существуют и спецслужбы. Так, после первых встреч с инопланетными расами Следопыты, занимавшиеся поисками «братьев по разуму», создали Комиссию по контактам (КОМКОН), в задачи которой входит не только координация всех контактов с инопланетянами, но и военная разведка. После обнаружения цивилизаций, которые обладали высокими технологиями (такими как ядерное оружие и психотронные генераторы на Саракше), но находились на низкой ступени социального развития, допускавшей ведение империалистических войн, возникла необходимость в новом органе. Им стал Совет Галактической Безопасности, который впоследствии основал институт «прогрессорства». Земляне начали активно вмешиваться во внутренние дела «отсталых» планет, стремясь как можно быстрее привести их к коммунизму.


Опасность для людей и окружающей среды могут представлять и различные масштабные эксперименты. Например, в ходе одного из них, проводимого в Массачусетском технологическом институте, на Земле едва не возникла враждебная машинная цивилизация («Массачусетский кошмар»). Изначально за экспериментами наблюдали Совет Новых Открытий и Исследовательский надзор; позднее, с развитием технологий и появлением новых возможностей по преобразованию мира, понадобились более суровые методы. Так возникла Комиссия по контролю (КОМКОН-2), которая действует в прогрессорском духе, не брезгует сбором агентурной информации и не останавливается перед применением насилия.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Дети Мира Полдня мечтают о космических полетах


Жизнь рядового землянина складывается из нескольких этапов. После появления на свет он около года опекается родителями, после чего поступает в интернат, где им уже занимаются опытные педагоги и педиатры. Задача Учителей — не просто вырастить разностороннего и здорового человека, но и выявить его таланты. Учитель фактически выдает подростку «путевку в жизнь», определяя сферу его будущей деятельности. После интерната молодой человек переводится в школу одного из профсоюзов, где попадает под контроль Наставника, который должен не просто преподать ему азы выбранной профессии, но и повлиять на окончательное формирование личности полноценного гражданина. После окончания школы и стажировки молодой человек получает все возможности для развития своего потенциала и продвижения вверх по карьерной лестнице, вплоть до звания члена Всемирного Совета. Система воспитания иногда дает сбои: в повести «Жук в муравейнике» описана ситуация, когда под давлением «комконовцев» из талантливого зоопсихолога Льва Абалкина сделали Прогрессора, что привело к трагическому исходу.


В Мире Полдня нет частной собственности — только личные вещи, которые обычно умещаются в одном чемодане. Машину, вертолет, глайдер или птерокар берут на ближайшей стоянке, хотя придирчивый эстет имеет возможность оформить спецзаказ. Обедать люди будущего предпочитают в кафе и ресторанах, а жить — в пригородных коттеджах. Личные резиденции с персональным обслуживанием полагаются только членам Советов. Работа не занимает много времени, хотя граждане Полдня привыкли изнурять себя трудом, ведь он доставляет им подлинное наслаждение.


Киберы и самодвижущиеся дороги


Жизнь землян в 22 веке значительно облегчает развитая кибернетическая инфраструктура, основанная на микроэлектронике и биоинженерии. Земля буквально кишит всевозможными киберами: как автономными, так и управляемыми через служебные сети Большого Всемирного Информатория (БВИ). Киберы работают дворниками, садовниками, поварами, прачками, грузчиками. Они компактны, подзаряжаются от сети, солнечных батарей или путем переработки бытовых отходов; предусмотрена многофункциональность путем замены манипуляторов. Производят киберов роботизированные самопрограммирующиеся и самовосстанавливающиеся заводы, которые поддерживают их численность на определенном уровне. Заводы почти не требуют присмотра: по 3-4 часа в сутки инженеры проверяют статистику производства, эффективность выполнения заложенных программ. Уникальные киберы и роботизированные системы для выполнения узкоспециальных задач (например, для изучения малопригодных для жизни планет или дна океана) производятся непосредственно в институтах и лабораториях для обеспечения собственных нужд или по спецзаказам.Самый величественный продукт биотехнологий — самодвижущиеся дороги, опутавшие всю планету. Это квазиживые ленточные механизмы, способные запасать энергию и расходовать ее по необходимости; они «дышат» воздухом, удаляя из него вредные примеси и выделяя кислород. Благодаря самодвижущимся дорогам удалось снизить вред, нанесенный природе промышленными революциями предшествующего периода.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

На самодвижущейся дороге


Киты и агрокомплекс

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Китовые пастухи за работой


За счет того, что серийное производство полностью передоверено автоматам, в Мире Полдня достигнуто товарное изобилие. Слово «голод» давно исчезло из лексикона. Высокой урожайности способствует глобальное воздействие на климат: каждая крупная зерновая фабрика может устанавливать на своей территории наиболее благоприятные климатические условия. Селекционеры добились значительных успехов, выводя животных с заданными свойствами. Произошло своего рода слияние гастрономии и аграрного сектора. Так, на фермах было получено «мясо, которое не требовало специй, мясо, которое не нужно было солить, мясо, которое таяло во рту, как мороженое, спецмясо для космонавтов и ядерных техников, спецмясо для будущих матерей и даже мясо, которое можно было есть сырым».


Наиболее интересно выглядит хозяйственная деятельность в океанах. Китов выращивают и пасут, как коров. Для их кормления планктоном разных видов засеиваются огромные площади. Глубины океана, впрочем, освоены довольно плохо (главные ресурсы и самых энергичных людей забирает космическая экспансия), а потому на откормленных китов периодически совершают нападения гигантские головоногие. Китовые пастухи отстреливают «волков океана» беспощадно, из-за чего чуть не случилась экологическая катастрофа: спруты и кальмары были практически истреблены, а вместе с ними на грани вымирания оказались и кашалоты. Сотрудникам Океанской Охраны пришлось принять срочные меры, чтобы исправить положение.


Люди будущего


В Мире Полдня на Земле и других планетах проживает пятнадцать миллиардов человек. Биографии отдельных представителей будущего подробно описаны в повестях Стругацких. Вот некоторые из них.


Леонид Андреевич Горбовский


Родился в 2036 году. Член Всемирного Совета, профессиональный звездолетчик, десантник. Налетал «более пятидесяти парсеков и побывал на десятке лун и планет». Горбовский любит спрашивать окружающих: «Можно я лягу?» — объясняет он свое желание полежать тем, что «бессмысленные движения руками и ногами неуклонно увеличивают энтропию Вселенной».

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Современники воспринимают Горбовского как живую легенду, человека великой эпохи, когда межзвездная навигация только начиналась. Еще его называют «дедушкой Горбовским» и «самым добрым человеком» — ему приписывают фразу: «Из всех возможных решений выбирай самое доброе».


Геннадий Юрьевич Комов


Родился в 2104 году. Член Всемирного Совета, доктор наук в области ксенопсихологии, следопыт. Один из создателей КОМКОНа, один из первооткрывателей гуманоидной расы на планете Леонида. Руководитель экологической группы по терраформированию планеты Ковчег. Автор теории вертикального прогресса.


Михаил Альбертович Сидоров (Атос)


Родился в 2104 году. Сверстник и соратник Геннадия Комова. Профессиональный биолог, десантник. Позднее — президент сектора «Урал-Север» КОМКОНа-2.


Максим Каммерер (Мак Сим, Биг-Баг, Белый Ферзь)


Родился в 2137 году. Бывший сотрудник ГСП, агент Совета Галактической Безопасности на Саракше, один из первых Прогрессоров. Позднее — оперативный работник КОМКОНа-2, начальник отдела ЧП сектора «Урал-Север» КОМКОНа-2.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Рудольф Сикорски (Странник)


Родился в 2075 году. Член Всемирного Совета, резидент Совета Галактической Безопасности на Саракше, один из создателей и многолетний руководитель КОМКОНа-2. С его именем связывают так называемый «синдром Сикорски» — панический страх перед инопланетным вторжением.


Савел Петрович Репнин


Точный год рождения неизвестен, но до начала Второй мировой войны. Одна из самых загадочных личностей в истории 22 века. Был командиром Красной Армии, в 1943 году взят в плен под Ржевом, попал в концентрационный лагерь, после чего необъяснимым образом перенесся на два века вперед — в Мир Полдня. В системе ЕН 7031 находится планета, названная Саулой в его честь. Возможно, Репнин был метагомом (люденом).


Планеты и инопланетяне


С установлением межпланетных, а затем и межзвездных сообщений земляне открыли и освоили множество планет. Марс и Венера были в 22 веке полностью терраформированы. На других планетах развернули передовые исследовательские базы, курорты, охотничьи заказники и даже плантации по выращиванию особого сырья для создания гастрономических шедевров.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Прыжок марсианской пиявки — это страшно!


Едва проникнув в космос, земляне обнаружили искусственные артефакты древней инопланетной расы, названной позднее Странниками. Фобос оказался орбитальной станцией, на Марсе нашли руины городов, в кольце Сатурна — еще одну станцию. Аналогичные находки были сделаны на планете Владислава.


Проникая в глубь Вселенной, Следопыты находят все больше свидетельств активной деятельности Странников. Это и боевой робот на орбите планеты Ковчег, на которой, между прочим, обитает загадочная негуманоидная цивилизация. Это и автоматизированная дорога на планете Саула — местные аборигены пытаются использовать машины Странников в своих целях. Наиболее крупным из известных вмешательств Странников в дела других цивилизаций стала эвакуация гуманоидов планеты Надежда.


Существует несколько версий о происхождении и сущности Странников. Считается, что это самая древняя раса во Вселенной, проявившая себя еще в те доисторические времена, когда материя была «примитивна». Таким образом, по отношению к нам Странники — это «существа, живущие в пустоте, далекие от нас, медлительные и величественно-равнодушные». При этом, однако, за миллиарды лет эволюции они овладели «полнейшей властью над материей без машин».


Обнаружив слаборазвитые гуманоидные цивилизации, земляне занялись прогрессорской деятельностью на планетах Саракш, Гиганда и Панта. С равными по возможностям цивилизациями установлены дипломатические отношения. На Земле имеются официальные представительства леонидян, тагорян и голованов (разумных киноидов с Саракша). Иногда на Землю наносят визиты наиболее «продвинутые» представители слаборазвитых рас, так поступил однажды легендарный Колдун — лидер радиоактивных мутантов Саракша.

Прекрасное далёко. Мир Полдня Стругацкие, Книги, Фантастика, Длиннопост, Мир Полудня

Встреча с представителем сверхцивилизации — может быть, это Странник?


Среди планет с жизнью, но «без разума» следует выделить Пандору. Это мир с плотной атмосферой, покрытый влажными джунглями, которые прямо-таки кишат всевозможными и смертельно опасными хищниками. Там можно встретить беспощадного ракопаука и гигантского тахорга. Пандора стала излюбленным местом биологов и охотников. Со временем на ней соорудили популярный курорт. Однако есть сведения, что в глубинах джунглей скрывается цивилизация амазонок, сумевших подчинить себе биосферу планеты, превратив ее в послушный многофункциональный механизм.


Людены и вертикальный прогресс


В течение 22 века жизнь на Земле менялась мало, все силы уходили на расширение человеческого присутствия в космосе и на прогрессорскую деятельность. Однако «золотой век» относительной тишины и спокойствия должен был когда-нибудь закончиться. Об этом много думала группа молодых интеллектуалов во главе с Геннадием Комовым. Их размышления оформились в Теорию вертикального прогресса. Суть ее в том, что, выйдя во Вселенную, землянин неизбежно станет галактическим человеком с другой психологией, «с иными законами существования, с иными целями существования».


В конце 22 века теория вдруг получила неожиданное подкрепление в виде практики: КОМКОН-2 выяснил, что на Земле действует сплоченная группа людей с экстраординарными способностями, которые называют себя метагомами или люденами. Фактически людены — это новый подвид людей, сумевший инициировать «третью сигнальную систему» и обрести способности галактического человека (или даже Странника). К сожалению, люденом может стать далеко не всякий. Раскол человечества на два подвида привел к потрясению, последствия которого из 22 века трудно оценить…

* * *

Многие современные комментаторы по-новому интерпретируют утопию Стругацких. Дескать, Мир Полдня антиутопичен, он фашистский или даже апокалиптический. Но признайтесь, положа руку на сердце: вам совсем не хотелось бы жить в таком мире?..


Автор статьи Антон Первушин

Иллюстрации И. Ильинского, Ю. Макарова, Е. Мигунова, Л. Рубинштейна.

https://www.mirf.ru/book/mir-poldnya

Журнал "Мир фантастики"

Показать полностью 10
419

Как Анджей Сапковский придумал мир «Ведьмака»

Анджей Сапковский родился 21 июня 1948 года в польском городе Лодзь, где живёт до сих пор. О ранней жизни писателя известно очень мало: некоторыми подробностями он лишь иногда делился в интервью. Так стало известно, что его отец хорошо знал иностранные языки и приучал к ним сына с детства. Благодаря этому Сапковский умел бегло читать на немецком и на русском уже в 14-15 лет.


О карьере писателя Сапковский не мечтал. Долгое время он вообще не планировал связывать свою жизнь с книгами. Вместо этого он благодаря отличному знанию иностранных языков поступил на факультет внешней торговли в местном Лодзинском университете.


После этого 20 лет будущий автор «Ведьмака» работал по специальности: ездил в заграничные командировки, продавая кожу, меха и текстиль. По его словам, профессия помогала развивать языковые способности и навыки.


Конечно, сфера его интересов не ограничивалась одной торговлей. С детства он читал много книг. Впоследствии он даже называл журналистам целый список авторов, с произведениями которых он знакомился в разные периоды жизни, часто не используя переводы.


Например, будучи ребёнком он читал Гюго, Верна, По, Твена и Киплинга, в подростковом возрасте — Хемингуэя, Толстого, Лема, Ремарка и Стругацих, а в юности — Толкина, Лавкрафта, Булгакова, Азимова, Эко, Пратчетта и Кинга. Разумеется, этими именами дело не ограничивалось.

Как Анджей Сапковский придумал мир «Ведьмака» Анджей Сапковский, Ведьмак, Книги, DTF, Длиннопост

В шестидесятые он также увлекался комиксами, с которыми познакомился благодаря французскому еженедельнику Vaillant. Кроме того, писатель читал английские Eagle, Valiant и бельгийский комикс про Тинтина. Однако увлечение это продлилось недолго: по словам автора, когда дело доходило до траты денег, то он предпочитал покупать книги. Мангу, кстати, Сапковский тоже читал, а познакомился с этим видом искусства в конце 70-х и начале 80-х во время путешествий в Японию.


В то время Сапковский и сам пробовал иногда писать небольшие произведения. По его словам, в молодости он сочинил множество стихов, которые посвятил девушкам, но ни одно из них не было опубликовано. Среди других его работ есть новелла под названием «Маленькая охота» (1972 год), изданная в небольшом польском журнале, и рассказ «Стальноголовый», за который писатель получил приз на небольшом местном конкурсе.


Также он занимался переводами: в польском журнале «Фантастыка», например, публиковался его перевод рассказа американского автора Сирила Корнблата «Слова Гуру». Именно с этим журналом впоследствии оказался связан старт его писательской карьеры.


Началось всё в 1986 году. Годом ранее издание объявило конкурс небольших рассказов, объёмом не больше 30 страниц, о котором будущему писателю рассказал его сын. Они поспорили, что Сапковский-старший сочинит небольшую историю и выиграет главный приз. Как давний фанат фэнтези, он решил написать работу в этом жанре. Однако за этим решением скрывалась не только любовь к подобной литературе.

Как Анджей Сапковский придумал мир «Ведьмака» Анджей Сапковский, Ведьмак, Книги, DTF, Длиннопост

Первый рассказ о ведьмаке, опубликованный в журнале «Фантастыка»


Сапковский рассчитывал, что многие участники напишут научно-фантастические рассказы, а он представит историю, отличную от остальных — и без труда займёт первое место. Будучи профессиональным продавцом, он прекрасно понимал, что в те годы фэнтези было популярно среди польских читателей. Также он знал, какая именно история может понравиться публике. Хотя критики в стране не разделяли этой любви: они считали жанр глупым и детским.


Однако будущий писатель ошибся: фэнтези-рассказы написало больше половины участников. Но Сапковскому всё-таки удалось выделиться из толпы. По его словам, многие авторы мало что знали о жанре и смогли придумать лишь заурядные истории о добре и зле. Сам же он решил пойти другим путём и адаптировать польскую сказку о бедном сапожнике, который убивает дракона, привнеся в неё элементы реализма и мрачности.

Это всё ложь. Нищие сапожники делают хорошую обувь, а не убивают монстров. Солдаты и рыцари? В большинстве своём они идиоты. Священники же хотят только получать деньги и спать с несовершеннолетними. Кто будет убивать монстров в таком случае? Профессионалы. Вы не обращаетесь с таким делом к ученику сапожника: вам нужен профессионал. И тогда я придумал одного такого.

Анджей Сапковский

писатель

Он назвал небольшую историю «Wiedzmin», которая позднее стала известна как «Ведьмак» и «The Witcher». Сапковский прекрасно понимал, что написал хороший рассказ, и рассчитывал на победу. Впрочем, он получил не первое место, а лишь третье. Помимо этого, ему причитался гонорар за публикацию «Ведьмака» в журнале.


Наверняка после этого он бы и закончил писательскую карьеру, если бы короткая история не привлекла внимание читателей: в своих письмах они начали просить автора написать больше о приключениях Геральта. Позднее Сапковский резко высказывался о ситуации с конкурсом.

Они думали: «Это — лучшая история. Но так как она написана в жанре фэнтези, то давайте дадим ей третье место». Судьи — это судьи, они по большей части предвзяты. Но публика… Влияние «Ведьмака» на польских фанатов было огромным, абсолютно невероятным. И все говорили: «Ещё, ещё, ещё». Что мне оставалось делать? Если есть спрос, то должно быть и предложение.

Анджей Сапковский

писатель

Следующие несколько лет он работал над другими историями в мире «Ведьмака». Когда рассказов набралось достаточно, польское издательство SuperNowa опубликовало их в 1992 и 1993 году в двух сборниках, связанных едва заметным общим сюжетом — «Последнее желание» и «Меч предназначения».


Примерно в то же время Сапковский лишился работы в торговле. Это случилось внезапно: он пришёл однажды утром на рабочее место и узнал, что фирма обанкротилась. Перед писателем встал выбор: искать новую профессию или же окончательно связать жизнь с литературой.

Как Анджей Сапковский придумал мир «Ведьмака» Анджей Сапковский, Ведьмак, Книги, DTF, Длиннопост

Так как карьеру с нуля начинать не хотелось, то Сапковский решил попробовать стать писателем, пусть ситуация на польском книжном рынке в те годы казалась не очень радужной. Чтобы жить на прибыль с продаж, обычному польскому автору, чьи произведения издавались стандартными тиражами (7-10 тысяч копий), требовалось писать по три книги в год, что, конечно же, было практически невозможно. Но Сапковский решил рискнуть.


Анджей Сапковский не стал ограничивать себя рамками отдельных рассказов, пусть и связанных общей сюжетной линией. Он задумал нечто масштабное, нечто дерзкое, что было невозможно представить в условиях польского книжного рынка — писатель решил создать собственную большую сагу.


В эту задумку не верил никто: в стране хорошо продавались произведения ведущих зарубежных авторов, но выпускать книгу в жанре фэнтези от местного автора издательству было рискованно.


К счастью, к числу этих компаний не относилась SuperNowa. Издательство было готово продолжить сотрудничество с писателем после успешного выпуска двух предыдущих произведений. Сапковский сразу решил, что будет публиковать новые книги раз в год: ему не хотелось заставлять фанатов долго ждать. Во многом на это повлиял его собственный опыт.


Когда Сапковский ещё работал продавцом и ездил в командировки, то часто заходил в книжные магазины и спрашивал, есть ли в продаже новый том «Хроник Амбера» Роджера Желязны. А если книги не было, то очень расстраивался. Поэтому своих поклонников автор хотел уберечь от похожей фрустрации.

Я знаю, что это нехорошо, но я хочу быть честным с читателем. Хочу, чтобы он был уверен: осенью обязательно выйдет следующий том. Я сам, когда приехал в Канаду и не нашёл очередную книгу из «Хроник Амбера», очень возмущался. Кричал: «Что Желязны там делает, водку хлещет что-ли? Почему не написал ещё?».

Анджей Сапковский

писатель

Сапковскому удалось придерживаться строгого графика: с 1994 по 1997 год он выпустил четыре книги о Геральте и Цири. Последняя часть цикла («Владычица озера») всё-таки задержалась и вышла в 1999-м. Тогда фанаты, не получив в срок завершение саги, забили тревогу: например, пошли слухи, что готовую книгу украли для публикации под другим именем.


Серия сделала Сапковского сверхпопулярным автором на родине. Он был одним из пары-тройки польских писателей, чьи книги публиковались тиражами примерно в 20 тысяч копий (о точных цифрах сам автор никогда не распространялся). Поэтому, в отличие от многих коллег, работавших по совмещению, Сапковский мог прожить на литературные гонорары.

Как Анджей Сапковский придумал мир «Ведьмака» Анджей Сапковский, Ведьмак, Книги, DTF, Длиннопост

В соседних странах автора тоже любили — особенно в России. Но далеко не всегда эта любовь приносила дивиденды писателю. Например, он рассказывал, что русские издательства заинтересовались «Ведьмаком» уже после пары рассказов. Ему присылали договоры на публикацию в российских журналах, но частенько никаких гонораров он за это не получал. Впрочем, нечестные бизнесмены встречались и в других странах.

Наконец, я перестал реагировать на эти предложения. Я ведь профессионал и таким образом зарабатываю на жизнь. Вообще, по-моему, безгонорарное издание возможно, если никто не получает никаких денег. Если же кто-то зарабатывает, а я нет, то это аморально.

В Польше тоже есть издательства, которые меня надули. Их руководители рассуждали так: «Я должен забрать свои деньги, мой заместитель — тоже, уборщица — тоже, а автор… чёрт с ним!». Чехи меня тоже однажды надули на несколько тысяч долларов.

Анджей Сапковский

писатель

Полноценно прийти на российский рынок писателю удалось благодаря Гарри Гаррисону, книги которого хорошо продавались в стране, а сам автор стабильно получал за них гонорары. Тот свёл Сапковского с агентом Александром Корженевским, а он уже помог заключить автору «Ведьмака» постоянный контракт с издательством АСТ.


Также у цикла появился и переводчик — Евгений Вайсброт. Сапковский всегда хорошо отзывался о работе коллеги и лично курировал качество переводов на русский, так как хорошо знал язык. Хотя на первых порах некоторые проблемы всё же возникали.

Переводы хорошие, но не идеальные. В каждой книге нахожу несколько принципиальных ошибок, которых вообще-то не должно было быть, потому что мы с Вайсбротом ведём активную переписку, он задаёт очень много вопросов, а я на них подробно отвечаю.

В самом начале нашего сотрудничества он не понимал совсем простых вещей. Я ему говорил: «Ты что, Толкина не читал? Не знаешь, кто такой хоббит?». Сегодня-то уже прочитал, уже знает. А тогда совершенно не мог разобраться.

Анджей Сапковский

писатель

На родине же иногда случались забавные ситуации с редактированием книг. Сапковский в одном из интервью вспоминал случай, когда девушка-редактор по незнанию допустила заметную ошибку в тексте.

Помню, я принёс «Ведьмака» для печати, и там сидела молодая такая девушка-редактор. А в рассказе король Фольтест спрашивает Геральта: «Умеешь убивать вампиров, леших?». А в польском языке нет такого слова «леший», оно из русских сказок взято!

Я-то хорошо знаю эпос, а она решила, что это опечатка, и исправила «леших» на «лепших». То есть, по-русски это получается — «лучших». Так и напечатали. Лепшие вампиры! Получилось, что король спросил: «Умеешь убивать лучших вампиров?».

Анджей Сапковский

писатель

Но если в восточной Европе у писателя всё было хорошо, то рассчитывать на публикации в США в конце девяностых не приходилось. Тогда Сапковский был уверен, что перенасыщенному американскому рынку совсем нет дела до европейских писателей. Поэтому, после окончания саги в Ведьмаке писателю было нельзя останавливаться.


Он писал отдельные рассказы ещё во время работы над «Ведьмаком»: «Боевая пыль», «Maladie», «Золотой полдень» и многие другие. А с 2002 по 2006 год трудился над трилогией под общим названием «Сага о Рейневане», выполненной в жанре исторической фантастики.


В ней рассказывается о событиях 1425-1430 годах, когда проходили так называемые Гуситские войны. Главный герой книг Рейневан постоянно попадает в локальные переделки на фоне проходящих военных событий.


Также в 2009 году он написал роман «Змея», действие в котором проходило во время войны в Афганистане. Помимо книг Сапковский также работал над разными эссе, посвящёнными фэнтези-жанру. В одном из сочинений («Пируг, или нет золота в серых горах»), писатель анализирует истоки фэнтези и критически отзывается о коллегах, которые пытаются отказаться от мировых канонов и свести всё исключительно к «славянскому духу».

И вправду: Ой у гаю, при ручаю, ехал Пируг на бугае. Только не русский. И не кельтский. Да наш я, свойский, славянский Пируг, опора и надежа фантастики. И только вопрос времени, чтобы народилась новая культовая сага, эпическая фэнтези, Великая Пирогиада, Слово о Походе Вещего Пируга на Стригаев. Ой Ладо-Ладо, Купало!!! Поворотись-ка в гробу, Толкин! Кусай бессильно губы от зависти, Эддингс! Завой от зависти, Желязны! Плачь, Ле Гуин!

Анджей Сапковский

отрывок из статьи «Пируг, или нет золота в серых горах»

Что касается наград, то большую часть из них Сапковский получил на родине. Среди них: Премия имени Януша Зайделя (5 наград), премия «Сфинкс» (6 наград), «Нике» (1 награда) и награда Polityka’s Passport. В 1996 году он был включён в зал славы Европейского общества научной фантастики, а в 2008-м его назвали почётным жителем города Лодзь. В 2016 году он также получил за «Ведьмака» награду World Fantasy Award — одну из самых престижных в мире.


Возможно, всё бы так и продолжалось, но в начале XXI века с Сапковским встретились представители небольшой польской студии-дистрибьютора компьютерных игр — CD Projekt RED. Тогда он этого не осознавал, но спустя годы стало ясно, что та встреча оказалась судьбоносной для всего цикла о Геральте.


Пожалуйста, не ищите среди моих героев копий и «альтер эго» Сталина, Берии, Наполеона. А среди описанных мной ситуаций, среди диалогов, которые все-таки не я сам с собой веду, а ведут мои герои, пожалуйста, не ищите моих персональных манифестов и политических деклараций.

Литература в моем понимании не является ни трибуной, ни исповедальней, это даже не скамейка в Гайд-парке. Запишите, пожалуйста, золотые слова: только плохие книжки говорят о том, каковы их авторы. Хорошие книжки говорят, каковы их герои.

Анджей Сапковский

писатель

Автор статьи Никита Ентус

https://dtf.ru/read/84611-iz-polshi-s-lyubovyu-kak-andzhey-s...

сайт DTF

Показать полностью 3
178

Евгений Замятин "Мы"

Далекое будущее, примерно 32 век нашей эры, судя по некоторым обрывочным фразам. Люди живут в обществе, где царствует логика и математика. Сделано все, чтобы нивелировать разное социальное положение и уровнять всех и каждого в правах. Одинаково бритые головы, одинаковая одежда, так называемая юнифа. Одинаковый распорядок дня и одинаковые комнаты для проживания, со стеклянными стенами. Одинаковая еда и одинаковый быт. Каждый трудоустроен и приносит пользу системе в четко заданных рамках. По сути роман фантазирует на тему, как выглядело бы общество, если бы идея Тейлоризма использовалась бы на самом деле.

«Тейлоризм - одна из теорий управления или научная организация труда, проанализировавшая и обобщившая рабочие процессы. Её основной целью было повышение экономической эффективности, особенно производительности труда. Использование данного подхода было одной из первых попыток применить науку для конструирования процессов и управления. Основоположник теории — Фредерик Уинслоу Тейлор»

Имена тоже упразднены, вместо них используются так называемые нумера, которые разделены по половой принадлежности с помощью букв в начале идентификатора, Согласные буквы для мужчин и гласные для женщин. Например, главного героя идентифицируют по номеру Д503. Социальный институт семьи тоже претерпел изменения. Моногамии больше не существует, и все имеют право по специальным розовым талонам провести сексуальный час с любым понравившемся ему нумером. Дети так же принадлежат государству и обучаются роботами, понятие мать и отец как таковые не существуют. Таким образом система контролирует отсутствие привязанностей и любви, в угоду эффективности каждого жителя. Вся пища синтетическая и одинаковая, недостатка в ней нет. Государство по факту обуздало два самых мощных инструмента управления нумерами – голод и любовь, стирая индивидуальность каждого с помощью Часовой Скрижали – расписания, которое регулирует практически все время жителей. В одну и ту же минуту все просыпаются, в одно и то же время засыпают. Работают, едят, занимаются сексуальным часом, обучаются в лекториях – все расписано. Но главный герой произведения, о которым я расскажу чуть позже, признает, что Скрижаль не совершенна – в ней присутствуют часы, когда нумер предоставлен сам себе, и может проявить своеволие, которое сделает его менее счастливым. В понимании государства конечно же.

Евгений Замятин "Мы" Евгений Замятин, Роман, Книги, DTF, Длиннопост

Я – перед зеркалом. И первый раз в жизни – именно так, первый раз в жизни – вижу себя ясно, отчетливо, сознательно – с изумлением вижу себя, как кого-то «его». Вот я – он: черные, прочерченные по прямой брови; и между ними – как шрам – вертикальная морщина (не знаю, была ли она раньше). Стальные, серые глаза, обведенные тенью бессонной ночи: и за этой сталью… оказывается, я никогда не знал, что там. И из «там» (это «там» одновременно и здесь, и бесконечно далеко) – из «там» я гляжу на себя – на него, и твердо знаю: он – с прочерченными по прямой бровями – посторонний, чужой мне, я встретился с ним первый раз в жизни. А я настоящий, я – не – он…

Отрывок из произведения

Главным героем произведения, как я уже упомянул ранее является математик и главный инженер космического корабля под названием «Интеграл». В рамках его строительства было предложено всем желающим внести свой вклад, написав свое послание жителям далеких планет. Послание, естественно должно быть напичкано агитацией политического строя общества и не допускать иного трактования. Как сознательный нумер Д503 начинает вести мемуары, которые он и хочет использовать как вклад в общее послание. Поэтом готовьтесь, стиль романа близок к эпистолярному, то есть состоит практически полностью из выдержек тех самых мемуаров главного героя. Манера подачи текста – соответствующая. Каждая глава названа «Записью» и имеет в своем названии различные, казалось бы, не связанные между собой слова. Например, «Запись 2-я Конспект: Балет. Квадратная гармония. Икс». Нечто подобное было использовано в «Таинственном острове» Жюля Верна, где в названии главы частично закладывалось краткое ее содержание. Так и тут – эти слова, это отражения мыслей главного героя, под впечатлением от определенных событий, которые он и описывает. Раз мы затронули стиль романа, еще немного хочу уделить внимание и тем литературным приемам, которые автор мастерски использует для воссоздания строгой математической картины будущего.

Евгений Замятин "Мы" Евгений Замятин, Роман, Книги, DTF, Длиннопост

автор сознательно писал роман сухим математическим, лишенным эмоций языком, что сказалось на его однообразии. На 10 тысяч слов приходилось чуть более двух тысяч уникальных, доля диалогов составляла всего одну пятую от романа, а средняя длина предложения на двадцать знаков была короче среднестатистической. О чем это говорит? О том, что автор намеренно упростил манеру повествования, для того, чтобы передать образ мыслей человека, который живет в строгой математической реальности. Совсем небольшое количество ярких эмоциональных прилагательных, восклицательных знаков, общая нейтральность повествования – все это играет на руку атмосфере.

Звонок. День. Все это, не умирая, не исчезая, – только прикрыто дневным светом; как видимые предметы, не умирая, – к ночи прикрыты ночной тьмой. В голове – легкий, зыбкий туман. Сквозь туман – длинные, стеклянные столы; медленно, молча, в такт жующие шароголовы. Издалека, сквозь туман потукивает метроном, и под эту привычно-ласкающую музыку я машинально, вместе со всеми, считаю до пятидесяти: пятьдесят узаконенных жевательных движений на каждый кусок. И, машинально отбивая такт, опускаюсь вниз, отмечаю свое имя в книге уходящих – как все. Но чувствую: живу отдельно от всех, один, огороженный мягкой, заглушающей звуки, стеной, и за этой стеной – иной мир…

Отрывок из произведения

Главный герой, проходит очень интересный путь развития. Читатель, через призму его мемуаров получает возможность познакомиться с обществом, в котором он обитает, и понять его законы и правила. Д503 с каждой новой записью в дневнике знакомит нас с различными аспектами того мира, будь то Часовая Скрижаль, рассказ о системе образования или пояснения об управлении чувствами через сексуальный час. Несмотря на то, что он считает себя крайне эффективной единицей системы, внутри него есть зародыш бунтарства, но на ранних этапах развития истории это выражается только в предпочтении одной и той же особы для сексуального часа. Это с одной стороны не возбраняется, но с другой стороны имеет предпосылки к возникновению привязанности и любви, что уже является нарушением закона.

Евгений Замятин "Мы" Евгений Замятин, Роман, Книги, DTF, Длиннопост

В его жизни все меняется, когда появляется I-330 и переворачивает все с ног на голову. У них завязывается общение, которое регулярно заставляет героя идти, сначала на мелкие, а потом довольно крупные нарушения правил и законов общества. Примерно в это же время повествование в романе становится более человечным и менее математическим. Все больше общаясь с I-330 и влюбляясь в нее герой начинает сомневаться в тех устоях, которые сформировались в обществе. По факту он пытается понять, как соотносится счастье и свобода. Законы общества построены на простых качелях – чем меньше у человека свобод, тем больше он счастлив и наоборот.  Слово «Мы» как нельзя лучше передает некоторые контекстозависимые вещи, и это тоже автором сделано мастерски. В разных эпизодах романа, с помощью этого слова подчеркивается определенное единство, но каждый раз с разными составляющими и даже разной эмоциональной окраской. То с восхищением, принадлежности к обществу, то наоборот с неприятием. За счет этого приема автор регулярно фокусирует читателя на тех важных вещах, которые он пытается донести и могу сказать, что название подобрано очень точно и выполняет эту функцию целиком и полностью. О романе можно много еще рассказать, что осталось за кадром – о людях ренегатах, о куполе, окружающем город, в котором живет главный герой, о старом доме – осколке прошлого.


Автор статьи Виктор Гераскин

https://dtf.ru/read/99371-knigi-kotorye-stoit-prochitat-my-e...

сайт DTF

Показать полностью 2
207

Подборка книг, получивших премию имени Аркадия и Бориса Стругацких («АБС-премия»)

Набрел в поисках русскоязычной литературы на премию за лучшие произведения литературной фантастики - имени Аркадия и Бориса Стругацких.
Интересный факт, что до 2013 года в отборе произведений участвовал Борис Стругацкий.

▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Евгений Лукин - Зона справедливости

Роман, 1998 год


Что хорошего может случиться в темной подворотне? Как известно, ничего. Но эта жутковата как-то даже чересчур. Темная подворотня, и темные в ней творятся дела. В ней умирают люди, рядом терпят аварию автомобили, незримая рука может надавать пощечин припозднившемуся прохожему. Мерзкое место, а самое в нем мерзкое то, что оно не просто подворотня, а таинственная Зона Справедливости. Так, ничего особенного, просто материализуется закон — `Око за око`. И магия все сильнее, и Зона начинает расти, и совершенно неясно, что из такого сомнительного чуда выйдет...


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Сергей Синякин - Монах на краю земли

Повесть, 1999 год


Советский аэронавт Штерн в середине тридцатых годов совершает открытие, в корне меняющее представление человечества о мироздании. Более того, у него есть доказательство правильности его открытия. Однако партии, правительству и лично товарищу Сталину это открытие не нужно, и за Штерна берутся компетентные органы. Автор описывает до боли знакомую процедуру: человека хотят сломать, но он не сдается и сквозь лагерные муки проносит правду о своем открытии...


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Вячеслав Рыбаков - На чужом пиру

Роман, 2000 год

Предыдущие книги цикла «Симагин»:

Очаг на башне (1990)

Человек напротив (1997)


В России конца 80-х годов совершено великое открытие в медицине — разрабатывается возможность волнового лечения едва ли не всех органических болезней человека, от СПИДа до шизофрении. Но выясняется, что то же средство открывает возможности для могучего, непреодолимого воздействия на психику, характер, убеждения человека, включая даже любовь...


Это третий роман из серии о Симагине. На этот раз главным героем выступает уже выросший Антон, сын Аси. По сути, это детективная история разоблачения американского шпиона, в которую Антон оказывается втянут не по своей воле. Дело в том, что Антон обладает небольшими экстрасенсорными возможностями — он умеет «чувствовать» людей. Но главное наполнение романа — размышления одного русского учёного, записанные на дискете, по ходу дела попавшей в руки Антона. Горькие размышления о судьбе России, о её месте в современном мире...


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Марина и Сергей Дяченко - Долина Совести

Роман, 2001 год


Влад — одинокий писатель, пишущий свои сказочные повести в Богом забытом поселке. Он — обладатель страшного дара. Любой, кто находится с ним рядом, привязывается к нему незримыми узами — настолько сильно, что рискует умереть.

Влад уже смирился с этим, как вдруг в его жизни появляется такой же человек, как он...

Подборка книг, получивших премию имени Аркадия и Бориса Стругацких («АБС-премия») Napisatel книги, Книги, Подборка, Фантастика, Русская литература, Стругацкие, Премия, Длиннопост

▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Михаил Успенский - Белый хрен в конопляном поле

Роман, 2002 год;

Предыдущие книги цикла «Там, где нас нет»

Там, где нас нет (1995)

Время Оно (1997)

Кого за смертью посылать (1998)


Очень немного в мире фантастов, создавших свои миры. Авторов, у которых драконы плюются огнём, а рыцари в ответ пуляют плазмой из бластеров, где принцессы владеют карате, а девы-воительницы хрупки и обаятельны, где царствует знаменито-станиславское «Не верю!», — сейчас море. А чтобы с замиранием сердца следить за парой малоросликов, которым по плечу спасти целые королевства и страны, твёрдо знать, что Волкодав — это прежде всего имя могучего варвара, а уже потом порода собак — таких создателей почти ничего. Михаилу Успенскому удалось создать такой мир. Это Многоборье — край дремучих лесов, отважных богатырей и прекрасных дев. Мир, где можно встретить великого подземного Идрик-Змея или сыграть при желании в карты с Водяным.


Новые времена — новые богатыри. Жихарь ушёл — пришёл Стремглав.


Человек трудной и интересной судьбы. Покинув опостылевший родительский дом, долго скитался, дослужился в «Иностранном легионе» короля Пистона Девятого до капитана, любил эльфийскую принцессу, практически в одиночку захватил цитадель врага, стал королём, родил двоих сыновей.


И вот тут-то всё и началось...


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Дмитрий Быков - Орфография. Опера в трёх действиях

Роман, 2003 год; цикл «О-трилогия»

Содержание цикла:

Оправдание (2001)

Орфография. Опера в трёх действиях (2003)

Остромов, или Ученик чародея (2010)


Дмитрий Быков снова удивляет читателей: он написал авантюрный роман, взяв за основу событие, казалось бы, «академическое» — реформу русской орфографии в 1918 году. Роман весь пронизан литературной игрой и одновременно очень серьезен; в нем кипят страсти и ставятся «проклятые вопросы»; действие происходит то в Петрограде, то в Крыму сразу после революции или... сейчас? Словом, «Орфография» — веселое и грустное повествование о злоключениях русской интеллигенции в XX столетии...


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Евгений Лукин - Портрет кудесника в юности

Сборник рассказов, 2004 год


Для всех истинных любителей отечественной иронической фантастики Евгений Лукин – примерно то же, что Марк Твен или Михаил Зощенко – для любителей иронической прозы вообще. Потому что это – имя автора, таланту которого, безупречно яркому и оригинальному, подвластны практически ЛЮБЫЕ повороты (и навороты) в непростом сочетании фантастики и юмора – от искрометных притч до едких, почти циничных рассказов, от великолепной сказовой прозы, обыгрывающей издавна любимый российским народом канон «кухонной байки», – до безжалостного социального сарказма.


Город Баклужино: из тюрьмы выходит Глеб Портнягин, посаженный туда за неудачную попытку ограбления склада в компании с будущим протопарторгом Африканом. Колдун Ефрем Нехорошев находит его на улице, продающим астральные мечи и берет в ученики.


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Дмитрий Быков - Эвакуатор

Роман, 2005 год


Действие романа Дмитрия Быкова происходит в Москве, где редкий день обходится без взрывов террористов. И посреди этого кошмара вспыхивает любовь.

Она — обыкновенная москвичка, он — инопланетянин, который берется вывезти любимую и ее близких на свою далекую и прекрасную планету.

Но у красивой истории оказывается неожиданный конец…


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Александр Житинский - Flashmob! Государь всея Сети

Роман, 2007 год


Дон — физик, доктор наук, регистрируется на досуге в «Живом Журнале» и начинает экспериментировать с информационным пространством. Стихийно создав он-лайн акцию, он понимает, какой инструмент влияния попал в его руки. Постепенно начинают происходить странные флэш-мобы, сотрясающие не только интернет, где они зарождаются, но и порядок в стране.


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Евгений Лукин - Лечиться будем

Повесть, 2008 год

цикл «Лыцк, Баклужино, Суслов»


Ох намудрили жители достославного Сызново и выбрали себе в президенты психотерапевта. А он и давай их лечить от различных психических недугов. И только горстка «извращенцев» не лечится, а находится под контролем.


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Михаил Успенский - Райская машина

Роман, 2009 год


Роман Мерлин, прожив несколько лет в тайге, в полном отрыве от мира, возвращается к людям — и не узнает ничего. Россия оккупирована международными силами ООН, все твердят об эвакуации, потому что вот-вот с Землей столкнется огромный астероид, а где-то в глубине Вселенной ждет Химэй, в котором места хватит для всех. Это и есть древняя родина человечества, куда пора вернуться, забытый Эдем.


Идти со всеми? Или остаться с немногими? Тем более что есть подозрение: кто-то крупно врет. Но кто? И зачем? Просто конец света какой-то...

Подборка книг, получивших премию имени Аркадия и Бориса Стругацких («АБС-премия») Napisatel книги, Книги, Подборка, Фантастика, Русская литература, Стругацкие, Премия, Длиннопост

▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Вячеслав Рыбаков - Се, творю

Роман, 2010 год

цикл «Наши Звезды»


Человеческие судьбы и шпионские интриги причудливо переплетаются вокруг секретного частного проекта «Полдень», в рамках которого на средства олигарха-мецената разрабатывается новая российская космическая программа. В ходе исследований участники проекта под руководством ученого Журанкова открывают революционный способ перемещения на огромные расстояния.

Однако слишком много внешних сил стоит на пути людей, занимающихся разработками, – не только российские спецслужбы и иностранные разведки, но и бессмертный закон подлости…


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Наум Ним - Господи, сделай так...

Роман, 2011 год


Это книга о самом очаровательном месте на свете и о многолетней жизни нашей страны, в какой-то мере определившей жизни четырех друзей - Мишки-Мешка, Тимки, Сереги и рассказчика. А может быть, это книга о жизни четырех друзей, в какой-то мере определившей жизнь нашей страны. Все в этой книге правда, и все - фантазия. "Все, что мы любим, во что мы верим, что мы помним и храним, - все это только наши фантазии. Но если поднять глаза вверх и честно повторить фантазии, в которые мы верим, а потом не забыть сказать "Господи, сделай так", то все наши фантазии обязательно станут реальностью. Если, конечно, ты при этом вправду желаешь только добра и справедливости и не выкраиваешь какой-то выгоды для себя. И вот это уже - очень трудно. Из всех людей, кто такое бы умел, я знаю одного только Мешка, но и у него очень часто все получалось наперекосяк".


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Роберт Ибатуллин - Роза и Червь

Роман, 2015 год


Первый контакт человечества с иным разумом начался... полным истреблением человечества — если не считать горсток выживших в подземных убежищах и на орбите. Впрочем спустя столетия память о далеком враге оказывается слабее неприязни к ближнему. Увлеченные политическими дрязгами жители Луны, Венеры и Марса не обращают внимания на покинутую и изуродованную Землю, где тем временем появляется новая чуждая жизнь.


▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬

Александр Етоев - Я буду всегда с тобой

Роман, 2018 год


Июнь, 1943 год, Зауралье, Полярный круг. Отблески военных зарниц красят горизонт кровью, враг ещё не сдаётся и с переломленным под Сталинградом хребтом медленно отползает к Западу.

Но и сюда, на пространства тундры возле матери приполярных вод великой реки Оби, на города, посёлки, лагерные зоны, фактории и оленьи стойбища, падает тень войны и наполняет воздух тревогой. Эта неспокойная атмосфера одних сводит с ума, превращая людей в чудовищ или в жалкое подобие человека, лишённое воли и милосердия, другие, такие же с виду люди, возвышаются над морем житейским и становятся героями или ангелами. А в центре этих событий жизнь и судьба художника, в волшебных руках которого дышит и оживает глина, камень, дерево и металл.

▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬▬
Другие подборки:
Подборка книг про звёздные ковчеги или корабли поколений
9 книг о колонизации планет
Подборка книг премии Брэма Стокера (ужасы, мистика)


Если вам удобнее - дублирую посты в Телеграме - https://teleg.run/yaNapisatel

Публикую подборки фильмов, сериалов и книг.


Спасибо. Napisatel

Показать полностью 2
241

О чем рассказывают книги цикла «Светлячок»?

«Светлячок» — один из самых знаменитых фантастических сериалов XXI века. И вместе с тем один из самых коротких — канал Fox закрыл его после выхода первого сезона. Годами зрители по всему миру надеялись на продолжение, но даже полнометражный фильм Джосса Уидона «Миссия «Серенити» не смог полностью удовлетворить интерес поклонников. Да и сам создатель проекта признавался, что у него было множество идей, которые он так и не смог реализовать в сериале.


В 2018 году был объявлен старт официальной книжной серии Firefly, которая создается под присмотром самого Джосса Уидона — он выступил редактором и консультантом. И сегодня мы расскажем, о чем повествуют книги «Светлячка».


«Чертов герой»

О чем рассказывают книги цикла «Светлячок»? Книги, DTF, Kanobu, Длиннопост, Сериал Светлячок

Автор: Джеймс Лавгроув


Первая книга начинается с достаточно стандартной ситуации: Мэл и команда остаются без денег и берут очередной заказ от Бэджера — контрабандиста с планеты Персефона. Герои активно работали с ним еще в сериале. Заказ опасный, но выбирать не приходится. День, с которого начинается повествование, — это День Альянса. Этот факт уже дает определенный контекст — атмосфера нервная, а главные герои очень хотят подраться с кем-то в баре, ведь для них это день поражения.


Разумеется, на Персефоне и день спокойно пройти не может, и в надежде найти дополнительный заработок для команды Мэл бесследно исчезает после встречи с новым клиентом. Команда оказывается в ситуации, когда на борту нет капитана, но есть взрывоопасный груз и немного паники. Идеальный вариант, чтобы посмотреть на персонажей иначе, раскрыть их и, возможно, даже покопаться в прошлом.


Практически в каждой главе, особенно в самом начале, есть отсылки к тому, что мы могли увидеть и узнать в сериале. Возникает вопрос — зачем? Иногда интуитивно понятно — чтобы книгу могли прочитать люди, которые до этого со вселенной знакомы не были. Но тогда отсылка должна быть привязана к сюжету — она должна что-то говорить. А случайно вставлять флэшбэки без привязки к тому, что происходит, кажется грубым и топорным решением.


Сюжет истории очень неторопливый — было забавно понять на середине книги, что следующий день все еще не наступил и ты читаешь про события, занявшие 5-6 часов. Частично это объясняется тем, что нам дают понаблюдать за историей с точки зрения нескольких героев, которые из-за обстоятельств разделяются и оказываются в разных местах.


Это ощущение неторопливости, которое иногда разбавлялось длинными описаниями драк, напоминает те же ощущения, которые возникали при просмотре эпизодов сериала.


Кроме этого, в истории была увлекательная интрига, которая в течение достаточно долгого времени поддерживала приятное детское любопытство.


«Великолепная девятка»

О чем рассказывают книги цикла «Светлячок»? Книги, DTF, Kanobu, Длиннопост, Сериал Светлячок

Автор: Джеймс Лавгроув


Вторая книга «Светлячка» вышла на английском в марте 2019 года, а вскоре увидит свет и на русском языке. В центре сюжета история о том, как Джейн Кобб получает сообщение от своей давней подруги Темперанс Макклауд. Она шлет сигнал бедствия из засушливого места под названием Фетида, где бандиты пытаются захватить ее город, чтобы получить контроль над его водоснабжением. Она — единственное, что стоит между людьми и будущими руинами.


Команда «Серенити», поддавшись на уговоры Джйена, принимает «приглашение», но, прилетев на планету, выясняет, что им предстоит столкнуться с бандитами, фанатично преданными своему вожаку. А еще они выясняют, что Темперанс Макклауд родила ребенка примерно через год после расставания с Коббом — дочь по имени Джейн МакКлауд.


«Призрачная машина»

О чем рассказывают книги цикла «Светлячок»? Книги, DTF, Kanobu, Длиннопост, Сериал Светлячок

Автор: Джеймс Лавгроув


Выход «Призрачной машины» запланирован на март 2020 года. По сюжету, Мэл Рейнольдс и экипаж «Серенити» получают запечатанный ящик, который им нужно доставить Бэджеру на Персефону. Однако как только груз оказывается на борту, Ривер начинает настаивать, чтобы Мэл выкинул его из шлюза, поскольку в нем якобы обитают призраки.


Но команда, отчаянно нуждающаяся в деньгах, не может отказаться от заказа. И вскоре они герои оказываются во власти галлюцинаций настолько ярких, что их невозможно отличить от реальности. Ривер — единственная, на кого они не влияют. Она пытается разбудить товарищей по команде, в то время как их фантазии становятся все более страшными, и корабль начинает выходить из-под контроля.


«Поколения»

О чем рассказывают книги цикла «Светлячок»? Книги, DTF, Kanobu, Длиннопост, Сериал Светлячок

Автор: Тим Леббон


Выход «Поколения» намечен на октябрь 2020 года. На этот раз события начинаются с того, что Мэл Рейнольдс выигрывает старую карту в карточной игре — древнюю и расписанную непонятными символами. Бывший владелец уверен, что она ничего не стоит. Тем не менее, Ривер Тэм может прочитать карту. Она говорит, что символы ведет к одному из Ковчегов — легендарных кораблей, которые доставили людей с Земли в новые миры. Но чем ближе герои подбираются к древнему кораблю, тем более взволнованной становится Ривер. Она говорит, что что-то ждет ее внутри, что-то мощное и очень злое…


Автор рецензии на первую книгу Лена Николаева

https://kanobu.ru/articles/kakim-poluchilos-prodolzhenie-sve...

(с.) КАНОБУ


Автор fanzon

https://dtf.ru/read/69338-o-chem-rasskazyvayut-knigi-cikla-s...

(с.) DTF

Показать полностью 3
230

Братья Стругацкие

Братья Стругацкие Стругацкие, Биография, Фантастика, Сталкер, Книги, Русские писатели, Длиннопост

Братья Стругацкие — Аркадий Натанович и Борис Натанович — советские и российские писатели, соавторы, сценаристы, классики современной научной и социальной фантастики.

Биография

Aркадий Натанович Стругацкий родился 28 августа 1925 года в городе Батуми, затем жил в Ленинграде. Отец — искусствовед, мать — учительница. С началом Великой Отечественной Войны работал на строительстве укреплений, затем — в гранатной мастерской. В конце января 1942 года вместе с отцом эвакуировался из блокадного Ленинграда. Чудом выжил — единственный из всего вагона. В Вологде похоронил отца. Оказался в городе Чкалове (ныне — Оренбург). В городе Ташле Оренбургской области работал на молокоприемном пункте, там же был призван в армию. Учился в Актюбинском артучилище. Весной 1943 года, перед самым выпуском, был откомандирован в Москву, в Военный институт иностранных языков. Окончил его в 1949 году по специальности — переводчик с английского и японского языков. Был на преподавательской работе в Канской школе военных переводчиков, служил дивизионным переводчиком на Дальнем Востоке. Демобилизовался в 1955 году. Работал в «Реферативном журнале», затем редактором в Детгизе и Гослитиздате.

Борис Натанович Стругацкий родился 15 апреля 1933 г. в Ленинграде, туда же вернулся после эвакуации, окончил математико-механический факультет ЛГУ с дипломом астронома, работал в Пулковской обсерватории; с 1960 года — профессиональный писатель. Член Союза Писателей. Печатался, в основном, в соавторстве с братом (известен также переводами американской НФ — в соавторстве с братом, под псевдонимами С. Победин и С. Витин). Лауреат Государственной премии РСФСР (1986 — за сценарий фильма «Письма мертвого человека», вместе с В. Рыбаковым и режисером К. Лопушанским). Бессменный руководитель семинара молодых фантастов при Санкт-Петербургской писательской организации. Жил и работал в Санкт-Петербурге.

Творчество

Попытки писать фантастическую прозу А. Н. Стругацкий предпринимал ещё до войны (по свидетельству Бориса Стругацкого, это была повесть «Находка майора Ковалёва», утраченная во время ленинградской блокады). Первое сохранившееся произведение Аркадия Стругацкого — рассказ «Как погиб Канг» — было закончено в 1946 году и опубликовано в 2001 году. Он продолжал попытки писать фантастику и в 1950-е годы во время военной службы, приблизительно 1952 годом датирована повесть «Четвёртое царство». Борис Натанович начал писать с начала 1950-х годов; братья обменивались творческими замыслами по переписке и во время отпусков Аркадия Натановича. Первая художественная публикация Аркадия Стругацкого — повесть «Пепел Бикини» (1956), написанная совместно с Львом Петровым ещё во время службы в армии, посвящена трагическим событиям, связанным с испытанием водородной бомбы на атолле Бикини, и осталась, по выражению Войцеха Кайтоха, типичным для того времени примером «антиимпериалистической прозы». В январе 1958 года в журнале «Техника — молодёжи» была опубликована первая совместная работа братьев — научно-фантастический рассказ «Извне», переработанный позже в одноимённую повесть.

В 1959 году вышла первая книга Стругацких — повесть «Страна багровых туч». По воспоминаниям, она была начата на спор с женой Аркадия Натановича — Еленой Ильиничной[1]. Черновик был готов к 1957 году, но редакционные препоны задержали публикацию. Связанные общими героями с этой повестью продолжения — «Путь на Амальтею» (1960), «Стажёры» (1962), а также рассказы первого сборника Стругацких «Шесть спичек» (1960) положили начало многотомному циклу произведений о будущем Мире Полудня, в котором авторам хотелось бы жить.

Братья Стругацкие в течение многих лет оставались ведущими представителями советской фантастики, их разноплановые произведения отражали развитие мировоззрения авторов. Каждая новая книга становилась событием, вызывала яркие и противоречивые дискуссии. Неизбежно и неоднократно многие критики сравнивали созданный Стругацкими мир с миром, описанным в утопии Ивана Ефремова «Туманность Андромеды». В одной из статей того времени Евгений Брандис и Владимир Дмитревский отмечали: «В отличие от героев Ефремова, вполне сознательно приподнимающего их над людьми нашего времени, Стругацкие наделяют людей будущего чертами наших лучших современников». Некоторые критики сравнивали мир Ефремова с грандиозными декорациями для некоей пьесы, которая, однако, никогда не будет поставлена, так как сценарий не написан, да и играть некому. Полдень Стругацких же, наоборот, представлял собой живой, настоящий мир.

Первые книги Стругацких соответствовали требованиям социалистического реализма. Отличительной особенностью этих книг по сравнению с образцами тогдашней советской фантастики были «несхематичные» герои (интеллигенты, гуманисты, преданные научному поиску и нравственной ответственности перед человечеством), оригинальные и смелые фантастические идеи о развитии науки и техники. Произведения Стругацких написаны высокохудожественно, с юмором, героев отличает индивидуализация языка. Они органично совпали с периодом «оттепели» в стране и отразили тогдашнюю веру в светлое будущее и неуклонный прогресс в общественных отношениях. Программной книгой этого периода стала повесть «Полдень, XXII век» (1962), крупными мазками начертавшая увлекательную перспективу будущего человечества, представители которого — светлые, умные люди, увлечённые покорители космоса, искатели, творческие личности.

Однако уже в повести «Далёкая Радуга» (1963) появляются тревожные нотки: катастрофа на далёкой планете в результате проводившихся учёными экспериментов вывела на первый план одну из основных тем дальнейшего творчества Стругацких — нравственный выбор человека, оказавшегося в тяжёлом положении, когда выбирать нужно между плохим и очень плохим вариантами. В этой же повести авторы впервые обозначили проблему: что будут делать и как себя будут чувствовать в светлом мире Полудня те, кто не способен жить творчески? Столкнуться с прошлым, задуматься о том, возможно ли скорое избавление от «палеолита в сознании», пришлось сначала героям повести «Попытка к бегству» (1962), а затем сотрудникам Института экспериментальной истории в повести «Трудно быть богом» (1964). В повести «Хищные вещи века» (1965) Стругацкие обращаются к актуальным проблемам современности, рисуют гротескную модель будущего общества потребления, которое и теперь представляется наиболее вероятной экстраполяцией развития сегодняшнего мира. Композиционно повесть является, по словам Войцеха Кайтоха, «специфически советской антиутопией», первой в русской литературе «антиутопией в утопии».

В то же самое время Стругацкие пишут несколько произведений, которые не укладываются в рамки стандартных или традиционных жанров. Искрящаяся юмором и оптимизмом «сказка для научных сотрудников младшего возраста» «Понедельник начинается в субботу» (1965) была продолжена произведением «Сказка о Тройке» (1968 — первоначальный вариант; 1989 — сокращённый переработанный вариант), в которой юмор уступает место жёсткой сатире на бюрократический казарменный социализм. Результаты не замедлили сказаться — опубликовавший произведение иркутский альманах «Ангара» перестал выходить[источник не указан 1472 дня], а сама «Сказка о Тройке» на долгие годы стала недоступной читателям. Подобная участь ожидала и самую сложную в философском отношении повесть «Улитка на склоне» (публиковалась частями в 1966 и 1968; полностью — в 1988). Действие в повести происходит параллельно в двух соприкасающихся местах — в Лесу и в Управлении по делам Леса. Советская критика консервативного толка, ополчившись на узнаваемость бюрократической бестолковщины в Управлении, практически не увидела более глубокие мысли авторов о неумолимости прогресса, сметающего на своём пути всё, что не подходит для новой жизни. А ведь мир повести «соткан из самых разноречивых тенденций общественного бытия. Это невероятный мир. Это мир разного рода общественных потенций, порой весьма мрачных. Перед нами как бы эмбрионы тех или иных вероятностных феноменов будущего — того будущего, которое возможно, если дать этим эмбрионам развиться» (А. Лебедев, «Реалистическая фантастика и фантастическая реальность» — «Новый мир», № 11, 1968).

Сатирическая повесть «Второе нашествие марсиан: Записки здравомыслящего» (1967) также не вызвала восторга у ортодоксальных критиков; имена персонажей, позаимствованные у героев греческих мифов, не могли скрыть аллюзий на современность, а главный вопрос, заданный авторами: «Применимы ли понятия: честь, достоинство, гордость — ко всему человечеству? Позволительно ли ему променять „право первородства“ на чечевичную похлёбку?» — также остался практически незамеченным. Подобная проблема: готово ли человечество ко встрече с неизвестным, в частности, ко встрече с инопланетной цивилизацией, прозвучала и в повести «Отель „У Погибшего Альпиниста“» (1970), в ней же Стругацкие предприняли и рискованный эксперимент по созданию фантастического детектива.

Возвращаясь к Миру Полудня, Стругацкие пишут повести «Обитаемый остров» (1969, сокр.; 1971), «Малыш» (1971), «Парень из преисподней» (1974). На эти произведения было обращено пристальное внимание советской цензуры (при подготовке «Обитаемого острова» к публикации в первом собрании сочинений в 1991 году авторам пришлось восстановить более 900 изменений, внесённых в текст по требованиям цензуры), и в 1970-е у них практически не выходят книжные издания. Повесть «Пикник на обочине» (1972) после первой журнальной публикации восемь лет по различным причинам не издавалась и лишь в 1980 вышла в сборнике «Неназначенные встречи» в сокращенном виде. Тема Зоны — территории, на которой после Посещения инопланетян происходят странные явления, и сталкеров — смельчаков, которые тайком проникают в эту Зону, получила развитие в фильме Андрея Тарковского «Сталкер», снятого в 1979 году по сценарию Стругацких, а после реальной Чернобыльской катастрофы — в компьютерной игре S.T.A.L.K.E.R. и множестве литературных произведений по ней.

Главная тема творчества Стругацких — тема выбора — стала основной для повести «За миллиард лет до конца света» (1976), герои которой поставлены перед жестокой необходимостью выбирать между возможностью творить под угрозой смерти, либо отказаться от своих убеждений ради спокойной жизни. Тогда же был написан роман «Град обреченный» (1972, опубл. в 1988—1989), в котором, по словам Марка Амусина, предпринята попытка «построить динамическую модель идеологизированного сознания, типичного для самых широких слоёв нашего общества, проследить его судьбу на фоне меняющейся социальной реальности, исследовать различные фазы его „жизненного цикла“, и в частности, драматического перехода думающих советских людей от позиции фанатичной веры в коммунистические идеалы к условиям идеологического вакуума, характерного для целого поколения». Сергей Чупринин писал: «Эти чуткие к требованиям дня писатели бьют в одну и ту же точку. Недаром доказывают, что недопустимы, нравственно преступны эксперименты над человеком и обществом, даже если экспериментаторы движимы самыми вроде бы добрыми побуждениями… Недаром, не боясь повториться, убеждают, что добро, породнившееся с насилием, неминуемо перерождается в зло — и тем более опасное, что оно-то по-прежнему считает себя добром…». Для этих произведений, как и для романа «Хромая судьба» (1982, опубл. в 1986) характерно наделение главных персонажей автобиографическими чертами. Роман «Хромая судьба», повествующий о жизни пожилого писателя, включает в себя повесть «Гадкие лебеди» (опубликована за рубежом без согласия авторов в 1967 году).

Очередное обращение к Миру Полудня — романы «Жук в муравейнике» (1979; премия «Аэлита» 1981 года) и «Волны гасят ветер» (1985) — подвело окончательный итог развитию утопической темы в творчестве Стругацких. Никакой технический прогресс не принесёт счастья человечеству, если основой его не станет Человек Воспитанный, который сможет избавиться от «внутренней обезьяны», — таков вывод многолетнего исследования возможного будущего. Тема воспитания стала ключевой для романа «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» (1988) — многопланового повествования, исследующего предназначение и рост сложности задач Учителя на примере двухтысячелетней истории. «Смысл всех этих экскурсов в прошлое видится вот в чём. Один Учитель (даже экстра-класса) не в состоянии одной лишь силой своего Знания, своей Убеждённости необратимо подвигнуть социум к прогрессу (в понимании Учителя) и при этом застраховать свою педагогическую концепцию от искажений во времени. Но и не пытаться сделать это он не может!» (Ф. Снегирев, «Время Учителей» — «Советская библиография», № 1, 1990).

Последним совместным произведением Стругацких стала пьеса «Жиды города Питера, или Невесёлые беседы при свечах» (1990) — предупреждение излишне горячим оптимистическим надеждам новейшего времени.

Аркадий Стругацкий написал несколько произведений в одиночку под псевдонимом С. Ярославцев: бурлескную сказку «Экспедиция в преисподнюю» (1974, части 1-2; 1984, часть 3), рассказ «Подробности жизни Никиты Воронцова» (1984) и повесть «Дьявол среди людей» (1990-91, опубл. в 1993). Никита Воронцов попадает в кольцо времени и много раз проживает одну и ту же жизнь, но не в силах что-либо по-настоящему изменить в окружающем мире. Ким Волошин, пройдя муки ада в реальной жизни, становится могущественным «дьяволом среди людей», но также неспособен сделать этот мир хоть чуточку лучше.

После смерти Аркадия Стругацкого в 1991 году Борис Стругацкий, по его собственному определению, продолжил «пилить толстое бревно литературы двуручной пилой, но без напарника». Под псевдонимом С. Витицкий вышли его романы «Поиск предназначения, или Двадцать седьмая теорема этики» (1994—1995) и «Бессильные мира сего» (2003), продолжившие исследование неумолимого рока и возможностей влиять на окружающую действительность.

Братья Стругацкие также являются авторами ряда сценариев.

Стругацкими под псевдонимами С. Бережков, С. Витин, С. Победин были осуществлены переводы с английского романов Андре Нортон, Хола Клемента, Джона Уиндема. Аркадий Стругацкий является также переводчиком с японского рассказов Акутагавы Рюноскэ, романов Кобо Абэ, Нацумэ Сосэки, Нома Хироси, Санъютэя Энтё, средневекового романа «Сказание о Ёсицунэ».

Борис Стругацкий для полного собрания сочинений Стругацких подготовил «Комментарии к пройденному» (2000—2001; вышли отдельным изданием в 2003), в которых подробно описал историю создания произведений Стругацких. На официальном интернет-сайте Стругацких с июня 1998 года шло офлайн-интервью, в котором Борис Стругацкий ответил на более чем 7000 вопросов.

Произведения Стругацких издавались в переводах на 42 языках в 33 странах мира (более 500 изданий).

Показать полностью
109

Ночной дожор с классиками

Наткнулся на пост Чтение классиков заставляет жрать по ночам.
Первым делом вспомнился этот отрывок из книги Стругацких "Понедельник начинается в субботу".

"…Я лег на правый бок, натянул одеяло на ухо, закрыл глаза и вдруг понял, что спать мне совершенно не хочется – хочется есть. Ай-яй-яй, подумал я. Надо было срочно принимать меры, и я их принял. Вот, скажем, система двух интегральных уравнений типа уравнений
звездной статистики; обе неизвестные функции находятся под интегралом. Решать, естественно, можно только численно, скажем, на БЭСМ… Я вспомнил нашу БЭСМ. Панель управления цвета заварного крема. Женя кладет на эту панель газетный сверток и неторопливо его разворачивает.
«У тебя что?» – «У меня с сыром и колбасой». С польской полукопченой, кружочками. «Эх ты, жениться надо! У меня котлеты, с чесночком, домашние. И соленый огурчик». Нет, два огурчика… Четыре котлеты и для ровного счета четыре крепких соленых огурчика. И четыре куска хлеба с маслом…

Я откинул одеяло и сел. Может быть, в машине что-нибудь осталось? Нет, все, что там было, я съел. Осталась поваренная книга для Валькиной мамы, которая живет в Лежневе. Как это там… Соус пикан. Полстакана уксусу, две луковицы… и перчик. Подается к мясным блюдам… Как сейчас помню: к маленьким бифштексам. «Вот подлость, – подумал я,– ведь не просто к бифштексам, а к ма-а-аленьким бифштексам».
Я вскочил и подбежал к окну. В ночном воздухе отчетливо пахло ма-а-аленькими бифштексами. Откуда-то из недр подсознания всплыло: «Подавались ему обычные в трактирах блюда, как то: кислые щи, мозги с горошком, огурец соленый (я глотнул) и вечный слоеный сладкий пирожок…»
«Отвлечься бы», – подумал я и взял книгу с подоконника. Это был Алексей Толстой, «Хмурое Утро». Я открыл наугад. «Махно, сломав сардиночный нож, вытащил из кармана перламутровый ножик с полусотней лезвий и им продолжал орудовать, открывая жестянки с ананасами (плохо дело, подумал я), французским паштетом, с омарами, от которых резко запахло по комнате».
Я осторожно положил книгу и сел за стол на табурет. В комнате вдруг обнаружился вкусный резкий запах: должно быть, пахло омарами. Я стал размышлять, почему я до сих пор ни разу не попробовал омаров. Или, скажем, устриц. У Диккенса все едят устриц, орудуют складными ножами, отрезают толстые ломти хлеба, намазывают маслом… Я стал нервно разглаживать скатерть. На скатерти виднелись неотмытые пятна. На ней много и вкусно ели. Ели омаров и мозги с горошком. Ели маленькие бифштексы с соусом пикан. Большие и средние бифштексы тоже ели. Сыто отдувались, удовлетворенно цыкали зубом…

Отдуваться мне было не с чего, и я принялся цыкать зубом. Наверное, я делал это громко и голодно, потому что старуха за стеной заскрипела кроватью, сердито забормотала, загремела чем-то и вдруг вошла ко мне в комнату. На ней была длинная серая рубаха, а в руках она несла тарелку, и в комнате сейчас же распространился настоящий, а не фантастический аромат еды. Старуха улыбалась. Она поставила тарелку прямо передо мной и сладко пробасила:
– Откушай-ко, батюшка, Александр Иванович. Откушай, чем бог послал, со мной переслал…
– Что вы, что вы, Наина Киевна, – забормотал я, – зачем же было так беспокоить себя…
Но в руке у меня уже откуда-то оказалась вилка с костяной ручкой, и я стал есть, а бабка стояла рядом, кивала и приговаривала:
– Кушай, батюшка, кушай на здоровьице…
Я съел все. Это была горячая картошка с топленым маслом…"

Ночной дожор с классиками Литература, Еда, Стругацкие, Книги

Прошу прощения что без картинок, писал с телефона.
Всем завтракающим и обедающим - приятного аппетита!

Показать полностью 1
1088

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги

Их дебютные романы стали хитами.


Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Далеко не всегда писатели обретают популярность с выходом первой книги. В большинстве случаев их путь к славе занимает годы и требует выхода как минимум пары-тройки романов. К тому же, к дебютному произведению подчас относится предвзято — ведь оно написано новичком в мире литературы. Но бывают и ровно обратные случаи, когда авторы становятся звездами с первой же книги — о таких мы сегодня и поговорим.


Патрик Ротфусс


Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Имя ветра»


Сегодня Патрик Ротфусс — один из самых известных писателей в жанре фэнтези. Выхода его романа «Двери из камня», третьей части «Хроники убийцы короля», ждут не меньше, чем «Ветров зимы» Джорджа Мартина. Причем оба автора уже много лет не торопятся завершать обещанные книги.


Ротфусс начал писать первую книгу, «Имя ветра», еще в конце прошлого века. Попробовать себя в жанре фэнтези его, в частности, вдохновил цикл Тэда Уильямса «Орден манускрипта». После девяти лет работы роман был завершен, однако его долго отказывались принимать издатели. И только в 2007 году «Имя ветра» поступило на прилавки книжных магазинов, после чего быстро завоевало признание читателей по всему миру.


«Хроника убийцы короля» — история барда по имени Квоут. В детстве он потерял родителей из-за нападения таинственных чандриан и поклялся любой ценой отомстить виновным. Для этого он отправляется в магический Университет, где его ждут непростые испытания.


Сразу после релиза «Имя ветра» удостоилось похвалы от критиков и читателей, его сравнивали с «Властелином колец», с «Игрой престолов», и с «Гарри Поттером». Однако при всем при этом роман получился самобытным и оригинальным. Сейчас по мотивам цикла Ротфусса готовятся съемки, как фильма, так и сериала.


Джо Аберкромби

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Кровь и железо»


Джо Аберкромби по праву считается одним из лидеров темного фэнтези. Его цикл «Земной круг» близок по духу к «Игре престолов» — он мрачный и жестокий, здесь героев ждет много интриг и войн, а вот магии относительно немного.


Первые попытки написать фэнтези о злоключениях варвара по имени Логен Девятипалый Аберкромби предпринял еще в конце 90-ых , однако, как признается автор, ничего путного тогда вышло. Позже, перечитав множество исторических книг, он начал писать «Кровь и железо». Работа над книгой шла с 2001 по 2004 годы, а потом около года автор безуспешно стучался в литературные агентства. Но в итоге упорство оправдало себя, и Аберкромби заключил с издательством Gollancz контракт, в котором фигурировала пятизначная сумма — очень солидная для новичка. Джо оправдал веру издательства и стал одним из самых известных авторов фэнтези своего поколения.


Ребекка Куанг

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Опиумная война»


Роман Ребекки Куанг вышел в 2018 году, и вошел в почти во все англоязычные списки лучших книг года, принес писательнице несколько престижных премий и номинации на «Локус» и «Небьюлу». До выхода «Опиумной войны» сразу несколько издателей боролись на жарком аукционе за право издать эту книгу.


Куанг родилась в Китае. В четыре года она вместе с семьей эмигрировала в США, однако девушка хорошо знает историю своей страны и семьи, которая тяжело пережила XX век и, в частности, Вторую Японо-китайскую войну. Именно эти события легли в основу ее фэнтезийного романа «Опиумная война».


Писательница рассказала историю, полную крови и войны, с неоднозначными персонажами и оригинальной мифологией. В центре сюжета — девушка Рин, которая поступает в военную академию, где готовят будущих полководцев. В это время на ее родину вновь обрушивается давний враг, и Рин приходится принять участие в начавшемся жестоком конфликте.


Николас Имс

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Короли Жути»


Свою первую книгу Николас Имс писал с начала двухтысячных, неоднократно переписывал ее, но так и не решился выпустить в свет. Возможно, на неизданной книге о Римской империи и Карфагене автор «набил шишки», и потому первый вышедший в свет роман стал сильным и незаурядным.


За «Королей Жути» Имя получил премию Дэвида Геммела за лучший дебют и премию Fantasy Stabby в номинации «Лучший дебютный роман 2017 года». По стилю книга напоминает одновременно романы Джо Аберкромби и Терри Пратчетта. В центре сюжета — отряд бывалых наемников, которые воссоединяются друг с другом спустя много лет, чтобы спасти дочь своего лидера. Они отправляются в последний поход через Дичь. Искатели приключений у Имса напоминают звезд рок-музыки — внимательные читатели найдут даже прямые аналогии с известными музыкантами.


Брайан Стейвли

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Клинки императора»


До того, как посвятить себя литературе, Брайан Стейвли работал преподавателем истории, литературы и философии. Он начал трудиться над «Клинками императора», когда проживал в Азии, где обучал местных жителей английскому языку. За это время Стейвли проникся особым интересом к истории династии Тан, которая и послужила одним из главных источников вдохновения для сюжета его дебютной трилогии.


В 2014 году Брайан Стейвли был награжден премией Дэвида Геммела за лучший дебют, а также номинировался на премию «Локус». «Клинки императора попали в список «Выбор сайта Goodreads». Книги Стейвли переводилась на русский, немецкий, итальянский, венгерский и голландский языки и продолжает завоевывать признание читателей по всему миру.


Трилогия начинается со смерти императора, в которой предстоит разобраться трем его детям. Они выросли порознь и не знают, могут ли доверять друг другу. Каждому из них грозит смерть, так что каждому из них предстоит отчаянная борьба за выживание и власть.


Шеннон Чакраборти

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Латунный город»


Шеннон Чакраборти долгое время изучала арабскую мифологию и историю. Это привело к тому, что она решила написать «Латунный город» — приключенческое фэнтези, вдохновленное легендами Ближнего востока.


Роман ожидал нешуточный успех — «Латунный город» был номинирован на «Локус» в категории дебют, вошел в шорт-листы «Британской премии фэнтези» и «Всемирной премии фэнтези». Англоязычные ресурсы вроде Amazon, Barnes & Noble и SyFy Wire внесли книгу в списки лучших релизов 2017 года. «Латунный город» похвалили Робин Хобб, Саба Тахир, Кевин Хирн, Фонда Ли и другие именитые писатели.


Действие романа начинается в Каире 18-го века, где девушка Нари, которая не верит в магию, случайно открывает для себя мир джиннов, ифритов и других волшебных существ. Другая сюжетная линия посвящена Али, молодому принцу тайного города джиннов — тот оказывается в самом эпицентре интриг, которые грозят разрушить хрупкий порядок в государстве.


Сюзанна Кларк

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»


Большую часть жизни Сюзанна Кларк проработала редактором. Ее литературная карьера началась с рассказов, которые она писала в 90-ых, а дебютный роман «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» вышел в 2004 году. Кларк писала его под впечатлением от творчества Нила Геймана. А тот, в свою очередь, прочитав книгу, назвал ее «лучшим английским фантастическим романом, написанным за последние семьдесят лет».


«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» принесли писательнице целый ворох престижных премий, включая «Хьюго», «Локус», «Всемирную премию фэнтези» и множество других наград. Роман по духу очень похож на классическую английскую прозу XIX века, что и выделяет «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» на фоне других фэнтезийных произведений. Успех книги привел к тому, что канал BBC выпустил по ее мотивам очень атмосферный мини-сериал.


Скотт Линч

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Хитрости Локка Ламоры»


Прежде чем первый роман Скотта Линча был опубликован, автор успел поработать пожарным, помощником официанта, веб-дизайнером и поваром. Слава пришла к Линчу 2006 году, когда первый роман цикла «Благородные Канальи» увидел свет.


Роман «Хитрости Локка Ламоры» заслужил сравнения со «Стальной крысой», «Одиннадцатью друзьями Оушена» и многими другими авантюрными историями о приключениях харизматичных мошенников. Студия Warner Brothers приобрела права на экранизацию, но до съемок дело так и не дошло. Второй роман не заставил себя долго ждать и укрепил репутацию Скотта Линча, как восходящей звезды фэнтези. К сожалению, затем ряд личных проблем автора привел к тому, что он стал куда реже радовать своих поклонников новыми книгами. Третьего романа читатели ждали шесть лет, над четвертым автор работает уже более пяти.


Наоми Новик

Авторы фэнтези XXI века, которые стали звездами с первой же книги Книги, Фэнтези, DTF, Длиннопост

Дебютный роман: «Дракон Его Величества»


Наоми Новик родилась в США, но имеет польские корни. Она выросла на творчестве Толкиена и польских сказках о Бабе-Яге, изучала литературу и системное программирование, участвовала в работе над игрой Neverwinter Nights.


Первый же ее роман, «Дракон Его Величества», был переведен на десятки языков, выиграл мемориальную премию Комптона Крука, номинировался на «Хьюго» и ряд других наград. Книгой восторгался даже Питер Джексон, который хотел ее экранизировать, но пока так и не взялся за проект. «Дракон Его Величества» написан на стыке фэнтези и альтернативной истории. События разворачиваются во время наполеоновских войн, но наряду с людьми мир Новик населяют и разумные драконы, которые активно участвуют в конфликте.


Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!
Показать полностью 9
459

Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч

Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост

"Повесть Аркадия и Бориса Стругацких опубликована в этот день в 1959 году. Двух, пожалуй, самых значимых писателей-фантастов России на совместную работу над первым произведением вдохновил дружеский спор. Аркадий поспорил со своей женой Еленой, что они с братом, который изучал астрономию в Ленинграде, смогут написать фантастику, лучше книг, издававшихся в то время.


«Страна багровых туч» была завершена в 1957 году - в год исторического запуска первого советский искусственного спутника Земли. Это книга о путешествии на Венеру в конце 20-го века. Оптимистично смотря в будущее, братья Стругацкие представляли мир, в котором технологии и социальный прогресс шли рука об руку, и ракеты с фотонными двигателями доставляли исследователей на Венеру для поиска урана, используемого в атомной энергетике.


Несмотря на то, что они жили за сотни километров друг от друга, Стругацкие продолжили сотрудничество и стали авторами более чем 25 произведений. В повести «Полдень, XXII век» они представили «Мир Полудня» - вселенную, которую можно воспринимать как аллегорию идеалов Советского Союза; это мир, наполненный умными, трудолюбивыми людьми, с удовольствием занятыми интересной работой.


Начало творчества Стругацких пришлось на период «оттепели» 1950-х. Цензура ограничивала некоторых из их предшественников, но братья получили большую свободу творчества. К концу 1960-х Стругацкие все чаще, описывая события в далеких вселенных, тонко критиковали авторитарное правительство. Некоторые из их более поздних произведений были подвергнуты цензуре по политическим причинам.


По решению наследников писателей, все произведения, включая ранее не изданные, выложены в свободном доступе, как изначально задумывали авторы." (по мнению Гугл)

Дудл для жителей Беларуси, России и Украины. Предварительные наброски:

Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост

На обложке книги 1959 года и последующих изданий, как и в самой книге, были иллюстрация И.А.Ильинского, о которых напомнил гугл:

Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост
Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост
Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост
Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост
Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост

Меня дудл порадовал - не столько информацией о дате и книге, а неожиданными воспоминаниями от одного взгляда на обложку. Каждая книга Библиотеки приключений и научной фантастики - это было предвкушение знакомства с новыми невообразимыми мирами. Их покупали в магазине, заказывали по почте, брали почитать у друзей.

Дудл от Гугл в честь 60-летия публикации Страны багровых туч Google, Google doodle, Дудл, Стругацкие, Арт, Книги, Длиннопост

Интересно, у автора сегодняшнего дудла, иллюстратора Алиссы Уинанс из Сан Франциско, тоже были такие книги "с рамочкой"?

Показать полностью 7
81

История одного воскрешения: «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга.

В обширной библиографии Стивена Кинга «Кладбище домашних животных» занимает особое место. Роман прозвали «самой страшной» работой писателя почти сразу после его выхода в 1983 году, и с тех пор ничего не изменилось. В этой книге автор приоткрывает завесу над своими самыми большими страхами и рассказывает о них в стиле классического Лавкрафта.

История одного воскрешения: «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга. Стивен Кинг, Кладбище домашних животных, Книги, Длиннопост, DTF

Луис Крид вместе со своей женой Рэйчел и детьми Эйлин и Гейджем переезжает в новый дом, расположенный в провинциальной части штата Мэн. Не так давно ему удалось получить должность штатного врача в местном университете. По прибытии их встречает новый сосед — пожилой мужчина по имени Джуд. Он сразу предупреждает семью быть осторожнее с дорогой перед домом: по ней постоянно ездят грузовики.


Спустя некоторое время после знакомства Джуд отводит семью на местное кладбище, на котором здешние дети хоронят своих умерших животных. Это вызывает ссору между Луисом и Рэйчел: женщина против того, чтобы дети каким-либо образом обсуждали темы смерти.


На работе у Луиса тоже не всё гладко: у него на руках умирает студент Виктор Паскоу, попавший в аварию и поступивший к Луису с тяжёлой травмой головы. Этой же ночью погибший молодой человек приходит к Луису во сне и предупреждает его никогда не заходить за территорию кладбища домашних животных.


В День благодарения Чёрча, семейного кота Кридов, переезжает грузовик. Рэйчел с детьми гостит у её родителей, а труп питомца обнаруживает Луис. Он не хочет, чтобы его дочь Эйлин узнала о смерти своего любимца, но и врать о том, что кот потерялся Луис не может.


Джуд, видя мучения нового друга и желая «вернуть долг» соседу (тот оказал его жене помощь во время сердечного приступа), отводит Луиса на кладбище домашних животных. Но они не останавливаются там, а двигаются дальше. В конце концов соседи достигают другого захоронения — древнего кладбища индейского племени Микмаков.


По указаниям Джуда Луис закапывает мёртвое животное и возводит курган из камней. На этом ритуал заканчивается, и оба мужчины отправляются домой. На следующее утро Чёрч возвращается. Однако кот совсем не похож на себя: он медлителен, жесток и от него плохо пахнет. Эйлин после возвращения домой чувствует, что с её любимцем что-то не так и отказывается ночевать с ним в одной комнате. Луис начинает жалеть о визите на кладбище и воскрешении кота.


Спустя некоторое время происходит трагедия: под колёса проезжающей машины попадает двухлетний Гейдж. Будучи вне себя от горя, Луис хочет воскресить своего сына с помощью кладбища. Джуд пытается отговорить соседа от этой идеи, но тот решает довести дело до конца.

История одного воскрешения: «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга. Стивен Кинг, Кладбище домашних животных, Книги, Длиннопост, DTF

История создания «Кладбища» началась во второй половине 70-х. К этому времени у Стивена Кинга уже было опубликовано три романа: «Кэрри», «Сияние», «Жребий Салема». Доходы от продаж книг позволили семье Кингов не волноваться о своём будущем: они могли переехать куда угодно и делать практически всё, что захочется.


В тот же период писателю поступило предложение год поработать преподавателем в родном университете штата Мэн. На время преподавания Кинги поселились в Оррингтоне — в двадцати милях от здания университета. Они сняли замечательный дом в крошечном и тихом уголке своего родного провинциального штата. Семью устраивало всё, кроме одного — дороги перед домом. По этому шоссе постоянно носились грузовики с цистернами, следующие к близлежащему химическому заводу.


Сразу после прибытия на новое место Кинги познакомились с Хулио Десанктисом — хозяином небольшого магазина напротив их дома. Тот предупредил молодых родителей, чтобы они не упускали из виду детей и животных. «Это плохая дорога. На ней гибнет много животных», — сказал он.


Необычное место запомнилось Кингу. Он решил, что однажды обязательно использует идею с самодельным кладбищем в одном из своих произведений. А пока писатель решил перенести туда стул: он приходил на место захоронения домашних животных и проводил там несколько часов, чтобы поработать в тишине и покое.


У дочки Кинга Наоми в то время был любимый кот по имени Смаки. Однажды, пока Табита и Наоми ходили по магазинам, домашнего питомца сбил грузовик. Трупик обнаружил глава семейства и быстро похоронил его на кладбище домашних животных.


На этом плохие события не закончились. Вскоре после смерти Смаки под колёса проезжающего грузовика чуть не попал самый младший ребёнок — Оуэн. Кинг постоянно думал о том, что бы произошло при другом развитии событий. Эти мысли пугали писателя, и он решил бороться со страхом проверенным способом: сочинить книгу. Когда первый вариант «Кладбища» был закончен, писатель отложил его на полтора месяца — как и всегда в случае с новыми рукописями. С самого начала своей карьеры он считал, что правки вносить легче спустя некоторое время. Однако вместо окончательной редактуры книга на несколько лет ушла «в стол».


Кинг перечитал рассказ, показал его жене и одному из друзей. Всех троих по-настоящему ужаснул получившийся текст. Но не с точки зрения стиля, слога или повествования. Табита, например, не принимала книгу уже на уровне основной идеи: «Когда в книге двухлетний малыш гибнет на дороге, мне очень, очень сложно такое читать и принимать».


В 1983 году книга была опубликована — и сразу же завоевала любовь как читателей, так и литературных критиков. Продажи также не подвели: за год тираж превысил два с половиной миллиона копий. В историю же «Кладбище домашних животных» вошло как самая страшная работа Кинга — и этот титул произведение получило не только за враждебных духов и оживших мертвецов.

История одного воскрешения: «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга. Стивен Кинг, Кладбище домашних животных, Книги, Длиннопост, DTF

Историю Луиса Крида можно рассмотреть на нескольких уровнях. Самый первый из них — желание получить что-то, несмотря на последствия. Подобной идеей Кинг отсылает читателя к рассказу «Обезьянья лапка» Уильяма Уаймарка Джекобса.


Главному герою этой истории выпадает возможность загадать три желания на лапке обезьяны, но выполнение каждого из них будет иметь немыслимые последствия. Мистер Уайт загадывает получить 200 фунтов, чтобы выплатить кредит за дом. На следующий день сын героя уходит работать на местный завод и погибает в результате несчастного случая.


Работодатель отрицает свою ответственность, но соглашается выплатить семье неустойку — 200 фунтов. Убитые горем родители загадывают второе желание — вернуть сына к жизни. Однако к ним в дом приходит оживший мертвец, который ввергает их в ужас. Третье желание — чтобы ужасное создание исчезло.


Луис Крид тоже не может справиться с желанием вернуть то, что он потерял — родного сына. Магическое кладбище для него — как запретный плод из Библии. А сосед Джад выступает в качестве змея-искусителя, который, пусть и косвенно, подталкивает героя к немыслимому греху. Луису наплевать на последствия. Он даже не может представить, как будет объяснять своей жене и дочери внезапное возвращение ребёнка из мёртвых после проведения официальных похорон.


Скорбящий отец руководствуется только одной мыслью: нужно вернуть всё на свои места, как и в случае с Чёрчем. Но оба воскрешения приводят к катастрофическим последствиям: как для семьи, так и для Луиса лично.


Тут начинается второй уровень истории — нежелание принять прошлое. Луис возвращает Кейджа к жизни, потому что не считает его смерть справедливой, а свои страдания — заслуженными. Смерть ребёнка моментально возводит стену между ним и Рэйчел.


Однако вместо того, чтобы поговорить друг с другом и вместе постараться двигаться дальше, каждый из родителей предпочитает замкнуться в себе и делать то, что считает нужным. Луис, соответственно, решает вернуть всё как было, воскрешая сына на кладбище. Он помнит, что «подмену» Чёрча дочь не заметила и надеется, что подобное произойдет и теперь. Если не получится — всегда можно, как он думает, ввести ожившему сыну смертельную дозу морфия.

История одного воскрешения: «Кладбище домашних животных» Стивена Кинга. Стивен Кинг, Кладбище домашних животных, Книги, Длиннопост, DTF

Вероятно, этой историей писатель пытается сказать своим читателям, что былые травмы и печальные события всегда напоминают о себе. Однако в наших силах сделать так, чтобы вспоминать о них можно было легко и без сожалений. Для этого нужно принять произошедшее, что для Луиса и Рейчел оказывается невозможным.


Наконец, главная тема, на которой построена вся книга — страх, что любимый человек покинет тебя. В частности, это касается, конечно же, родителей и детей. У Стивена Кинга много фобий, но главная из них — потеря своего ребёнка. Смерть — печальная, но всё же самая естественная вещь в мире. Кинг, как и врач Луис, это понимает. Однако писатель не знает, как бы повёл себя в критической ситуации, подобной описываемой им.


«Кладбище домашних животных» пугает не мистическими существами и насилием, а убедительной демонстрацией полной моральной деградации слабого человека. А Луис Крид, без сомнения, именно такой герой. Кинг старательно описывает все этапы, которые проходит персонаж в своём стремительном падении. Хуже того, он тянет за собой всю свою семью.


Высшая точка деградации личности Луиса — вскрытие могилы сына. При чтении этот поступок ощущается как настоящее преступление против человечности и посягательство на естественную природу вещей. Ещё страшнее становится, когда читатель осознаёт: все действия героя продиктованы родительской любовью. Просто понимает её Луис по-своему.


Писатель также любит «играть» со своими героями, по ходу повествования превращая их в абсолютно других людей. В «Кладбище» читателю очень легко начать сопереживать Луису Криду — он выглядит и действует как обычный человек. Но к концу романа персонаж превращается в виновника смерти своей семьи.


Невозможно обойти стороной и родительскую тему. Как известно, отец писателя покинул семью — с тех пор Кинг его не видел. Автор старается убедить себя, что не похож на человека, оставившего его в детстве. Однако иногда его терзают сомнения, и поэтому в своих произведениях Кинг не единожды создаёт героев-отцов, которых он наделяет неоднозначными чертами характера, свойственными ему самому.


(с.) сайт DTF

Автор Никита Ентус

https://dtf.ru/read/45243-istoriya-odnogo-voskresheniya-klad...

Показать полностью 3
688

Романы-победители премии «Хьюго», которые стоит прочитать

Премию «Хьюго» часто называют «Оскаром» от мира литературной фантастики. Но в ней, в отличие от «Оскара», голосуют не только люди из книжной индустрии, а вообще все участники Worldcon — «Всемирной конвенции научной фантастики». Однако же в остальном аналогия вполне подходящая: это самая престижная англоязычная награда в своей сфере.


Если считать вместе с «Ретро-Хьюго», за всю историю премии награду за «лучший роман» получили семьдесят две книги. Из них мы сделали небольшую подборку самых важных, на наш взгляд, книг. В этом списке нет произведений, для прочтения которых нужно обязательное знание каких-то предыдущих книг из авторского цикла. Также здесь действует правило: от одного автора — только одна книга.


«451 градус по Фаренгейту», Рэй Брэдбери


Главный герой книги, Гай Монтэг — самый обычный американский пожарный. Правда, его страна превратилась в тоталитарную антиутопию, где запрещена вообще вся литература, а пожарных превратили в сжигателей книг. И Гайя это вполне устраивало — до тех пор, пока он сам не увлёкся чтением.


«451 градус по Фаренгейту» уже давно попал во всевозможные списки лучших антиутопий. И всё дело в том, что в отличие от многих других писателей, Брэдбери описывал свою антиутопию не как нечто отдалённое от современных ему реалий и идеологически, и по времени существования. Америка в его книге — современное западное общество, свернувшее к запрету всех книг буквально за считанные десятилетия. Правительство, постепенно вводило всё более сильную цензуру, чтобы не оскорбить какое-либо меньшинство — а население отвлекалось от всех проблем телевидением и другими развлечениями.


«Страсти по Лейбовицу», Уолтер Миллер


Роман рассказывает историю монашеского ордена, пытающегося сохранить знания и технологии после ядерной войны. Действие разворачивается пятьсот, тысячу и полторы тысячи лет спустя катастрофы. История циклична, и за эти полтора тысячелетия успевают смениться новые Средневековье, Возрождение и эпоха Просвещения, за которые человечество так и не смогло побороть свою природу.


Это одно из ключевых произведений в жанре постапокалипсиса: без него, к примеру, Wasteland и Fallout были бы совершенно иными. Вместе с тем «Страсти по Лейбовицу» до сих пор не теряются на фоне других книг про постъядерный мир за счёт своей реалистичности, мрачности и необычной для жанра точки зрения на постапокалипсис.


«Человек в высоком замке», Филип Киндред Дик


Нацисткая Германия победила во Второй мировой войне и поделила весь мир между собой и союзниками. США разделили на несколько частей: Японии отошло западное побережье, немцам — восточное, а в Скалистых горах и на Среднем Западе объявили демилитаризованную зону.


События книги происходят в 1962 году в японской зоне оккупации. Третий Рейх охвачен борьбой за власть и обсуждением возможной ядерной бомбардировки своих союзников, из-за чего японцы пытаются поддержать более выгодную им фракцию. Американские предприниматели продают японским богачам поддельные произведения народного искусства. Популярен роман «И отяжелеет кузнечик» — альтернативная история про то, как Германия проиграла во Второй мировой.


Тех, кто начнёт читать «Человека в высоком замке» ради именно альтернативной истории, книга может разочаровать: в ней много исторических ляпов, мир проработан не слишком детально, а общий размах сюжета не шибко масштабен. Главное помнить, что это лишь фон для традиционной для автора темы иллюзорности реальности. И эту тему Филип Дик, как всегда, отрабатывает на все сто: к примеру, в этом мире гадание по Книге Перемен всегда даёт правильные ответы, а «И отяжелеет кузнечик» описывает не нашу реальность, а ещё одну альтернативную историю.


«Дюна», Фрэнк Герберт


Невообразимо далёкое будущее, в котором запрещены хоть сколько-то продвинутые компьютеры. Межзвёздные путешествия ведутся только при помощи мутантов-навигаторов. Для этого им нужно вещество под названием пряность, дарующее фактически экстрасенсорные способности.


Падишах-Император отправил Дом Атрейдесов управлять единственной планетой во вселенной, где производится пряность — важнейшее вещество во вселенной. И всё это часть одной большой интриги, проворачиваемой Харконненами — давними врагами Атрейдесов.


«Дюна» — одна из важнейших книг в истории фантастики. «Звёздные войны» — просто упрощённая версия «Дюны». Мироустройство Warhammer 40,000 постоянно напрямую отсылается к «Дюне». Фэнтезийные саги вдохновляются «Дюной» чуть ли не наравне с «Властелином колец»: от «Колеса Времени» до «Песни Льда и Пламени».


Случилось это из-за органичного смешения фэнтези и научной фантастики: поединки на ножах-крисах соседствуют с перелётами на космических кораблях, сюжет о становлении мессии переплетён с рассуждениями об экологии. А ближневосточная стилистика «Дюны» даже спустя полстолетия смотрится свежо на фоне большинства космоопер.


«Князь Света», Роджер Желязны


На далёкой планете экипаж земного корабля основал колонию. Инопланетян-аборигенов нарекли демонами и оттеснили глубоко в недра планеты. Офицеры корабля объявили себя богами и поселились в Небесном Граде, окружив себя всеми благами прогресса будущего. А малограмотных колонистов поселили в средневековых городах с кастовой системой, в которых запретили хоть какое-то развитие технологий. Всех недовольных подвергали реинкарнации в худшие варианты воплощений.


Но главный герой восстал против богов: он проповедовал буддизм в этой глубоко индуистской системе. Только так он мог вернуть веру в прогресс и организовать сопротивление узурпаторам, ведь по учению Будды спасение возможно и без поклонения богам.


Такого яркого и закрученного противостояния религий нет больше ни в каком другом романе-победителе премии «Хьюго».


«Всем держаться Занзибара», Джон Браннер


Если раньше всё человечество можно было бы разместить на острове Мэн, то в мире романа для этого уже нужен втрое больший по площади Занзибар. Могущественные транскорпорации правят миром. Китай — главная экономическая сверхдержава. Европа объединилась в федерацию. США ведёт напряжённую борьбу с терроризмом. СМИ перегружают информацией население и насаждают постмодернистскую культуру потребления. Многие сферы жизни контролируют компьютеры.


Только в той реальности так и не появились Интернет и персональные компьютеры. Проблемой номер один объявили перенаселение, и чтобы это побороть, запретили заводить детей людям, больным гемофилией, дальтонизмом, шизофренией и другими заболеваниями, способными передаваться от родителей детям. Правительства почти целиком узаконили наркотики из-за повальной эпидемии депрессий. И в такой ситуации появился учёный, что предлагает генную инженерию для решения всех проблем человечества.


«Всем держаться Занзибара» 1968 года рекомендуется всем, кому любопытно прогностическое свойство фантастики. Несмотря на ряд неверно предсказанных деталей, в романе показана картина мира, крайне схожая с реальностью наших дней. Даже со временем появления первых генно-модифицированных людей Джон Браннер ошибся всего-то на восемь лет.


«Луна — суровая хозяйка», Роберт Хайнлайн


Некогда Луна была обычным местом ссылки для заключённых, откуда почти никто не мог сбежать: со временем организм человека целиком отвыкал от земной гравитации. Теперь же она превратилась в сырьевой придаток Земли, объявившей в своей колонии драконовские законы. Поэтому жители Луны стремятся к независимости.


Лучшая работа Хайнлайна, где в идеальных пропорциях смешаны все любимые темы автора: от социального устройства необычного общества до детального описания войны с метрополией.


Самый специфический перевод этого романа на русский — «Луна жёстко стелет» Щербакова. В его варианте получилось произведение, до краёв заполненное феней.


«Левая рука Тьмы», Урсула Ле Гуин


Лига Миров направила на вечно заснеженную планету Гетен своего посланника. Его задача — подписать договор с местными жителями о вступлении в Лигу. Гетенианцы внешне неотличимы от людей, но некоторые их особенности усложняют и без того трудную миссию посла. Гетенианцы не знают, что вообще такое «полёт»: на их планете нет ничего того, что могло бы летать. И ещё все гетенианцы — гермафродиты, не имеющие предрасположенности ни к «женской», ни к «мужской» роли, а их сексуальная активность проявляется только несколько дней в цикле, примерно равном земному лунному месяцу.


Здесь по полной проявляются умение Урсулы Ле Гуин моделировать чуждые нам культуры довольно похожих на нас инопланетян. Всю книгу главному герою придётся проходить через политические интриги и налаживать взаимопонимание с непривычной для людей психологией.


«Мир-Кольцо», Ларри Нивен


В далёком будущем в космическую экспедицию отправились бывалый космический пилот, обычная безработная с Земли, воинственный кзин, напоминающий антропоморфного тигра, и трусливый двухголовый пришелец-кукольник. Цель их путешествия — загадочный Мир-Кольцо, самая большая искусственная конструкция во вселенной. Неизвестно, кто его построил — но эти таинственные пришельцы успели населить Мир-Кольцо самыми странными созданиями.


«Мир-Кольцо» — чуть ли не идеальный научно-фантастический приключенческий роман. Интереснейшие описания инопланетных рас сменяются детальным описанием технического устройства Мира-Кольца. Герои встречают множество опасностей, вроде солнечников — растений, научившихся отражать свет настолько хорошо, что в не особо солнечный день небольшой луг таких цветов может сжечь звездолёт.


О влиятельности книги говорит хотя бы тот факт, что пилот Луис Ву и кзин Говорящий с Животными скорее всего послужили прототипами Хана Соло и Чуббаки.


«Сами боги», Айзек Азимов


В XXII веке люди наладили связь с пришельцами из параллельной вселенной, чтобы обменивать стабильный вольфрам-186 на нестабильный плутоний-186. Всё это обеспечило обе цивилизации почти бесконечным источником энергии. Но через некоторое время выяснилось, что этот процесс угрожает жизни и на Земле, и в другой реальности.


Одна из лучших работ Азимова, в которой он в привычном для себя стиле исследовал проблемы научно-технического прогресса и столкновения человечества с неизвестным. Приятным бонусом идут описания быта трёхполых жителей параллельной вселенной с чуждой землянам культурой.


«Свидание с Рамой», Артур Кларк


В сторону Солнца движется гигантский цилиндрический космический корабль. Земным исследователям удалось раскрыть его и увидеть на его внутренней стороне громадное пространство со всеми условиями для жизни: светом, кислородом, океанами и даже примитивными формами жизни. Корабль ремонтируют роботы, настроенные на автоматические работы. Но самих создателей корабля нигде не удаётся найти. Учёные недоумевают: так что же это всё значит?


«Свидание с Рамой» — один из образцов твёрдой научной фантастики, способной создать атмосферу одной большой загадки, вставшей перед человечеством.


«Нейромант», Уильям Гибсон


Кейс — высококлассный хакер, «ковбой» виртуальной реальности. Он попытался обмануть своих работодателей, за что поплатился: ему ввели микотоксин, блокирующий подключение нервной системы к киберпространству. Кейс не мог жить без виртуальной реальности, поэтому начал всё сильнее опускаться на самое дно, «закидываясь» всё более тяжёлыми наркотиками и ведя всё более маргинальный образ жизни. И однажды ему предложили одно дело, за выполнение которого пообещали вернуть в ряды «ковбоев».


История похождений Кейса — одна из влиятельнейших книг в истории фантастики. Она окончательно сформировала новую эстетику, лёгшую в основу киберпанка. Герои романа — хакер-маргинал, проститутка с киберимплантами и сумасшедший садист-жертва атомных бомбардировок. Путешествуют они по миру недалёкого будущего, превратившемуся из-за высоких технологий в ещё большую помойку, чем прежде. Миром «Нейроманта» правят государства и транскорпорации, которым глубоко плевать на жизни обычных людей.


Но самое главное, «Нейромант» всем запомнился своим литературным стилем. Технологии в мире «Нейроманта» не только не упростили быт, как в фантастике Азимова и Кларка — машины вообще превратили жизнь людей в нечто сюрреалистическое. Повествование ведётся со стороны человека, которого практически поглотил безумный поток технологий.


«Гиперион», Дэн Симмонс


Дэн Симонс взял чуть ли не все самые главные темы и направления фантастики XX века и объединил в «Гиперионе» самым причудливым образом. Во многом такое позволила провернуть структура книги: роман состоит из шести новелл, рассказанных паломниками на пути к таинственному и зловещему Шрайку, способному выполнить одно-единственное желание.


Каждая новелла внутри романа — о чём-то своём. История священника выполнена в стиле «научных романов» про путешествие в неизведанные уголки планеты, заполненные жуткими тайнами и населённые странными племенами. Рассказ полковника — классическая космическая боевая фантастика. Поэт рассказал новеллу, полную авантюр, юмора и наркотиков, как в самых китчевых романах «новой волны». Новелла учёного — история, полная психологизма и религиозных вопросов. Главы, посвящённые детективу — киберпанк в своём самом каноничном проявлении. Рассказ консула — мелодраматичная история любви в мире космических путешествий.


И какими бы разными не казались эти новеллы — все они составляют одну цельную картину гигантского мира, в котором есть место и огромным деревьям-звездолётам, и поэту Джону Китсу, воскрешённому ИИ, и много ещё чему.


Хотя и сам по себе «Гиперион» оставляет восторженные впечатления, всё же рекомендуется сразу же после него прочесть продолжение — «Падение Гипериона». По сути они — одна большая книга, которую поделили две части.


«Алмазный век, или Букварь для благородных девиц», Нил Стивенсон


В будущем нанотехнологии обеспечили нуждающихся всем необходимым и устроили небывалый технологический скачок. Однако общество в таких условиях предпочло обратиться к прошлому. Государства разделились на общины, объединённые по тому или иному признаку. Крупнейшие из них — Новая Атлантида, живущая укладом викторианской Англии, Ниппон, вернувшийся к традиционной японской культуре, и конфуцианский Хань. И в этом мире к девочке из бедной семьи попал уникальный справочник, позволяющий из кого угодно воспитать лидера.


«Алмазный век» — блестящее сплетение идей посткиберпанка со стимпанком, заполненное интересными авторскими идеями. Например, несмотря на небывалые технологии, тут можно легко встретить людей, предпочитающих передвигаться на улицах исключительно на лошадях. Правда они механические, и их можно почти мгновенно свернуть в лёгкий чемоданчик.


«Американские боги», Нил Гейман


Парень по кличке Тень отсидел в тюрьме и, освободившись, нанялся работать на мистера Среду — престарелого мелкого мошенника. На самом деле этот старик — скандинавский бог Один, перебравшийся на Американский континент, как и все остальные боги. И он начал войну с новыми американскими богами технологий, брендов и СМИ. Борьба идёт за людскую веру, ведь чем больше людей верит в бога, тем он сильнее. А без веры бог умирает.


Несмотря на масштаб темы, Нил Гейман показывает богов приземлённо, чему способствует их образ жизни. Из-за нехватки веры боги вынуждены работать как самые обычные люди — в такси, в казино, на скотобойнях. Но Тень, с точки зрения которого рассказывается история, всё равно вынужден жить по их законам. Перестав понимать, что вообще происходит, он начинает следовать законам мифологии и логике сна.


«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл», Сюзанна Кларк


Начало XIX века. В Англию вернулась магия благодаря двум людям: мистеру Норреллу и его молодому ученику Джонатану Стренджу. И с помощью волшебства им придётся решать проблемы, связанные с новым для них миром магии, фейри и Короля-Ворона. Кроме того, в привычной для них реальности во всю идут Наполеоновские войны.


Самое примечательное в этом романе то, что он написан в стиле английских писателей XIX века: Чарльза Диккенса, Джейн Остен и Джорджа Мередита. И стилизация эта настолько удачна, что многие рецензенты называли «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» великолепным историческим романом, почти не упоминая фэнтезийные элементы. Магия там показана предельно буднично: в правительстве принимают законодательные акты о магии, а на войне самое полезное применение колдовства — создание дорог для армии.


Автор Илья Цуканов

https://dtf.ru/read/44295-romany-pobediteli-premii-hyugo-kot...

Показать полностью
290

Незримый университет Плоского мира.

Терри Пратчетт — один из самых выдающихся британских писателей, мастер юмористического фэнтези и создатель вымышленной вселенной под названием Плоский мир. Изначально цикл задумывался, как жанровая пародия (что особенно заметно по самым ранним книгам), но очень быстро истории о дискообразной планете переросли в самобытные, сатирические и многогранные произведения, которые полюбились отнюдь не только поклонникам фэнтези.


В самом большом и знаменитом городе, Анк-Морпорке, находится Незримый Университет — эпицентр волшебства на всем Диске. И его бурная жизнь заслуживает отдельного внимания.

Незримый университет Плоского мира. Терри Пратчетт, Юмористическая фантастика, Книги, DTF, Длиннопост, Плоский мир, Незримый университет

В давние времена Незримый Университет был центром города. Его основал великий волшебник Альберт Малих — он же, по совместительству, первый аркканцлер Университета. С годами Анк-Морпорк рос и все больше «смещался» вдоль протекающей рядом реки, но магический учебный центр и по сей день остается одной из главных достопримечательностей города. Вблизи от Университета можно заметить развалины первой городской стены, но главная его достопримечательность — высоченная Башня искусств, древнейшее строение, которое даже изображено на гербе Анк-Морпорка.


В Плоском мире магия не делится на «светлую» и «темную». Вместо этого она различается по половому признаку: магия волшебников и магия ведьм. Вторые живут на просторах Овцепикских гор, а первые отправляются на учебу и службу в Незримый Университет. Эти традиции столь сильны, что даже невероятно сильной и талантливой девушке поступить в Университет будет практически невозможно. Впрочем, одна представительница прекрасного пола все же попыталась и даже пробралась в святую святых магов, что привело к массе забавных злоключений — как для нее самой, так и для окружающих.

Незримый университет Плоского мира. Терри Пратчетт, Юмористическая фантастика, Книги, DTF, Длиннопост, Плоский мир, Незримый университет

Среди юношей единственный критерий поступления на учебу — это возможность видеть восьмой цвет радуги, октарин, который и называют цветом волшебства. На его фоне все остальные цвета кажутся тусклыми и примитивными. Если вы видите октарин, варианта два: вы либо волшебник, либо кот.


Свое название — Незримый — университет получил неслучайно. Рассмотреть его можно только тогда, когда он сам этого пожелает. Скопление волшебных книг оказывает такую силу, что Университет преломляет вокруг саму реальность. За стенами заведения обучают волшебников, одни из главных обязанностей которых — не пропускать обеды и ужины. Стандартный курс лекций идет всего неделю, а затем студенты вправе самостоятельно выбирать, чем заняться: неопределенными науками, руносложением, философией или магией. После окончания обучения новоиспеченные волшебники, получившие звания Незримых академиков, могут отправиться в странствие по Диску либо остаться работать в Университете.


Хотя наибольшая власть сосредоточена в руках аркканцлера, самое ответственное лицо Незримого Университета — это Библиотекарь. Не стоит пугаться, что он — орангутанг. Во-первых, это единственное существо, которое разбирается в расположении магических книг в библиотеке, а во-вторых, в прошлом он был человеком, который после неприятного магического инцидента стал обезьяной. Но называть его этим словом точно не стоит — мигом шею свернет! И это при том, что вообще-то Библиотекарь довольно интеллигентен и дружелюбен, если, конечно, вы бережно относитесь к книгам.

Незримый университет Плоского мира. Терри Пратчетт, Юмористическая фантастика, Книги, DTF, Длиннопост, Плоский мир, Незримый университет

На плоской вершине астрологической башни находится Обсерватория, где астрономы с помощью телескопов могут изучать звездное небо — конечно, при условии, если у них когда-нибудь появится такое желание.


В подземельях Незримого Университета можно встретить древнейшие книги, от которых может зависеть судьба всего мира в самых сложных ситуациях. Но копаться в них без крайней надобности не стоит — так однажды волшебник-недоучка Ринсвинд прочитал заклинание, которое стало блокировать в нем проявление любой другой магии. Так что магический арсенал незадачливого чародея с тех пор ограничивается этим одним заклятием. Все в тех же подвалах некогда поумнели крысы, они научились разговаривать и образовали Клан. Живший на территории университета кот Моррис тоже однажды преобразился, став говорящим. Они начали вместе путешествовать по Диску, обманывая его жителей по одной схеме — сначала очередной город заполняли крысы, а затем Моррис и мальчик-дудочник «спасали» жителей от «нашествия».

Незримый университет Плоского мира. Терри Пратчетт, Юмористическая фантастика, Книги, DTF, Длиннопост, Плоский мир, Незримый университет

Жизнь в стенах Университета всегда бьет ключом. Ученики и преподаватели то и дело участвуют в Анк-Морпоркских драках, расследованиях преступлений или борьбой с чудовищами из параллельных миров. Иной раз они могут провести футбольный матч против команды уличных игроков. А самый современный профессор Незримого Университета, Думминг Тупс, из трубочек и муравьев построил Гекс — первый компьютер Плоского Мира.


Незримый Университет — причудливое место с наибольшим скоплением магии на всем Плоском Мире. Сложно сказать, как много новых знаний в нем получают начинающие волшебники, но это единственное место, где можно законно получить остроконечную шляпу и магический посох. И уж точно их ждет безумно веселая и насыщенная событиями жизнь как в стенах Университета, так и за его пределами.


Автор fanzon

https://dtf.ru/read/43535-nezrimyy-universitet-ploskogo-mira

Показать полностью 3
248

Полдень. XXII век

В известном смысле предки всегда богаче потомков. Богаче мечтой. Предки мечтают о том, что для потомков рутина. Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий Полдень, XXII век

Полдень. XXII век Стругацкие, Обзор, Длиннопост, Книги

Аркадий и Борис Стругацкие личности, ставшие культовыми на постсоветском пространстве. Их творчество оставило большой след в русской литературе, да и вообще, культуре, что до сих пор периодически возникают всплески внимания к наследию авторов. Это находит выражение во многих сферах – то фильм снимут, так же ставший классикой (позже снова попытались, да не раз, но лучше забыть этот гуановый Массаракш отечественной киноиндустрии), то игру на основе идеи сделают. К последнему можно относится крайне неоднозначно, но уж равнодушия проект не вызывает. Зачастую многие либо любят до такой степени, что прощают всё и долгими вечерами полируют напильником до представляемого только им одним совершенства, либо… критикуют начисто и неимоверно. Но и те, и другие, что интересно, ждут выхода новой части (судя по тому, какой ажиотаж вызвал один только пост в Твиттере). Да, это действительно своеобразный феномен, но возник бы он, если бы не частица изначального мира Стругацких, - для меня большой вопрос. Стругацкие многогранны, это и философская «Улитка на склоне» и искрометная «Понедельник начинается в субботу», загадочный «Отель «У Погибшего Альпиниста»» и предвосхищающий «Полдень. XXII век». О последнем сегодня и поговорим.


Для меня это произведение не столько простая книга, представляющая собой сборник каких-то фантастических истории. Скорее – послание потомкам, то, каким бы хотели бы видеть будущее. Тот мир, который тогда желали построить и к чему стремились всем сердцем. Да, читая этот альманах сейчас, многие вещи кажутся наивными. Такие, например, как коммунизм планетарного масштаба, оздоровление общества до такого состояния, что практически каждый бы участвовал совершенствовании мира, в котором живет. Но это не ставишь в укор авторам. Скорее, возникает какое-то чувство тоски по миру, к которому так и не пришли. Сместился угол взора, люди больше приросли к земле и ушли в свои мелкие, по масштабам Вселенной, проблемы. Одно утешает – еще есть время. Такие мечтатели, как авторы, до сих пор среди нас.

«Полдень. XXII век» - это манифест, не только о том, каким должно быть будущее, а скорее, каким бы следовало быть людям. Искренняя, по-детски наивная, вера в человечество, характерна многим писателям-фантастам того времени, но у Стругацких она доходит до апогея. Сюжеты альманаха повествуют о людях над своими проблемами, практически победившими смерть, научившимися справляться с природой, овладевшими множеством миров, но не утратившими энтузиазма и желания двигаться вперед. В книге нашлось место и дружбе, и товариществу, и чувству долга. Так же не последнее место в ней занимает и благодарность потомков. Но авторы не говорят о том, что она должна быть в любом случае, скорее, показывают, что заслужить ее, зачастую, непосильная задача. Здесь поднимается множество культурных, философских и этических вопросов.


Меня особенно зацепил сюжет с поиском следов иных цивилизаций. То, как им практически удавалось поймать удачу за хвост, но она снова и снова ускользала. И становится немного грустно, что все закончилось именно так, как написано. Но возможно, оно и к лучшему. Отдельно нужно отметить, что основной упор идет не на тупое действие, а на то, что ему предшествовало, что именно толкнуло на совершение человека и какова же плата за него. Так же один из самых показательных моментов – понимание авторами роли Учителя. Скажу честно, подход местного гуру к обучению подопечных был показателен и заслуживает уважения.

Хочется сказать больше спасибо Стругацким за наследие. За то, что создали произведения, которые западают в душу и предлагают стать лучше, добрее.

Амбассадор

P.S. Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным.

Показать полностью
256

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл».

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — история двух волшебников из Великобритании, которые решили вернуть магию в страну. Сюжет книги разворачивается в конце XVIII и в первые десятилетия XIX века, и описывает значительную часть жизни героев.


Роман часто относят к жанру альтернативной истории — во вселенной, созданной писательницей Сюзанной Кларк, магия была вполне реальной в средние века и Ренессанс, пока настоящие или, как их называют, «практикующие» волшебники не исчезли. Эту ситуацию и пытаются исправить главные герои.


Сразу после выхода книга обрела популярность, которая не снилась другим произведениям о волшебниках, за исключением разве что «Гарри Поттера».

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Как написать бестселлер


Дочь священника-методиста, Сюзанна Кларк провела своё детства в переездах из одного города Северной Англии в другой. Благодаря этому она хорошо поняла уникальные особенности этого региона, черты, которые его объединяют и отличают от остальной Великобритании. Родители смогли привить девушке любовь к литературе: Кларк мечтала о том, чтобы стать писательницей, ещё в школе.


Придумывать книгу она начала с одного из двух персонажей — мага Джонатана Стренджа, воплощающего романтическую и безумную сторону Англии, которую сама Кларк связала с северной половиной королевства. В начале 90-х будущая писательница занималась обучением английскому языку в Испании — именно там в 1993 году ей пришёл образ героя.


Вернувшись в Британию, Кларк, будучи обстоятельным человеком, решила подготовиться. Она и раньше писала художественные тексты для себя, но в этот раз её хотелось выйти на более высокий уровень. Поэтому она присоединилась к воркшопу, посвящённому фэнтези и фантастике, под руководством писателей Колина Гринланда и Джефа Роймана.


И всё это время Сюзанна Кларк продолжала писать. В 2009 году она призналась, что делала это «для себя, а не для читателя». Писала отдельными кусками, которые потом скрепляла воедино, без цельной схемы произведения. А не бросить громадную работу помогала надежда, что «в следующем году» книга, наконец, закончится. Но годы шли, роман всё увеличивался — и по-прежнему был далёк от финала.

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Кларк и Гринланд начали встречаться, а 1996 стали жить вместе. Опытный писатель поддерживал своего партнёра, а в начале 2000-х нашёл ей литературного агента по имени Джайлз Гордон. Тот, в свою очередь, предложил ещё незаконченную рукопись издательству «Блумбери», где роман оценили, причём настолько, что решили издать 250 тысяч копий, распространить их сразу в Великобритании, Германии и США, и ещё до выхода книги договорились о переводе на 17 языков.


В 2004 году книга вышла. Все, кто верил в талант Кларк, не прогадали. Роман немедленно стал бестселлером, вошёл в шорт-лист Букеровской премии, а в 2005-м получил премию «Хьюго». Коммерческий успех был сопоставим, полностью окупив рискованные вложения «Блумбери». Почти что сразу начались разговоры о полнометражной экранизации, и студия New Line Cinema даже приобрела на неё права. К сожалению, со временем идея затухла.


А вот сериал «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл», состоящий из семи эпизодов вышел, правда, только в 2013 году. Он получил одобрение и критики, и публики, и самой Кларк, которая сказала, что подбор актёров полностью соответствовал её видению персонажей. Сейчас это — лучший способ ознакомиться с произведением для тех, у кого нет времени или возможности прочесть книгу на 800 страниц, которая, к тому же, много теряет в переводе.


Мир английской магии


Но как устроен мир английской магии и английских магов? Тут элемент альтернативной истории выходит на первое место. Кларк выдумала целую традицию волшебников, существовавших в Средние века. Предшественников Стренджа и Норрелла можно разделить на три группы, в зависимости от того, когда они действовали. Самые древние маги, вроде Мерлина — легендарные фигуры в этом мире, известные многим, но не оставившие никакого реального наследия, примерно как легендарные короли из нашей истории.

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Несколько позже появились Маги Золотой Эпохи или Aureate, действовавшие в Средние Века — могущественные чародеи, которые записали собственные открытия и заклятья. Так они создали настоящую традицию магии, не зависящую от передачи знаний от учителя к ученику.


Самый важный и известный из них — Король-ворон Джон Аскгласс. Воспитанный в землях фей, он вернулся в мир людей и с помощью колдовства захватил всю Северную Англию, которой и правил в течение нескольких столетий. Правление Аскгласса закончилось тем, что он просто исчез, из-за чего среди простого народа распространилось поверье, что он когда-нибудь вернётся.


После исчезновения Короля-ворона практическая магия в Британии стала забываться. Магов, которые продолжали заниматься этим ремеслом в последующие века, называли Argentine, маги Серебряного века. К концу XVI века отмерла и их традиция, после чего в Англии осталась только «теоретическая магия», фактически — изучение магической истории, не подразумевающее применение заклятий.


Джентльмены, состоящие в обществах таких теоретических магов, насмехались над самой мыслью применить магические познания на практике, утверждая, что эта идея «нереспектабельна». Эта ситуация и сохранялась до конца XVIII века, когда двое главных героев начинают свой путь.


Нетрудно заметить, что маги в книге Кларк напоминают скорее исследователей: религиозных схоластов или философов. Их значимость определяется не только могуществом, но и тем, какие книги они оставили после себя, как много сделали для магической традиции.

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Вокруг поиска книг строится большая часть сюжета. Более старый, солидный и уважаемый мистер Норрелл, пытающийся доказать, что практическая магия — респектабельное ремесло, скупил книги по магии со всей Англии. Это позволяет ему какое-то время контролировать своего ученика, гораздо более порывистого и эмоционального Джонатана Стренджа.


Но ближе к середине романа Стрендж решает написать собственную книгу, критикующую взгляды наставника, что провоцирует конфликт. Борьба магов происходит как через заклинания, так и через газеты, где публикуются ревью, журнальные статьи и обсуждения книги в светских кругах.


Волшебник в её вселенной может очень многое, и, что особенно непривычно после книг фэнтези, почти не ограничен масштабом или чем-то вроде «магической силы», хотя и нуждается в каком-то ритуале, заклятье или специальных вещах. В самом начале книги Норрелл оживил все статуи в Йоркском кафедральном соборе, и заставил их рассказать всё, что они видели на протяжении своего существования.


А Стрендж, присоединившийся к британской армии в ходе войны с Наполеоном, создавал и убирал дороги, облегчая передвижение для английских войск, и затрудняя манёвры французам. Во время подготовке к битве при Ватерлоо он ненадолго перенёс Брюссель в Америку. А в сносках, рассказывающих про великих магов прошлого, упоминаются ещё более впечатляющие события.


В тоже время маги не всемогущи. Во-первых, заклятья нужно исследовать или, как демонстрирует Стрендж, придумывать самостоятельно. В любом случае они требуют интеллектуальной работы. Кроме того, упоминаются различные ограничения, как правило, также вдохновлённые фольклором и его символической логикой. Например, следить друг за другом маги могут, используя отражающие поверхности, поэтому персонаж, находящийся в комнате без воды и зеркал, защищён от наблюдения.

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Сюжет всего романа во многом отталкивается от сделки, которую Норрелл заключил с безымянным королём фей ещё в первой части. Этим действием он привлёк внимание сказочного народа, некогда покинувшего Англию вместе с магией, к текущим событиям. Это, в свою очередь, положило начало конфликту, который разрешился только в самом финале романа.


Именно феи играют роль главных антагонистов в романе Кларк. При этом они выглядят как не столько как злобные, сколько как абсолютно безумные существ, неспособные понять очевидные для людей идеи, услышать чужое мнение или разделять свои желания и объективную реальность.


Такой образ фей Кларк заимствовала у Геймана, но сама пошла дальше, активно развивая связь магии и безумия. Ближе к концу романа становится понятно, что мастерство мага напрямую связано с душевным расстройством. Логика магии принципиально неестественна для человека, и чем маг безумнее, тем лучше он понимает, как именно создаются заклятья, откуда они исходят и почему работают. Это — ещё одна отсылка к фольклору, где волшебники, вроде Мерлина, часто напоминают сумасшедших.


«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — прекрасный пример того, как из знакомых элементов можно сделать что-то по-настоящему новое и необычное. Все детали этой книги понятны: английская классика, артуровский цикл, британские сказки, предтечи современного фэнтези, текущие и нынешние проблемы британского общества, и, конечно, английские волшебники.

Кажется, что после «Гарри Поттера», которой, в свою очередь, и сам появился не на ровном месте, про них уже невозможно сказать что-то интересное. Но Кларк удалось скомбинировать эти привычные элементы непривычным способом. Дать голос тем, кого обычно в искусстве и реальной истории игнорируют. Показать проблемы, о которых часто забывают. И описать магию так, как не удавалось никому до неё.

Друзья английской магии: «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл». Сюзанна Кларк, Фильмы, Книги, DTF, Длиннопост, Магия, Волшебство

Выйдет ли у этой книги продолжение, мы не знаем. Писательница когда-то обещала, но с тех пор прошло много лет, а у неё самой диагностировали «синдром хронической усталости». Но и в нынешнем виде «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» это законченное произведение, приятное для чтения и полезное для самообразования.


Автор Леонид Мойжес

https://dtf.ru/read/40326-druzya-angliyskoy-magii-dzhonatan-...

Показать полностью 5
95

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

В невероятно далекие времена, когда еще не существовало телевидения и умами людей безраздельно владело радио, в дневных эфирах крутили романтические сериалы для домохозяек. И, чтобы клише полностью сложилось, спонсировали это производители мыла и стирального порошка. Очень скоро любую непритязательную семейную драму начали называть «мыльной оперой». А в 1941 году один из первых фантастоведов Уилсон Такер довольно язвительно заметил: «Если слезливое чтиво для домохозяек называют „мыльной оперой”, то халтурную жвачку про космолеты и спасателей миров можно смело называть „космической оперой”».


Можно только гадать, какие именно произведения каких авторов вызвали такую едкую реакцию, но термин довольно быстро вошел в обиход.

Разумеется, первые романы, посвященные космическим полетам, битвам и приключениям, появились гораздо раньше. Достаточно вспомнить Гарретта Сервисса и его «Эдисоновское завоевание Марса», написанное еще в 1898 году как продолжение «Войны миров» Герберта Уэллса.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Роман задумывался строго научным, но вот сюжет… После неудачной попытки вторжения марсиан человечество решается на ответный ход. На основе антигравитационных двигателей неприятеля создаются собственные космические корабли и мощное оружие. Земная эскадра летит к Марсу, растапливает его ледяные шапки, принимает капитуляцию немногих выживших после чудовищного наводнения и превращает Красную Планету в колонию Земли. По всем формальным признакам – события происходят в космосе; антураж экзотичен; конфликт присутствует; технологии вымышлены – это как раз космическая опера.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Гарретт Сервисс был астрономом-популяризатором, и назвать его человеком несведущим или несерьезно относящимся к науке нельзя

В 20-30-е годы двадцатого века стараниями пяти авторов на древе НФ появился побег фантастики приключений и битв (назовем это так, поскольку имени у нее еще не было). В 1922 году Рэй Каммингс напечатал своих «Людей огня». В 1928 году выходит «Космический жаворонок» Эдварда «Дока» Смита. В том же году Эдвард Гамильтон издает первый роман цикла о звездном патруле «Гаснущие звезды». В 1931 году молодой Джон Кэмпбелл ворвался в литературу с «Островами Вселенной». А в 1934 году Джек Уильямсон представил свой знаменитый «Космический легион».

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Благодаря этим пяти авторам – как бы ни огорчали УилсонаТакера они сами или их последователи, – космоопера приобрела тот облик, который полюбился читателям. Да, здесь порой жертвовали научностью ради зрелищности. Но большинство читателей куда сильнее увлекали герои и события, чем технические достижения отдаленного и весьма неясного будущего.


К тому же мир стремительно менялся – от сравнительно неспешного начала века к войне, от облегчения и радости окончания войны к мировому экономическому кризису. Литература существует не в вакууме. А фантастика ярче всего расцветает тогда, когда реальность вызывает у людей беспокойство и тревогу.


Если хочется убежать от неуверенности в сегодняшнем дне, то куда, как не в фантазии о ярких приключениях и головокружительных победах?

Да и сами авторы становились такими же беглецами. Они стремились вырваться из жестких рамок «строгой» фантастики, словно подростки, которым надоели нравоучения родителей. Эдмонд Гамильтон честно признавался о своем романе «Звездные короли», который во многом стал определяющим для всего жанра:


«В нем отразились старые юношеские грезы наяву, мечтания на тему о „днях славы“. Кому бы не хотелось в мгновение ока из заурядного банковского клерка превратиться в повелителя звездной империи? Кажется, это универсальное желание, и именно о нем мой роман».
От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Первое издание «Звездных королей» Эдмонда Гамильтона

Творчество Эдмонда Гамильтона, пожалуй, наиболее показательно среди остальных авторов «пятерки пионеров». Его ранние рассказы поражают не столько литературным мастерством, сколько дерзостью идей. В рассказе 1926 года «Металлические гиганты» электронный мозг создавал для себя роботов. В романе 1927 года «Захватчик из бездны времени» герой катался в прошлое для найма воинов разных эпох. В 1929 году в «Похитителях звезд» писатель придумал Союз Солнц, фактически Галактическую Федерацию. В «Запретном мире» того же года – параллельную вселенную, где электроны двигались в обратном направлении.


Перечень произведений далеко не полный, но и по этой малой толике можно ощутить размах автора, его стремление объять необъятное.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Эдмонд Гамильтон вместе с супругой, писательницей Ли Дуглас Брэкетт


Во многом именно этому автору мы обязаны и канонами, и штампами космической оперы. Ни к чему об этом умалчивать: штампы – те же каноны, но возведенные в абсолют. И сам писатель, бывало, над ними потешался. В 1942 году он написал юмористический рассказ «Невероятный мир», где американские астронавты обнаружили, что Марс заселен жукоглазыми монстрами, которые свободно говорят на английском и носят непроизносимые имена. Марсианами оказались герои бульварной фантастики, порожденные в том числе стараниями самого писателя.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

И были они жукоглазые и англоговорящие


Эдмонд Гамильтон обыгрывал и обкатывал те приемы, замыслы и ходы, которые на много лет вперед определили направление фантастики. Он объединял прошлое с будущим, классические мотивы со смелыми предположениями. Ему хватило творческой наглости взять летающий остров из третьей части «Путешествий Гулливера» Джонатана Свифта и дать ему новую и совсем иную жизнь в рассказе «Летающие города». Ему хватило смелости перенести в космос придворные интриги. Ему хватило фантазии создать вселенную, в которую хотелось убежать.


«Звездные короли» стали, пожалуй, мерилом всей космической оперы в момент ее становления. Герой романа неведомым образом сбегает из мира, где не может повлиять ни на что, в мир, где от него зависит абсолютно все. И вслед за ним сбегали читатели, которым тогда именно это и было нужно – ощутить собственную значимость.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

«Звездные короли». Чужая планета, помолвка со звездной принцессой, инриги, приключения, бои на мечах – чем не мечта для уставшего от рутины клерка?


Космическая опера появилась тогда, когда и читатели, и писатели были накрепко привязаны к земле со всеми ее бедами и невзгодами. Она стала неким «волшебным зеркалом», сквозь которое можно было заглянуть в будущее настолько далекое, что оно казалось почти сказочным. Поэтому так гармонично выглядели в нем «Звездные короли».


После жанр пережил и падение, и взлеты. В 40-х на первый план вышли такие мастодонты фантастики, как Айзек Азимов, Роберт Хайнлайн, Фрэнк Герберт. В космоопере стало меньше оперы и больше науки. Только и мир не стоял на месте.

В 1957 году люди заворожено следили за первым искусственным спутником Земли. «Волшебное зеркало» фантастики вдруг сделалось похожим на окно. Запуск первого человека стал уже вопросом престижа – кто успеет раньше…


Первые люди высадились на Луну. В 2015 году первая итальянская женщина-астронавт прилетела на Международную космическую станцию с кофемашиной, сконструированной для работы в условиях пониженной гравитации. Кажется, мелочь, но представьте себе этот путь – от невероятной мечты до утренней чашки кофе! Космос превратился в обычное дело. Далекое будущее наступило, мы зовем его настоящим.


И что же? Получается, удел космической оперы – превратиться в производственный роман?

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

В конце 70-х, почти перед самой смертью, Эдмонд Гамильтон писал:


«Меня больше всего тревожит, сколь малое число современных писателей-фантастов проявляет интерес к перспективе космической экспансии. После десятилетий научной фантастики на эту тему освоение космоса стало повседневной реальностью – и это произошло на наших глазах. Однако сегодня, кажется, это мало кого волнует».

Да, в восьмидесятых была «третья волна», которую отличал охвативший многие жанры искусства постмодернизм. Эдакая грусть по «золотому веку», в том числе и космической оперы. Это ни в коем случае не умаляет вклад, который сделали Дэн Симмонс или Лоис Буджолд, но мы – живущие в двадцать первом веке – ждем и жаждем своих авторов, голосов нашего времени.


Так что же победит, рутина или мечта?


Начало 21 века заставило многих любителей космической оперы почувствовать то, о чем говорил Эдмонд Гамильтон: космос близко, но до него, похоже, никому больше нет дела. Прежде людьми двигало восхищение перед всесилием науки, потом романтика дальних странствий, а нам, словно героям фильма «Шоу Трумена», показывают карту, где не осталось ни одного белого пятна. Все сюжеты уже были, все идеи затерты до дыр.


Даже если обратиться к кино, то фильмы о космосе или повторяют старые находки и – что уж таить – играют на наших ностальгических чувствах или вовсе не имеют отношения к фантастике. Мы «доросли» до космического реализма. Или до того, что станет реальностью в очень скором времени.


Осталось только вернуть себе космическую фантастику.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Космос как производственный роман?


По счастью, космическая опера – иная и обновленная – постепенно возвращается на литературный небосклон. Увы, не все с ней проходит так гладко, как хотелось бы, и этому много причин. Самим авторам далеко не всегда удается нащупать верный стиль или тему. Иногда они впадают в чрезмерный эпатаж или довольно грубо переносят сегодняшние проблемы в грядущее. А иногда так стараются сделать «как взаправду», что вместо жизни персонажей мы наблюдаем монтаж и демонтаж механизмов.


Да и читатели – тоже иные и обновленные – успели несколько отвыкнуть от жанра. Одни пристрастились к разным вариациям «странной фантастики», которая сейчас проделывает то же, что и космоопера 20-30-х, – выходит за рамки правил и канонов. Другие предпочитают книги, где «коротко и ясно» и «в целом все понятно». Веяние времени: мир опять ускорился, и далеко не каждый может себе позволить долгими часами разбираться в хитросплетениях сюжета.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Но ведь мы фактически заново открываем жанр. И нужно понять, чем же следует наполнить космооперу? Сколько места должны занимать приключения, сколько – технологи, и сколько – люди? Сейчас читателям мало видеть схематичных «бойцов с бластером» и гипертрофированных «черных властелинов». Разумеется, подобные персонажи устарели.


Еще один значимый показатель – лимит времени. У авторов больше нет права отвлекать читателя пространными рассуждениями, необязательными «красивостями» и поворотами, ведущими в никуда. Такое можно позволить только на собственный страх и риск.

Но оправдается ли подобный риск в мире, где художественную литературу способна потеснить научно-популярная?

Да, дела у современных писателей обстоят непросто, и далеко не все авторы готовы стать «молодой шпаной» со своими дерзкими начинаниями и отрицанием авторитетов. Многие предпочитают остаться в учениках, раз за разом повторяя «лучшее из старого». Тем приятнее находить авторов, которые словно живут впервые. Увы, пока их не так много, но именно они способны задать определенный уровень и создать новые правила игры.


Безусловно, одним из таких авторов является Питер Гамильтон. Его цикл «Содружество» еще не успел стать каноническим, но уже отмел набившую оскомину тему «мрачных перспектив человечества».

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Поклонники фантастики могут даже увидеть в этом знак: в начале 20 века толчок развитию жанра дал Эдмонд Гамильтон, в начале 21 века Питер Гамильтон выводит жанр на орбиту



Хотя первая же книга цикла – «Звезда Пандоры» – способна напугать одним своим объемом. Чтобы отважится на путешествие в семьсот пятьдесят страниц, придется выдать автору неограниченный лимит доверия. И что радует, Питер Гамильтон не подводит – он так аккуратно затягивает в свои сети, что попадаться в них весьма интересно.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Множество миров, множество персонажей, но каждый на своем месте и в нужное время сыграет свою роль. Никаких случайных героев или событий, никакого «мыла». Писатель доказывает, что космическая опера способна стать настоящей оперой.


А самое главное – книги, при всем объеме и плотности текста, увлекают. Нужно только оставить спешку и с головой погрузиться в безумный мир, полный политических интриг и «самых житейских» подвигов, отчаянного гедонизма и подпольной борьбы, свободы и права жить там и так, как ты хочешь, и личного выбора – жить или умирать.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Еще один штрих – самого автора в его текстах не найти. И это в наше-то время, когда высказать личную точку зрения – чуть ли не обязанность! Но Питер Гамильтон просто расстилает перед читателями полотно, словно говоря: «Вот так все сложится, я думаю. Сами решайте, нравится вам этот мир или нет». Сами решайте, хорошо или плохо тратить деньги на полеты ради научного интереса. Сами решайте, хороши или плохи те, кто считает, что судьбу можно запрограммировать генетически, или те, кто притворяется, что прогресса не существует, или те, кто пытается спасти человечество, когда их совсем не просят. Сами решайте, оправдывает ли цель средства. Заново решайте».


Лениво скользить глазами по страницам не получится, и если книжка нужна, чтобы скоротать скучный вечер, то, пожалуй, современная космоопера уже не подойдет.


Питер Гамильтон взял два извечных двигателя человечества – стремление к неизведанному и жажду бессмертия, – объединил их и создал реальность, которая удивляет, кажется и невообразимо далекой, и поразительно знакомой.

Возможно, он снова подарил нам звезды, осталось только их разглядеть.

В двадцатых годах двадцатого века космическая опера зародилась как отдушина, как мечта о побеге, как сказка о звездных королях. Чуть меньше чем через сто лет, когда человечество стало старше (это уже не подросток, сбегающий с уроков ради вестерна в ближайшем кинотеатре, а скорее юноша, сбегающий с лекции ради собственного проекта), у космооперы есть шанс стать мечтой о полете. Звездолетом, который унесет нас в новую реальность – такую, какой мы пока не можем даже вообразить.

От Эдмонда до Питера. Космоопера из прошлого в будущее Книги, Фантастика, DTF, Питер Гамильтон, Космос, Космоопера, Длиннопост

Источник

А еще у нас группа ВКонтакте и свой телеграм-канал!

Показать полностью 14
513

Братья Стругацкие: крушение надежд

Когда мечты о светлом будущем просто не могут стать явью.

Нет такого писателя, который бы не менялся со временем. Равно как и нет такой библиографии, где первое и финальное произведения походили бы друг на друга. Но Аркадий и Борис Стругацкие — это авторы, сумевшие пройти настолько головокружительный путь, что их первые наивные повести почти невозможно сравнить с последними трагическими книгами, словно составляющими собой надгробие будущего человечества.



Первую половину их пути в основном составляет «Мир Полудня», вселенная победившего социализма. И если сначала социализм и вправду победивший, то с каждым последующим произведением заметно всё растущее сомнение Стругацких в этой идеологии. А поздние их книги вгоняли цензоров в ступор и мрачную депрессию.

Братья Стругацкие: крушение надежд Книги, Стругацкие, Пикник на обочине, Фантастика, Советская фантастика, DTF, Длиннопост
Такова тяжёлая судьба социальной фантастики. Она хоть и способна моделировать будущее и невероятные технологии, однако в первую очередь показывает общество с чуждой нам формой, созданное не естественными земными силами, а иными, чужеродными. И отдельных людей, которые достаточно храбры или глупы, чтобы смотреть этим силам прямо в глаза.
Сорта несчастья
Книги за пределами цикла «Полудня» отличает несколько общих черт. Во-первых, место действия обозначено туманно, без привязки к какой-либо стране. Стругацких перестали интересовать далёкие планеты, и поздние их произведения возвращают нас на Землю. Порой даже в обозримый период истории, когда описанные события просто не могли случиться. Тот же «Пикник на обочине» происходит где-то в семидесятых годах.
Братья Стругацкие: крушение надежд Книги, Стругацкие, Пикник на обочине, Фантастика, Советская фантастика, DTF, Длиннопост
Стругацких часто сравнивали со Станиславом Лемом, не менее значительным фантастом. Нередко — в пользу последнего

Во-вторых, фабула произведений даже близко не стоит с теми мыслями, которые Стругацкие в них заложили. Проще говоря, их проза увеличила свою многослойность — за каждым событием на две страницы должно идти ваше размышление на пять.



В-третьих, скрытая природа событий. Мы так и не узнаем, почему возникла Зона, не поймём, зачем построили Город. Потому что Стругацких интересовала не столько фантастическая идея сама по себе, сколько размышления людей, которые столкнулись с ней.



Наконец, только в этих книгах формируется та самая атмосфера, которая отличает Стругацких от других талантливых фантастов. Какая-то тоска и неопределённость, эмоциональная отчуждённость и разочарование. За исключением «Понедельник начинается в субботу» и «Сказки о Тройке» вся внецикловая проза Стругацких меланхолична.



В 1960 году они пишут «Путь на Амальтею», повесть о подвиге и героях, полную торжества, восхищения гением человека, его изобретательностью. А спустя дюжину лет, в 1972 году, из под их пера выходит «Град обречённый», где миллион человек заперты в противоестественном «аквариуме». Чем дальше, тем больше герои теряются, упускают своё место в мироздании и сомневаются в смысле существования человеческой цивилизации.



«Путь» был одобрен цензурой как отличный пример советской фантастики. «Град» — до самой Перестройки существовал в одном экземпляре и был надёжно спрятан, потому что за такое могли арестовать.



Злобный смех


Во время плавного перехода от оптимизма к меланхолии появились две самые несвойственные для Стругацких повести: «Понедельник начинается в субботу» и «Сказка о Тройке», едкая сатира на порядок вещей, который сложился в СССР в научной среде. Так был придуман Научно-исследовательский институт Чародейства и Волшебства.



В обеих повестях Стругацкие ходили по тонкому льду, издеваясь над порядками в научной сфере, о которых знали не понаслышке из Пулковской обсерватории. В стенах НИИ ЧАВО советские умы ищут ответы на вечные вопросы вроде смысла жизни, утаскивают из музея диван-транслятор реальности для исследований (потому что официально музей саботировал все попытки получить диван), пытаются вывести «идеального человека», который в представлении профессора Выбегалло является существом со способностью к неограниченному потреблению.

Братья Стругацкие: крушение надежд Книги, Стругацкие, Пикник на обочине, Фантастика, Советская фантастика, DTF, Длиннопост
Братья Стругацкие написали сценарий для фильма «Чародеи», вдохновляясь собственным же «Понедельником»

За это «Понедельник» и полюбился читателям: остроумное столкновение мифов, вечных вопросов и волшебства с номенклатурой, непобедимой даже в том учреждении, где невозможное делают возможным с помощью красной печати. А кроме того — за попутное глумление над клише фантастики и фольклора, в том числе над своими собственными.



В «Понедельнике», вышедшем в 1965 году, хватало опасных мыслей и изречений, а образ приспособленца от науки Выбегалло ставился в упрёк едва ли не половине всех учёных страны. Именно поэтому продолжение, «Сказка о Тройке» (1968 год), было изрезано цензурой, а полная версия ждала публикации до всё той же Перестройки. Ещё бы — в «Сказке» группа энтузиастов отчаянно сражается с «судом-тройкой», в обязанности которого входит распределение образцов, столь нужных для НИИ. Все члены Тройки — яркие образы паразитов науки: бюрократ, пустослов, вечный «одобрям-с» и тупой приспособленец. «И не только науки» — хочется добавить, и это поняли советские цензоры. В тот раз Стругацким очень повезло.



А ещё мини-цикл о НИИ ЧАВО пропитан романтикой познания, которая для обычного читателя, как правило, чужда. Здесь же близкие и понятные технические достижения заменены магией, явлением в принципе непознаваемым, и благодаря этому кто угодно может проникнуться таинством познания.



Ещё к этой крошечной, но важной категории хочется причислить «Второе нашествие марсиан», написанное в 1966 году и изданное через год. В повести встречаются характерные черты позднего творчества Стругацких, однако издевательский настрой не позволяет поставить её в один ряд с, например, «Гадкими лебедями». Тонкое чувство юмора свойственно почти всей прозе Стругацких, но за пределами «Понедельника», «Сказки» и «Марсиан» оно не берёт на себя ключевую роль.

Братья Стругацкие: крушение надежд Книги, Стругацкие, Пикник на обочине, Фантастика, Советская фантастика, DTF, Длиннопост
Если хотите найти привязку для всякого вымышленного места, то «Второе нашествие марсиан» вполне могло бы происходить в Греции. Как косвенные доказательства можно использовать воспоминания о «чёрных рубашках», то есть итальянских фашистах, да и названы все персонажи в честь древнегреческих богов и существ

В повести мы видим жителей забытой богом дыры, которые предаются обывательству. Что ещё нужно маленькому обществу, где все друг друга знают? Жизнь там почти не меняется даже после странного инцидента, о котором местные и не знают ничего. Правда, потом муниципалитет предлагает за хорошие деньги отдать свой желудочный сок. Марсиане? Однозначного ответа нет.



И хотя есть веские основания думать, что пришельцы всё же оккупировали Землю, а сок им нужен для своих гнусных целей. Инертное большинство отказывается что-то менять, а несколько горячих голов ничего не могут с этим поделать. Сталкиваются две равноправные точки зрения: если благополучие людей считать высшей целью, то, может, пускай остаётся такая оккупация? Или лучше ввергнуть общество в пучину кровавого восстания, но отвоевать право жить по своим законам? Редкий случай, когда проблематику повести Стругацких можно описать простыми словами.



В дальнейшем братья уже не обращались к сатирической форме, несмотря на удачный опыт и очень тёплый приём «Понедельника» (пускай и не в среде официальной критики). Чем дальше, тем меньше проблемы изображённых Стругацкими миров могли быть высмеяны. Точнее, юмор-то остался, но на уровне отдельных сцен, персонажей, остроумных замечаний и нелепости обстоятельств. Ирония момента — не редкость для поздней прозы Стругацких, только мрачная, как смех идущего на эшафот.



Гости из будущего


К концу шестидесятых проза Стругацких окончательно вышла за рамки дозволенного. Про «Улитку на склоне» вы могли прочитать в тексте Сергея Сабурова: то был первый роман, не прошедший цензуру полностью и отложенный до лучших времён. Вторым таким произведением стали «Гадкие лебеди», написанные в 1967 году.



Контраст очень резкий — в раннем «Мире Полудня» будущее всегда светлое, ведущее к новым победам и открытиям, а люди хоть и несовершенны, но всегда пытаются это исправить.



В «Гадких лебедях» будущее обречено, а люди — мелочны, трусливы и корыстны.



На город в неизвестной стране без остановки льёт дождь. И с тех самых пор, как он зарядил, в городе появились жутко больные на вид личности, с жёлтыми кругами под глазами и тягой к чтению. В «Мире Полудня» таких бы пригласили в институт, с любопытством расспросили и предложили бы лекарство, если оно нужно. Но в этом мире таинственных гостей окрестили «мокрецами» и закрыли в лепрозории.

Братья Стругацкие: крушение надежд Книги, Стругацкие, Пикник на обочине, Фантастика, Советская фантастика, DTF, Длиннопост
Так изобразили «мокрецов» в экранизации «Гадких лебедей» 2006 года. Увы, перенос в кино быстро рушит одну из любимых тайн Стругацких: тайну местоположения

Наш проводник в повести — опальный писатель Виктор Банев, очередной интеллигент, потерявший себя, и печальный выпивоха. Такие типажи очень близки поздним Стругацким, да и вообще «Гадкие лебеди» по настроению близки к нуару.



Так вышло, что Банева затянуло в конфликт между властью города, которая до смерти боится «мокрецов», и собственно пришельцами, которых почему-то очень полюбили дети. Чему «мокрецы» учат их? Вдруг собьют с пути, с заведённого цикла? Кто тогда будет рукоплескать бездарностям и умирать под бомбами? Неодолимое желание сохранить старый порядок вещей готовит «мокрецам» простой и жестокий вердикт.



Самый же великий страх — это утрата авторитета. Дети резко обнажают ту темноту, которая стелется в старшем поколении: замученном и усталом, и оттого требующем уважения его ценностей. А в детях нет ни бунта, который можно подавить, ни скрытой агрессии, которую можно направить в верное русло, а одна лишь пугающая холодность. С тех пор, как поколения человечества сменяют приоритеты каждые десять лет, этот страх будет сопровождать всех родителей.



«Мокрецы» незадолго до окончательного решения своего вопроса закрываются в лепрозории, а все дети города уходят к ним. Мы не знаем, чему пришельцы научили молодёжь. Быть может — как не быть скотами, «скользкими медузами». Или как разомкнуть порочный цикл войн, жестокости и скудоумия. Как бы то ни было, «мокрецы» бесследно пропали, а дождь закончился. Позднее Борис Стругацкий подтвердил, что «мокрецы» — это люди из того ужасного будущего, которое мы себе сотворили. Они вернулись в прошлое и научили детей чему-то такому, что предотвратило грядущий кошмар, и «мокрецы» просто перестали существовать.