Цыгане-соседи, или сказ о том, как мы мирно сосуществовали.⁠⁠

На волне постов о цыганах. Давно хотелось написать о них, но как-то не находилось времени. Так вот. Двухкомнатная квартира рядом с нами постоянно кому-то сдавалась, и в один прекрасный день мы были шокированы, увидев на площадке лицо этой гордой кочевой нации. Шок стал глубже, когда лицо спокойно открыло соседнюю дверь и прошествовало в квартиру. Ну да черт с ним, цыгане дык цыгане - будем бдительней, балкон смежный стали закрывать, ну и все такое.

Стоит упомянуть, что жили мы тогда с мамой и моим парнем. Однажды средь бела дня слышим звуки нешуточного боя в соседней квартире. Видимо, цыганка повздорила со своим сожителем. Причем, сначала были слышны визги, а потом просто звуки глухих ударов. Я говорю парню:

- Давай сходим к ним проверим,  мало ли он ее до смерти забьет? Кому нужна уголовщина в соседней квартире?

После нескольких минут препирательств насчет "да на хер это нужно, еще нам прилетит" идем ломиться к соседям. Я решительно настроена спасать бедную женщину. Начинаю звонить и стучать, спрашивая, все ли в порядке. Оттуда крики: "Вызывайте милицию! Он меня бьет!"

Вызываем наряд, я в это время гневно требую открыть дверь. Открывает пьяный в дымину сожитель. Цыганка забегает ко мне, попутно яростно матерясь. Ну, раз уж так, захлопываю дверь и предлагаю ей пересидеть у меня до приезда наряда. Напоила чаем, вроде все успокоились. Наряд приехал, мы быстренько изложили хронику событий, заявления никто писать не стал.

Я не знаю, стал ли этот случай знаковым, но дальше наше общение складывалось исключительно в позитивном ключе. В первую очередь, за спасение от погибели мы были приглашены в гости на кружечку пива. За ней Римма (так звали цыганку) бесхитростно поведала нам о своей жизни. С ней проживали сожитель и двое детей, Рита и Степа.

Нас всегда приглашали на все праздники. Двери между квартирами открывались по двадцать раз за день. Балкон у нас был смежный, разделенный небольшой перегородкой, через него мы стреляли друг у друга сигареты. Времена тогда выдались какие-то нищебродские, иногда вместе скидывались на эту самую пачку сигарет.

Со временем народу становилось все больше. Сначала Римма приютила трех девчонок из большой неблагополучной семьи. Денег было в обрез, и Римма подогнала нам всем работу - мы с молодым человеком клеили поплавки, а они всей шарагой их красили. И так весь день. Потом у Риммы дела стали получше, а мы продолжали перебиваться. Мама уехала, и настал день, когда у нас осталась банка соленых огурцов и бутылка вина. Ненароком упомянули это в разговоре с Риммой. Через 20 минут звонок в дверь. Римма без лишних слов деловито сует нам в руки три кило картошки, пачку масла, пакет молока, сосиски... На все наши отнекивания говорит "Идите на куй, сама хлеб  с бульонным кубиком когда-то размачивала". Потом она попросила быть репетитором у ее сына, подтягивать успеваемость. Платила очень прилично.

Степа, ее сын, был воистину хитрой мордой. Не в негативном плане. Но в споре с ним победить было невозможно. На все мои веские доводы о том, что правильно писать "кОрова" он находил миллион объяснений и чуть ли не убеждал меня в том, что писать нужно "кАрова" и никак иначе. Только мать со шнуром от утюга могла добиться верного и безоговорочного написания.

Степе было восемь лет. Стою на площадке, курю. Выглядывает Степина рожа. С укором говорит:

-Куришь?

Я отвечаю:

- Ага.

Степа вздыхает и выдает:

- А я вот уже 2 года как бросил.

Не без помощи шнура от утюга, как я полагаю.

А еще Степу на самом деле звали Граф. Это я узнала, проверяя его тетради. На мой вполне резонный вопрос о том, почему все зовут его Степой, титулованная особа изволила ответить "потому что".

Потом  к Римме переехала ее сестра Рада, которая продала нам за вполне приемлемые деньги золотые (реально золотые, проверяли) серьги.

Естессна, были они не без греха. Римма однажды притянула 2 пакета барахла с индийского базара, где красть безумно легко. Не потому что надо, а для поддержания формы, как я думаю. Все раздарила, кстати.

К месту они сильно не прикипали, мелочей всяких не имели. Постоянно стреляли то нитку, то иголку, то будильник, иногда все сразу. Иногда затрахивали своими песнями. Но пели красиво, надо признаться. За весь период ничего у нас не украли, даже когда была возможность и об этом никто бы не узнал. Жили мы весело, по-общажному, помогали друг другу. То ли потому что Римма была благодарна за спасение, то ли потому что где живут - не гадят. А может, просто потому что были неплохими людьми, иногда грубыми, со своими грешками, совершенно простыми и веселыми.

А потом у них повесился брат-наркоман и они переехали к нему в квартиру.

Если всем зайдет, расскажу историю о том, как после цыган жили три наркомана, один из которых был сексоголиком.