3

Закат


Высокий холм за чертой города. Я любил его за одну особенность: с него был виден весь муравейник городской жизни. Можно было часами наслаждаться этим зрелищем, а в конце дня попробовать дивный вкус огненного заката. Я ненавидел этот город, этих мрачных и кучных людей, совсем очерствевших в повседневной рутине, потому старался выбираться в это место, чтобы хоть как-то облегчить пребывание в моей тюрьме – городе, где я вынужден работать, так как являюсь передовым вирусологом. В тюрьме, столь далекой от моей семьи.


Сегодня я прибыл на свое любимое место с опозданием. Солнце уже начинало заходить за горизонт, но ничего, сегодня опоздать можно, сегодня поистине великий день. День, когда я полностью разочаровался в людях. Как смели они присвоить себе мое открытие! Почему вы настолько подлые и бесчестные? Этим душным августовским вечером я хотел только одного: поскорее бы все это закончилось, и я увидел своих родных, семью. На улице появилась улыбка мимолетного счастья.


- Опаздываете, Павел Алексеевич.


Мои размышления прервал седой старик, с которым я успел подружиться за многочисленные визиты на холм.


- А чего спешить, Прокофий Андреевич? Все успеется, да вот поскорее бы домой.


Я улыбнулся старику с жизнерадостными глазами и пожал руку.


- К жене с детьми?


Мой собеседник бросил взгляд на закат и спросил:


- Что, на работе проблемы?


- Да-а, - я махнул рукой и нащупал в кармане пачку сигарет. – Прикурить не найдется?


- Держи. Так что случилось-то?


Старик дрожащей рукой протянул мне коробок спичек.


- Столько лет изучал паразитов, искал их следы в людях, а люди сами оказались паразитами.


- Хе-х, ну, спорить не буду, - Прокофий Андреевич повернулся к закату. – Что это там вдали летит?


- Без понятия, может, учения какие?


- Совсем старого слух подводит, или сирены в городе завыли?


Старик вопросительно посмотрел на меня.


Слух не подвел старого ветерана – в городе повсюду звучали сирены авиаудара и кряхтели громкоговорители, призывающие людей спрятаться в бомбоубежищах. Я дернулся, хотел бежать, но что-то внутри меня останавливало мой инстинкт выживания. С другой стороны, я же хотел, чтобы все это кончилось, – вот и осуществление желаний, правда, печальный итог, не такой, о каком я мечтал.


- Поедем в убежище? У меня тут машина, пять минут, и мы в городе, – быстро проговорил я, но уже знал ответ на свой вопрос.


- А зачем? Сам сказал: мы паразиты, - старец улыбнулся и с хрипотой добавил. – Вот немцы нас также в сорок третьем закрыли, да случай помог – выжили. Случай случаем, но от судьбы не убежишь…


Я отбросил сигарету в сочную луговую траву, достал брелок с ключами от машины и со всей силы кинул его в сторону города – так хоть никакого соблазна вернуться. Доносились голоса с городских улиц: «Ядерный удар, всем срочно прибыть в бомбоубежища». Как жаль, что в нашем городе бункеры настолько стары и не обустроены, что не способны защитить нас от ядерного взрыва и радиации. Это конец. На улицах города виднелась давка – тысячи людей, пассивных в рутине, теперь стремились выжить. Как жаль, что они ничего не понимают. Я почувствовал, как начинают дрожать мои колени, страх овладевал мной. Паника охватывала меня, я присел на траву, глядя пустым стеклянным взглядом на летящую вдали ракету, нащупал мобильник в кармане, набрал номер жены – короткие гудки. Проделываю эту операцию еще раз, но результат такой же.


- Я… не успел! – сжимаю кулаки, чтобы хоть как-то облегчить боль. – Не успел сказать, как люблю!


- Да уж, - седой старик облокотился на деревянный столб, - послушай, друг, я уверен, что она знает, насколько сильно ты ее любишь.


Но я уже не слышал Прокофия Андреевича. Почему все заканчивается вот так? За что? Разве мы заслужили? – Не знаю. Я вглядывался в багровый закат, пытаясь разглядеть летящую смерть. Вспомнилось детство: я, тогда еще паренек семи лет, купаюсь в реке с друзьями, близкий друг попадает в водоворот, а я пытаюсь его вытащить, благо хорошо умею плавать, но где остальные? Все, кого мы считали друзьями, кто считался смельчаками, все убегали, крича от испуга не за моего друга, а за себя. Это был первый случай, когда я засомневался в людях. В институтские годы я, не раз ученый судьбой, что людям верить нельзя, влюбляюсь в красотку с третьего курса. Шансы? Да их у меня не было! Дело случая: я спас ее от хулиганов, был сильно побит, но доволен собой. Мы поженились, у нас двое детей – красавицы дочки. Я мечтал о доме на берегу моря, вдали от городской суеты, потому добился высокой должности, а после поехал, как оказалось, в последнюю командировку в этот мрачный и черный город. Как бы мы зажили после моего возвращения! Только мы, природа и шум волн, но это оказалось слишком идеальным, а все идеальное разрушается, так как его не должно быть.


- Случай случаем, но от судьбы не убежишь, - слова, всплывшие в моей голове, вернули меня в реальность.


- А я и не бегал. Она свела меня с моим счастьем.


- Что? - переспросил меня Порфирий Андреевич, вероятно, также думающий о чем-то своем и не услышавший меня.


- Говорю, судьба-то не просто так случаи нам такие предоставляет.


- Ну и зачем же? – старик повернулся и посмотрел на меня своими жизнерадостными глазами, огонь в которых не погас даже перед неминуемой гибелью.


- Умный человек сделает из них выводы. А глупый, ну, а что глупый… если повезет, станет умным.


- Ишь ты, как мудришь! И какой вывод ты сделал из того, что произойдет через минуту?


Я улыбнулся, меня отпустила паника и страх, стало очень легко на душе, вытащил из пачки сигарету, зажал губами, пару раз скребнул спичкой, та загорелась, и медленно поднес ее к сигарете, куда спешить?


- Надо жить настоящим, не будущим. Вот я жил, надеясь на будущее, а надо было жить в настоящем, отдавать себя всего, не откладывая на потом.


- Я и не сомневался, что поймешь. Сам ведь когда-то также жил будущим, но смерть любимой, не дождавшейся меня с войны, многое изменила в моем мировоззрении. Гляди-ка: взрыв.


Ракета коснулась земли, взорвалась далеко от нас, но прошло пару секунд, и на горизонте появился ядерный гриб. Время замедлило свой ход, а счет перешел на секунды.


- Ну, Порфирий Андреевич, спасибо тебе. Спасибо за душевные беседы и уроки жизни. Встретимся на небесах.


Я протянул старику руку. Рука старика дрожала, но голос был весел и жизнерадостен:


- Да ладно тебе! Ты это, заходи в гости. Мы теперь с Марфой Петровной наконец-то увидимся.


Я достал из бумажника фотографию: вся семья в сборе.


Сильный ветер едва не сбил меня с ног, я перевел взгляд на Порфирия Андреевича – старик стоял, шатаясь и держа руку у сердца. Он заметил меня и прокричал сквозь шум ветра: « Прорвемся!». Я улыбнулся. Прости меня, семья, я не смог приехать к вам, но обязательно встречу вас там наверху, на небесах.


- Я обязательно вас дождусь! – твердо сказал я навстречу приближающейся волне радиации, пыли и огня и сделал шаг в нее. Еще увидимся…



Но знаю я, что лживо, а что свято, -


Я это понял все-таки давно.


Мой путь один, всего один, ребята, -


Мне выбора, по счастью, не дано.


Владимир Высоцкий

Дубликаты не найдены

0

Уважаемые пикабушники, прошу вас помочь победить в конкурсе прозы. От вас лишь требуется нажать кнопочку внизу страницы glagolitsa-rt.ру/%D1%80%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%82%D1%8B/348375013 ( заменить ру на англ)