21

Служили два товарища...

Часть 1.

***

Не повезло Хазрету родиться в горном ауле, где снега полно, а вот лыжи к горам не прилагаются. Хазрет в свои восемнадцать ни разу не одевавший лыжи, после призыва попал в далекий уральский городок, где ему еще два года предстоит оборонять небо от заморских летательных аппаратов, а значит ему со всеми тяжестями воинской службы придется освоить две гладко оструганные доски, здесь именуемых лыжами.. С учебкой не заладилось сразу. Питание было постным и не вкусным. Мясо подавалось в норме, но это не была так им любимая «баранина». Ему ночами снился шашлык, а от того каждый подъем им воспринимался, как пытка. Старшина однажды осматривая бойцов пристально посмотрел на бойца Хачамукова и выдал обидную шутку, что форменная одежда сидела на Хазрете, как на корове седло, что задело гордого горца, как мужчину. Но с командованием в рукопашную не сойдешься, так ведь и до дисбата недалеко, а потому горец вечерами занялся подшивом гимнастерки и брюк что бы она вместо балахона, хоть как то показывала очертания, его задержавшегося в развитии молодого парня.

***

В местах приседаний по нужде, форма приобрела черный след от сапожной ваксы и никак не желала отстирываться, что в итоге привело Хазрета и парня с Ташкента к обидным прозвищам «черножопые». Как остальные справлялись с естественной нуждой и не пачкали седалища средством для чистки сапог, оставалось для «чернозадых» загадкой, но объединенные обидной кликухой, Хазрет и «узбек» в начале устроили переселение в один кубрик, а затем и перевод в одно отделение батареи.

***

«Чернозадые» не могли сдать не один норматив, а в следствие этого тянули всю батарею за собой. Индивидуальные воспитательные беседы с сержантом были бесполезны и наращиванию мышц «чернозадым» не способствовали. Старослужащие пытались применить к горцу и его «дохлому» сотоварищу иные воспитательные меры, но не способность подтянуться не мешала Хазрету в навыках владения хорошим клинком, ловко извлекаемым при малейшей угрозе из голенища сапога. «Узбекчонок», по примеру товарища обзавелся бритвенным прибором «двойного» назначения и при любом «кипише», быстро прикрывал спину товарища по несчастью, держа в руке тонкую полоску остро отточенной медицинской стали. После пары неприятных для сослуживцев разговорах, закончившихся порезами обмундирования, парочка «задохликов» была оставлена в покое.

***

В пять утра командир по «боевой тревоге» поднял батарею и приказав своим подчиненным взять с собой лыжи, вывел вверенное ему подразделение в лес. Батарея при помощи взводных четырьмя «коробками» была выстроена на лесной опушке. Майор Соколов подсвечивая себе фонариком вышел перед подчиненными и двинул речь.

- Товарищи бойцы! Наше батарея уже в пятый раз показывает отрицательные показатели по физподготовке. Это мы будем исправлять и Вас в лице командиров будем мотивировать к спортивным успехам. Даю вводную. Вам предстоит сегодня утром отбить нападение, вторгшегося на нашу территорию врага. Это наш исходный рубеж, а Вам предстоит закрепиться на дальнем рубеже, который отстоит от нас на пять километров. Путь следования обозначен табличками. На все про все у вас, товарищи бойцы, полчаса. А сейчас всем надеть лыжи и вперед! Взводным командирам проследить за отправлением подчиненных.

***

Лыжников из Хазрета и «узбека» так же как и гимнастов не получилось. В ранее утро оба «ченозадых» умудрились таки отбиться от « бегущих на врага» солдат и заблудиться в суровом уральском лесу. Они не спеша перебирая палками брели куда то, углубляясь все дальше и дальше от своих товарищей по оружию.

***

Зима на Урале совсем другая, чем в родных местах. Уже более получаса бродили два новобранца по лесу, но следов своего подразделения так "не обнаружили. Солдаты уже изрядно продрогли от утреннего морозца, а рубеж обороны, обозначенный командиром, так и не нашелся.

***

Когда солнце встало перед развернутым строем, командир сообщил солдатам, что их батарея успешно отразила нападение врага, но понесла потери, которые срочно нужно найти. Итак «боевая» операция в итоге свелась к спасательной, по поиску двух не шибко умных членов воинского коллектива.

- Рассыпаться цепью. Один отстоит от другого на расстоянии прямой видимости. Обнаружившему следы пропавших немедленно сообщить старшему по званию. К поиску приступить.

***

Когда солнце встало два заблудившихся бойца вышли на автомобильную дорогу и не долго проголосовав на "попутках" отправились к месту службы.

***

Целый день подразделение шерстило лес. Пропавших во время утреннего забега бойцов не обнаружилось. Чувствуя «залет по- крупному» майор Соколов свернул операцию и отправил изрядно замерзшую и голодную вверенную ему батарею в казармы, а сам пошел с докладом в штаб. Навстречу ему из столовой не спеша двигались два рядовых. Увидев их сытые «морды», Соколов с шага перешел на бег.

- Стоять бойцы!

Оба солдата замерли на месте.

- Откуда вы здесь?- Гневно вопросил майор.- как сюда попали?

- На попутках, товарищ майор.- Не понимая гнева начальника ответил «узбек».

- Почему не сообщили дежурному о своем прибытии?- Продолжал допрос комбат.

- Доложили.- Рядовой Хачамуков подал голос.

- Ну, Вы…- только смог произнести майор и махнув на подчиненных рукой пошел в штаб.

***

«Лесные братья», в результате исхитрений командирской мысли, были лишены лыж; майор Соколов получил выговор, а практикование ночных выходов в лес в воспитательных целях командиром воинской части были строго запрещены. Очередной «заеб» начальства по воспитанию военнослужащих солдатами был успешно преодолен, что в итоге подняло рейтинг горца и узбека в глазах сослуживцев.


Часть 2.

***

Солдат, предоставленный сам себе, автоматически становится «диверсантом».

***

Нет ничего более позорного для солдата, чем откомандирование его служить на подсобное хозяйство. «Лесные братья», в способностях которых окончательно разуверилось начальство, приказом командира воинской части были засланы для дальнейшего прохождения службы на свиноферму. Начальство не обеспокоилось тем, что оба солдата имеют не славянские корни и исповедуют ислам. Приказ «С глаз долой этих двоих!» в конечном итоге привел к еще одной очень поучительной истории, оставшейся в летописи части.

***

Подсобное хозяйство представляло из себя одиноко стоявшее за границами воинской части одноэтажное под соломенной крышей здание, от которого крепко несло навозом и свиньями.

Два бойца доложились прапорщику, ответственному за ферму о своем прибытии и тут же подарили обладателю двух маленьких звездочек на чистых погонах неприятность, отказавшись подходить к свиньям по моральным соображениям. Прапорщик, не мог не исполнить приказ командира, но не долго думая, отправил «сладкую парочку» в нехорошем направлении, а то от свиней хоть и вонь страшная, но не такая как от комитета солдатских матерей, если им станет известно о принуждении мусульман к работе с «грязными» животными. «Лесные братья», исторгнутые из состава батареи и не принятые по новому месту службы, оказались предоставлены сами себе.

***

Первый самоход прошел на удивление легко и никем из лиц начальствующих не был засечен. Хазрет и его сослуживец уже до обеда добрались до города, где провели освобожденный от службы день, знакомясь с местными жителями и лакомясь «гражданскими» харчами, что в продуктовом пайке солдата напрочь отсутствуют. Без денег продолжение увеселительной прогулки горцу с сотоварищем надоело и они, умыкнув у нерадивых хозяев овцу, вернулись на ферму. Прапорщик, достойно оценил «смекалку» двух новых бойцов и пристроил их к паре лошадок, ежедневно возивших на кухню воинской части мясо. Лошадки были быстро подведены под руку «джигитов» и тогда в головах солдат возникла идея бизнеса.

***

- Катание на лошадях!- зазывал в городе рядовой Хачамуков. «Узбек» держал под уздцы смирных и уставших от перегона лошадок. От желающих не было отбоя. В наш индустриальный век верховая езда является редким событием в жизни любого человека, а ребенка тем паче. Ежевечерне два бойца возвращались на ферму со слегка припухшими карманами от денежных знаков, полученных от использования армейского имущества. Бизнес при попустительстве прапорщика начал процветать. Утром отвезя туши в часть на разделку, молодые бизнесмены бросали повозки подальше от фермы и собрав котомки с «гражданкой» и овсом, мчались в город на заработки. Самоходы и гражданская жизнь "джигитам" стали настолько привычны, что в итоге привело их бизнес к первой потери. Лошадки не в состоянии пробегать по двенадцать километров в одну сторону и столько же вечером, и весь день возить на себе кого не попадая, и довольно быстро одна их них слегла. Вызванный ветеринар констатировал у копытной воспаление легких и предложил животное усыпить, что естественно не понравилось парочке народившихся бизнесменов. До излечения животного о прогулочном бизнесе как таковом можно было забыть, но освоившие нелегкий промысел предпринимателя, «лесные братья» придумали способ заработать на армейской жизни. Первым в город отправилась подвода с овсом, но не получив результата от продажи, бизнесмены поставили на овсе крест. Обратным рейсом солдаты завезли в часть сигареты и сладости. Солдаты из под «полы» быстро реализовали товар и утренним рейсом в город прямо к столу горожан отправилась не учтенная в части овца, которая была успешно продана и денежные средства были вложены в востребованные собратьями по оружию сигареты и спиртное. Контрабанда пошла в части на «ура». Теперь двое бизнесменов формировали список закупок и верили в свое «счастливое» будущее, если бы не начальник столовой. Он в своем рапорте начальству доложил о двух бойцах регулярно прогуливающих обед и ужин. Вытянутый с фермы прапорщик о питании откомандированных бойцов не задумывался, но и «порадовал» начальство заботами горца и узбека о лошадях.

***

Командир части из докладов подчиненных понял, что в части творится чёрт знает что и что эти двое явно ко всему причастны, но как говориться не пойман не вор, а посему командир удалил «сладкую парочку» от лошадиных дел, чтобы чего плохого не вышло и перевел в штаб, чтобы они постоянно были под контролем.


Часть 3.

***

Весна пришла в часть с грохотом сосулек, опадающих под лучами встрепенувшимся после зимней спячки солнцем. Горец и узбек дни напролет не выходили из штаба, погрузившись в безмерный объем штабной работы. Они все время что-то писали, а начальство постоянно заставляло их написанное снова переписать. Бесконечные отчеты, планы мероприятий, учебные планы, боевые листки и прочие штабные бумаги, набили двум молодым солдатам изрядную оскомину, но за то позволили стать ефрейторами. О самоходах бойцы даже не помышляли. Служба медом не казалась, но бойцы не отчаивались и после знакомства с местным телефонистом и пары телефонных звонков на Родину, в части был быстро устроен междугородний переговорный пункт. Правда он просуществовал недолго, так как счет за телефон, врученный на подпись начальником штаба командиру, заставил его удивиться пронырливости «диверсантов», а потом вызвав ефрейторов долго орать на них всякими нехорошими словами и выдать им по паре суток ареста, за откровенное наплевательское отношение к службе.

***

- Майор!- Вызвал командир начальника штаба.

Явившийся пред светлые очи полковника майор увидел на столе начальника два личных дела солдат. - Куда бы этих «гавриков» сплавить? А то от их фокусов, мне как бы погон не лишиться. Что думаешь?

Майор молчал.

- Предложения хоть какие есть?

- А давайте дадим им сержантов и отправим их в «учебку» командирами у новобранцев. Скоро призыв и вот пусть они и «повертятся» на наших углях. Там точно будет не до дури.

- Хорошая знаешь идея.- Командир оценил всю гениальность идеи штабного. – Им там точно будет не до дури.

***

Отпущенные из под ареста ефрейтора были встречены дежурным по штабу и препровождены к командиру части. Он, коротко заслушав доклад арестантов, выдал им приказ под роспись, где «лесные братья» теперь становились командирами у новобранцев и в виду отсутствия оных должны подготовить для них казарму, получить все необходимое для их размещения, и много чего еще… Выйдя из кабинета командира горец и узбек переглянулись и пошли к старшине за желтой полосой для погон.

***

Новоприбывших вроде было не много, но они, столпившись кучкой возле приехавшего в часть автобуса, были немедленно приняты, построены и переписаны вновь назначенными сержантами. А дальше понеслось…

***

Постричь! Двое из вновь прибывших не знали русского, узбекского и лакского языка. Объяснить им, что солдат должен был пострижен, удалось только путем показательного принуждения с отжиманием в десяток раз, при чем отжимание проводилось под нажатием ноги сержанта Хачамукова на спину тупого дебила.

Помыть! Как же достали эти двое! Они откуда, если даже рыльных- мыльных приборов не имеют.

Выдать форму! Да на них форма сидит, как седло на корове и в какую сторону ее не тяни, она от этого лучше не ложится!

Научить подшивать подворотничок! Один иглу загнал под ноготь- рукожопый ишак! Пришлось вызывать фельдшера.

Научить мотать портянки! Другой упорно не понимал, что у него две руки: правая и левая и ими надо взять портянку и обернуть вокруг ноги. Аллах, дай покоя!

За полдня с момента прибытия эта парочка «охламонов» уже не однократно доводила сержантов до стойкого желания их прибить и где-нибудь прикопать, а ведь еще их надо заставить выучить присягу на русском языке… Аллах помоги!

***

Этот подъем горец и узбек не забудут никогда. Как они не орали «Подъем!» новобранцы с кроватей не вставали и пользуясь правами не принявших присягу явно игнорировали сержантов. Хазрет сдирал одеяла, а узбек переворачивал матрасы, скидывая пополнение на деревянный пол. От их ора, движение новобранцев стало приобретать осмысленность. Какие к черту нормативы на команду «Подъем!»!!! Аллах, дай силу, чтобы не применить силу!

Кое как одевшись сброд потянулся к выходу. Собрать это тупое стадо в приличествующий строй никак не удавалось. Узбек дергал то одного, то другого из толпы и расставлял по росту. Хазрет проверял наличие портянок и обмундирования. И тут опять эти двое… Один вышел без нательной майки. Другой потерял портянку. Дуболомы чертовы! Первым не удержался узбек и дал пинка одному из балбесов, отправив его на поиски майки. Друг, поддержал узбека в его начинаниях, отправив второго аналогичным приемом на поиск портянки. Офицер, наблюдавший со стороны экзекуцию, пошел «пятнами» и подозвал сержантов.

Его отповедь была понятна и предупреждение ясно, но мысль дать бы еще разок этим «балбесам» грела душу обоим сержантам. Естественно на зарядку «призывники» опоздали, о чем дежурным офицером горцу и узбеку было указано.

Упражнения для зарядки были просты до безобразия, но и даже тут эта сладкая парочка смогла отличиться. Один подвернул руку при отжиманиях, а второй умудрился разбить коленкой лицо при выбросе ног, после чего оба инвалида в сопровождении узбека отправлены к фельдшеру. Аллах всемогущий! За что ты такс нами поступаешь?

Под надзором Хачамукова, «ушастые» умылись, оделись и после того кое как построенные в подобие колонны доставлены на завтрак.

***

Узбек и горец сняв гимнастерку сидели в каптерке и пили чай. Отбой уже наступил, а завтра снова подъем. Уставшие за день до нельзя и наоравшиеся до хрипоты, они молчали, думая каждый о своем. А ведь это только второй день в отпущенных им «дорогим» начальством шестимесячного курса молодого бойца…


Август 2019 года.

Дубликаты не найдены

+1
Каждый человек приносит пользу, будучи употреблен на своём месте.
+1
Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 1
+1

)))

-1

Пополнение

Иллюстрация к комментарию