99

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2.

Начало : https://pikabu.ru/story/shpion_na_zhenshenevoy_vodke_kak_inz...



СПЯЩИЙ АГЕНТ


Оперативная разработка «Шакала» тянулась годы. Сначала в КГБ хотели узнать побольше о его работе на иностранцев. Со временем встал вопрос об аресте. Рассматривались три варианта. Первый — задержать шпиона и корейских разведчиков с поличным во время передачи очередных материалов. Второй — задержать лишь Пушкаря и следить за реакцией корейцев. Третий — завербовать «Шакала», используя собранные материалы, сделать из него двойного агента, который поможет разоблачить всю сеть северокорейской разведки.


Но карты спутал провал наружки в Москве.


«Объект» не на шутку испугался слежки и собирается вообще оборвать все связи с корейцами, сообщал «Иванов» кураторам. В один из дней он демонстративно разломал и выбросил переданные корейцами кассеты с пленкой от «Минолты», добавив: «Больше не пригодятся».


Временами шпион принимался успокаивать себя: наблюдать за ним могли из-за неосторожной фразы о «шишках» в самолете. Вдруг ему вообще все показалось? Наумов по совету КГБ склонял товарища к этим двум версиям, но не давил, чтобы не вызвать подозрений.


Со временем «Шакал» успокоился: его не трогают — значит, все в порядке. Созрела идея вновь ехать в Москву к корейцам. У «Иванова» был удобный предлог выведать планы шпиона: он периодически просил у него экстракт женьшеня — жаловался на боль в желудке. Услышав, что запасы лекарства закончились, агент КГБ интересовался, когда приятель сможет достать в Москве еще. Но дальше разговоров дело не шло — киевлянин так и не решился первым возобновить контакт с иностранцами, а те тоже не давали о себе знать.


В 1975-м Пушкарь решил в корне изменить свою жизнь — уехать служить в ГДР, настраивать технику в советской военной части. Все документы он оформил, комиссию прошел, но из страны его почему-то все никак не выпускали.


В мае 1977-го мужчина уволился с завода и устроился бригадиром электриков на деревообрабатывающий комбинат.


Агент «Иванов» все это время продолжал общаться с объектом и отчитываться о содержании разговоров. Но ничего интересного услышать от него не удалось. Казалось, что вся история зашла в тупик, особенно после увольнения «Шакала» с «Арсенала-2».


Корейские кураторы киевлянина один за другим возвращались на родину. Посадить Пушкаря на основе собранных материалов было нельзя — из-за специфики Уголовно-процессуального кодекса, следовать которому должна была даже всесильная спецслужба. В 1978 году оперативное дело «Шакала» решили сдать в архив.


«Я ОТ МАЙОРА КОЛИ»

Лишь потом в КГБ узнали, что как раз в 1978-м корейская разведка попыталась возобновить контакт со своим агентом. Тем летом с Пушкарем в Киеве увиделся Син, а через год — еще один его сослуживец Мун Хен Гук.


На этот раз им нужны были сведения о пехотном варианте зенитно-ракетного комплекса «Стрела», а также о новых защитных средствах экипажей танков и бронетранспортеров от бактериологического и термоядерного оружия. Узнав, что «Земляк» ушел с завода, Син посоветовал наладить контакты с офицерами части, через которых можно достать информацию.


Незадолго до начала Олимпиады’80 в Москве Пушкаря положили в киевскую больницу для операции на кишечнике. Навестить его пришел незнакомый мужчина. Посетитель сказал, что он из Москвы от «корейца майора Коли», то есть Сина. Визитер не назвал своего имени, а Пушкарь не спрашивал.


Незнакомец напомнил о прошлом заказе «корейских друзей» и сделал новый: лазерный дальномер, прибор ночного видения для расстояния 1200 метров и средства защиты от действия нейтронной бомбы.


«Земляк» заметно оживился и заверил, что у него на заводе есть два надежных приятеля, которые помогут «за бутылку женьшеневой водки». По крайней мере, с дальномером и прибором ночного видения.


Разговор был недолгим, гость засобирался уходить.


— Мы с вами свяжемся: или я приеду еще раз, или вы получите письмо по почте. Только Коля просил передать: сами ему пока не звоните. Это может быть опасно — времена сейчас такие, — проинструктировал он Пушкаря.


— Все понял, сидеть и не рыпаться, — ответил тот.


По сложившейся традиции московский посланник оставил бутылочку экстракта женьшеня.


Одна деталь выглядела странной. Визитер был совсем не похож на корейца. Пушкарю он показался уроженцем Закавказья.


Видимо, в Комитете госбезопасности в нужный момент не нашлось подходящего человека с корейской внешностью. «Посланник от майора Коли», пришедший в больницу, на самом деле был агентом КГБ с позывным «Качалов».


ЛОВУШКА ДЛЯ «ШАКАЛА»


В декабре 1979 года глава северокорейской резидентуры в Москве Хен Кым Сер обратился к своему агенту со странной просьбой. Нужно было поехать в Киев и разыскать местного жителя.


Корейский дипломат — он официально числился помощником военного атташе посольства КНДР — дал агенту фотографию киевлянина, на обратной стороне которой были его адрес и имя: Станислав Пушкарь. Представившись посланцем от «корейского майора», киевлянину следовало передать лист бумаги с очередным заказом: «Защитные материалы от влияния нейтронной бомбы, прибор ночного видения с дальностью более 800 метров, дальномер лазерный».


Но собеседник корейского дипломата оказался завербованным КГБ и вскоре сдал помощника военного атташе КНДР. Хен Кым Сера задержали при попытке купить автомат АКС-74 и выслали из страны.

Снимки Хен Кым Сера после задержания. На фото: изъятый автомат и удостоверение помощника военного атташе посольства КНДР

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2. Северная Корея, СССР, Усср, Шпионаж, Предательство, Длиннопост

Раз корейцы попытались возобновить контакты и передать новые заказы, то будут делать это и в дальнейшем. Значит, Пушкаря нужно сажать, решили в КГБ.


Для начала стоило проверить, как объект отреагирует на предложение о возобновлении работы на корейцев, а заодно узнать, какие возможности он имеет после увольнения с «Арсенала-2».


Миссию успешно выполнил московский агент «Качалов», специально приехавший в Киев и нашедший Пушкаря в больнице. С собой у агента был скрытый микрофон — разговор с «Шакалом» было записан.


В деле есть настоящее имя «Качалова»: Юрий Михайлович Окунев. На тот момент, как уточняется в документе, он был старшим научным сотрудником Института механики МГУ. Человек с таким именем — видный ученый, сейчас возглавляет упомянутый институт. В пресс-службе МГУ не смогли оперативно ответить на запрос об интервью с Окуневым.

Телеграмма КГБ из Москвы в Киев об агенте Качалове. Из оперативного дела

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2. Северная Корея, СССР, Усср, Шпионаж, Предательство, Длиннопост

Дальше предстояло легализовать материалы о Пушкаре, полученные от агентов «Седого» и «Иванова». То есть придумать легенду о том, как обо всем узнали в КГБ, не упоминая о проводившейся годами разработке Пушкаря, в том числе о самих агентах. Легализованные материалы уже могли быть основанием для возбуждения уголовного дела.


Процесс легализации также упоминается в статье Настоящего Времени о другой операции КГБ: там сотрудник наружного наблюдения, следивший за подозреваемым и нашедший выброшенную им улику, во время следствия играет роль «случайного свидетеля».


Вот как чекисты легализовали записку с заданием для «Шакала» (заказ на дальномер, прибор ночного видения и средства защиты). Бумажку запечатали в конверт, и, подписав на имя Пушкаря, бросили в почтовый ящик в его подъезде. Но не в ящик, принадлежавший самому подозреваемому, а в один из соседних — якобы корейские разведчики перепутали квартиру. В этой квартире жил еще один агент советской спецслужбы с псевдонимом «Нефедов». Ему поручили написать заявление о «случайно найденном» подозрительном письме и вместе с самим конвертом передать КГБ.

План легализации улик. Из оперативного дела

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2. Северная Корея, СССР, Усср, Шпионаж, Предательство, Длиннопост

Наумов-«Иванов» должен был стать свидетелем по делу Пушкаря. Но для начала он тоже передал заявление в КГБ: «считаю своим партийным и гражданским долгом» и далее четыре страницы описания отношений приятеля-шпиона с корейцами.


Агент КГБ упомянул, что его самого хотели склонить к такому сотрудничеству и даже вручили для этого камеру. Наумов якобы сразу категорически отказался и вернул им фотоаппарат. О том, как по заданию колебался, набивал себе цену и в конце концов кое-что передал корейцам, он промолчал.


«Будучи страстным фотолюбителем, я сфотографировал для себя этот фотоаппарат, т.к. надеялся у кого-нибудь купить его при случае», — добавил «Иванов» в заявлении. Он приложил эти снимки, их подшили к делу.


Как заявитель объяснил то, что не обратился «куда следует» сразу же? Не придал значения, ведь Северная Корея — дружественная страна. Но почему вдруг вспомнил о событиях почти десятилетней давности и решил о них рассказать? По словам Наумова, он несколькими днями ранее прочитал книгу «Тайный фронт» генерала КГБ Семена Цвигуна о работе западных спецслужб.


«В этой книге я впервые прочитал, что иностранные разведки используют территории дружеских нам стран и их граждан для проведения шпионской и иной враждебной деятельности против моей Родины», — уверял автор заявления. И тогда он якобы понял, для чего на самом деле корейские стажеры и их сослуживцы просили документы у друга Славки. Вероятно, эту легенду своему агенту подсказали сотрудники КГБ.


«Шакала» задержали недалеко от дома вечером 30 октября 1980 года. Пока не КГБ и не за шпионаж, а всего лишь милиция за мат в общественном месте. Об этом двоих участковых Дарницкого РОВД настоятельно попросили работники спецслужбы. Мужчину арестовали на 15 суток. В КГБ хотели за это время собрать еще доказательств — в частности, допросить его друзей. Административный арест использовали, чтобы не спугнуть подозреваемого раньше времени.


К арестованному Пушкарю пришел сотрудник КГБ, назвавшийся Георгием Трофимовичем. Он уже говорил о корейцах. Поначалу шпион все отрицал, но ему показали список деталей, «случайно» брошенный в почтовый ящик соседа. «Шакал» почему-то решил, что корейцы специально послали конверт не туда, желая избавиться от своего агента.


Чекисты использовали старый прием: соврали, что все его связные уже задержаны и дают на него показания. Поэтому у него есть лишь один шанс спастись — рассказать всю правду.


Подозреваемый раскололся. В некоторых моментах он пытался сгладить свою вину, однако в целом написанное им объяснение вышло довольно правдивым и подробным. Приехав в сопровождении оперативников домой, Станислав добровольно отдал им доказательства — бутылки из-под женьшеневой водки и настойки, подаренную картину, фотографию Кима, Цоя и Дима, ворованные детали.

Улики, переданные Пушкарем. Из уголовного дела

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2. Северная Корея, СССР, Усср, Шпионаж, Предательство, Длиннопост

Отсидев 15 суток, Пушкарь вышел на свободу и начал жить прежней жизнью. Неизвестно, заметил ли он на этот раз наружку — однако даже если заметил, дразнить ее, как в Москве, не рискнул. Три недели за «Пауком» (в сводках вновь использовали старую кличку объекта) следили, проверяя, кому он сообщит о разоблачении. Но тот даже не пытался с кем-то связаться.


Следственная группа КГБ задержала Станислава Пушкаря возле места работы утром 4 декабря. На свободу он уже не выйдет.


Согласно отчету КГБ УССР, это был единственный шпион, арестованный на территории республики в 1980 году.


ПЕРМЬ-36


Отбывать наказание Пушкаря отправили в «Пермь-36» — известный лагерь, превращенный в мемориальный музей. Одновременно с ним сидели известные политзаключенные, среди которых поэт Василий Стус (там он и погиб), Левко Лукьяненко, Василий Овсиенко.


О "герое" статьи дважды упоминает самиздатовский журнал «Хроника текущих событий»: в сентябре 1981-го, когда он прибыл в лагерь, и в январе-феврале 1982-го, что его госпитализировали «с диагнозом «Общий перитонит кишечника с кровотечением язвы».


В разговоре с НВ Пушкаря вспомнил еще один украинский диссидент, прошедший «Пермь-36», — Олесь Шевченко:


«Это был мой земляк — с Березняков. Его обвинили в том, что он якобы рассказал какой-то военный секрет корейцам».


В лагере о деталях своего дела Пушкарь не распространялся — осужденные по шпионским статьям вообще были немногословны, боясь сболтнуть лишнего, отметил Шевченко. Бывший настройщик аппаратуры в лагере работал электромонтером, вкручивал лампочки на территории.


Помнит диссидент и описанную в «Хронике» госпитализацию своего земляка.


«Он болел язвой желудка. Когда у него пошла кровь, я организовал в лагере протест, чтобы они вызвали врача. И мы добились своего — на санях его отвезли в больницу. Его спасли в тот раз, — вспоминает Шевченко. — Потом меня возили в Киев, требуя покаяния. Ничего не добившись, вернули, но не в 36-й лагерь, а в 37-й, поэтому я больше с ним не встречался. А потом узнал, что он при очередном обострении умер».


Смерть заключенного в лагере подтверждается и архивными документами. Пока шпион сидел, «Арсенал-2» пытался взыскать с него деньги за украденные детали. В 1987 году начальник «Перми-36» сообщил руководству завода, что получить 535 рублей 65 копеек с Пушкаря не получится, «так как последний скончался». Где его похоронили — неизвестно.

Шпион на женьшеневой водке. Как инженер советского завода продавал секреты Северной Корее.Ч.2. Северная Корея, СССР, Усср, Шпионаж, Предательство, Длиннопост

https://www.currenttime.tv/a/north-korea-spy-story-kgb-archi...

Дубликаты не найдены

+9
Посадить Пушкаря на основе собранных материалов было нельзя — из-за специфики Уголовно-процессуального кодекса, следовать которому должна была даже всесильная спецслужба.

Перед глазами появляется задумчивое волевое лицо обычного советского следователя из фильмов 80-х годов прошлого века. УПК это святое, да))

+4

Да, удачный кадр попался. За водку продать военные разработки. Корейцы с него пыль должны были сдувать.

+3

Туда ему и дорога. А потом нам кто-то пытается рассказать об "ужасах гулагов" и "миллионах невинно осуждённых"... А по УК статьи за расхищение, мошенничество, кражи, шпионаж, предательство Родины, коррупционерство...

0
Собаке собачья смерть!