Продолжение вброса, конец главы 1
- Никого нет, - резюмировал Колян.
- Да ладно? А то я не заметил. Капитан очевидность. На что мы вообще рассчитывали? Время-то обед. Все нормальные люди либо заняты, либо, представь себе, обедают, - Серёга в расстроенных чувствах пнул пустую коробку.
Местом на районе они называли небольшую площадку позади местной школы. Здесь были детские качели, вкопанные в землю покрашенные шины, турник и прочие приблуды подобных мест. Но им нравилось то, что две торцевые стороны перекрывались гаражами, а на самой площадке росли пышные деревья, отчего даже жители близлежащих пятиэтажек не могли наблюдать за молодежью.
Здесь они часто собирались дворовой толпой. Кто-то еще учился в одиннадцатом классе, кто-то поступил в Кубанский Государственный, но объединяло их одно. Все они жили в этом районе. И среди всех этих людей, а в компании их было чуть больше тридцати (Коля как-то заморочился и посчитал), была одна, которая не давала Серёге покоя. Лена.
Высокая шатенка, лишь сантиметров на семь уступающая Серёге, Лена была как с картинки. Он был уверен, что именно из-за таких совершаются Троянские войны, и именно такие девушки становятся секс-символами целых стран. Именно такие покоряют Голливуд. Проблема была лишь в том, что девчонка себе цену знала, а потому, высокомерно смотрела на большинство их компании. Серёгу это бесило, но сердцу не прикажешь, и, видя её, всякий раз думал: «Я её изменю».
После того, как он поделился такими мыслями с Коляном, Серёгу окрестили «Благородным рыцарем района кож вед диспансера», но название было длинное и Колян через неделю сдался. А Максимов нет. Порой он замечал любопытные взгляды Лены на себе и понимал, что он достаточно хорош собой. Что есть шансы.
У Серёги были девушки, и секс был. Но все не то. Хотелось лучшего, вишенку на торте… Так что отношений продолжительных у него не было, а они с Леной так и продолжали играть в игру, название и смысл которой знали только они.
Колян запрыгнул на турникет и легко подтянулся пять раз, затем спрыгнул и, выдохнув, спросил:
- Может пожрем у тебя? У моих сам знаешь, голяк.
Максимов нахмурился. Обычно это не было проблемой, зайти и быстро перекусить, но сегодня у матери был выходной. С другой стороны, если он придет с Коляном, то мать не начнет этих нравоучений и постоянных флешбэков с прошлого.
- Да мать дома, ну да ладно, - Серёга принял решение и уверенно кивнул, - пойдем. Похаваем, народ уже подтянется.
***
Звук открывающегося лифта в подъезде выбил Наталью Леонидовну из оцепенения. Она встала, завязала на голове платок, вышла из зала, быстро посмотрела на себя в зеркало, но задержалась. Лицо женщины за пару секунд изменилось около двадцати раз, пока изображение улыбки не стало стандартным. Силой воли она успокоила дергающуюся руку, а когда сын открыл дверь, она уже встречала их в коридоре.
Увидев Колю, она потускнела.
- Привет, мам, - сказал Серёга осторожно и зашел в квартиру, - ты куда-то собралась?
Коля тенью вошел следом.
- Не я, сын! А мы! – восторженно заверещала Наталья Леонидовна и начала хлопать в ладоши, подпрыгивая на месте.
- Ты чего такая веселая? – Максимов невольно улыбнулся. Давно он не видел мать в таком расположении духа, - куда МЫ? Праздник какой-то?
- О нет-нет-нет, дорогой мой, нет-нет-нет-нет-нет, - женщина подошла и начала хлопать Серёгу по щекам, - нет-нет-нет. Мы едем навестить твоего отца.
- Чего-о-о? – Парень настолько опешил, что отстранился. Коля же наоборот, присвистнул и в замешательстве остался стоять на месте.
- Ну-ка ты, сученыш, еще раз свистнешь в квартире, я своей собственной рукой вскрою тебе пузо, намотаю на неё кишки, а потом поджарю их на костре, отправлю по почте твоим родителям с письмом «Свежее мясо от тёти Нади», а они любят моё мясо, сожрут тебя, да еще добавки попросят. А потом, потом… - глаза Натальи Леонидовны изменились. Опять начали бешено перемещаться в глазницах, словно она проводила полное сканирование Колиного тела в хаотичном порядке.
- Мама! Ты с ума сошла? Что ты несешь? – От такого напора Серёга даже ничего не предпринял, настолько это было неожиданно.
Побледневший Коля за спиной друга лишь и успел сказать:
- Братан, это не моё дело. Потом созвонимся, - и моментально выскочил в подъезд.
- Ох, Серёжа, не обращай внимания, - тон женщины моментально стал излишне спокойным, будто она выпила пачку антидепрессантов, - мне просто нужно было, чтобы Коля ушел.
- А ты попроще варианты не могла придумать? Например «Коля, у нас семейные дела?», - все еще возмущался Серёга.
Ситуация с другом еще не отпустила, но сказанное матерью ранее было важнее.
- И вообще, что? Отец?
- О, да. Пойдем со мной, я в машине тебе всё объясню! – И Наталья Леонидовна вышла. А Серёге не осталось ничего, кроме как последовать за ней.
Пока они спускались по лестнице, парень несколько раз заметил судорогу на шее и в руке матери. И… Это что, седина?
На улице Наталью Леонидовну резко дернуло в сторону, словно невидимой веревкой, и она еле удержалась на ногах. Проходившие рядом школьницы вскрикнули от отбежали от матери, настолько неожиданным и неестественным был её маневр.
Когда Серёга оказался в машине, он повернулся к маме, которая уже сидела за рулем, в намерениях разобраться что происходит, но она его опередила.
- Этот мерзкий, вонючий выблядок, не платил алименты, тварррррррррррррррррь, - Наталья Леонидовна затянула произношение буквы «р», и каждая затянутая доля секунды сопровождалась дикими спазмами головы, отчего на голове у Серёги от ужаса зашевелились волосы.
- Он не-не-не…, да что такое! – завопила женщина, схватила себя за голову и с силой приложилась о стекло водительской двери, моментально потеряв сознание.
Это было чересчур. Глаза у Серёги предательски заслезились, руки тряслись, он достал сотовый набирая номер скорой, но так и не нажал кнопку вызова. Слева донесся едва уловимый звук потрескивания. «Наверное, именно с таким звуком разрывается кожа» - пронеслось у Максимова в голове.
Когда он повернул голову, то увидел, как голова матери медленно запрокидывается назад, а спустя мгновение резко поворачивается на сто восемьдесят градусов. Платок спал с головы, и сын увидел поседевшие волосы, но всё его внимание было на лице женщины, которая растила его. Будто тысячи больших и маленьких морщин появились на лице, которые сплющили все его формы в невиданный ранее апофеоз ужаса и отвращения. Глаза скрутило, и они уже не выглядели человеческими. Когда они раскрылись, кроваво-красный взор уставился прямо в душу Максимову, и неестественный демонический голос завопил из глубины глотки:
- Нефили-и-и-и-им! Тварррррььь, - руки Натальи Леонидовны на глазах у застывшего от ужаса Серёги начали превращаться в когтистые лапы, которые уже тянулись к его глотке, а затем прогремел взрыв.
Волна энергии оглушила Максимова, он безвольно упал спиной на пассажирскую дверь, и уже в потёмках угасающего сознания видел, как его мама потеряла сознание, как водительская дверь с силой распахнулась, и чьи-то руки вытащили мать и бросили на асфальт.
Серёга хотел встать и попытаться защитить родную маму, но глаза предательски закрылись. Последнее что он услышал, это прерывистый взволнованный мужской голос с улицы:
- Ты слышал? Фурия сказала Нефилим?