Песня⁠⁠

Дождь схлынул так же внезапно, как и начался. Резко, как удар по лицу от любимой женщины, которую ты в очередной раз довёл. Только в этот раз не было злости на себя, на неё, на весь мир. Не было ощущения ожога.Пощёчина это всегда ожог, который ты передаёшь от своего сердца. Отрываешь с мясом и швыряешь в лицо. На, смотри, что ты опять со мной сделал! В кого превратил! Теперь у тебя будет так же жечь снаружи, как у меня внутри. Дарю тебе эту грань между любовью и ненавистью...

Итак, дождь прекратился внезапно, как отношения. Прохожие по инерции ещё сновали с раскрытыми зонтами, жались под навесами остановок общественного транспорта, морщили лица, когда случайная капля с ветки попадала на лицо, но это уже было совсем необязательно, как необязательно актерское кривлянье в пустом зале. Дождь, весенним котом, которому надо успеть отыграться за долгую зиму, ушёл метить другие районы города.

Я огляделся по сторонам… Выйдя из метро на Сенной, перед тобой всегда столько соблазнов… Развёрнутые, как гармошка во все стороны, они манят и зовут. Тянут. Но сегодня было не до них. Через десять минут на Гривцова я встречался с адвокатом. Чтобы подписать последнюю бумажку и навсегда оставить в прошлом ту, жизнь которой, если верить истеричным выкрикам, загубил, забрав себе лучшие годы и взамен оставив только боль и страдание.Вот так, немного пафосно, меня костерли на все лады в различных беседах с подругами, родственниками и любовниками. В этом что-то было от воспетого Венечкой женского символа слабости - писанья на корточках.Мне было удивительно фиолетово. Я сразу решил вырвать всю эту любовь-морковь и выкинуть в Пряжку. Забавно было наблюдать за периодическими попытками мести. Но опускаться до уровня говна в женской голове я не собирался. В компаниях оставался неизменно улыбчив, и только когда совсем уж принимал на грудь, думал о мифической справедливости. Тогда сразу собирался домой.

Быстро порешав все вопросы я вышел на улицу. Через час начинался концерт. Джаз-банда играла каждую пятницу то тут, то там. Я никогда не пропускал, если не было объективных причин. Сегодня с причинами было покончено и новых не ожидалось. Как раз за сорок минут я не спеша добрёл до улицы Маяковского. Музыканты поднялись на сцену, когда я вошёл. Я кивнул каждому взгляду и присел за стойкой. Народу было в самый раз. Не битком и не пусто. Заказал пива и ушёл в мысли. С внешней стороны меня окружали гармонии мелодий сухого закона, внутри я терзался от противоречий между душевным и логичным. Нет большей пытки, чем заставить свои порывы не нестись сломя голову, а поэтапно и постепенно реализовывать себя.

Но вот сейчас, музыканты играют по своим нотам, играют здорово и правильно, потому что вся музыка уже структурно изложена и записана в виде непонятных крючков. Но когда эта музыка рождалась, то рождалась она из хаоса, и записана была только чтобы не потеряться, чтобы замереть в этом мире. Хаос представился мне этаким клубком энергии из которого протуберанцами выбрасывались материальные проявления порядка. Как если бы расплавленный свинец выливали в воду и он мгновенно превращался в застывшие бесформенные образования. Наверное с точки зрения хаоса все попытки упорядочивания выглядят как эти куски свинца - уродливо и мертво. Настоящая жизнь, это он - хаос.

- Можно? Я был вырван из размышлений этим внезапным “можно”... Даже не понял сначала, чего “можно”? Ведь я ничего и никому не запрещал… Девушка смотрела на меня хлопая ресницами. Она держалась за спинку стула рядом со мной и судя по всему этим своим “можно” интересовалась, не занят ли он.

Я кивнул - садитесь, мол… не занято… Девушка присела вполоборота ко мне, грациозно закинув ногу на ногу. Надо признать, что вышло это эффектно - взгляд не оторвать. Я хмыкнул сам себе, признавая, что против такого оружия бессилен, и отпил большой глоток.

- Не подскажите, тут нормальное пиво? И опять она ставит меня в тупик своим вопросом. Как пиво может быть ненормальным?

- Вполне обыкновенное…

Она повернулась к барменше и заказала мартини. Обычно в похожие по ситуации моменты, если они происходят в политике, политологи с умным видом объясняют, что “был подан сигнал”.Но женская логика не подвластна земным законам. Я опять отпил большой глоток. Этак я не ровен час, опьянею раньше положенного…

- Вы часто тут бываете?Определенно сегодняшний вечер пройдёт под знаком вопроса…

- Когда играют эти музыканты стараюсь не пропускать.

- Ваши знакомые?

- Да…

Тут у неё зазвонил телефон, она встала и прошла к выходу, это спасло меня от дальнейших расспросов. Я опять погрузился в музыку и мысли. Пара за столиком рядом решила уйти, женщина с несуразно-большими пластмассовыми бусами замахала официантке, пока её спутник недовольно надувал щеки. Что-то не пошло в их сегодняшнем свидании… Я решил переместится на их место, когда они уйдут - спастись от назойливой дамы. Женщина расплатилась, сдёрнула решительным жестом со спинки стула вязаную кофту и не оборачиваясь на спутника быстро проследовала к дверям.

- Катя… Катя… - заверещал ей вслед мужчина и засеменил, догоняя, побитой собакой.Я мгновенно перебросился за столик и удовлетворённо вздохнул как после трудной работы. Но только я поднёс к губам бокал, как:

- Вы не против, если я с вами присяду?

Моя головная боль, моя вечно что-то спрашивающая внезапная знакомая, вернулась после разговора и решила, что смысл её существования сегодня, это пытаться вывести меня из равновесия. Как джентльмен я не мог сказать даме, что её давление нарушает границы моего личного пространства. Но как мужик я мог много чего:

- Садитесь… Может по водке? Дама первый раз за сегодняшний вечер округлила глаза:

- Я водку не пью…

- Напрасно. Очень помогает в некоторых ситуациях.

- В каких?

- Например, когда надо решиться на что-то.

- О… С этим у меня всё нормально. Все решения приняты, выборы сделаны, дороги проторены…

- Вам может позавидовать среднестатистический обыватель…

- Да, я знаю… - она отхлебнула своей настойки, - Я среднестатистическая…

Я был уверен, что предложи я водки именно сейчас, ответ был бы другим. Люди не любят осознавать свою среднестатистичность, хочется выделится чем-то, как вот та, которая только что ушла, своими убогими бусами.

- Это вас расстраивает? Она кивнула:

- Конечно… Я хотела певицей стать, занималась даже лет до двадцати пяти… А потом перестала. Поняла, что уже поздно что-то успеть.

- Это ошибочное мнение.

- Теперь конечно я понимаю, что ошибочное…

- Я немного не об этом. Я о том, что ничего не изменилось. Можете продолжить с любого места.

- Я попытался объяснить смысл неважности времени. Но она не поняла идеи:

- Да бросьте вы… - Махнула рукой. - Куда я сейчас? Я пожал плечами:

- Как хотите, вам решать… Вдруг мне стало её немного жаль. Красивая баба, эффектная даже. Вечером в пятницу одна пьёт вонючее мартини. Как эти бабы его пьют вообще?

- Вы первый раз на их концерте?  Я кивнул в сторону музыкантов.

- Да. Я случайно зашла. Просто шла по улице.

- Тогда сейчас будет очень хорошая песня, послушайте…

Мелодия началась немного испуганно, она осторожно осматривала пространство, как ребенок оказавшийся в лесу ищет дорогу, но вот появилась тропинка и мелодия повела за собой к опушке, через эхо вокальных партий, через заросли импровизаций, и к финальной ноте подошла и встала напротив каждого, кто был в зале, чтобы отразить в себе надежды и чувства, чтобы каждый мог увидеть себя… Я допил пиво и поднялся из-за стола. Девушка ещё не отошла от впечатления, её взгляд блуждал по стенам, а сама она была где-то в глубинах подсознания.Самое время осторожно сбежать...

- Вы уходите? - Чуть слышно спросила она. От былого её тона, всезнающего, уверенного и независимого, не осталось и следа. Теперь это была обычная женщина, такая, какая она и должна быть. Настоящая…

- Я выйду поздороваться с музыкантами. Сейчас антракт. Скоро вернусь… И я забыл про неё… Пока почесал языками со всеми, обсудил слухи и потравил анекдоты, ни разу не вспомнил. Антракт заканчивался. Музыканты гурьбой спустились в подвал - нужно было успеть махнуть по пятьдесят за счет заведения...

Я стоял обдуваемый прохладным ветерком. Прекрасная погода всегда радовала меня, я видел в этом проявление высших сил, заботу о нас, грешниках. Поскольку на большее высших сил не хватало, проблемы справедливости, по моему мнению, целиком ложились на наши плечи. И никакого противоречия я тут не видел: можем мы изменять погоду? Нет… А наказать подлеца? Да! Простая доктрина. Не обременённая бесполезными надеждами и ожиданиями, способствующая самосовершенствованию во имя действий во благо.

- Я тоже решила постоять на улице… Вот уж не ожидал… Знакомая моя незаметно пристроилась справа и неумело курила тонкую, как надежда, сигарету.

- Я люблю вечернее время. Нежарко, неторопливо, негромко… - Пояснил я.

- У вас всё с частичкой отрицания.

- Это тот случай, когда отрицание - хорошо.- Отрицание эгоистично.

- Только если это ответ на призыв о помощи…Она посмотрела на меня прищурив глаз. Затянулась излишне глубоко - сразу закашлялась.

- Я вообще-то не курю… Стрельнула у барменши… - Засмеялась она показывая ровные, белые зубы.Если верить правилу про первое впечатление, то готов был поклясться, в этот раз оно не сработало. Теперь я смотрел на неё другими глазами.

- У вас что-то случилось? - Спросил я аккуратно.

- Предал близкий человек… Я философски кивнул. Вот куда не нужно влезать, так это в эти дебри. Она засмеялась немного театрально.

Из подвала раздались звуки скрипки - началось второе отделение.

- Идём слушать? - Предложил я.

- Да… Вы были правы по поводу той песни… Это из-за неё меня так накрыло…

- Песни сродни молитвам, но у них есть огромное конкурентное преимущество - под них можно танцевать.

Мы вернулись за столик. По крайней мере для двух людей этот вечер обрёл смысл.

© Алексей Свешников