Отказал матери в деньгах на брата-алкаша. Теперь я чудовище без сердца⁠⁠

Пикабу, всем привет. Только что отключил мамин номер, руки трясутся, в глазах темно. Надо выговориться, иначе сойду с ума. Не скандальная сказка, а моя жизнь - грязная, несправедливая, до тошноты знакомая многим.

Детство... Это не про голод, нет. Это про стыд, который въелся под кожу навсегда. Помню, как мама шила мне школьную форму из грубых мешков от крупы - плечи натирало в кровь, а одноклассники шептались: "Чего это Петров так шуршит?". Помню чужие тетради из библиотеки, где я стирал резинкой каракули других детей, оставляя дыры на страницах. Помню, как сломал ногу в 14 лет, а папа сказал: "Терпи, гипс дорогой". Три месяца на самодельных костылях из водопроводной трубы - вот моя "родительская забота". А мой брат, Сергей? Он был "слабым", "ранимым". Пока я корпел над книжками, он сбегал из школы, воровал папины сигареты, а в 16 уже напивался до беспамятства за гаражами. Его жалели, ему прощали всё.

Сейчас ему 32. И это ходячая катастрофа. Трое детей от трех женщин, которых он бросил. Живет в маминой двушке, пока его собственные дети ютятся там же в одной комнате с бабушкой. Работа? Неделя разнорабочим, месяц запоя - и так по кругу. Печень уже отказывает, врачи разводят руками, а он все глубже в бутылку. А я? Я выгрызал свою жизнь зубами. Бюджет в политехе, потому что платить было нечем. Ночи в "Макдаке" за шваброй и ночные смены грузчиком, когда засыпал на ходу . 10 лет в IT - не яхты и виллы, но своя квартира в ипотеку, старенькая машина. Родители? Молчали годами. Звонили раз в полгода: "Жив? Ну и ладно". Когда я попал в ДТП (моей вины не было), мама бросила трубку: "Разбирайся сам, мне Серёжу из вытрезвителя выкупать".

И вот сегодня... Звонок. Голос мамы - искусственно-дрожащий, театральный: "Сынок, родненький! Помоги! Серёженька опять без работы! Детишки голодные, ревут! . Дай 50 тысяч? Он квартиру для них снимет! Ты же брат, ты должен!". Я остолбенел. Потом спросил тихо: "Мам, а помнишь, когда я в общаге месяц жил на хлебе и воде, попросил у тебя 500 рублей до стипендии? Ты сказала: "'Сам виноват, надо было в ПТУ идти, как Сергей. Он хоть не выпендривается". Тишина. А потом - истерика: "КАК ТЫ МОЖЕШЬ ВСПОМИНАТЬ?! Он УМРЕТ! Дети на улице! А ты... ты себе ноутбук за 150 тыщ купил! (Это мой рабочий инструмент, без него я - никто!) Мог бы брату жизнь спасти! У тебя души нет, кусок льда!". Я сказал четко: "Нет. Ни копейки. Пусть идет и работает". Положил трубку. Теперь шквал гс: "Ублюдок! Он же тебя в детстве от хулиганов спас! (Ложь! Это я его, пьяного сопляка, отбивал у подъезда!) Ты ОБЯЗАН ему!".

И вот я здесь. Внутри - пустота и ярость пополам. Пустота, потому что 32 года был никем, а теперь стал лишь кошельком для "Серёженьки". Ярость, потому что ноут за 150к - это "баловство", а 50к на водку и похмелье - "помощь семье". Стыд за племянников, которые растут в этом аду. Но я знаю правду: если дать деньги, они превратятся в бутылки. Мама знает это тоже. Но ей важнее спасти своего "бедного мальчика", а не внуков. И эта вечная вина, как удавка... Силы кончились.

Пикабу, скажите честно - я чудовище? Я предал семью, отказав в помощи? Или эта "семья" сама убила во мне сына и брата, а теперь требует то, чего уже нет?

(P.S. Ноутбук работает. Сергей, если вдруг читаешь - завязывай. Твоим детям нужен отец, а не донор печени.)