Новые проекты Артелеум
Новые проекты в рамках Союза Артелеум! В Мастерских Фарнотара готовится к выходу настольная сюжетно-ролевая игра. А в артели Кондратиков — курс по игровой локации. Проекты тесно пересекаются. И сегодня мы предлагаем вашему вниманию текстовое описание первой локации, которое будет выступать примерным сценарием как для игры, так и для курса. Арт в этом повествовании выступает приблизительным референсом к будущей локации. Приятного вам чтения и погружения в миры Гильдигара и Каурентиса.
Глава 1. Залив Змей
Рассветная дымка скрадывала остатки безумной ночи. Той самой ночи, которая легла в основу моего повествования. «Куда мы попали, и как такое могло случиться!?» — беззвучные мысли эти, казалось, громом проносились по всему побережью, по каждой разбитой палубе. Звучали они в каждом из нас, кто ещё вчера мог называть себя мореходом, болью и отчаянием вспыхивая в сознании вслед за первыми лучами восходящего солнца.
Мы на себе испытали, что океан не знает пощады, когда волны его бросали наши корабли, как детские деревянные игрушки — во влажной тьме, которую рвали на части лишь яркие вспышки молнии. Вода лилась со всех сторон, поглощая каждый дюйм корабля, отправляя в бездонную пучину одного солдата за другим — тех, кому не суждено было встретить новый рассвет.
Шторм стих лишь к утру. Вдоль всего побережья я мог видеть останки судов, выплюнутых на берег или разбитых о прибрежные скалы, в миле от обломков моего корабля на берегу. Сломанные мачты, лохмотья парусов, содержимое трюмов — теперь они навечно стали частью прибрежного ландшафта ещё неизвестного нам острова.
Со всего побережья доносились голоса, смешанные с хрипом и руганью. Голоса выживших. Как можно быстрее мы покинули обломки своих кораблей, собирая по пути всё, что можно было собрать: броню, оружие, провизию. Солнце поднялось уже достаточно высоко, когда первые из нас отправились на исследование побережья.
От берега, вглубь острова, вел еле различимый путь. Время и природа сделали его почти непроходимым, но было ясно, что в древности он принимал в свои объятия огромное количество странников. Ожидание липкой неизведанности не умолкало внутри каждого из нас, но иных вариантов не было. Земля под ногами становилась более мягкой и влажной. Даже время здесь ощущалось особенно странно — никто толком не мог понять сколько его ушло на дорогу, пока потрёпанная временем тропа не вывела нас на широкую поляну.
Каждого из нас она заставила невольно замереть в неясном изумлении. Кроны исполинских деревьев утопали в туманной дымке. Каждое из них имело своё пространство — стволы не жались к друг другу, а вольготно стояли по соседству. Сквозь туман вдали проглядывали внушительного вида горы, всем видом кричащие о своей бесконечности и неприступности.
Тут и там били ключи, переговариваясь с криками и пением местных птиц. Растения чувствовали здесь себя прекрасно. Россыпь разномастных цветов окружила нас, и сложно было понять, насколько, в действительности, отличались они друг от друга в этом едином узоре.
Но было в этой затопленной поляне то, что поразило нас больше остального. Сразу за границей воды, над лесом поднималось огромное дерево. Своими ветвями оно уходило так высоко, что терялось в облачном тумане. Ствол его был огромен, и даже, возьмись все за руки, мы не смогли бы охватить его.
У ствола дерева, поросшие мхом и дикой растительностью, расположились две каменные статуи в виде огромных змей. Они стояли друг напротив друга, а длинные хвосты их поднимались из воды и, смыкаясь, образовывали сводчатую арку — нечто вроде ворот к самому основанию гигантского древа. Часть одного из хвостов, под напором времени, сдалась и теперь валялась полузатопленной у основания. Однако сама арка по-прежнему не утратила своей основной формы и величия.
Аккуратно выстроенные основания статуй говорили о том, что некогда это место было святыней. А сами они служили явным доказательством обитаемости этих земель. Во всяком случае, когда-то это было так. В статуях чётко читалась форма. Каждая деталь, начиная с головы, была выполнена с большим вниманием и знанием дела. Глаза, клыки, фактура — всё было сделано с особой тщательностью. Их величие кричало о себе даже сейчас, поросшее корнями, мхом и мелкой однолетней растительностью.
Змеиные изгибы приковывали взгляд. Они плавно скользили от головы к телу, ныряя в пруд и выныривая снова, соединяясь с хвостом статуи напротив, где гипнотический цикл брал новое начало. «Залив Змей», — гласила надпись на постаменте одного из исполинов. Язык был древним, почти утраченным, и лишь немногие из нас смогли прочитать её.
Лагерь решили разбивать здесь. Ибо время и невероятная усталость после пережитой ночи не оставляли нам выбора. В центре поляны собрался небольшой неряшливый склад, представлявший собой груду из личных вещей, частей брони, провизии и оружия. Некоторые обломки корабля послужили нам сырьём для изготовления фонарей, которые солдаты установили по периметру лагеря. Мы не знали, чего ждать этой ночью, и меры безопасности были совсем не лишними.
Медленно, но верно на поляну опускалась темнота…