5

Как американца русские уму-разуму учили... Ну или вгоняли в него оный ум. Губернаторский суд в ХIХ веке

Как американца русские уму-разуму учили... Ну или вгоняли в него оный ум. Губернаторский суд в ХIХ веке Культура, Американцы, История, Российская империя, Русские, Длиннопост

Нижегородский губернатор Николай Михайлович Баранов (мы уже писали об этом неординарном человеке) опубликовал в газетах: «Все потерпевшие и не нашедшие у должностных лиц скорой и должной помощи могут явиться ко мне во всякое время дня и ночи, и я приму и окажу своё содействие».


В 1894 или 1895 году в представительствах нескольких торговых фирм на ярмарке возникла тихая паника – скорее сдержанное беспокойство. Причиной стал совершенно внезапный отъезд, практически бегство одного американца, представителя некой американской кампании, делового партнера этих фирм. Уехавший остался должен по незакрытым сделкам, но никого ни о чём не предупредил. Дело было тем более удивительно, что американец проработал в России много лет, ежегодно приезжал на нижегородскую ярмарку и пользовался репутацией надёжного, проверенного делового партнера.


Беспокойство длилось недолго. Уже через несколько часов помощник пропавшего обошел всех партнеров, расплатился со всеми, но о причинах отъезда своего шефа ничего не смог сказать, сам не знал.


Всё это выглядело странно.


На следующий год от этой американской фирмы приехал новый представитель и на все расспросы о предшественнике ответил: «Жив и здоров, работает в этой же фирме, но в Россию больше не поедет, так как здешний климат для него нездоров».


Понемногу о нем стали забывать. Но шила в мешке не утаишь. История странного отъезда в итоге вышла наружу.


Вечером после тяжёлого делового дня американец отправился обедать в ресторан «Россия». Встретил там знакомого, вместе отобедали, выпили и решили завершить вечер обходом «веселых домов».


Посетили один, другой, третий… везде выпивали. Уже совсем пьяненького американца увлекла какая-то девица, увела в свою комнату, где он и уснул. Проснувшись, собрался уходить, но обнаружил, что пропал у него нераспечатанный пакет с 10000 рублей, полученных им из банка. Ощупал карманы, осмотрелся – ничего. Кровь бросилась в голову, взволнованный американец начал кричать, требовать возврата денег: он хорошо помнил, что деньги были при нём, когда вошел в комнату к девице. На его крики и протесты явились служащие заведения, привычные к таким событиям, подхватили американца под мышки и вытолкали его из дома. Естественно, что ещё и наваляли.


Очутившись на улице, избитый и взволнованный американец вспомнил о заявлении губернатора Баранова, «готового принять каждого в любое время дня и ночи…» Немедленно отправился в дом, где во время ярмарки жил губернатор. В приёмной комнате дежурный чиновник. Американец стал настойчиво требовать свидания с губернатором. Дежурный просил изложить ему суть дела, объясняя, что, быть может, без помощи губернатора удастся помочь ему, но американец был настойчив и требовал доложить самому Баранову.


Чиновник пытался отговорить, объяснял, что сейчас третий час ночи, губернатор спит, не проще ли подождать несколько часов, когда он проснётся; генерал много работал, ему нужен отдых, быть может, ваше дело можно сделать и утром.


Но американец закусил удила, твердил настойчиво, что раз опубликовано в газетах о приёме во всякое время дня и ночи, то он, американский гражданин, требует исполнить его просьбу. Так и не узнав, в чём дело, но смущённый такой настойчивостью, чиновник в итоге решился разбудить Баранова.


Губернатор вышел, внимательно выслушал американца и распорядился подать два экипажа. В один сел сам с дежурным помощником пристава, во втором поместился околоточный с несколькими полицейскими, а американец был водворен на козлы к кучеру губернатора в качестве проводника.


Приехали на улицу Весёлых домов в Кунавино, старинную слободу в Заокской части Нижнего, где жили рабочие, мещане и ремесленники. Американец вдруг растерялся: войдёт в дом, вроде тот, осмотрится, оказывается – нет! Бежит в другой…


Обошли несколько домов, и все не те. Баранов терпеливо ждал.


Наконец американец остановился на одном, вроде бы схожим по меблировке, расположению комнат с тем, где его обобрали. Заявил генералу: «Вот это и есть тот дом!» Баранов со всеми полицейскими вошёл в дом, распорядился двери запереть, никого не впускать и не выпускать!


Всех живущих в доме во главе с хозяйкой собрали в общей зале. Баранов просит американца указать ту, которую он подозревает в воровстве денег. Американец выбирает одну, но хозяйка и все присутствующие настойчиво утверждают, что американец у них не был, видят они его первый раз. Тот и сам вдруг начинает колебаться: «Ваше превосходительство, я, пожалуй, действительно ошибся, по некоторым моим воспоминаниям это не здесь было».


Баранов терпелив. Процессия идет дальше, дом за домом. Наконец американец узнает нужный дом. Процедура повторяется: губернатор приказывает двери запереть, всех собрать в зале, никого не выпускать! Спросил, где хозяйка. Вышла почтенная дама, ответила, что хозяйки дома нет и она за неё.


- Укажите девицу, бывшую с этим господином.


- Согласно приказанию вашего превосходительства здесь собраны все девицы, и больше у нас никого нет.


Генерал приказал американцу указать его знакомую, тот отвечает, что её здесь нет. Генерал требует у экономки:


- Приказываю немедленно доставить женщину, бывшую с ним!


Экономка в ответ начинает божиться, клясться в том, что девушек у них больше нет, а господин ошибся:


- Хотя он действительно заходил сюда, но не оставался, а ушёл.


- Если вы сейчас не укажете, где девица, - заявил генерал, - то здесь же в зале я прикажу вас сечь до тех пор, пока не скажете правду!


Экономка побледнела, благо здоровенные полицейские вокруг всем своим видом выражали готовность немедленно приступить к экзекуции, и поспешила заявить:


- Я вам сказала неправду – хозяйка в доме, она, быть может, лучше меня знает, когда этот господин был, я отсутствовала.


Нашли прятавшуюся хозяйку, привели в зал.


- Где девица, бывшая с этим господином?


- Здесь все налицо, никого больше нет…


Последовало то же распоряжение: разложить и сечь до тех пор, пока не скажет правду. Видя, что тут не церемонятся, хозяйка взмолилась:


- Ваше превосходительство! Пожалейте меня – я сейчас приведу девушку.


Привела тщательно спрятанную девушку, американец тут же признал её. Девушка в слёзы:


- Он врёт, пришел сюда совершенно пьяный, откуда я знаю, где он потерял деньги! Я девушка честная, не воровка…


Баранов метод дознания не меняет, приказ тот же: пороть, пока не скажет, где деньги. Экзекуция началась. Не выдержала, закричала:


- Остановитесь! Я скажу.


Рыдая, повинилась: взяла деньги из кармана и передала хозяйке, которая обещала, что после обследования полицией, которое, конечно, окончится ничем, деньги поделят поровну.


Хозяйка принесла деньги, положила на стол.


- Сочтите, - сказал Баранов американцу.


Обрадованный американец хватает деньги, считает, начинает благодарить губернатора.


- Погодите благодарить, - сказал Баранов. – Вас хозяева отправили на ярмарку, я думаю, не затем, чтобы вы с их деньгам ходили развлекаться в «весёлые дома»? Потеряв, беспокоили бы власть в неурочное время для розыска их, для чего пришлось прибегнуть к крутым мерам, без которых вряд ли пришлось бы их вам найти. Пусть будет вам наука на всю жизнь – выпороть его!


Американец вначале принял это за шутку, потом, видя, что с ним никто не шутит, начал кричать, что он гражданин свободной страны, находится под защитой её законов и властей:


- Вы не осмелитесь со мной это сделать! Я буду жаловаться!


Приказ был исполнен не только в точности, но и с особым старанием, ибо полицейские были озлоблены за ночное беспокойство.


Надо признать, что ночь для американца выдалась бурной: дважды избитый, потерявший и нашедший, пообщавшийся вплотную с такими разными людьми империи, от девиц нетяжёлого поведения до самого генерал-губернатора с его невзыскательными методами дознания и наказания. Наверное, всё это было слишком для одного человека.


Но американец оказался упрям. Решил искать справедливость. Взбешённый, прибежал в свою гостиницу, послал телеграмму в свою фирму в Америку о срочном выезде домой, сдал дела и деньги помощнику и первым же поездом выехал в Москву. Явился к консулу, пожаловался. Консул разделил его возмущение: «История с вами несомненно возмутительная!» Он посоветовал обратиться к послу в Санкт-Петербург лично (подозреваем, что консул просто отделался от назойливого посетителя, чей визит обещал обернуться многими хлопотами, но без всяких преференций).


Так или иначе, но наш американец оказался в Петербурге, в американском посольстве, а там… Там ему разъяснили, что дело его в случае огласки не может остаться секретным. Что на несколько дней оно станет главной сенсацией всей американской прессы, что семья американца узнает, в каких заведениях проводит время их муж и отец. Что репутация его в его же американской фирме окажется подорванной. Что русский царь накажет Баранова, сместит с должности, но, принимая во внимание его популярность у царя, такое смещение будет недолгим, и вскоре Баранов окажется на другой, даже более высокой должности.


Американец подумал, да и пыл его начал проходить. В общем, историю замяли. Но из нескольких независимых источников, от полицейских и девиц, американскому консулу в Москве она всё же стала известна, хотя и неофициально. Что, впрочем, никого не удивило. Репутация Баранова была известна всей России. Был случай с начальником товарной станции в Нижнем Новгороде Александровым. Какой-то купец, возмущенный большой его алчностью, доложил о нём Баранову. «Хорошо, я с ним разделаюсь, - сказал Баранов, - будет долго помнить!» Одних этих слов оказалось достаточно: Александров немедленно выехал в Москву и выхлопотал себе в правлении железной дороги другое место, более худшее, чем в Нижнем, лишь бы не возвращаться во владения Баранова.


Недаром Победоносцев, рекомендуя в 1881 году Баранова Александру III, характеризовал его: «Это человек… умеющий действовать, когда нужно». И Баранов не подводил. Например, во время эпидемии холеры в Нижнем при первых признаках стихийных бунтов отдал приказ: «Зачинщиков повешу на глазах у всех и на месте». Помогло. При этом свой губернаторский дворец отдал под размещение больных.

Найдены возможные дубликаты

+4

Проблема в том, что нет системы. Во власти может быть сколь угодно благородный человек, но если нет системы, все его старания будут нулевыми.

В истории по сути губернатор решал проблему с помощью угроз пытками, а затем по личной прихоти велел избить просителя, и ему в результате ничего не было. Правовой уровень на высоте.

раскрыть ветку 8
0
Всё было в рамках законности того времени, кроме порки американца. Но здесь нельзя было его с деньгами отпускать в полной сохранности, тогда бы русские полицейские возмутились, мол, русский губернатор для иностранца в лепёшку готов расшибиться.

А вы пытаетесь оценивать ситуацию с точки зрения УК РФ. ))

Между прочим, в это время в Британии детей вешали за кражу булки.
раскрыть ветку 7
+3

Справедливо, я погуглил вопрос.

В положении о губернских и уездных земских учреждениях 1890 г. нет ничего о праве губернатора вести следствие. У него исключительно административные роли. Устав уголовного судопроизводства 1864 года также не предусматривает пытки при дознании.


И нет, речь идет не о том, что "а в Америке негров линчуют". Дело именно в системе, точнее ее отсутствии.

раскрыть ветку 5
+1

Вы считаете выбивать показания поркой было законно в то время?

+3

Ну всех блядь мы учили,только нехуя своего нет ,наука,культура,религия,всё с запада и востока.А как мы Американцев научили что они за 200 лет мощнейшая и единственная сверхдержава на планете.А мы с голой жопой вечно и в обносках,но всех уму разуму учим.

раскрыть ветку 2
-2
Как я вижу, давно вас не пороли. ))
раскрыть ветку 1
-2

Зачем? Проще пойти туда, где вместо порки занимаются полезными вещами.

А вы сидите в своей рашке. Порите друг друга. Поритесь...

Похожие посты
Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: