214

Дело было не в бобине...

- Скучно мы что-то плывём, - побарабанил пальцами по столу командир дивизии и я прямо почувствовал, как прошёлся по моему затылку его взгляд, - да, ребята?

- Ну хуй его знает, товарищ командир дивизии! Так-то да: медведи на велосипедах с балалайками по отсекам не пляшут, но вот чтоб прямо скучно, то вряд ли! – можно было бы так ответить ему, если бы он не был контр-адмиралом, на флоте не существовало бы субординации или, например, до этого мы не знали, чем всё это обычно заканчивается.


После прошлых раз, когда ему становилось скучно мы:

- фактически отрабатывали заклинку кормовых горизонтальных рулей на погружение;

- чуть не утонули от того, что, как бы откачивая из уравнительной цистерны, на самом деле принимали в неё;

- всплывали раком потому, что часть клапанов продувания оказались на ручном управлении;

- почти подняли бунт из-за лепки пельменей вместо сна;

- чудом не остались до сих пор висеть на якоре где-то в Баренцевом море.


И это так, без всяких мелочей, которые досаждали, но крови не портили. К концу второго месяца плавания, оно да, не так весело, как в самом его начале: все слабые места уже себя проявили, были вылечены, механизмы и системыработали как часики и с выпученными глазами в рваном РБ по короблю действительно никто уже не носился, ключей друг у друга не просил и мозговыми штурмами не занимался. Даже к трёх-четырёх часовому режима сна организм уже привык, хотя нет, не привык, а скорее смирился и так уж и быть терпел, раз надо. В сауне стали появляться механики, и даже пару случаев было, о, Вася, так и ты с нами в море пошёл, надо же! Но, чтоб прямо кто-то страдал от того, что его не веселят…ну не знаю, не знаю.


- Меня штурман в штурманскую вызывает! – объявил старпом и скрылся в штурманской.


И когда это они со штурманом успели изучить телепатическую связь?


- Так, - опять побарабанил пальцами комдив и я, внутренне, приготовился: барабанил он пальцами прямо у меня за спиной, а, кроме нас с ним, в центральном остались Антоныч, которого комдив никогда не трогал вообще из чувства глубокого к нему уважения, секретчик на вахтенном журнале, которого не трогал вообще никто и двое рулевых, которые, проснувшись, немедленно схватились за рукоятки управления рулями, хотя те стояли в автомате и на рукоятки не реагировали. Ну, думаю, раз у рулевых прокатывает, попробую и я! И как давай активно на кнопки нажимать…

- Думаю я, Антоныч, что надо расширять техническую грамотность наших офицеров, как ты считаешь?

- Абсолютно правильно, тащ комдив! И углублять тоже! А то с шириной у нас более-менее, а глубины часто не хватает!

- А вот правильно! И начнём мы, пожалуй….


…нажимаю проверку ламп, проверку закрытого положения арматуры, собираю схему откачки с одного борта через другой – лампочки, то красные, то зелёные, то жёлтые, тогорят ровным светом, то мигают, ну красота же, ну что он – не видит?

-…а вот с Эдуарда и начнём.

Нет –выходит, что не видит.

- Тэээээк. По трюмному дивизиону спрашивать его смысла нет, тут он всё знает…

- Хуй там, - шепчет Антоныч, - он киповец и в трюмных делах, как свин в апельсинах!

Делаю Антонычу обиженные глаза – ну в одном окопе же сидим, ну что за подставы-то?

-… с электричества, что ли начать?


А вот это вот зря он так – в электричестве корабельном не всякий электрик без описания обойдётся, а уж я-то…


- А он электрик же по специальности, – выручает Антоныч, - тоже, думаю, не завалите!

- Я-то и не завалю?

- Нет, вы-то завалите, но, в общем, я бы, на вашем месте, если позволите, начал бы со средств движения корабля!


О, вот это я понимаю взаимовыручка! Там-то простота, когда разберёшься, а я, в этом как раз недавно разобрался.


- Ну как скажешь, Антоныч! Эдуард! А доложи-ка мне, будь так любезен, устройство ГТЗА, если тебя это, конечно, не затруднит!

- Есть! – отвечаю, - Доложить устройство ГТЗА! Достаю листок и, с трудом сдерживая себя, чтоб не насвистывать от облегчения, начинаю чертить принципиальную схему. Черчу секунд пять – как раз первый квадратик успел нарисовать.


- Ну? Чего молчишь?

- Схему рисую!

- Какую схему?

- Какую задано, ту и рисую – ГТЗА!

- Покажь! – смотрит на мой квадратик, - Да ну! Схему ГТЗА любой школьник нарисует!


Не знаю, как там у них было в школах Витебской области, но у нас, в Минской, я в школе даже и слов-то таких: «ГТЗА» не знал.


- Давай, брат, конкретику мне! Не надо мне киселя этого по губам разводить! Давай коротко и ясно!

- Главный турбозубчатый агрегат… - начинаю я давать.

- Не, не, не – конкретно давай, без предварительных ласк!

-…состоит. Э…турбины у нас две!

- Зачоооот! Шучу, шучу, не бойся, - не зачёт ещё! Пройдёмся по конкретным цифрам. Так…что бы у тебя спросить-то…. Полегче, для начала. А! Блядь, точно! Сколько лопаток в турбине? Докладывай!


Я, конечно, не турбинист и техническое описание турбины изучал довольно поверхностно, можно даже сказать, что инаискосок, но удивительно, - как я даже порядок цифр не запомнил? Кошусь на Антоныча – Антоныч усиленно не замечает этого.


- Не знаю, тащ контр-адмирал, - честно признаюсь я, потому, что пауза затягивается и загибать пальцы, шевеля губами тоже не вариант – нет у меня столько пальцев.

- Видал! Ха-ха! Первый выстрел и сразу в яблочко! Вот как с вами плавать-то можно, когда вы таких элементарных вещей не знаете, а? Стыдно тебе хоть?


Странно, но чувствую, что нет.


- Так точно, - отвечаю, - стыднее и не бывало!

- Эх и офицерики нынче пошли, не то, что раньше, да, Антоныч?

- Да, тащ адмирал, мельчают калибром. Не то, что в наше время!

- Мы-то даааа…

- Даааа…мы-то…это…

- Мы-то устройство, эх, помнишь? Ползали, грызли, учили, да?

- О-го-го!

- Вот как на них флот оставить? Развалят же всё?

- Как пить дать!

- Так. Пойду курить от расстройства. Потом спать, а к утренней вахте доложишь мне, Эдуард! И не надейся – я не забуду! Антоныч – под твою ответственность!


И, довольный, уходит.


- Уф, - из штурманской выглядывает старпом, - пронесло, вроде, на этот раз, да?

- Да, – подтверждает Антоныч, - но не всех! Эдуарду вон, прямо ни за что, ещё одна бессонная ночь прилетела!

- Ну жалко его, да, но, с другой стороны, нам-то не прилетела, правильно? Поэтому, чего уж душой кривить: Эдуарду прилетело, значит так ему и надо! О, видали, как я в рифму.

- Здесь вообще нет рифмы! - бурчу в ответ.

- Это у тебя нет, а у нормального офицера, раз старпом сказал «в рифму», значит в рифму!

- Антоныч, - спрашиваю, - так что там с лопатками-то этими?

- Ну они есть, это точно, но количество их мне не известно. Звони на пульт.


Звоню на пульт.


- Ой, иди на хуй, - отвечает мне один пульт, а за ним и второй, - ещё не хватало, чтоб трюмные лейтенанты пульты ГЭУ подъёбывали!

- Что пульты? – уточняет Антоныч.

- Не знают, - говорю.

- Ну звони комдиву – раз, я его только что на завтрак поднял.


Звоню комдиву-раз.


- Доброе, - говорю бодрым голосом, - утро!

- Не знаю настолько ли оно доброе, это утро, если двадцать три часа, а я в железной банке посреди Северного ледовитого океана собираюсь завтракать в компании тех же самых хмурых рож. Ну ты в этом не виноват и, поэтому, ладно – чего хотел-то?

- Юрий Владимирович! Сколько лопаток в турбине?

- Надо же, - задумчиво хмыкает Юрий Владимирович, - такой перспективный был лейтенант и в первой же автономке сошёл с ума! Кто бы мог подумать, что такое горе и на наши головы. Это тебе не ко мне, родной, - это тебе к доктору же надо.

- Доктор точно не знает сколько лопаток в турбине!

- Согласен! Мало того, доктор даже, скорее всего, вообще не знает что такое турбина, сколько их и где они у нас стоят, но, зато, у доктора столько разных таблеток есть, что у тебя сразу отпадёт охота задавать людям дурацкие вопросы!

- Так это не я, Юрий Владимирович! Это командир дивизии меня пытает! Говорит, что если до утра не расскажу, то высадит меня на ближайшем безлюдном острове!

- Командир дивизии?

- Он самый.

- Ну, с его сроком службы, не удивительно и ему даже доктор уже не поможет.


Антоныч забирает у меня трубку:

- Юра! Серьёзно, он не шутит! Представляешь? Да! Да, а потом же он и до вас дойдёт! Да я понимаю, что ты не знаешь, ну давай приходи, а я механика вызову.


- Повезло тебе, - говорит Антоныч, - Эдуард, что комдив задал тебе вопрос на который не знает ответа никто и, поэтому, ты, вроде как опозорился, но не сильно – могло бы быть и хуже. А тут мы, хотя бы, все живы останемся! Так что, прими эту жертву, как должное!


Будто у меня есть выбор, ага, кроме как ходить теперь в роли униженного и оскорблённого на фоне остальных, которых в этот раз не унизили и не оскорбили по чистой случайности. Ну чтож – на каждого Сивку найдётся своя Бурка, как говорится в русской народной поговорке, или не совсем так говорится, но смысл тот же.


Позвонили механику, тот сонный и от этого благодушный пришёл в центральный, уселся между нами с Антонычем и долго ёрзал, устраиваясь поуютнее. Зевнул.


- Ну? Чего тут у вас? Победила, наконец, Мировая революция или так, по пустякам опять беспокоите?

- А тут у нас, Хафизыч, командир дивизии решил расширить горизонты наших знаний!

- Так. Пока не очень страшно звучит…

- Сколько лопаток в турбине?

- Да Антоныч, давай что там с адмиралом, а это – потом.

- Так именно это адмирал и спросил у Эдуарда.

- А что Эдуард?

- Честно сказал, что не знает.

- Ну и отдадим его, как жертву, адмиралу, а с нас и взятки гладки!

- Так-то бы да, но я, Хафизыч, сомневаюсь, что он одним Эдуардом насытится!

- А ничего, что я тут сижу? – робко уточняю.

- Ничего, ничего, - великодушно разрешает механик, - Сиди, ты же на вахте, тем более! Так. Ну давайте ждать комдива-раз, я что-то не помню такой цифры, но, вполне возможно, что уже и от старости.


Первый комдив пришёл сразу после завтрака прямо в кремовой рубашке. Довольный.


- Ну что, попались неучи? – смеётся.

- Смейся, да, пока он до вас не добрался! – пригрозил Антоныч, - Так сколько лопаток в турбине?

- Не знаю.

- И ты так просто это говоришь? – удивился механик.

- А как мне это говорить? Ну хотите, трагически взмахну руками?

- Нет, хотим, чтобы ты нам сказал как нам это узнать.

- По недолгой пока, но довольно доброй традиции нашего экипажа, если мы чего-то не знаем, а уж тем более в турбине, то давайте позовём…

- Дедушку Мороза? – нашёл и я куда вставить свои три копейки.

- … Игорь Юрича! – правильно угадал Антоныч.


Игорь Юрич был всего на год старше меня выпуском, но, мало того, что служил турбинистом, отличался особым умом, прилежностью и сообразительностью, впрочем, я вам об этом уже рассказывал.


- Так он же спит сейчас, - попытался я выгородить друга и соседа по каюте, - во вторую смену же ему.

- Эдуард. У тебя рот сейчас открывается, будто ты что-то говоришь, а вот что говоришь – непонятно. Видно опять пустое что-то и не по делу. Давай, не трать зря наш кислород, а звони вахтенному седьмого, вызывай наш мозг в центральный пост.


Игорь Юрич пришёл хмурый, лохматый, заспанный и недобро на всех посмотрел. А когда в начале я рассказывал, что всё уже утроилось и работало, не вызывая особых проблем, я имел в виду всё, кроме испарителей, которые находились как раз в заведовании у командиров турбинных групп и варили воду на первый контур и весь остальной экипаж. В теории варили, а, на самом деле, вели себя как капризные барышни или какие-то древние ревнивые божки, требовавшие неусыпного к себе внимания и ряда ритуалов, без проведения которых, отказывались работать напрочь! Я не удивлюсь, если когда-нибудь узнаю, что для того, чтобы они работали, турбинисты мало того, что на них молились, но и приносили им жертвы, даже возможно человеческие, просто это настолько секретно, что об этом никому не рассказывают до сих пор.


- Вызывали?

- Нет, - ответил механик, - не вызывали. Это Эдуард, видимо, пошутил так. Ладно, ладно, шучу. Вызывали. Докладывай, сколько лопаток в турбине?


Игорь недоверчиво посмотрел на механика. Потом на меня, потом на старпома, потом, по очереди, на двух из трёх командиров дивизионов и опять закатил взгляд на механика. Я делал вид, что вовсе тут не при делах, старпом тоже, а командиры дивизионов дружно покивали: да мол, докладывай немедленно!


- Вы серьёзно? – всё-таки решил уточнить Игорь и поднял брови так, что даже след от подушки немного разгладился.

- Ну конечно!

- Ябля (Игорь Юрич показал на себя руками) сплюбля (сложил ладошки лодочкой у щеки) в своейбля (показал руками на переборочный люк) каютебля (нарисовал в воздухе квадрат). Отдыхаюблялёжабля (повысил голос, но не до крика, а, из уважения к старшим, на пару тонов всего)! Мнебля в трибля на вахтублявставатьбля (показал нам свои раскрытые ладони)! Высерьёзнобля? Какогобля? Абля?

- Мастер! – похвалил старпом, - так нас всех отчихвостил и ни разу не выругался! Вот она – интеллигенция в наших кругах! Горжусьбля!

- А можно было? – уточнил Игорь

- Нет, но мы бы тебе простили бы, если бы да. Переходи к существу вопроса. Тут, понимаешь, честь всей твоей боевой части задета, только на тебя надежда! Докладывай!

- Что докладывать?

- Сколько лопаток в этой турбине.

- Да ебу я? А вы вообще про какие лопатки спрашиваете?

- Ну в турбине которые!

- Я понял. Так нет, не понял. Понял-то я, что вы слабо себе представляете устройство турбины, будто это какая-то железная палка, утыканная лопатками и всё.

- А что – не так? – деланно удивился старпом.

- Так-то так, Сей Саныч, но про какие лопатки и какой части турбины идёт речь? Переднего хода? Заднего? Реверсивные? Атэгэшные? И как их считать, исходя из их предназначения? Умножать их между собой? Суммировать? Вычитать друг из друга?

- Бля, горшочек, не вари! Про все! Общее число лопаток нам скажи!

- А чем вас мой ответ «да ебу я» не устроил?

- А нет такого числа. Ты серьёзно не знаешь, что ли?

- А кто знает?

- Ну кто-нибудь, да знает уж наверняка!

- Если я не знаю, то никто не знает потому, что раз я не знаю, значит этого нет в технической и эксплуатационной документации!

- О, проснулся! – обрадовался механик, - Значит нет у меня маразма ещё! Ладно, иди спи, а мы тут того … документацию потрясём. Короче, Юра заступай, я в секретку, вы – на чай, а потом здесь собираемся и изучаем документы.


Секретных документов по турбине оказалось шесть фолиантов.


- Берём по одному, а потом передаём их по кругу. Ищем тщательно, но быстро! – скомандовал механик, - Жаль, что всего пять офицеров – было бы шесть, быстрее бы дело пошло.

- Так минёр же вон, - махнул я головой в сторону вахтенного офицера второй боевой смены, который пришёл стоять в первую по какой-то там своей нужде.

- Точно! – обрадовался механик, - Минёр! Сообрази нам кофейку!


Старательно листали, внимательно бегали глазами по цифрам и водили пальцами по схемам, передавали по кругу и снова листали, - за этим увлекательным (на самом деле-нет) занятием,не заметили, как подошло время заступать второй боевой смене и в центральный зашёл Игорь, уже менее злой, но более торжественный.


- Ну что? Нету?

- Нету.

- А я вам что говорил?

- Говорил, что нету.

- Ну так послушайтесь умного человека и займитесь делом!

- Да это не мы! Адмирал спрашивает!

- Не хуй делать этому вашему адмиралу, вот что я вам скажу! Как обычно, оказалось, что дело было не в бобине!

- Имеет право! Он же адмирал! Так что делать-то будем? Пошлём радиограмму на завод-изготовитель?

- Ну, - Игорь решил поиздеваться, - я вот что предлагаю: дробь БП, стопорим ход, висим в пучине морской аки лев в засаде, а я разбираю турбину, кручу её на ВПУ и считаю лопатки. Дня за два управлюсь!

- Какой лев, Игорь Юрич?

- Понятно, что морской, какой же ещё!

- Издеваешься?

- А вы надо мной что давеча делали?

- Всё, свободен.

- Дело было не в бобине! Я вам говорю! – и Игорь, довольный, что опять всех уел, удалился.


Помолчали.


- Так давайте ему просто скажем, что нет такой цифры! – предложил второй комдив, который пришёл заступать.

- Коля, ну ты совсем, что ли? Как мы скажем адмиралу, что он спрашивает всякую хуйню? – Антоныч с адмиралами общался намного больше Коли и знал, чем обычно заканчивается, когда ты намекаешь адмиралу, что он не прав, но не в том смысле, что лев, а в том, что раз он штурман по образованию, ну так и проверял бы как штурман прокладки прокладывает.


- Спать-то хочется уже, - задумчиво пробормотал механик, - Так! Мне всё ясно, выхода нет и, поэтому, будем прорубать его сами, своими руками. Принимаю волевое решение! Лопаток в турбине – четыре тысячи двести восемьдесят семь! Цифру заучить и довести до всего личного состава, чтоб все пиздели одинаково! Вопросы? Ну всё тогда я – спать.


Утром адмирал явился довольный. Впрочем, это всё равно, что написать «когда светит солнце, то светло» - если ты адмирал и на подводной лодке в море, то доволен ты всегда, даже когда делаешь вид, что не доволен. Вы, конечно, можете упрекнуть меня в том, что откуда мне знать точно, если я адмиралом на лодке никогда не бывал, как, впрочем, и без лодки тоже. Но ребята, представьте: вы, для примера, царь и в вашем маленьком царстве у вас абсолютная власть, все слушаются вас охотно, делают вид, что вы самый умный и возражать не смеют ни в коем случае, а, если и делают всё равно по-своему, то незаметно, чтоб не ущемлять вашего достоинства. Нет демократии, оппозиции и средств массовой информации вообще- ну чем тут можно быть недовольным? Разве что отсутствием женщин, но, а: ты точно знаешь, что это временно и б: были бы женщины, откуда бы взяться тогда абсолютной власти?


- Товарищ контр-адмирал! – начал было доклад старпом.

- Погоди, - отмахнулся от него комдив, - сначала важные вопросы!


Уселся в старпомовское кресло, надел очки, развернул блокнот, прокашлялся:


- Эдуард!

- Я!

- Выполнил ли ты моё приказание?

- Так точно!

- Докладывай!

- Товарищ контр-адмирал, лопаток в турбине ни много, ни мало, а четыре тысячи двести восемьдесят семь штук! Доклад окончил!

- Антоныч?

- Так точно, товарищ контр-адмирал! Четыре тысячи двести восемьдесят семь штук!

- А не врёшь ли ты мне, выгораживая своего непутёвого подопечного?

- Никак нет! У кого хотите можете спросить!

- А и спрошу, а как вы себе думали! Старпом, я тут нужен?


Старпом на секундочку завис. Ну, типа, на кой хрен вообще тут может быть нужен беспокойный контр-адмирал? Но так же адмиралу не скажешь, правильно? Такт и всё такое.


- С вами, конечно, спокойнее, но я справлюсь!

- Если что – кричите!


И адмирал, сложив блокнот, очки и ручку в карманы, вышел.


- Предупреди корму! – Антоныч будто и не видит, что я и так уже звоню на пульт.

- Пульт, адмирал к вам пошёл, на какой борт – неизвестно!

- Есть, приняли. Ждём.


Вернулся он минут через сорок и прямо сиял от удовольствия.


- Проверил вахту. Замечаний почти нет!


Ну конечно же нет! Они же ждали! Как это у адмиралов происходит, интересно, когда они становятся адмиралами? У них стирают память о сермяжном прошлом или они сами делают вид, что родились – и сразу в адмиралы?


- Про лопатки опросил, все знают! Один, выходит, Эдуард у вас так себе специалист!

- Просто молод ещё! – заступается Антоныч, - дошлифуем!

- Да, - подтверждает адмирал, - молодость в нашем деле фактор отрицательный! Не то что мы с тобой, да, Антоныч? Борозды не испортим!

- Но глубоко и не вспашите! – хихикает старпом.

- Что ты сказал?

- Я говорю, к акустикам пошёл. Акустик меня вызывает.


А я молчу сижу. Во-первых хочется спать, во-вторых, мне огрызаться ещё по сроку службы не положено, а, в третьих, я не могу рассказать адмиралу правду и разозлить его на моих товарищей: ну побуду дураком пару дней – убудет с меня, что ли? А потом он всё равно забудет: больно горяч он был, да сильно отходчив и дело своё любил так искренне, что всё остальное в его характере отходило на второй план, да так там и оставалось.


Потом про банки в аккумуляторных батареях ещё спрашивал и про количество баллонов ВВД, но это – легкотня, это все знают. А на устройстве двубойной захлопки он успокоился: оказалось, что он путает её с байпасным клапаном, но вслух признать этого не хочет и, поэтому, отстал, обозвав нас дерзкими, малообразованными и плохо воспитанными недолюдьми, что, в общем, не удивительно потому, что очевидно же, что когда мы рождались, то все роддома в наших захолустьях были закрыты и у мамок наших, вместо санитарки Люси (родом из деревни, но после медучилища осталась в городе, двое детей, в разводе, имеет виды на зама главврача и для этих видов позавчера приобрела югославский бюсталтер за полторы своих получки), роды принимал слесарь второго разряда Колян в цеху сборки дисков сцепления на авторемонтном заводе, а сосать нам, вместо сиськи давали гаечные ключи и что от нас, после этого, можно ждать? Но не совсем успокоился, а переключился на боцманов и те две недели, под его чутким руководством, изучали семафорную азбуку. Потому что, ну вы понимаете, как под водой без неё-то?

Дело было не в бобине... I legal alien, Акулы из стали, Длиннопост, Мат, Юмор, Текст, Копипаста

Дубликаты не найдены

+8

Хорошо написано. И знакомо.  У нас один адмирал, тоже от скуки, завалил рули на погружение (имитация заклинки горизонтальных рулей). В итоге кают-компания осталась без посуды (мы из соседнего отсека слышали, как ей хана наступило). Ну и очканули все. А у меня из-под дизеля масло вытекло аж на носовую переборку (вертикальную стену).

раскрыть ветку 3
+2

Рассказ как они якорь отвалили вообще форменная ржака :D

раскрыть ветку 2
+7

"..Через пару минут

- Центральный первому

- Есть центральный

- Якорь обратно не идёт

- Как не идёт?

- Как идёт, только наоборот."

Вот с этого момента я вообще в голосину заржал))

раскрыть ветку 1
+5

На очередных учениях в варианте бумажной войны, группа офицеров, одуревшая от недосыпа и вводных начальства, сидела в закутке за аппаратурой с кружками чая в руках, и тихо пели песню телепузиков. Заходит к нам начальник штаба и слышит "Тинки-винки, Дипси, Ляля, По. Телепузик, телепузик, мы друзья!" Проникновенно так пели, с выражением. НШ выгнал всех спать.

+5
Блин Эдуард как всегда неповторим и шикарен. Кто желает ознакомиться с остальном его творчеством пишем в гугле " легал алиен, акулы из стали".
+2
@Hou3 ну тут отлично, интересно. Зови остальных.
раскрыть ветку 31
+5
@alya130666, @Lipotika, не знаю, как вам, а мне показалось забавным :D
раскрыть ветку 30
+4

Доверяю  твоему выбору) завтра прочитаю, сейчас уже нет силушек) @WolfWhite @Fraumarusya @keksikman @Tutube

раскрыть ветку 19
раскрыть ветку 3
+2
@goooawaaay, @JmenkaSemak, @Kvasnuke, @Aladushik, несанкционированный сбор, может, и вы зацените
раскрыть ветку 1
раскрыть ветку 1
+2
Так сколько лопаток то в турбине?
раскрыть ветку 1
+3

четыре тысячи двести восемьдесят семь штук! Доклад окончил!

Так вот же ответ :)

+1

На вахте пишет. Лопатки то посчитал, атмирал спокоен, Эдуарда не тревожит.

Мы так раз на месяц примерно ебанулись тесным коллективом машинной команды. Английский учили. А сначала хотели польский.

Почему не спрашивайте. На нас старпом с тревогой смотрел неделю.

Но потом у зама по науке день рождения случился, попили мы спирту. И расхотели иностранные язЫки учить.

0

Я по-любому могу зайти на сайт и почитать все в родном объеме, но мне почему-то нравится читать Овечкина на Пикабу.

Блин, до чего у мужика юмор хороший:)

раскрыть ветку 2
0

Ой, они там дизайн сменили, чот как то неудобно совсем стало читать. А юмор шикарный, я из за него все 5 книг купил)

раскрыть ветку 1
0

Блин, я-то думаю, вроде как раньше как-то иначе было:))) Хотя «судак» и «тудак» - прикольно:)

0

У нас тоже однажды адмирал на борт прибился и тоже до нас доёбывался с симофорной азбукой, и только через 2 недели прозрачных намеков что у нас для этого есть специально обученные люди которые называются сигнальщиками, а боцкоманда вообще по другой части, отстал.

0

Из второй книги?

раскрыть ветку 1
0

его в книге вообще нету)

0

Видимо вся боевая прошла в написании этого текста.

-6
Скучно мы что-то плывём

Даже гражданские моряки испокон веков ходят, а не плавают. А тут целый контр-адмирал, и вдруг "плывет"?

раскрыть ветку 3
+1

Вот. Я даже напряг пальцы и нашел вам рассказ того же автора на интересующую вас тему

https://legal-alien.ru/almanakh/akuly-iz-stali/glava-v/65-kr...

+1

Рекомендую вам всё же загуглить остальные рассказы Эдуарда, а затем с интересом прочитать. Будет там и про "ходят" и про "крайний" и вообще много чего интересного.

раскрыть ветку 1
+1

А еще лучше приобрести книги и поддержать автора таким образом :) Глядишь и еще одну книгу выпустит)

ещё комментарии
Похожие посты
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: