Как американцы взорвали водородную бомбу в космосе, устроили гавайцам полярное сияние и убили треть спутников на орбите⁠⁠

1962 год, разгар холодной войны. Военным США не даёт покоя вопрос: а что будет, если взорвать мегатонную бомбу прямо в космосе? Выгорят ли вражеские радары? Ослепнет ли связь? Можно ли так сбивать боеголовки? Проверить можно было только одним способом.

Проект назвали Starfish Prime. На ракету Thor поставили термоядерную боеголовку мощностью 1,4 мегатонны. Это примерно сотня Хиросим. Запускать решили с атолла Джонстон в Тихом океане, примерно в 1300 километрах от Гавайев.

Первая попытка 20 июня провалилась эпично. Через минуту после старта у ракеты отказал двигатель, и её подорвали командой с земли. Ядерного взрыва не было, зато обломки вместе с плутониевой начинкой посыпались на атолл и в лагуну. Остров потом долго отмывали.

Со второго раза, 9 июля, всё получилось. Боеголовка поднялась на высоту около 400 километров, примерно туда, где сейчас летает МКС, и рванула.

На Гавайях в этот момент было 11 вечера. Самое интересное, что взрыв никто особо не скрывал. Газеты заранее писали о «радужной бомбе», а отели Гонолулу устраивали на крышах вечеринки с коктейлями, чтобы гости посмотрели шоу.

Шоу удалось. Сначала небо вспыхнуло белым, будто на секунду включили солнце. Потом стало зелёным, затем кроваво-красным. Над тропическими островами минут десять полыхало искусственное полярное сияние. Его видели даже в Новой Зеландии, за 7000 километров.

А потом начались сюрпризы, которых физики не ожидали. Электромагнитный импульс оказался в разы сильнее расчётного. В Гонолулу, за полторы тысячи километров от взрыва, погасли сотни уличных фонарей, завыла охранная сигнализация, вырубилась радиорелейная телефонная линия между островами. Бомба взорвалась в космосе, а короткое замыкание получилось в городе на другом конце океана.

Но главное случилось выше. Взрыв закачал огромное количество электронов в магнитное поле Земли, и вокруг планеты образовался новый, рукотворный радиационный пояс. Он оказался намного мощнее и долговечнее, чем прогнозировали. По разным оценкам, заметные следы этого пояса держались годами.

Спутники тогда можно было пересчитать по пальцам, и пояс начал выжигать им электронику. За следующие месяцы вышли из строя примерно треть аппаратов на низкой орбите, включая британский Ariel 1 и навигационный Transit 4B.

Отдельная ирония судьбы связана с Telstar 1, первым в мире спутником для телетрансляций через океан. Его запустили 10 июля, буквально на следующий день после взрыва, прямо в свежий радиационный суп. Он успел войти в историю: передал первую прямую телепередачу из Америки в Европу. Но уже к зиме его транзисторы поджарило радиацией, и в начале 1963 года спутник замолчал. Он до сих пор летает по орбите мёртвым куском металла.

СССР, разумеется, в стороне не остался. Осенью того же 1962 года у нас прошли свои высотные взрывы над Казахстаном, так называемые испытания серии «К». По рассекреченным позже данным, электромагнитный импульс от одного из них навёл такие токи в сотнях километров воздушной телефонной линии, что в ней повыгорали все предохранители. А в подземном силовом кабеле возникло замыкание, из-за которого загорелась электростанция в Караганде.

После этого обе сверхдержавы, видимо, решили, что космос слишком тесный, чтобы взрывать в нём бомбы. В 1963 году подписали договор о запрещении ядерных испытаний в атмосфере, космосе и под водой.

Кстати, именно Starfish Prime подарил военным понятие «ЭМИ-удар». Теперь это страшилка из каждого второго фильма про апокалипсис. А впервые его в полную силу испытали на себе туристы в Гонолулу, которые попивали коктейли на крыше отеля.