Варила мыло и пекла кексы из своих подруг⁠⁠

В июне 1946 года в городе Реджо-Эмилия шел судебный процесс, который на несколько недель отвлек итальянцев от послевоенной разрухи. В клетке для подсудимых сидела пятидесятидвухлетняя женщина. Она была невысокого роста, полная, с аккуратно уложенными волосами. Пока прокурор зачитывал леденящие кровь детали обвинительного заключения, подсудимая спокойно вязала. Когда обвинитель дошел до описания процесса утилизации тел, женщина внезапно отложила спицы, подошла к решетке и поправила его. Она заявила, что прокурор ничего не смыслит в химии. Если не добавить достаточное количество каустической соды, мыло не затвердеет, а останется вязкой массой. Зал замер. Судья попросил занести это уточнение в протокол.

Эту женщину звали Леонарда Чанчулли. Пресса окрестила ее Мыловаркой из Корреджо. Читая выдержки из ее судебно-психиатрической экспертизы ловишь себя на мысли, что это дело ломает все привычные шаблоны о серийных убийцах. Она не была сексуальным садистом, не слышала голосов и не убивала ради наживы, хотя и забирала деньги жертв. Она превратила трех своих подруг в куски мыла и сладкие кексы исключительно из глубоких, патологических материнских чувств.

Чтобы понять механику этого безумия, нужно посмотреть на Корреджо образца 1939 года. Это небольшой городок в провинции Реджо-Эмилия. Фашистская Италия готовится к вступлению в большую войну. Полиция занята поиском неблагонадежных граждан и дезертиров. Леонарда Чанчулли держит небольшую мыловаренную лавку. У нее безупречная репутация. Она - местная к которой соседки ходят за советом, утешением и гаданием на картах. Леонарда умеет слушать. К ней тянутся одинокие, неустроенные женщины.

Первой жертвой стала Фаустина Сетти. Пожилая незамужняя женщина, которая всю жизнь мечтала найти мужа. Леонарда раскинула карты и радостно сообщила, что нашла для нее идеального кандидата - состоятельного мужчину, который живет в городе Пола на полуострове Истрия. Был только один нюанс. Леонарда убедила Фаустину, что жених требует полной секретности до свадьбы. Фаустина должна была продать свое скромное имущество, отдать деньги Леонарде на сохранение и написать несколько писем родственникам о том, что она уезжает, что-бы выйти замуж. Письма следовало отдать Леонарде, чтобы та отправила их из другого города через своих знакомых, создавая иллюзию переезда.

Фаустина пришла в дом Чанчулли накануне отъезда, чтобы попрощаться. Леонарда предложила ей бокал вина. В вино было подмешано сильное снотворное. Когда Фаустина уснула в кресле, Леонарда взяла топор и убила ее.

Дальше начался процесс, который Чанчулли позже в деталях опишет в своих мемуарах. Это не реконструкция следствия, это ее собственные, задокументированные слова. Смысл ее показаний сводился к следующему. Она разрубила тело Фаустины на девять частей. Кровь она тщательно собрала в таз. Куски тела она бросила в огромный котел, добавила смесь каустической соды, которую обычно использовала для варки мыла, и долго кипятила массу, пока та не превратилась в густую темную жижу. Эту жижу она вылила в ближайший септик.

Высохшую кровь Фаустины она измельчила, смешала с мукой, сахаром, шоколадом, молоком и яйцами. Из этой смеси Леонарда напекла кексов. Она угощала ими соседок, которые заходили в гости, и ела их сама вместе со своими детьми. Из жировых остатков она сварила мыло, ароматизировав его одеколоном, и раздала бруски знакомым.

Полиция Корреджо не обратила на исчезновение Фаустины никакого внимания. Письма, написанные ее рукой и отправленные из Полы, убедили всех, что старая дева наконец - то устроила свою судьбу. Местные карабинеры не собирались тратить ресурсы на поиски взрослой женщины, которая добровольно уехала к жениху. Система проигнорировала первый труп.

В сентябре 1940 года схема повторяется. Франческа Соави, еще одна одинокая соседка. На этот раз Леонарда обещает ей не мужа, а престижную работу в школе для девочек в Пьяченце. Снова требование строжайшей секретности, снова продажа имущества, снова заранее написанные открытки. Франческа выпивает вино, получает удар топором, отправляется в котел с каустической содой и превращается в кексы. Открытки приходят из Пьяченцы. Полиция снова молчит. Бюрократический аппарат фашистской Италии работал так: нет заявления о преступлении - нет дела. А заявления писать было некому, ведь женщины сами сообщали родным, что у них все хорошо.

Третий эпизод стал для Леонарды роковым. В ноябре 1940 года она выбрала Вирджинию Качиоппо, бывшую оперную певицу, которая жила в Корреджо в бедности. Леонарда пообещала ей место секретаря у известного театрального импресарио во Флоренции. Вирджиния согласилась, написала письма и пришла за вином.

На допросах Чанчулли отдельно отмечала качество материалов, полученных из третьей жертвы. По ее словам, Вирджиния была плотного телосложения, ее плоть растворилась в соде гораздо лучше остальных. Чанчулли заявила следователям, что добавила во время варки флакон хорошего одеколона, и мыло получилось исключительно кремовым и душистым. Она раздала его соседям. А кексы из крови бывшей певицы оказались самыми сладкими.

Но Леонарда совершила ошибку. Вирджиния не умела хранить секреты. Перед своим исчезновением она проболталась своей невестке, Альбертине Фанти, о предстоящем переезде и о том, кто именно ей в этом помогает.

Альбертина Фанти не поверила в сказку про импресарио. Она пошла в местный участок карабинеров. Там от нее отмахнулись. Дежурный офицер заявил, что Вирджиния - взрослый человек, в стране идет война, и полиция не занимается розыском женщин, сбежавших в поисках лучшей жизни. Большинство людей на этом бы сдались. Но Альбертина оказалась дотошной. Она поехала в провинциальное управление полиции в Реджо-Эмилия и добилась приема у начальника криминального отдела. Она заявила, что лично видела, как Вирджиния заходила в дом Чанчулли в вечер своего исчезновения и больше оттуда не выходила.

Следователи из Реджо-Эмилия начали проверку неохотно, подозревая обычное мошенничество. Они стали проверять финансовые потоки пропавших женщин. Выяснилось, что кто - то методично реализует их имущество. Полицейские вышли на продавца. Им оказался Джузеппе Пансарди - старший сын Леонарды Чанчулли. Он продавал одежду, обувь и мебель жертв в соседних городах.

Полиция арестовала Джузеппе. Следователи были уверены, что молодой парень убил трех женщин ради ограбления, а его мать просто помогала сбывать краденое. Джузеппе поместили в камеру и начали жестко допрашивать. И в этот момент Леонарда Чанчулли сделала то, ради чего, собственно, и затевала весь этот кошмар. Она пришла в полицейское управление и взяла всю вину на себя, чтобы спасти сына от расстрела.

Следователи ей не поверили. Пятидесятилетняя, полная, невысокая женщина физически не могла в одиночку убить, расчленить и уничтожить три тела без посторонней помощи. Полиция требовала от нее сдать сообщников, намекая на сына. Тогда Леонарда начала выдавать такие подробности процесса, которые невозможно было выдумать. Она описала толщину костей жертв, время, необходимое для растворения хрящей в щелочи, и точные пропорции ингредиентов для мыла. Эксперты, присутствовавшие на допросах, подтвердили, что она говорит правду. Джузеппе отпустили за недостатком улик в соучастии в убийствах - он действительно думал, что продает вещи уехавших женщин.

Возникает главный вопрос. Зачем владелица мыловарни, не испытывавшая крайней нужды в деньгах, начала убивать соседок? Мотив вскрылся во время судебно-психиатрической экспертизы.

Леонарду обследовал профессор Филиппо Сапорито, директор криминальной психиатрической клиники в Аверсе. Он провел с ней сотни часов. По его заданию Леонарда написала в камере автобиографию объемом более семисот страниц. Этот документ стал окном в абсолютно разрушенную психику.

Леонарда вышла замуж за мелкого клерка Раффаэле Пансарди против воли своих родителей. Мать прокляла ее прямо на свадьбе. Чанчулли искренне верила, что это проклятие сработало. Она беременела семнадцать раз. Три беременности закончились выкидышами. Десять детей умерли в младенчестве или раннем детстве от болезней. Выжили только четверо. Леонарда была маниакально привязана к ним, особенно к старшему, Джузеппе.

За несколько лет до описываемых событий Леонарда обратилась к странствующей цыганке - гадалке. Та посмотрела на ее ладони и произнесла пророчество. Смысл сводился к следующему: в правой руке я вижу тюрьму, в левой руке я вижу криминальный приют для сумасшедших.

В 1939 году Бенито Муссолини начал масштабный призыв в армию. Джузеппе подлежал мобилизации. Для Леонарды это означало верную смерть ее любимого ребенка. Ее искаженное сознание нашло единственный, как ей казалось, рабочий выход. Она решила заключить договор с высшими силами. Кровь за кровь. Человеческие жертвоприношения в обмен на жизнь сына. Три женщины должны были умереть, чтобы один солдат вернулся домой живым. Уничтожение тел в соде и поедание кексов с кровью были частью этого дикого, первобытного магического ритуала, который она сама для себя изобрела.

Профессор Сапорито в своем заключении указал, что Чанчулли страдает сложным параноидальным расстройством и истерией, усугубленными тяжелейшим материнским травматическим опытом. Однако он признал, что в моменты совершения убийств она действовала хладнокровно, осознавала свои действия и тщательно планировала сокрытие улик.

Судебный процесс 1946 года стал формальностью. Линия защиты пыталась упирать на полное безумие подсудимой, но ее спокойное, методичное поведение в зале суда, где она поправляла прокурора в рецептуре мыловарения, свело эти усилия на нет. Когда судья спросил, куда делись медные черпаки, которыми она мешала варево из своих жертв, Леонарда с гордостью ответила, что пожертвовала медь на нужды итальянской армии во время войны.

Суд признал ее виновной. Приговор оказался пугающе точным отражением того самого пророчества цыганки. Леонарду Чанчулли приговорили к тридцати годам содержания в криминальной психиатрической лечебнице и трем годам обычной тюрьмы. Тюрьма в правой руке, приют в левой.

Она так и не вышла на свободу. Чанчулли умерла в октябре 1970 года от церебральной апоплексии в женской криминальной психиатрической лечебнице в Поццуоли. Ей было 76 лет.

Орудия ее преступлений - тот самый топор, огромный котел для варки и куски мыла, изъятые при обыске - до сих пор хранятся в Криминологическом музее в Риме. Изучая историю Мыловарки из Корреджо, понимаешь страшную вещь. Итальянская полиция могла остановить ее после первой же пропавшей женщины, если бы просто сделала свою работу и проверила, кто именно принес на почту письма от имени Фаустины Сетти. Но система была слишком занята подготовкой к войне, чтобы обращать внимание на одиноких старух. В результате одна женщина смогла безнаказанно растворить в щелочи троих человек прямо в центре города, и все это ради того, чтобы один призывник не попал на фронт. К слову, Джузеппе так и не отправили воевать. Магия Леонарды, в ее собственной больной системе координат, сработала безупречно.

Такие разборы выходят у меня каждый день. Подпишись, чтобы не пропустить завтрашний. Всё что не вошло в статью и фото из материалов дела выложил у себя на бусти, ссылка в шапке профиля.

Ещё огромная просьба, у кого есть дзен, подпишитесь на меня (ссылка в шапке). Говорю честно, не пускает в рекомендации пока не будет подписчиков (бред конечно полнейший). Всем кто откликнется и подпишется огромное спасибо, вы меня очень сильно поддержите этим.

Топ поддержки за эту неделю

1. 🥇@Margarita.murka — 1250

2. 🥈@TTPUKOL4AN, @penetraision — 1000

3. 🥉@JollyLila — 600