Титикэт. Глава 6
Титикэт долго плакал, пока не уснул, уткнувшись в подушку. В его сне мяч снова летел над столом, взмывал вверх, исчезал в небе, а он — маленький и беспомощный — никак не мог его достать.
Когда Титикэт проснулся, за окном уже сгущались сумерки. Глаза слипались от усталости и слёз, но живот напоминал, что он не ел целый день. Он вытер нос лапкой, встал с кровати и, стараясь не шуметь, вышел из своей комнаты.
Проходя мимо гостиной, Титикэт вдруг услышал знакомый голос.
— Он играл, как будто давно это делал, — говорил кто-то. — Да, сыроват, да, рвётся вперёд. Но чувство мяча есть. Он цепкий. Он — настоящий.
Котёнок застыл у двери. Любопытство пересилило страх. Осторожно выглянув из-за угла, он увидел высокого, крепкого кота — того самого, что сегодня играл с ним в парке. Он сидел за столом и разговаривал с мамой. А на столе... на столе лежала его ракетка. Та самая, которую он бросил в отчаянии. Мать молча держала чашку, слушая.
Кот говорил негромко, но уверенно:
— Мальчишка хорош, — сказал он. — Очень даже хорош. Первый раз в жизни ракетку взял, а сразу вышел против нас с Мурлычем. И ведь отбивался! Ошибался, да, но видел игру, чувствовал ритм. Он настоящий игрок, с характером. Я таких давно не встречал.
— Спасибо, Лапыч, — ответила мама.
— Мы оба были поражены, — продолжал кот. — У него есть то, что не купишь. Это дар. Я видел многих, но этот мальчишка... у него есть будущее.
Мама молчала, но по глазам было видно, что слова Лапыча тронули её.
— Отец гордился бы им, — добавил Лапыч после короткой паузы.
Котёнок замер. Эти слова ударили по самому сердцу. Он никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о его отце вслух.
Только тёплая улыбка в уголках глаз.
Лапыч вдруг бросил взгляд в сторону двери, но не показал, что заметил котёнка.
— Завтра мы снова будем в парке, — сказал он, теперь уже будто бы просто продолжая разговор с мамой, но голос звучал чуть громче, чуть яснее. — Если сын захочет — пусть приходит. Мы с Мурлычем покажем ему кое-какие премудрости. Всё начинается с малого. Такой талант нельзя терять.
Он встал, поправил шерсть на плече, повернулся к выходу и сказал маме:
— Ну, я пойду. Спасибо за чай.
Титикэт метнулся в сторону, прячась за занавеску. Лапыч прошёл мимо. И только тогда Титикэт заметил: у старого кота надорванное ухо и тонкий шрам над бровью — следы тех самых «поединков», о которых он когда-то мечтал.
Титикэт стоял тихо, стараясь не дышать. На кухне оставалась его ракетка. Словно ждала. Титикэт подошёл, провёл по дереву лапкой. Сердце стучало гулко и тепло. И в этот миг в нём что-то щёлкнуло. Он больше не хотел плакать. Он хотел вернуться. Он уже знал, что завтра утром снова возьмёт в лапки свою ракетку.
